Ты - мои крылья

      Утро встретило Сакуру «ласково»: голова раскалывалась так, словно ее били кувалдами, а настроение вовсе находилось ниже плинтуса и виной тому — вчерашний отдых в клубе. Кое-как приподнявшись в постели, девушка заметила на прикроватной тумбочке стакан с водой, спасительную таблетку от головной боли, которую тут же поспешила выпить, и маленькую записку. Если в следующий раз напьешься — обязательно прочту лекцию о том, что стоит между собой смешивать, а что нет. Надеюсь, природа за окном не успела познать всю «прелесть» твоего перегара. С любовью, Широ.       Братец как обычно ускакал на работу, поэтому квартира встретила ее тишиной и обалденным запахом завтрака с кухни, и в меру своих сил, розоволосая быстро приняла бодрящий душ и поспешила отведать стряпню братишки, а то живот урчал слишком громко. Налив в кружку любимый зеленый чай, Харуно-младшая принялась уплетать за обе щеки блинчики, но ее намерения были наглым образом прерваны звонком мобильного телефона, на экране которого высветилось «Хидан». — Привет, босс, че произошло, что ты звонишь мне в такую рань? — старательно прожевывая блинчик, пробурчала девушка.       На том конце провода, в весьма красочной форме, пепельноволосый начальник попросил не выходить сегодня на работу из-за временных проблем с салоном, конечно же, пообещав оплаченный рабочий день не только ей, но и ее напарнику. И быстро отключился, вызвав у девушки максимальную степень недоумения. Однако это был не единственный сюрприз: звонок в дверь чуть ли не оглушил Сакуру внезапностью, а далеко не самая счастливая физиономия Учихи и вовсе заставила настроение упасть ниже плинтуса. Видок у Саске был потрепанным. Взъерошенные волосы, местами порванный пиджак, рубашка с какими-то бурыми пятнами, разбитая скула, губа… Вид явно не тянул на обложку журнала Forbes. — Поговорить надо, — Саске не разуваясь, прошел мимо озадаченной хозяйки квартиры на кухню и налил из фильтра холодной воды в стакан, тут же осушив его. — Че стоишь? Садись давай. Сакура сейчас мало что понимала, но не стала злить Учиху еще больше и молча села за стол. — О чем говорить будем? Саске как-то странно ухмыльнулся, повернувшись лицом к собеседнице. — О нас с тобой, дорогая, — приторности в голосе было не занимать, на что Сакура фыркнула. — Ну так что, найдется минутка свободного времени? — И ты только по этому поводу прибежал ко мне весь такой побитый? — Мой внешний вид — последнее, что должно тебя волновать. Лучше скажи, чего тебе там Карин наплела, что ты сидела в клубе с диким, заинтересованным выражением лица? Уж, случайно, не всякие там сказки про избранных?       Сакура абсолютно не знала, как начать разговор, и был ли в нем вообще какой-то смысл, однако понимала, что нельзя злить Саске — чревато последствиями. Да и ту историю в клубе не хотелось вспоминать. Девушка плюнула на все и, поднявшись с места, выудила из верхнего шкафчика аптечку и под непроницаемым взглядом Саске принялась аккуратно обрабатывать его раны. Тонкие пальцы почти невесомо касались кожи, замазывая лечебной мазью особо серьезные царапины, от чего брюнет порой слегка вздрагивал. Когда проспиртованная ватка так же аккуратно коснулась уголка разбитой губы, Саске несильно сжал руку Сакуры, отстраняя ее от себя. — Надо рану обработать, иначе хуже будет… — прошептала Сакура, всматриваясь в глубокие омуты черных глаз. — Не стоит, — его голос в звенящей тишине кухни прозвучал бархатно, но отголоски стали не позволили Сакуре повестись на эту слащавость. Глаза в глаза. Стук сердец отдавался эхом в ушах.       Крышу прорвало у Саске. Притянув к себе ничего не понимающую Сакуру, мужчина дерзко впился ей в губы. Его губы вели ожесточенную схватку с ее, мягкими, податливыми, и это лишь подливало масло в огонь страсти, разжигая все внутри бурным пламенем. На пол летела одежда, руки жадно исследовали каждый оголившийся участок запретной кожи, губы целовали все, что видели. Это было какое-то сумасшествие. Но стоило Саске провести пальцами по слишком нежной коже самого сокровенного места любой женщины, Сакура словно очнулась. Да и звук ключа в дверной скважине послужил эдаким окончательным вытрезвителем. Усэйн Болт позавидовал бы той скорости, с которой Сакура одевалась и приводила себя в порядок под практически безразличным «присмотром» Учихи-младшего-единственного. И вовремя привела-таки: на кухню вошел Широ, громко разговаривающий с кем-то по телефону.       Вид Сакуры и Саске вызвал херову тучу вопросов.       Впрочем, как и метки, которые резко перестали жечь. — И что у вас тут происходит? Если бы еще находящиеся тут могли это все сами себе объяснить…

***

      На часах было за полночь, когда Учиха вернулся домой, посылая каждого, кто маячил на горизонте. Вообще, все было дерьмово. Вот нахрена его прорвало там, у этой чертовой Харуно? Он не хотел ее целовать, не хотел даже дышать этим приторно-сладким воздухом, не хотел смотреть в эти дьявольские малахиты, но судьба в очередной раз сводила его с этой выскочкой, заставляя все тело пылать, испытывать невероятно сильное притяжение, тяжесть в паху. Ками-сама, из всех девчонок в мире, ты выбрал именно ее? Эту… Харуно? Он словно в бреду дошел до ее дома. Сознание было настолько затуманенным, и только образ этой девушки словно светился, направляя его. Был ли он зол? Саске был в бешенстве. Если бы он был собакой, то покусал бы всех в округе, а потом бы укусил себя за пятку. Это состояние было похоже на аффект. Учиха, кажется, по запаху, с закрытыми глазами, мог бы узнать Харуно. Какая-то чертова магия происходила. И боль. Чем больше он противился своему какому-то неизвестному инстинкту, тем больше его охватывала невыносимая боль. И стоило только на секунду перестать противиться, как его ноги привели в дом этой девчонки. Заложенное в него нечто топило с головой, и Учиха захлебывался буквально. Но он мог бы поспорить, что вода в легких куда менее болезненна, чем вот это вот ебанное все!.. Блядь!       Рука потянулась к самому нижнему ящику дубового стола, что закрывался на ключ, выудив из него толстую, потрепанную временем книгу. На обложке были изображены магатамы*, веер Учиха ало-белый, а с первых страниц книга повествовала разные древние легенды про клан, его представителей. Самой важной считалась легенда про Индру и его возлюбленную Шачи, что в детстве Саске зачитывал до дыр. Все, что с ним происходило в последнее время, выглядело как чья-то наитупейшая шутка: ну какая Сакура — избранная? Тем более для него, того, кто измарал руки в крови многих врагов его семьи и являлся опасным мафиози? Да, в их мире метки были у очень многих, но он так же знал, что большинство семей избранных жили несчастно: быть с тем, кого ты не любишь, но он предначертан тебе судьбой, и это чертова пытка! Эх, благо Карин сегодня гуляет с Суйгецу и не сможет в очередной раз вынести ему мозг.       Рисунок пары возлюбленных выглядел весьма красочно, учитывая эпоху, в которой жила пара. Девушка в роскошных одеждах, чьи волосы нежно-розового цвета были собраны в сложную прическу, несколько прядей из которой спадали по бокам, обрамляя бледную кожу лица, и широкоплечий воин с длинными густыми черными волосами, подстриженными сверху, с двумя небольшими косичками, в которые вплетены лоскуты какой-то особенной ткани. Пара стояла под сакурой, миллионы лепестков которой плавно опадали, словно скрывая любящих от чужих глаз тонкой перегородкой. Нежные волосы, к которым непременно хотелось прикоснуться, чтоб ощутить мягкость, выразительные глаза, цвета сочной травы, бархат кожи… Саске резко захлопнул книгу, бросив ее назад в ящик и схватился руками за голову. С ним явно происходило какое-то дерьмо, и виной тому была розоволосая стерва, которая только и умела, что пить кровь и выносить мозг. Звонок мобильного отвлек Саске от размышлений — на экране высветилось «Широ», и брюнет нехотя ответил на звонок. — Жду тебя через полчаса в баре «Mugi no Oto»**. Надо поговорить. И отключился. Широ явно был не в самом лучшем настроении, раз соизволил позвонить ему почти в час ночи. Память «услужливо» подкинула ему картинки полуобнаженной Сакуры и то, как он практически овладел этой чертовкой — ты думал, что брат за такое должен руку пожать и хвалебные оды спеть? Бар сейчас был практически единственной возможностью избавиться, пусть и ненадолго, от мыслей о розоволосой «подруге», так что отметая все ненужные мысли прочь, Саске накинул кожанку и погнал на встречу. Широ сидел за барной стойкой, выпивая пятую по счету стопку виски и еле сдерживался, чтоб не с ходу зарядить по морде севшему рядом Учихе. — Пойдем выйдем, — тихим, но убийственным тоном прохрипел Широ, допив залпом остатки алкоголя. — Ты то зовешь меня сюда, то тащишь из бара вон. Широ-тян, — ухмыляясь, протянул Саске, вертя в руке стакан с виски, — тебе сложно определиться, чего ты хочешь? Широ резко схватил Саске за шкирку и потащил брюнета на улицу, продолжая цепляться мертвой хваткой за него самого, и когда парочка оказалась на улице, Саске был молниеносно впечатан в стену. — Ты что, сука, возомнил себя бессмертным? — Ш-широ, блядь… — Рот закрой, потому что я себя и так еле сдерживаю! — Широ врезал кулаком в стену буквально в сантиметре от лица Саске, от чего тот лишь усмехнулся. — Если ты хоть пальцем ее коснулся, то клянусь всеми известными богами, я каждую кость переломаю в твоем теле и сожгу! Учиху такое заявление нисколько не взволновало. В своей неизменной дерзкой манере, Саске ответил не менее жестким выпадом. — Что, в папашу не наигрался? К твоему сведению, девчонке не два года, и она вполне способна за себя постоять и, уж тем более, решать, с кем ей спать. — Ты за тоном-ка последи, дерьмо, — мужчина-таки врезал Учихе в челюсть, — уж явно не с тобой она будет самой счастливой… Широ согнулся пополам — Саске с ноги врезал неугомонному пацану в солнечное сплетение и, когда тот упал, брюнет «оседлал» соперника, нанеся несколько ощутимых ударов по лицу. Их было не остановить. Вероятнее всего, мужикам крайне необходимо было выпустить пар, от чего, в буквальном смысле, страдала окружающая их среда, но головы были забиты делами гораздо… важнее. — Я не позволю тебе ей навредить! Она и так многое пережила, а ты ее добьешь! — Да заткнись ты уже! Ты же ей жить и так не даешь! — Можно подумать, ты дашь?! — Да! И со мной она будет гораздо счастливее! И на этих последних словах затихло все. Мир остановился. Даже фонарь подозрительно замигал. Два взрослых мужика, которые несколько минут назад ломали друг другу лица и выкрикивали ругательства, замерли с широко распахнутыми глазами, уставившись друг на друга. Что я сказал??? Да ну нахер. Это утверждение вырвалось так естественно, словно Учиха знал об этом всю жизнь, ни толики сомнения. Пожалуй, только что Саске сделал самое громкое заявление в своей жизни, неосознанно, но сделал, и теперь придется отвечать за свои слова. Мужик он или нет? ___________________________________________________________________________ *Магатама (яп. 勾玉, или 曲玉, «изогнутая драгоценность») — изогнутая бусина из драгоценного камня в виде запятой. В манге/аниме Наруто магатамы были изображены на нарядах Хагоромо, Индры. ** Mugi no Oto — реально существующий бар с пивоварней в районе Синдзюку. Адрес: 1-12-15 Shinjuku 7th Bldg. B1, Kabukicho, Синдзюку 160-0021 Префектура Токио.