Late night devil

/Flashback/

— Я больше не хочу знать никого из вас. Теперь я могу жить один и не намерен видеть вас в своей жизни, и не дай бог я замечу хоть какое-либо ваше присутствие в своей жизни, — глаза Тэ сверкают от злости, которая мгновенно разливается по венам. Вы скажете, что он ужасный сын? Возможно. Отрицать не буду. Но прямо сейчас мне стоит больших усилий не перегрызть глотку его семье. Ему хватило всю свою сознательную жизнь провести в попытках угодить этим людям. Отец всегда считал юношу неправильным, ведь он не хотел продолжить семейное дело, не хотел притворяться, что всё хорошо. Кажется, ярость совершенно захватывает его. В комнате что-то бьётся, и я настороженно принюхиваюсь — кровь Тэхёна дурманит мой разум. Чёрт, дело плохо. Через пару секунд из дома вылетает и сам Ким, заворачивая за угол, и падает в мои объятия. — Я смог, Юнги-я, я смог! — юноша будто светится изнутри. Я не замечаю, как мои руки сильнее сжимаются вокруг тонкой талии — Тэ слишком близко, а я всё ещё чувствую его кровь. В голове эхом отдаётся подскочивший пульс темноволосого, и я готов поклясться, что мои глаза уже давно потемнели. Не хочу пугать его. Я узнал это маленькое безобразие пару дней назад, хотя, может и пару недель, для меня время течёт медленнее. В тот день Тэхён в очередной раз сбежал из дома, кажется, тогда он шёл на занятия, но совершенно не смотрел по сторонам, буквально впечатавшись в меня на перекрёстке. Юноша тихо ойкнул, наклоняясь, чтобы поднять мой блокнот, а я оцепенел. Ветер дул в мою сторону, растрепав едва вьющиеся пряди вороного крыла. И его запах дошёл до меня. Тёмные глаза гипнотизировали, а в моей голове осталась одна единственная мысль — для человека непозволительно обладать такой неземной красотой. Пребывая в своих мыслях, я тогда улыбнулся, и этот невинный жест заставил его расплакаться. — Хён, ты в порядке? — я слышу нотки волнения в голосе, возвращаясь в реальность. — Да, прости, просто задумался, — я улыбаюсь, ровно как в тот день, только теперь вижу счастливую улыбку в ответ. Решение покинуть родной дом далось ему с трудом, и я понимаю его. Мне пришлось оставить свою семью несколько лет назад, потому что я больше не был тем Юнги, которого они знали. Раньше я жалел об этом решении, но теперь, встретив его, перестал думать об этом совсем. Тэ был отличным другом, он всегда был рядом, сопереживал, чего стоили одни его попытки помочь мне.

Я понял, что буду оберегать его всегда. Пока он жив, я всегда буду рядом.

Потратив примерно два часа на переезд в пригород, мы действительно выдохлись. Темноволосый предложил посидеть в местном баре, а я почему-то решил согласиться. Признаться честно, никогда не испытывал тёплых чувств по отношению к подобного рода заведениям, предпочитая выпить в одиночестве, но в тот вечер хотелось пойти против своих же правил. Тогда-то мы и познакомились с Джином и Намджуном, которые оставались с ним всё это время. А я нет. Я не смог сдержать своих слов. Осознание гложило, съедало изнутри, и моим единственным утешением стала мысль о том, что он не остался один. Ребята оказались преданными друзьями, которые поддержали его тогда, когда я не смог. Было больно, но я знал, что у него всё хорошо. Тэ всегда был неуклюжим, часто его кожу украшали всю новые мелкие порезы и царапины, но каждая такая рана задевала мою выдержку за живое. Я не мог этого вынести. Он был моим персональным лучиком света, который погас во тьме. Чтобы позже засиять ещё ярче. Поскольку угроза в виде вампиров была реальной в этом местечке, я стал обучать Тэхёна обороняться против самого себя. Когда подошло время выбирать, куда именно нам следовало бы переехать, ответственным за это оказался я, ведь Тэ почти нигде не бывал до этого. С моей семьёй я объездил полмира и завершил бы начатое до конца, если бы только мог. Долго думать не хотелось, поэтому я выбрал почти вслепую. Почитал немного про это место — тихое, но опасное. Ким тоже знал об этом, но тогда он бросил фразу, которая решила эту задачу — «нет никакого смысла в жизни, если тебе скучно». Позднее к нашим тренировкам присоединились и ребята, но мне нужно было научить именно его. И он стал лучшим в этом. Люди всё равно всегда будут слабее нас, но от низших вампиров, тех, кто потерял свою душу, он точно сможет себя защитить. — Тэ, пойдём домой, тебе уже хватит, — у меня едва выходит оторвать его от столика, забирая из бара. Пожалуй, единственное негативное влияние новой компании заключалось как раз-таки в этом. Тэхён слишком часто стал перепивать. — Юнгии~, останься со мной, — он виснет на моей шее, утыкаясь носом в ворот рубашки, не замечая, как меня ведёт от его действий. — Перебирайся на кровать, я сбегаю домой и вернусь, — это единственный шанс выпить донорской крови, чтобы Тэ не пострадал. — Ладно, как скажешь, — падает на кровать, утягивая меня следом. — Но сначала полежи со мной, — он кусает губы, совершенно не соизмеряя силу, из-за чего на нижней губе выступает капелька крови. Я дёргаюсь в его объятиях, стараясь отодвинуться, но Тэхён уже ничего не соображает. — Мне холодно, не уходи. — Тэ, у тебя кровь, — мой голос становится ниже обычного, но юноша этого не замечает. Какой-то последней работающей клеткой мозга он допирает, что он прокусил губу, поэтому небрежно вытирает красные капли тыльной стороной ладони. Как в замедленной съёмке я вижу, как он тянет ко мне руки, но запах крови дурманит рассудок. Юноша вздрагивает от моего рыка, болезненно простонав, когда я впиваюсь в его запястье, прокусывая кожу. Тело подо мной дёргается, второй рукой Ким упирается в моё плечо, надеясь оттолкнуть. Мягкие ткани беспрепятственно разрываются, пуская обжигающую жидкость на волю, и я почти теряю рассудок. В уголках его глаз застывают слёзы, и я чувствую, как его боль передаётся мне. — Прости меня, Тэ… Он засыпает слишком быстро, а мне остаётся слушать его мерное дыхание этой ночью. К утру меня уже не будет, но пока я всё ещё охраняю его сны.

***

На следующий день он не выходит из дома, всё время пребывая в своих мыслях. Мне приходится наблюдать издалека, чтобы не испугать его ещё больше. Он выглядит сломленным, даже хуже, чем после смерти матери. Тэхён несколько раз за день истошно плачет, кричит, говоря о том, что я единственный, кто был ему дорог, но и я оставил его. Он ненавидит меня. Но я всё ещё рядом. Мне нужно время, чтобы обуздать свою жажду. По меркам вампиров я ещё слишком молод, чтобы хорошо контролировать себя, хотя прошло уже несколько лет. Самым тяжёлым было скрывать это от него, потому что мы проводили слишком много времени вместе. От заката до рассвета мы могли сидеть, разговаривая о каких-то пустяках, но при этом были счастливы. Он и сейчас сидит на балконе, всё ещё встречает рассветы, но уже без меня. Я думал, что находиться рядом с ним тяжело, но без него оказалось ещё тяжелее. Пусть моя сущность рвалась наружу каждый раз, когда он ранил себя, но сейчас она скребётся о мою грудную клетку. Даже зверю плохо без него. Так проходит неделя. Ким отсиживается дома, Джин с Намджуном приходят к нему каждый день, иногда даже по несколько раз на дню, и я безмерно им благодарен. Помнится, я сомневался в их дружбе, но сейчас благодаря их присутствию он продолжает жить, хотя пока не видит смысла. Спустя ещё неделю он выходит из дома, плетётся тенью за Сокджином, который упрямо тащит его в наш бар. Это было первым местом, которое мы посетили в этом пригороде после долгой дороги. Тогда на лице Тэ проскальзывает горькая улыбка, он чуть не плачет, но сдерживается. Джин понимающе прижимает его к себе, отправляя Кима-старшего за напитками покрепче. В тот вечер темноволосый многое рассказывает друзьям, какого ему было в родном городе, как его жизнь изменилась, когда он встретил меня. Я невольно прислушиваюсь, надеясь услышать что-то плохое, чтобы добить себя окончательно было легче уходить. Но Тэхён вспоминает всё самое хорошее, и от этого больнее. Душа рассыпается на тысячи осколков от его искренней улыбки, когда он произносит моё имя. С каждым днём ему становится легче, он окутывает себя хорошими воспоминаниями, стараясь не обращать внимания на бинт на запястье и неприятное покалывание на месте открытой раны. А мне только тяжелее. Мне не к кому пойти, некому рассказать всё, что тянет словно камень. Приступы случаются всё чаще и чаще, и я ухожу совсем, чтобы не навредить ему снова. Внутри всё сопротивляется этому решению, но я не пил кровь уже больше недели, а значит не могу себя контролировать. Возвращаюсь в город, едва узнавая родные улицы. Слишком устал. В сознании теплится мысль о том, что он справится.

/End flashback/

Ещё один шаг назад, и сильные руки останавливают, вжимая в себя. Тэ дёргается, пытаясь выбраться. Юноша уверен, что на месте соприкосновений останутся синяки, но это заставляет желать бороться ещё сильнее. Низкий рык прошивает всё тело током, и юноша чувствует, как бешено заходится сердце. — О-откуда ты меня знаешь? — голос дрожит, едва не срываясь на шёпот. Он встречал вампиров и не раз, даже охотился на них какое-то время, пока Юнги учил его защищаться, но сейчас он не может даже пальцем пошевелить без чужого разрешения. Это и есть высшие вампиры, о которых говорил Мин? А кем был он сам? Тэ думает о том, что неплохо бы восстановить дыхание, но у него как будто весь воздух из комнаты выветрился. Грудная клетка неравномерно вздымается, что только сильнее раззадоривает зверя. — Спроси что-то полегче, — Тэхёну требуется несколько секунд, чтобы убедиться в том, что это не голос в его голове. В каждой клеточке его тела нарастает паника, и он думает, что у него есть только один, последний шанс сбежать. — Кто ты? — хватка на долю секунды ослабевает, словно вампир не ожидал услышать такой вопрос. «Ну да, Тэхён, только ты можешь поинтересоваться у бездушного о его имени», — смеётся внутренний голос. Ким тут же делает несколько шагов вперёд, на ощупь отыскивая стеклянную вазу на прикроватной тумбочке. Один взмах, и вампир шипит от боли, хватаясь рукой за затылок. Тэхён пользуется этой заминкой, добираясь до лестницы. Ещё только шаг и он вырвётся. Как он ошибался. — Тот, чьё имя ты не забудешь, — резко разворачивает парня к себе лицом, показывая удлинившиеся клыки, и толкает к стене, не заботясь о том, с какой силой в неё влетает юноша. — Чон Чонгук, запомни это, детка, — Тэ слышит звук разрываемой плоти, но это будто происходит не с ним. Время замедляется. Но спустя миг боль накатывает волной, заставляя закричать и забиться под вампиром. Зря он разозлил его. Ким царапает чужие руки, оставляя красные полосы, контрастно проглядывающие под светлой в полоску рубашкой, но это бесполезно. Зверь вырвался на свободу, и он не оставит свою добычу. Комнату оглашает резкий звонок телефона. Тэхён было тянется в сторону звука, но тут же чувствует новую вспышку боли. Чонгук рычит, когда ощущает остатки сопротивления, буквально впитывая чужой страх, злость и нежелание покоряться. Стоит одной капле коснуться его губ, как он всаживает клыки, прокусывая глубже, едва не ломая темноволосому ключицы, на краю подсознания понимая, что человеку больно. Горячая кровь обжигает горло, расползаясь экстазом по всему телу. Тоненькая струйка стекает вниз по бледной коже, чёрная свободная футболка на Тэхёне пропитывается кровью, приобретая тёмно-карминовый оттенок, как и глаза Чонгука. Он пьёт саму жизнь, думая о том, что никогда такого не испытывал. Он прижимает к себе юношу сильнее, заставляя обмякнуть в его руках, что хоть как-то отрезвляет. Отсутствие каких-либо сил на сопротивление у Тэхёна заставляет остыть быстрее. В конце концов, он не хочет убивать его. Пока. Не ради этого он следил за ним всё это время. Вампир легко приподнимает ослабшее тело, усаживая на подоконник, и сам устраивается рядом. Темнота быстро пробирается в комнату, один только фонарь подсвечивает их силуэты. Холодные пальцы самопроизвольно путаются в мягких прядях, принося облегчение их владельцу. Взгляд шатена смягчается, он критично осматривает раны на шее юноши. Жажда проходит не до конца, ведь он привык иссушать жертв до последней капли. Но Тэхён не жертва. — Как ты меня нашёл? — сознание уплывает, и Ким думает о том, что узнает хотя бы что-то перед смертью. — Ты сам нашёл меня, Тэхён. Я чувствовал тебя всё это время, с того момента, как стал таким, — невесомо касается мягкой щеки, наблюдая за тем, как человек засыпает. Комната насквозь пропитана запахом его крови, и Чона заметно ведёт. Вампир пожирает взглядом ослабшее тело, желая поглотить это беззащитное существо полностью. Тэ вольнолюбив, но Чонгук станет его золотой клеткой, в которую Ким добровольно залетит. Клыки не уменьшаются, даже несмотря на то, что он только что выпил крови. Ему мало. Чонгука разрывает от противоречивых желаний. Его зверь хочет сожрать Тэхёна, а остатки человеческого твердят, что этот паренёк не зря привлёк его, чтобы так просто лишить его жизни. Человеческая кровь струится по его венам, заставляя все чувства обостриться. Ему невыносимо жарко от энергии молодой жизни и то же время холодно от ощущения её истощения, от причинённой боли. «Когда-то ты доиграешься с ним, Чонгук», — шелестит тихий голос на задворках подсознания. — Чонгук?!