Late night devil

***

— Уверен, что они ещё не переубивали друг друга? — Юнги хмурится, косясь на рыжеволосого. — Не думаю, что всё настолько плохо, — вампир спокойно продолжает идти к заветной двери. — По крайней мере запах крови довольно слабый. — Крови?.. — ужасается Чимин, что вызывает смех у Мина. — А ты как хотел? — произносит около чужого ушка, клацая клыками. Парень вздрагивает, щёки мгновенно заливаются краской. Его подталкивают вперёд, Чимин едва перешагивает порог, как на него из-за двери вылетает Тэхён, в красном пледе, который перепуганному Паку кажется кровью, и он начинает кричать. Чонгук с Юнги переглядываются, обмениваясь задорными улыбками. Шалость удалась. — Чим, — Ким обнимает друга, укутывая его в свой плед, пока Пак постепенно успокаивается и приходить в себя. — Чонгук бы мне не навредил, — глаза друга вспыхивают удивлением, на что Тэ тут же добавляет. — Чонгук рассказал. — Не люди, а змеи, — ворчит Чимин, перебираясь на подушку на полу. Они ведь даже заранее приготовили себе пространство для практик, которые нашёл Пак, но как их можно теперь проводить, когда он в таком состоянии? Но кажется, эта мысль заботит только Чимина. — Технически, люди тут только вы вдвоём, — парирует Юнги, замечая недовольный взгляд парня. Тэхён с неподдельным интересом выжидает начала, поддавшись наставлениям друга, что их отношения с Гуком можно сделать ещё более комфортными и мягкими, чтобы не шокировать окружающих. Хотя сам Чимин не может дать никаких гарантий, что они с Юнги сами до такого не дойдут. Чон всем своим видом показывает, что участвует в этом только из-за Тэхёна, поэтому устраивается около него. Юноша одаривает его тёплой улыбкой, ради которой Чонгук хочет жить. Рыжеволосый открывает какую-то тоненькую тетрадь, совершенно не внушающую доверия. Брови Чонгука быстро ползут вверх. — И мы доверим наши отношения какой-то наспех написанной тетрадке? — Не драматизируй, — Тэхён только закатывает глаза, легонько подталкивая его под бок. Пак начинает объяснять первое упражнение, окрестив его одним из самых простых, пока Чон не может справиться с элементарной задачей прекратить пялиться на Тэ. Ким, кажется, не замечает этого, продолжая смотреть в другую сторону, из-за чего внутри вампира нарастает возмущение. Его человек сидит так близко, но при этом смотрит на других. Руки медленно, но верно оплетают тонкую талию, и одним плавным, но быстрым движением пересаживает юношу на свои колени, довольно ухмыляясь, когда Тэ хочет возмутиться. Юнги только кладёт ладонь на плечо Чима, показывая, что он может продолжать. Когда голоса затихают, шатен понимает, что пора начинать, а он не запомнил ровным счётом ничего. Тэхёна это точно разозлит, потому что 'Чимин так старался'. Он быстрым взглядом оценивает то, как сидят Юнги и Пак, принимая такую же позу. Ким садится перед ним, поджимая ноги под себя, а затем пододвигается ближе, оставляя меньше метра между ними. Чонгук опасно сверкает глазами, но юноша уже не боится, аккуратно протягивая ему свои руки. Чон на долю секунды хмурится, не понимая, что происходит, но руки берёт, бережно вкладывая в свои. По коже пробегает заряд чужого пульса, который отдаётся в холодных венах вампира. Чон возвращается в то время, когда его собственное сердце колотилось как бешенное от переполняющих тело эмоций. Мышцы напрягаются, пытаясь удержать организм от ударной волны жизни, которой в Киме было хоть отбавляй. Тэхён это тоже чувствует, поэтому виновато опускает взгляд и слегка поглаживает холодную ладонь, извиняясь. — Мы должны посидеть так пять минут, — выдыхает Ким, наконец позволяя своему телу расслабиться. — И мы можем говорить друг другу всё, что захочется, главное — глаза в глаза. Вампир перестаёт злиться на рыжего, находя эту идею интересной и даже интимной. Когда они пересекаются взглядами с Чимином, Чонгук одобрительно кивает и не без удовольствия замечает, как парень расслабленно ведёт плечами. Знает ведь, что чуть что, Чон не поленится найти его хоть на краю света. Руки Тэ кажутся горячими, как батарея, хотя юноша и часто замерзает, но сейчас готов отапливать всю улицу своим теплом. Сущность внутри Чона тянется за ним, бережно касаясь своей пары. Ким видит, как сменяются эмоции на чужом лице, и это заставляет его испытать чувство, схожее с неловкостью, в которой присутствует щепотка радости и теплоты. Сначала Гук злится, недовольный 'глупыми фокусами Чимина', потом удивляется, понимая, что Пак только наставляет, а делают они всё только с Тэхёном, и наконец, удовлетворение от самого процесса, когда радужку затапливает цветом свежесваренного кофе. Сердце Кима ёкает. Не часто он видит такие глаза у вампира, но это зрелище он определённо запомнит надолго. — Тэ, я… Давно хотел извиниться за всё, что сделал с самого начала, — воздух в лёгких юноши мгновенно заканчивается, стоит Чону начать говорить про это. — Ты стал для меня всем, поэтому я хочу, чтобы наши отношения… Чтобы в них не было недомолвок, так что говори мне всё, что пожелает твоя душа. Рука Чонгука соскальзывает с его ладоней, забираясь под рукава тёплой рубашки, из-за чего Тэхён ёжится, но не отстраняется, ластясь, как котёнок. — Я хочу, чтобы ты тоже говорил мне всё, ведь я уже так делаю, — в этот раз Чона не спасает даже вампирская реакция, когда Ким касается губами его щеки. Это ощущается настолько правильно, что Чонгук возвращается в реальность только, когда слышит тихий стон, спрятанный в основании его шеи. Тэхён мягкий и послушный в руках, тянется за новым поцелуем, краснея с ног до головы, когда Юнги испускает смешок, загребая Чимина к себе поближе. Таймер пищит для всех совершенно неожиданно, и они неохотно читают следующее задание. Дальше больше, как выразился Пак, и Чонгук уже придумывал коварный план мести маленькому рыжему негоднику. Йога совсем не входила в его утренние планы, тем более совместная. — Это не йога, — Тэхён смеётся, и вместе с задорным смехом в Чоне поселяется чувство тепла и уверенности. Первым упражнением идёт отработка физической поддержки. Придётся падать. Эта надпись загорается в голове красным цветом, начиная мерцать как при опасности. Ким разминает плечи, готовясь ловить вампира, который совсем не собирается падать. — Давай я начну, — юноша выглядит вполне уверенным в том, что всё пройдёт как нельзя лучше и становится спиной к шатену, пока он думает, где достать эту уверенность и выкинуть ненужные мысли из головы. Но ты же тяжелее человека. Внутренний голос насмешливо стыдит даже за малейшую мысль о том, что человек сможет быть его опорой и поддержкой. Гук мотает головой, отгоняя эти мысли. Пока у него есть Тэхён, он будет счастлив. Темноволосый не предупреждает, как и говорил Чимин. Выжидает какое-то время, дожидаясь того момента, когда внимание вампира рассеется, и падает. Сердце Чонгука уходит в пятки, начиная болезненно биться о стенки. Одна секунда, Тэ уже довольно близко к полу, ещё чуть-чуть и он коснётся его затылком, получая сильнейший удар. Чон паникует всего секунду, когда его сверхъестественная скорость и реакция вступают в бой. Слышится вздох облегчения, когда холодные пальцы встречаются с тёплой кожей. Юнги одобрительно кивает, уже давно расправившись с этим заданием на пару с Паком. — Теперь ты. Звучит как самый настоящий приговор. Чон встаёт спиной ко всем, надеясь, что падать будет не так больно. А потом не даёт себе и миллисекунды на раздумья, отталкиваясь от пола. Все процессы внутри замирают, неосознанно подчиняясь команде готовиться к худшему. Но едва ли он отклоняется, как родные руки обхватывают плечи, останавливая падение. Тэхён в порыве гордости за Чона обнимает до хруста костей, радостно щебеча, что они преодолели ещё одну ступеньку на пути к полному доверию друг другу. Последним Чимин объявляет тайное письмо друг другу, которое каждый сможет прочесть только ближе к вечеру. Они вместе пишут имена друг друга, и Чон вытаскивает Чимина. Тэхён загадочно улыбается, не рассказывая, кто ему попался. Мин выглядит не менее подозрительным, но это останется всеобщей тайной до того, как стрелка часов пробьёт двенадцать. — У тебя есть план? — Тэхён довольно улыбается, игриво прищуриваясь, и сплетает свои пальцы с Чонгуком. — Хочу тренировать свою силу, — Юнги, который последним выходил из комнаты, хлопает его по плечу, подмигивая. У них с Чимом будут свои занятия. Чон выглядит немного растерянным, но Ким буквально светится от мысли о том, что сможет лучше понять свои способности и научится использовать их во благо. — Лес? — вампир сдаётся, не решаясь отговаривать. Через пару минут благодаря скорости Гукка они оказываются в самом сердце леса, где им точно никто не сможет помешать. Тэ прерывисто дышит, будучи всё ещё не в состоянии привыкнуть к таким быстрым перемещениям. Темноволосый распрямляется, оглядываясь по сторонам, и кидает беглый взгляд на вампира, что-то решая в голове. Затем отходит чуть дальше. — Я хочу попробовать кое-что, но ты… Просто стой так и не шевелись, — Чонгук напрягается, но замирает на месте, закрыв глаза. Он и сам не знает, зачем это делает, но кажется, словно так Киму будет проще сосредоточиться. Взять себя в руки оказывается не так просто, сущность хищника рвётся наружу, возмущаясь тому, что приходится полагаться на кого-то более слабого. Физически, — поправляет себя Чонгук. Тэхён всегда был смелее, упорнее, не сдавался, когда Чон готов был опустить руки. И это чувство было сродни глотку свежей воды, когда сила наполняет твоё тело, и ты чувствуешь, как мышцы радостно отзываются на её движение. Кончики пальцев начинает медленно покалывать. Это чувство проходится вверх до самого плеча и остаётся где-то на уровне шеи, после чего исчезает. Открой глаза. Делать это страшно, потому что он перестал ощущать Тэхёна на уровне запаха, присутствия, словно вампирское чутьё отключилось, как будто он снова беспомощный человек. Шатен трясёт головой, пытаясь вернуть привычное мироощущение. Хотя бы почувствовать землю под ногами. Но ничего. Открой, Чонгук. Такой ласковый голос, такой знакомый и как будто родной, он притягивает. Языки красной и жёлтой энергии танцуют вокруг, освещая всё пространство леса. Вампир вглядывается в разноцветные всполохи, пытаясь найти Тэхёна. Делает шаг вперёд, но вес собственного тела не ощущается, и он перемещается дальше, чем планировал. «Словно другая вселенная», — проносится в голове, но сейчас изучать её законы нет времени. Отсутствие рядом Кима заставляет нервничать, и он периодически оглядывается, продолжая продвигаться вперёд. Чон чувствует позади какое-то скопление энергии, и сразу после тёплые руки обвивают его плечи. — Ты напугал меня, — выдыхает вампир, унимая готовность к атаке и возвращая радужке привычный карий оттенок. — Куда ты пропал? Я чуть с ума не сошёл, когда потерял тебя, — притягивает юношу ближе, хищно клацая клыками в воздухе. — Чонгукки, у меня получилось! Мы теперь связаны этой энергией, — Тэхён радостно взмахивает рукой и Чонгук чувствует восторг, прошивающий его тело. Тоже самое, что чувствует сейчас маг. — Пойдём, я покажу, из-за чего пропал. На поляне вампир видит совсем ещё юного оленёнка, окружённого плотным кольцом светлой энергии, через которую пытается пробраться рысь. Такой же хищник, как и я. Шатен вздрагивает, в глазах поселяется дымка отчаяния, ведь силы Кима призваны защищать природу от таких созданий, как он. Эта волна захлёстывает и Тэ, и он резко теряет связь с энергией, которой защищал бедное животное. Ким кричит, закрывая лицо руками, когда по лесу раздаётся звериный рык. Слёзы обжигают щёки, застилая глаза. Человек бы упал, если бы не сильные руки, прижимающие к себе. — Посмотри, — темноволосый трясёт головой, не намереваясь смотреть на кровавое месиво, но парень оставляет поцелуй на его плече, призывая доверять. Аура Гукка меняется, больше не источая отчаянный ужас, остаётся только что-то незримо тёплое и прекрасное. То, что люди именуют любовью. Тэхён боязливо открывает глаза, сильнее сжимая холодную ладонь в своей руке. По поляне всё также ходит молодой олень, только хищника нигде не видно. Волна дрожи пробегает по всему телу, заставляя прижаться к Чонгуку сильнее и оставить нежный поцелуй на губах. — Спасибо. До дома вампир доносит его на руках. Тэ как бы ни противился, засыпает у него на груди, уставший от всех практик. Но даже сонный маг всё равно поддерживает внутреннюю связь с Чонгуком, которая разговаривает с ним без слов. Парень устраивается рядом с ним на кровати, когда Ким переворачивается к нему лицом, утыкаясь носом в ключицы, и тут мир перед глазами Чона меняется. — Кто ты? — хватка на долю секунды ослабевает, словно вампир не ожидал услышать такой вопрос. Ким делает несколько шагов вперёд, на ощупь отыскивая стеклянную вазу на прикроватной тумбочке. Один взмах, и вампир шипит от боли, хватаясь рукой за затылок. Тэхён пользуется этой заминкой, добираясь до лестницы. Ещё только шаг и он вырвётся. Как он ошибался. — Тот, чьё имя ты не забудешь, — резко разворачивает парня к себе лицом, показывая удлинившиеся клыки, и толкает к стене, не заботясь о том, с какой силой в неё влетает юноша. — Чон Чонгук, запомни это, детка, — Тэ слышит звук разрываемой плоти, но это будто происходит не с ним. Время замедляется. Чонгук дёргается, едва не сваливаясь с кровати, когда видит то, как жадно он впивался в бледную шею, едва не ломая человеку кости. Тэхёна всегда было мало, мало даже сейчас, когда он уже принадлежит ему. Чон мог отпускать, когда был человеком. Он не привязывался к людям, никто не мог зацепить его. Зверь внутри изменил всё отношение к миру. Люди всё также не цепляли взгляд, но нашёлся один юноша, из-за которого голод стал сильнее. Хотел ли он убить его, свернуть шею и выпить всю кровь до последней капли? Да. Несколько раз он шёл с твёрдым намерением исполнить эту мысль, вот только всегда было мало. Поначалу это было самое простое решение — если убить Тэ сразу, жажда никуда не денется, даже если выпить всю его кровь. — Я хочу, чтобы ты знал, что мы всегда будем рядом, и это именно то 'всегда', подразумевающее постоянно. Ты всегда можешь прийти к нам, если тебе будет плохо, Тэ, просто помни это. Чон сильнее прижимает к себе спящего мага, делая пометку, что нужно будет поблагодарить Намджуна и Сокджина за его маленькое счастье. — Постой, — Чонгук оказывается непозволительно быстро в попытке догнать, не применяя насилия. — Я… Просто хочу поговорить, — Ким щурится, брови его изгибаются в изумлении. Юноша кидает оценивающий взгляд на шатена, отмечая, что даже манера разговора стала спокойнее с прошлого диалога. Но чёрт возьми, это всё ещё был хищник, готовый разодрать ему глотку. «Так почему я каждый раз сомневаюсь, стоит мне увидеть его?» А ведь Тэхён был первым человеком, с которым Чон разговаривал после обращения. Чем больше он узнавал темноволосого, тем чаще его тянуло к этому дому. Ему впервые не хотелось сделать больно. — Н-но… Тебя ведь должен раздражать запах, — Тэхён неуверенно смотрит на вампира, вспоминая слова друга о чувствительном обонянии. — Как думаешь, меня стал бы раздражать первый запах, который я почувствовал, когда обратился? Тот запах, который сладостью оседает в лёгких, заменяя воздух? — парень приближается, и всё, что остаётся сделать Киму — вжаться в столешницу, надеясь, что пронесёт. Тэхён почти перестаёт дышать, когда Чонгук тянет его на себя, утыкаясь губами в уголок губ. Ким умудряется показывать не только события, но и открывать свои чувства ему. Чонгук улыбается, чувствуя трепет их первого поцелуя, и прижимается губами к виску мага. — Твой запах, — ведёт носом по горячей коже в районе шеи, заставляя Тэхёна вздрогнуть. — Почему, чёрт возьми, он такой сильный? Где амулет? — Я снял его, — в воздухе чувствуется, как сильно его слова взбешивают вампира, поэтому он спешит добавить. — Только чтобы рассмотреть… Мы же далеко оттуда, да и я только что буквально… Ким испуганно замолкает, когда Чонгук рычит, вталкивая его в дом. Тэ обмякает в руках, тяжело дышит, медленно приходя в себя. Перед глазами всё кружится, и он погружается в доселе неизвестную негу. Чон отстраняется, зализывая свежий укус, и тянется к нему, оставляя нежный поцелуй на губах. Незабываемое ощущение их первого раза. Он так боялся сломать это хрупкое человеческое тело, что держался на расстоянии слишком долго. Волна сдерживаемых чувств накрыла резко и безвозвратно. — Я люблю тебя, Тэ. — Не смей отдавать меня, Чонгук, — грозится, проваливаясь в сон. Пульс Тэхёна учащается, он обеспокоенно ёрзает во сне, стараясь притереться поближе к Чону, как будто он может его согреть. Позади слышится рык, и Чон начинает надвигаться на них. Ким оборачивается, чувствуя, как по венам разгоняется кровь — этот тембр он узнает из тысячи. Лицо Субина озаряет усмешка, ведь вампир сейчас совсем себя не контролирует. Он чувствует кровь и готов растерзать жертву. — Я думал, ты не причинишь вреда моим близким, — на глазах проступают слёзы, а внутри ломается что-то важнее костей. Он не должен был испытывать что-либо, кроме ненависти, по отношению к бездушному. Холод проникает внутрь, скользя по венам отвратительно медленно. То, что они так долго строили, к чему так долго шли, рушится на глазах. Чон напрасно пытается ухватиться за ускользающую нить судьбы, связывающую его с магом. Тэхён самолично обрывает её, разрушая себя вместе с ней. «Гукки, спаси меня…» Голова раскалывается, словно он только что получил по ней чем-то тяжёлым. Родной голос заставляет кровь бежать, добавляя сил для того, чтобы вернуть всё. Исправить и больше никогда не отпускать. — Я поранил ногу… Капкан… — Чон коротко кивает, бросая, что встречал парочку таких на своём пути. — Почему, Чонгук? Я же верил, что нужен тебе… Тэхёну больно, и в этот момент вампир проклинает их связь за то, что так остро чувствует это. Как будто лезвие входит под рёбра, а потом бесконечно проворачивается, дробя кости в пыль. Чонгук злится. Ярость заменяет остальные чувства, заставляя глаза полыхать алым цветом. Ким испуганно шарахается от него, но уже слишком поздно. — Тебе правда стоило бежать от меня, уехать в другой город, вернуться к родным, — Ким задыхается от его слов, но Чон и не думает прекращать. — Но сейчас слишком поздно. Я готов умереть, чтобы ты был жив. И тебе некуда от меня деться. Сопротивление есть только на физическом уровне. Тэхён уже давно признал их связь, подчинился, но обида всё ещё клокочет внутри, заставляя отбиваться от его рук. — Я скучал, Гукки, — юноша открывает глаза, протягивая руки к нему. — Всё то время, что ты был не рядом, мне было плохо без тебя, но я был слишком горд и обижен, чтобы признать это. Когда Чонгук впервые нашёл его в толпе глазами, он окончательно убедился в том, что обратной дороги нет. Было что-то во внешности этого юноши завораживающее, приковывающее взгляд, и Гук не был уверен, что это создание вообще с этой планеты. Встретившись с карими глазами на балконе тем вечером, парень вдруг подумал о том, насколько неправильно всё складывалось. Он должен был оставаться человеком, построить хорошую карьеру, а потом встретить Тэхёна, познакомиться по-нормальному, продвигаясь в отношениях шаг за шагом, постепенно. Возможно, всё могло бы быть именно так, но Чонгук вампир, и он не смог бы терпеть так долго, узнав однажды, что такое желать.

***

Они выбираются из комнаты как раз под вечер, когда довольные Чимин и Юнги сидят в гостиной, перебирая в руках письма. Тэхён уже было хочет возмутиться, что они начали читать без них, что противоречит правилам практик, но тут он понимает, что конверты отличаются от тех, что были днём. А значит это результаты тестов! Ким резво находит конвертик со своим именем, после чего прыгает на Чонгука с ногами, светясь как новогодняя гирлянда. Он сдал экзамены. Теперь их всех ждёт новая жизнь.