Иллюзорная сага. 1. Магия Снов

Марина

      Я проснулась от стука в дверь. Я не знала сколько было времени, знала лишь то, что чувствовала себя лучше и наконец отдохнувшей.       – Марин, это я, – раздался знакомы и такой за столь короткое время родной голос.        Слегка поправив волосы, чтобы хоть немного выглядеть получше, да похлопав по щекам, – я легким взмахом палочки отворила замок на двери, прикрывая ноги под колючимшерстяным одеялом и в этот момент в палату вошел Саша. Он держал перед собой горделиво огромный поднос, от которого поднимался легкий дым и пряный аромат, во рту в ту же секунду появились слюнки – кажется, я чувствовала запах выпечки!        – Я принес завтрак. Ты не против моей компании? – поднос припустился на руках и мне предстала широченная улыбка Саши. Он, однако, выглядел бодро, очевидно, он уже не спал как минимум часа два и успел не только почистить зубы, но и позаниматься – по крайней мере, мне так показалось, пока я смотрела на друга, улавливая легкие перемены.        На губах заиграла улыбка и я удобнее устроилась на койке, кивая другу на конец койки, чтобы он присел. К сожалению, единственный предоставленный для меня стул был занят моими же пожитками и мне не улыбалось (как бы сказала Эмма) их скидывать кучей хлама, как я нашла их прошлым вечером и вместе с Кристиной приводила в порядок.        – Честно сказать, пока у Кристины и Семы смена...дежурство... или что-то такое, я не понимаю иногда слов из уст этой девчонки... Я здесь как белая ворона... – как бы невзначай начал он.        – Но ты и так беленький, – усмехнулась я, когда он поставил мне поднос на ноги и тот приподнялся в воздухе, дабы нам было удобнее с него брать еду. Увидев на подносе огромную, круглую и такую со-о-очную булочку, я тут же ее схватила и укусила, вонзая безжалостно в её тесто свои зубки и тихо постанывая от удовольствия. Мы так давно нормально не ели! Какая может быть речь о сдобе?       – Расскажи мне, друг сердечный, что происходит? – прожевав, сказала я и снова влюбленно уставилась на булочку.        – Ну, ты идешь на поправку, – серьезно сказал Саша, но увидев мой взгляд, показал язык, схватил с подноса вторую такую же пухлые булку и громко чавкая, продолжил: – Мы исхалилагхерь, как ты помн-ишь… Но лагхерь... – он сглотнул, – нашел нас сам. Здесь так много народа, что какой-то недоволшебник... Иными словами, всем плевать. Мне толком ничего не говорят, а что говорят не проясняет ситуацию. Кроме одного.        – Кроме одного? – я посмотрела другу прямо в глаза и внезапно заметила в тех решительность.        – Они потеряли какого-то парня, что должен был вчера сюда им привести Эмму.        – Стрельцов... – прошептала я одними губами, и булочка выпала из моих рук, падая на пол и катясь в известном лишь ей направлении. Он пропал, он погиб?.. И как теперь мы доставим Эмму к Мудрейшим?! – Он... Он...        – Стой ты, панику разводить начала… Ай-яй-яй! Дослушай, дальше круче, – он подался вперед, хватая с подноса тарелку с кашей и говоря: – Они поймали последний след (так они выразились?!) Эммы у какой-то Обители нимф... И те подтвердили, что она была там... И была не одна... Наши друзья живы. Только...        Последний след – это использование магии или, в нашем случае, аура волшебного народца. Так как Эмма не считалась изначально волшебницей, ведь была иллюзионистом, они поймали ее ауру, которая могла показать до мельчайшей детали как выглядел обладатель и что говорил. Хорошо ли это? Плохо ли?        – Только? – повторила я тупо за ним. В тот момент в голове моей все вертелось и вертелось, да вертелось одно имя, одно... Стрельцов, Стрельцов...        – С ними не было Иннокентия. Марина, что это может значить?        Я снова посмотрела на друга и тот посмотрел на меня: он явно ждал ответа, но я не знала его. Знала лишь то, что была права насчет Филиппа и... И...        – Мы должны покинуть лагерь.        – Отлично, я знал, что ты тоже решишь это. Но ты знаешь как?        Я уже было вскочила с койки, готовая ринуться в очередное бегство, но слова Саши меня остудили.       – Нет, конечно же... – да, тут я действительно не подумала. Постойте-ка: – А ты что ли знаешь?        Набирая ложкой кашу, Саша самодовольно улыбался.        – Полезно быть маленьким недомагом, – он подмигнул и захлебнул с ложки кашу.        – Недовошебником, – поправила я, – и как же? – скрестила я на груди руки и скептически на него посмотрела.        – Ну, я тебе говорю... Кроме Кристины и Семы тут не с кем общаться и...        – Ты и их втянул?        – А как мы еще поможем нашим друзьям? Чем нас больше, тем лучше. Мы должны вытащить жопки наши друзей, – он незаметно показал кристалл дружбы, тот был почти чистым, лишьна кончике бледное пятнышко розового, – из беды бедовой, пока эти большие шишки готовятся напасть на ваш этот знаменитый почему-то П-призрачный город, не замечая и не слушая детей... И у нас... На это три дня. Все просто. А, ну и, если так хочется, у нас будет время и отыскать этого вашего Стрельцова... Кажется, он где-то здесь, – с этими словами он кинул мне скомканную в шарик бумагу.        Я осторожно развернула ее и разгладила, расширяя глаза.        – Откуда у тебя эта карта?        – Это ты ему спасибо скажи.        – Ему? – глаза внимательно бегали по точкам, отметинам и запоминали детали. – Кому?        – Полагаю, мне, – тихо вошёл в мою комнату некто, кто ранее был представлен мне как Сема.        Я отвлеклась от карты на ногах и встретилась взглядом с вновь вошедшим. Сердце пропустило удар, больно коля меня куда-то в области живота, оживляя там рой диких бабочек. Что это со мной?..

Эмма

      – Кто вы такие? – чуть громче, чем надо, повторила женщина, смотря в упор на меня.        Филипп, от которого это тоже не убежало, выскочил вперед, показывая перед собой пустые руки. Палочку он подпихнулмне, и я ту крепко сжала, будто бы смогла с ней управиться. С другой стороны, незнакомка об этом же не знала.        Тут женщина посмотрела на него.        – Ты не похож ни на одного из марионеток, что ранее наведывались сюда, – заметила она и опустила палочку. – Как занесло ноги единственной из тех, кого я никогда и не думала увидеть воочию в это место, юный волшебник?        Фил бросил на меня задумчивый взгляд через плечо, а затем, внезапно для меня, улыбнулся.        – Ну все началось с того, что планы у Мудрейших из ряда фантастики. Ну и немного нимфы помогли...        Волшебница поднесла к подбородку палочку и пару раз ей постучала, а затем улыбнулась.        – Нимфы могут, – кивок. – В любом случае, вы пришли как раз к ужину, дети. Я отведу вас к... – она пробежалась по нам быстрым изучающим взглядом, – к камину. Но с едой придется немного подождать. Мне надо будет запереть все двери перед сном.        – Я могу помочь, – вызвался было Филипп, но женщина покачала головой.        – Не стоит, юноша, меня одной достаточно. Да вы на ногах сами еле держитесь! Вы от кого-то бежали?        Филипп снова посмотрел на меня, я хотела было намекнуть ему, чтобы он ничего не говорил, но...        – Иначе никак. Но за нами нет хвоста, нимфы помогли нам уйти от их Обители...        – Но покормить они вас, конечно же, не додумались, – прицыкнула языком волшебница и протянула к нам руки. – Идемте, идемте скорее. Девочка совсем уж беленькая...        И она так резво развернулась и зашагала по лестнице. Подхватив меня под руку и изымая из пальцев палочку, Филипп последовал следом. Волшебница постучала по корзинке палочкой, и та поплыла около нее по воздуху, освобождая вторую руку волшебницы. На середине лестницы она развернулась и протянула мне прямо перед лицом зеленое яблоко.        – Красавица, угостись яблоком, оно поможет тебе не упасть в обморок. Очевидно, ты не привыкшая ко всему волшебному, – я нерешительно взяла яблоко и под ее пристальным взглядом сделала первый укус. Приятный яблочный сок заполнил мой рот, и я проглотила кусочек.        – Как вкусно! Спасибо! – отозвалась я, делая следующий жадный укус. Затем спохватилась и протянула Филу для укуса, но тот отказался, пряча улыбку.        – Ох, детки, простите мне мое... – волшебница ударила легонько себя по лбу, – добро пожаловать в школу-пансион Пяти Стихий. Меня зовут Анна, я здешний смотритель... А вы?        – Я Филипп Громов, – отозвался мой друг, пока я довольно откусывала от яблока и жевала. – А это – Эмма Гордеева.        Во взгляде Анны появилось понимание и будто бы подтверждение каких-то ее особых мыслей по моему поводу.        – Как вы и заметили, она новенькая во всем этом... Поэтому нам сложнее путешествовать. Но это не умоляет ее силы и таланта...        На последнем слове он сделал акцент и Анна, слегка наклонив голову, посмотрела на Филиппа.        – Ты имеешь в виду это? – спросила она и выдвинула вперед руку, ладонью вверх. На той, стоило волшебнице только окончить свой вопрос, выросла роза, которая за секунду видоизменилась в красную салфетку, которую она протянула мне.        – Иллюзии – это не так уж сложно, мой дорогой, – сказав это, волшебница подмигнула мне. – Неужели ты не почувствовала?        Филипп обернулся ко мне и распахнул рот.        – Ч.. Что? – испуганно спросила я, хватит салфетку и вытирая лицо – но салфетку была чиста, не считая влажных разводов из-за сока яблока.        – Может, она ещё просто не научилась этим пользоваться? – обрел дар речи Филипп и прикоснулся к моему правому виску. – Эмма, у тебя родимое пятно светится. Ты не чувствуешь?        – Ну, – протянула я, – стало немножечко теплее. Может, от холода я просто не заметила?        Анна улыбнулась, скрещивая перед собой руки.        – Думаю, нам есть о чем поговорить за внезапно таком праздничном ужине, но вначале, детки, я хочу, чтобы вы отогрелись и отдохнули, пока я запираю на ночь замок.        После этих слов, она быстро преодолела лестницу, прошла мимо двери и стала подниматься по лестнице у стены. Поправила один из канделябров и в том зажегся свет.        Я внезапно подняла глаза к потолку и восхищенно притормозила. Там, держась на трех огромныхцепях, висела красивая кованная люстра, она что-то мне напоминала, но я не могла понять что именно, могла лишь различатьвитиеватые закорючки, державшиесвечи и как огни тех прыгали забавными узорами по стенам этого огромного бездомного зала.        Анна уже шла по очередной внезапно появившейся будто поволшебствулестнице, и я поспешила следом, боясь, что без нее ступеньки подо мной смогут просто-напросто исчезнуть и я грохнусь в ту темную яму, что так пугала и привлекала меня.        Очередная лестница у стены и вот Анна открывает деревянную дверь на этаж в красивой каменной раме.        Она приглашающе нам машет и я, как только моя нога пересекает порог, ощутила желанное тепло.        Глазам пристала одна из тех гостиных, что мы так привыкли видеть в замках, читать о них в сказках – все такое внезапно уютное и одновременно нереальное. Большие кресла с длинными спинками; большой, коричневый, будто плюшевый диван, укрытый пледом; в середине комнаты столик на забавных ножках, а на нем корзинка с нитками и спицами; на огромных, в ромбик, аркообразных окнах цветастые шторы и конечно же он – камин прямо напротив двери.        – Добро пожаловать в учительский уголок. Обычно здесь более оживленно и менее однообразно... – она кивнула на пианино, которое было укрыто очередным цветастым нечто, поверх которого стояли горшки с растениями разных видов и размеров. – Но я тут живу одна и немного переделала под себя...        Я увидела книжные стеллажи – даже и здесь книги граничили с цветами. Я улыбнулась.        – Здесь уютно, – и я прошла к дивану, плюхаясь в его серединку.       Анна поставила корзину, что надоедливо тыкалась ей в плечо, на столик и подошла к камину. Навела на золотистое ведро тут же рядом палочку и из того вылетело пару бревен.        – Сейчас отдыхайте, можете взять книги почитать. Либо посплетничать. Я обещаю прийти к вам минут через двадцать, и буду с едой, – она подмигнула и вскочив с коленок, устремилась к двери. – А, и потом выберем вам комнаты спать. Я скоро.        С этими словами она оставила нас наедине, осторожно прикрыв дверь.        Имея наглость, я стянула с края диван плед и укрылась им будто в кокон. Филипп через мгновение уселся справа от меня, наблюдая, как в камине интересно танцевали бревна, зачарованные Анной.        – Это было неожиданно.        – Что именно?        – Я не думал, что иллюзионисты есть по эту сторону завесы, – честно ответил Филипп. – Ты знаешь, дабы защитить тебя от влияния... И возможного похищения... Всех иллюзионистов либо изгнали, либо лишили магии до такой степени, что...        Но он не стал договаривать,да и я не очень хотела узнать, что там было с ними, так как воображение и сам уже решило, что могло случится с теми, кто родился с таким же даром...       Поверить только, эта женщина!.. Она смогли бы помочь мне в моей магии и... И ведь...        – Она волшебница, она использовала палочку! – высказала я вслух, и Филипп посмотрел на меня.        – Ты думаешь она поможет тебе в этом? – спросил он. – Эмма, не глупи, тебе же сказали...        «Это неправда, – отозвалась Роза и я почувствовала, как ее брови сошлись на переносице. – Конечно, ты не лучшая волшебница во вселенной и чаще... Возможно, намного чаще будешь прибегать к иллюзиями... Но ты можешь – ты волшебница!»       – Но я могу! Я уверена, просто... Мне просто... – я зажмурилась, перед внутренним взором снова вспыхнуло кладбище и тот странный взгляд синих, бездонных глаз. Ох, как давно я не видела этого взгляда!        – Не будем спешить. – Филипп был категоричен. – Мы здесь на ненадолго. Помнишь?        Я-то помнила. И очень хорошо. Но, с другой стороны, почему бы не попробовать? Да и потом... Кроме того, что я очень хотела попасть на то кладбище, чтобы понять свою связь с Розой, я в принципе не знала куда нам идти. Нет, я врала, идти нам надо было в одно место, только в одно... Призрачный город.        Но, черт побери, почему?.. Чем я могу помочь, даже не понимая смысла той загадки королевы нимф? Я ничерта не умею, то немногое что и стало получаться, так лишь иллюзии, как же я могу быть ключом к чему-то, что сможет изменить судьбы?       Да и судьбы ли? 

***

      Анна протянула небольшую корзинку с хлебом, заметив мой потерянный взгляд. Взяв ломтик, я кивнула.       – Спасибо.        – Ох, не за что, дорогая, кушайте. Обязательно кушайте хорошо. И не стесняйтесь просить добавки. Я как наготовлю, то вечно забываю, что одна с парой кошек, тут охраняющих подземелье, еда пропадает, – щебетала она без остановки вполне себе добродушно.       За едой Филипп рассказал, что мы ищем, по возможности, лагерь ополчения, дабы соединиться с определенным человеком, что должен будет отправить меня к Мудрейшим. И снова он упоминает этого Стрельцова! Кто он вообще такой, почему, как дело касается меня, все зачем-то упоминают его – да блин!       Забавно, но за тот период времени, что мы провели вместе– то он, то Марина, как дело касалось чего-то будущего, неопределенного, всегда говорили, что Стрельцов знает, он скажет, он решит и все такое подобное дальше.       Но они хоть раз думали, что он может и не знать? И потом, сейчас я не видела этого человека здесь, а вдруг он...        Я замерла, так и оставив над ломтиком хлеба открытый рот.        – Эмма? – похлопал меня по плечу Филипп. – Эм?        Я перевела на него взгляд и отложила хлеб на скатерть.       – А ты не думал, что нам стоит искать именно этого Стрельцова, а не лагерь?        Рука Филиппа замерла в воздухе.        – Мы кажется это уже обсуждали. Сейчас мы должны доставить тебя в лагерь. Ты знаешь...        – Но ты обещал мне! – возразила я, яростно отталкивая от себя его руку. – Я не хочу ни в какой лагерь, это бред собачий! Я не знаю, где мои друзья и кристалл...        Я демонстративно кинула его в центр стола, и Филипп нервно посмотрел на Анну, а потом сказал:       – Эмма, это не...        – Интересно, – внезапно подала голос Анна, касаясь указательным пальцем кристалла. – Это... Неужели это один из кристаллов дружбы? Но он такой странный...        Филипп и я, готовые сцепиться друг с другом, перевели взгляд на кристалл и Анну. Она кивнула подбородком, заставляя нас смотреть только на кристалл.        В тот момент кристалл мигнул и с остренького кончика по нему заструился красный цвет. Он окрасил собою весь мой кристалл, но с каждой секундой становился бледнее и бледнее, пока лишь одно темное пятно в сердцевине не осталось бледной тенью, напоминающей о том, что это не было виденьем.        – Марина, Саша... – прошептали мы одновременно с Филиппом.        – Знаете, детки, сейчас я вижу перед собой что-то, что в быту школьной жизни бы посчитали нарушением школьных правил, а также угрозой... – нарушила тишину Анна, укладывая перед собой руки домиком. – Вы ведь знали о возможных последствиях?        – Вы о смерти или потери магии? – спросил Филипп дерзко.        – Или возможности перестать видеть? – добавила я.        – Или возможной потери себя, кажется? – продолжил Филипп и я кивнула.        – Да, мы догадывались, когда вчетвером вставали в тот круг ритуала, – проговорила я. – И словом, все прошло хорошо.        – Я бы сказал волшебно, но мы говорим о тебе, Эмма, а значит – магически.        – Детишки, а вы уверены, что вам так уж нужно к этим старым Мумиям? – улыбнулась Анна, перекидывая на левое плечо косу. – Может, вам действительно стоит найти того юношу и ваших друзей? – она коснулась пальцами кристалла, бережно его взяла и протянула мне. – Как думаешь, Филипп, что важнее – отдать друга тем старикашкам или помочь друзьям?        Я осторожно приняла в руки кристалл и прижала его к груди, бросив на Фила исподлобья хмурый взгляд.        Он взвел в воздух обе руки, очевидно сдаваясь.        – Этот выбор неправильный.        – От чего же, волшебник?        – Я всегда выберу названную.        Анна посмотрела на меня и подмигнула.        – Я не самая лучшая волшебница, но в дорогу я дам вам пару зельев, еды и теплой одежды. Наставления я давать не умею, да и чему мне наставлять? Я обычная волшебница, смотрительница брошенного замка с двумя котами на попечении, – она встала со своего места и подошла к пианино. Взяла одно из растений и поставила его между нами с Филиппом.        Я изумленно распахнула рот, хватаясь за одну из красивых, спелых темных ягод.        – Это черника?        – Черника обыкновенная, – кивнула Анна, нежно проводя по листикам пальцами, от чего те заискрились и вот в её руке небольшая бутылочка. – От недуга живота, да для кожных болячек... Для приема внутрь, либо пару капель на рану, – она отдала бутылочку мне.        Филипп покачал головой, но сам улыбался.        – Значит, эти растения здесь не для красоты? – спросила я.       – О, мое дитя, нет конечно же. Что-то для еды, что-то от еды и так, по мелочи... Для жизни. Я неплоха в иллюзиях, охране... До сегодняшнего вечера и зельях.        – Анна... Кстати о иллюзиях...        – Моя дорогая, тебе не нужны мои уроки. Ты и так отлично справляешься, – она села на свое место и протянула ко мне руку. Я нерешительно вложила в неё свои пальцы.        Как только моя кожа соприкоснулась с ее – я ощутила силу, почувствовала магию и поняла материю.        Роза подправила меня, сказав, короткое «поверила иллюзиям».       «И что это значит?»       «До этого момента, ты не хотела видеть и слышать свою магию. Но стоило тебе встретится с ней в лице кого-то другого, более слабого, ты наконец почувствовала свою магию. – Роза задумчиво промолчала, а потом заметила: – Ты часто полагаешься на мои знания, делая то, что я говорю, нежели даешь своей магии стать единым с тобой. Может поэтому палочки отторгают тебя?»       «Роза... »       «Не экспериментируй. Все равно сразу не выйдет, – правильно поняла она мой возглас. – И потом, я здесь, я с тобой, моя девочка, почему ты сомневаешься в своем даре?»       «Та палочка... Так много всего... Я попала в этот мир, мечтая о Великом даре, а получив его... Лишь все кругом порчу».       «Но это не так!»       «В это сложно поверить».       «Учитывая обстоятельства и время... И все-таки, – Роза устремила наши общие мысли к кристаллу. – Я переживаю за Марину и Сашу. Кажется, вы должны были связаться с ними спустя пару дней после расставания, но связи не было... Филипп волнуется и хочет найти названную, это ты хорошо напомнила, так как друг твой места себе не находит...»       «Марина что-то говорила насчет Призрачного города, – улыбнувшись Анне и совершенно не слыша то, что та оживленно произносила, заметила я, – Филипп боится, что та, воспользуется тем, что Саша быстро обучаемый, отправилась туда. И кристалл...»       «Кристалл, – подтвердила и Роза, – сыграет нам на руку. Призрачный город находится рядом с кладбищем. По крайней мере то его крыло, что нам нужно. Если предположить, что все же ваша подруга сделала это... Она скорее всего...»       – Ты говорил о кладбище, – внезапно вставила я в их такой веселый диалог, прерывая смех.        – Да, я упоминал о нем... А что..? – отозвался Филипп, почесывая в затылке. – В мире Великой Завесы есть...        – Нет, я не об этом... – качнула я головой и вставая изо стола. – Ты говорил, что оно проходит рядом с Призрачный городом...        – Совершенно верно, старое крыло кладбища, где ранее хранилась одна из сфер Пяти Стихий, находится рядом с тем заброшенным и людьми, и волшебниками городом. Проклятым. Призрачным, – подтвердила Анна.        «Не этого хотелось от того чудного места... Не этого... – шмыгнула носом Роза, а затем добавила: – Скажи», – и затаила дыхание.        – Призрачный город рядом с кладбищем. Ну. Филипп. Кладбище... Никаких марионеток... Лучше места и не найти...        Филипп нахмурился, а затем его лицо озарило понимание.        – Ну конечно же! Склепы, надгробия... Кому взбредет в голову там прятаться, там... Аааа-оооо!        Я закивала, подтверждая.        – Завтра же отправляемся туда. Но если... Если хоть намек на то, что будет опасно... Эмма, я тебя перемещу прямиком к скале Мудрейших, чихав на все их правила твое перевозки! Поняла?        Я кивнула. Затем еще раз.        Внутри же я ликовала от победы, – это был маленький и важный шаг к тому, что я так давно хотела узнать – кто ты, Роза?