Драбблы по Kenshi

— Привет. — Привет. — Как дела? Наступила тишина. Скелет глядел на другого скелета. В окулярах отражались другие окуляры. Скелеты стояли. Их лица не выражали совершенно ничего. Как будто они могли хоть что-нибудь выражать. Вентилятор на потолке продолжал мерно крутить своими лопастями. — Кто тут вообще поставил здесь этот вентилятор? — спросил голый скелет, который не стоял за барной стойкой. К слову, скелет за барной стойкой был одет в черный пыльник. — Я. Это же мой бар. — Но зачем? Типа, нам что, жарко? Да даже если бы мы могли испытывать жар, тут же все равно дождь все время идет. — Это важный атрибут бара. — Еда и напитки тоже важные атрибуты бара, — тут посетитель-скелет развел руками и огляделся, мол, где? Где еда? — Они были. Недавно, десять лет назад у меня была поставка. Видишь ли, еда и напитки не так долговечны, как вентилятор. Они сгнили, заплесневели, засохли и обратились в пыль почему-то. — А алкоголь? — Алкоголь тоже был. Но весь алкоголь выдул Бритва, когда пришел сюда недавно. — Ого! Он же здесь всего ничего! Когда только успел. — Да… всего лишь за каких-то ничтожных шесть лет он выдул весь алкоголь, представляешь? Вот это скорости… Тут они подумали о том, какие все плотские скоростные. — Ну так, я спросил, как дела? Наступило молчание. Скелет-посетитель переминулся с ноги на ногу. Затрещал холодный свет. — Тебе чего надо? — спросил бармен. — Да ничего, просто так спрашиваю. Вежливость — слыхал про такое? — Блин. Слушай. Я вижу, что тебе что-то надо, иначе зачем бы ты со мной разговаривал, спрашивал, как дела? Мы же с тобой недавно виделись! Буквально всего лишь пять лет назад! Зачем бы тебе еще так часто меня посещать? — Ладно-ладно, раскусил, — сдался посетитель и замахал руками. — Ты прав, мне от тебя кое-что нужно. Я вот тут подумал, что нам всем чего-то не хватает… Бармен перестал тереть стакан тряпкой — а он тер стакан весь разговор, ведь он, в конце концов, бармен, пусть даже в этих краях никто не пользовался стаканами, — и вопросительно, то есть выражение его лица никак не поменялось, ведь лицо у него было абсолютно металлическое и лишенное пластичности и мимики, но, исходя из логики сложившегося диалога, можно было бы предположить, что скелет посмотрел на посетителя все-таки именно вопросительно. Итак… …бармен перестал тереть стакан и вопросительно посмотрел на своего посетителя. — Ясно. Ты сделал сброс. — Да, и что? — с вызовом спросил посетитель. В скелетной среде сброс считался чем-то отстойным, типа, ты недостаточно крут, чтобы выдержать всю печаль этого мира? Вот отстой. Тут шло негласное соревнование кто сколько выдержит, не сбрасывая память. Поэтому и сквозил в электронном голосе посетителя вызов: мол, я не обязан оправдываться перед вами, что хочу, то и делаю. Как если бы завязавший курильщик вновь закурил: да, я курю, ну и что? — Ну и что ты предлагаешь? И почему именно я? — Все знают, что ты у нас самый общительный скелет: каждый год с кем-то, да поболтаешь! Разговариваешь с кем-то каждый год! Подумать только! И как тебе только не надоедает? Ну и вот. Я подумал, а почему бы нам не закатить вечеринку? Вот прямо здесь, в твоем баре.

***

Безумие всегда принимает причудливые, странные и неожиданные формы. Вот одна из них. Молчание. Тишина. Хотя нет, вентилятор слишком шумел, да и еще лампочки потрескивали. Дождь барабанил на улице. Шум, гам и безудержное веселье! Где-то зажжужала муха, а потом, спросив себя «что я тут вообще делаю?», вылетела в окно. Ну и что, что дождь? Тут все время дождь, как она сюда, вообще, прилетела. — Так я ж не с пустыми руками! — треснув себя по коленям, вдруг объявил владелец Хламилища. Он достал несколько свертков и понес на руках к владельцу бара, который в этот знаменательный день так же являлся хозяином вечеринки. Хозяин вечеринки развернул свертки: там оказалось три ядра ИИ. — Спасибо, — безрадостно поблагодарил бармен. — Ну и что мне теперь делать с этим хламом? Спасибо за абсолютно бесполезный подарок. Удрученный даритель вернулся на свое место. Но, несмотря на нотку грусти, веселье продолжалось: приглашенные на вечеринку скелеты продолжали, как ни в чем не бывало, сидеть по углам в абсолютной тишине. — У меня тоже есть подарок, — сказал мастер-робототехник и вручил длиннющий сверток. В свертке оказалась нога. Живое существо по своей доброй воле само отрубило бы себе ногу за такую ногу. Может даже, обе ноги отрубил бы. Бармен хмыкнул с сомнением. — Ладно, пусть валяется, авось пригодится. Потом скелеты еще посидели несколько часов, не произнеся и слова. — Давно я так не веселился! — сказал один из скелетов без какого-либо сарказма. Серьезно, совершенно без какого-либо сарказма. Живой человек разрыдался бы, услышь он это в подобной ситуации. После того, как один из скелетов произнес это, они еще помолчали, а потом постепенно начали расходиться по домам. Светское мероприятие подошло к своему концу. А после об этой вечеринке говорили десятилетиями.