Take my hand in the middle of the crisis

- Ты точно будешь в порядке? Выглядишь так, будто не спала всю ночь. Блоссом обняла брата, на мгновение даже благодаря Всевышнего, что вся её семья уезжает в Нью-Йорк, а она сама слишком отвратительно себя чувствует, потому с легкостью смогла отказаться. Вообще, она думала, что мать в любом случае заставит её поехать, ведь юбилей фирмы, на котором будет весь свет, был не просто прихотью, а важным событием. Но стоило рыжей позвонить бабушке и сказать, что, к сожалению, не сможет присутствовать из-за плохого самочувствия, Пенелопа сразу сбавила обороты. Нана Роуз была единственным человеком на всём свете, которого женщина боялась (и втайне хотела её смерти), а Шерил пользовалась этим в самых крайних случаях, как этот, например. Она и правда спала очень мало. После того, как девушка покинула школьную стоянку, вместо того, чтобы покататься по городу с Тони, она каталась одна. В лицо бил холодный ветер, ведь она не стала поднимать крышу Импалы, но даже он не успевал высушить непрекращающиеся слёзы. Она чувствовала себя использованной и смешанной с грязью. Теперь Топаз ничего не оставалось, как просто растоптать жалкие ошмётки её репутации, сказав всем в школе, что переспала с ней. В глубине души она верила, что Тони так не поступит, но злость и страх в её голове были довольно убедительными. - Всё в порядке, Джей, правда. Просто вчерашний инцидент на балу немного меня подкосил. Все мы знаем, что эта краска предназначалась мне. - Эти ублюдки с Саутсайда на неделю отстранены от занятий. Я, конечно, понимаю, что между севером и югом вражда с незапамятных времён, и в нашей школе начали её не они. Но всё же, это подло. Блоссом кивнула. Джей сказал ей, что Джонса и того высокого парня - Свит Пи - заподозрили в проступке, и после разговора с директором они во всем сознались (даже не стали отрицать свою причастность, глупо это или смело, Шерил не могла точно сказать). Имя Тони в этом деле не фигурировало, но рыжая всё ещё обижалась, не отвечая на звонки и смс от розововолосой. Девушка предполагала, что Топаз ни в чем не виновата, и у неё есть своя версия событий, но сейчас ей просто хотелось побыть наедине с собой, посмотреть фильмы, поесть мороженое. Просто перестать быть в центре очередного скандала хоть на немного. - Я переживу, Джей-Джей. А тебе лучше повеселиться на банкете. Тебя же официально представят богеме? Джейсон смутился, но рыжая тут же потянулась к нему, поправляя лацканы пиджака. Она видела, что ему стыдно, ведь в отличие от брата, у Шерил не было и крохотной связи с семейным бизнесом. Но девушка и не стремилась к этому. Стоило начать мечтать по-крупному, так что она планировала поступить в художественный колледж, наплевав на все запреты родителей и свои прошлые навязанные мечты. Она должна была стать отличным художником и навсегда забыть про Ривердейл. - Ты станешь самым лучшим руководителем Кленовой Империи, которого у неё не было за всю историю. Я верю в тебя. Джейсон ещё раз обнял её, и они стояли так пару мгновений, пока серия автомобильных гудков не заставила их отстраниться. Пенелопа и Клиффорд сидели в машине, и, хотя Джей собирался поехать на Импале, они всё равно не выдвигались в путь без него. - Всё, тебе пора. Рыжая проследила взглядом за братом, пока тот не сел в машину и не тронулся с места вслед за автомобилем родителей. А потом улыбка спала с её лица, и она, сильнее закутавшись в свою безразмерную спортивную олимпийку, всё же решила вернуться в дом. Этот готический особняк был в полном её распоряжении до завтрашнего вечера. Она планировала провести эти сутки в абсолютном одиночестве (конечно, с ней всё ещё остались садовник и кухарка, но к ним она уже привыкла). Девушка подготовила себе место времяпрепровождения: собрала на диване в гостиной все свои подушки и одеяла из спальни, поставила на столик ведерко с мороженым и включила один из своих любимых старых фильмов. Сама она была одета в теплую пижаму (даже в октябре в особняке царил зимний холод), спортивную олимпийку, а волосы были собраны в пучок. Никакой косметики, полное освобождение, то, чего так давно не хватало. Шерил планировала наслаждаться этим как можно дольше, ведь в понедельник всё-таки придется вернуться в школу, где её будут ждать разозленная и униженная Вероника (так ей и надо, но Блоссом радовалась, что Змеи признались в содеянном, и Лодж не обвинит её), и Тони, которая несомненно захочет поговорить. И как бы рыжей не хотелось её избегать, она бы всё же её выслушала. И вот, наконец, она осталась одна. Девушка прошла к дивану, готовясь закутаться в одеяла и включить фильм, засмотренный до дыр. Но ей лишь пришлось отложить пульт вновь на стол и закатить глаза, потому что в дверь позвонили. Шеннон как раз уехала за продуктами, так что Шерил предполагала, что женщина просто не смогла найти садовника, который поможет с сумками. Девушка широко раскрыла дверь, тут же собираясь уйти обратно, но застыла на месте. - Ты что, с ума сошла? - Блоссом схватила Топаз за запястье, резко затаскивая в дом и выглядывая наружу. Благо, машины Шен ещё не было, а Карла нигде не было видно. - Тебя кто-то видел? Какого чёрта ты сюда заявилась? Шерил захлопнула дверь, поворачиваясь к розововолосой и укоризненно тыча девушке пальцем в плечо. - Я видела, что твои родители и Джейсон уехали, так что пришла поговорить. Знаешь ли, мы могли бы сделать это и просто по телефону, если бы ты удосужилась взять трубку. Антуанетта скрестила руки на груди, произнося это таким обвиняющим тоном, будто это Блоссом была во всём виновата. И не важно, виновата ли она сама на самом деле, Шерил уже всё для себя решила. - Я не брала трубку, думая, что так ты поймешь, что между нами всё кончено. Что бы это ни было. А теперь можешь уходить. Шерил уже потянулась к ручке двери, когда Тони схватила её за запястье. - И ты просто так приняла решение, даже не спросив у меня, что на самом деле случилось? - А зачем? - Рыжая выдернула свою руку из хватки. - Чтобы ты скормила мне очередную ложь? Ну, уж нет. С меня довольно. - Я тебе не врала! Всё, что я говорила, было правдой. Да, я вступила в группу поддержки, чтобы провернуть глупую месть, но я почти сразу же отказалась от этой идеи. А потом мы с тобой сблизились, и я совсем забыла об их шалости. До вчерашнего вечера я даже не знала, будут ли они что-то предпринимать или нет. А когда узнала, сделала всё, чтобы тебя не было на этой сцене. Я пытаюсь о тебе заботиться, но ты ведешь себя так, будто всем от тебя нужна только какая-то выгода. Рыжая смутилась. Да, всё вышло так, как она и предполагала, и она верила словам Тони. Но легче было думать о том, что та подставила её, а не подставилась перед собственными друзьями, чтобы спасти последние крохи репутации рыжеволосой. Она просто к такому не привыкла, чёрт возьми. Да, её поступок можно было посчитать детским и нечестным по отношению к Топаз, но она просто боялась открыться полностью, довериться без задней мысли. - Тони... - Нет! Я действительно пришла сюда, чтобы объясниться, и я ещё никогда в жизни так не унижалась. Я ведь даже ничего не сделала, но всё равно приехала сюда, чтобы покаяться во всех смертных грехах. Вот, как ты мне дорога, понимаешь? Если это для тебя ничего не значит, то я не знаю, как ещё мне тебе это доказать. И честно, Шер, я не знаю, насколько ещё хватит моего терпения. Рыжеволосая больше не стала ничего говорить. Она думала, что сейчас Тони уйдёт, просто оставит её одну. И её слова о том, что всё кончено, обернутся против неё самой. Но Топаз стояла на месте, смотря куда-то в сторону и прикусив губу. Она столько для неё сделала за все эти годы. Даже сейчас, когда Шерил беспрекословно выбирала что-то другое, а не их отношения, она всё ещё продолжала бороться. И Блоссом вдруг озарило. Почему она единственная, кто за них борется? Что у Шерил есть такого, кроме Тони, за что ещё стоит бороться? - Иди ко мне, пожалуйста. Блоссом шагнула навстречу, разводя руки в стороны, чтобы Топаз могла её обнять. Она не знала, что делала бы, если бы Тони сейчас оттолкнула её и ушла. Но девушка этого не сделала. Она тоже шагнула вперёд, обнимая рыжую за спину и утыкаясь носом ей в шею. Шерил вплела пальцы в розовые волосы, прижимаясь щекой к макушке девушки. Да, именно этого чувства и этих ощущений ей не хватало. Теперь она чувствовала себя наполненной, а не пустой дешевкой. Она слегка отстранилась, мягко и мимолетно целуя Тони в губы. - Мне так жаль, что я постоянно во всём сомневаюсь, но это не из-за того, что я тебе не доверяю, я просто не верю, что кто-то может по-настоящему меня полюбить. Что кто-то вытерпит все мои недостатки, комплексы и загоны. И я правда благодарна, что ты у меня есть. Ты делаешь мою жизнь лучше, и однажды, я буду достаточно смелой, чтобы сделать счастливой и тебя. - Ты уже делаешь меня счастливой, несмотря ни на что. - Тони шмыгнула носом. - Даже когда ты делаешь мне больно, я всё равно не хочу от тебя отказываться, потому что мне больше никто не нужен. И никогда никто не был нужен так, как ты. Рыжая улыбнулась, заправляя локон Топаз за ухо и прижимая поцелуй к её лбу. - Родителей не будет до завтра, хочешь остаться? Розововолосая опешила, явно не ожидая, что у Шерил хватит смелости предложить ей остаться в собственном доме. Но она не смогла отказаться, тут же прижимаясь обратно к девушке, чтобы ещё ненадолго просто остаться в этом моменте. - *Lauv, LANY - Mean it* - Шерил, не дёргайся, иначе игра потеряет весь смысл. - Но я итак ничего не понимаю, Ти. И мне щекотно. - Давай, обещаю, это ты поймешь. Рыжая сама до конца не понимала, как их обнимашки на диване под "Танцующих под дождем" вдруг превратились в это. А главное, как она решилась на такое безо всякой задней мысли. Если бы кто-то предложил ей, она бы рассмеялась, но про себя подумала, что слишком стеснительна, на самом деле. Но наедине с розововолосой она чувствовала себя достаточно раскрепощенной и смелой, чтобы согласиться на любую авантюру. Тем более, они были в её ванной на втором этаже, а дверь была закрыта. Потому Шерил лишь наклонилась вперёд, невзначай проводя ладонью по бедру Топаз. Девушка тоже наклонилась, незамысловато выводя пальцем на белоснежной коже какое-то слово. Сначала они просто нежились в теплой воде, обнимались и целовались, но потом Антуанетте стало скучно, и она подбила девушку на эту детскую забаву. В глубине души Блоссом ловила настоящий кайф от мягких прикосновений, особенно, когда розововолосая ставила особенную точку в предложении поцелуем. Но сейчас Шерил и правда легко смогла понять смысл написанного. Внутри сразу стало теплее, и даже не из-за градуса воды, которая, на самом деле, уже остывала, потому скоро нужно было из неё выбираться. Рыжая откинулась назад, прикасаясь спиной к груди девушки, пока ладони той вновь не устроились на её животе. - Я тоже тебя люблю, медвежонок гризли. - Шерил повернула голову, оставляя смазанный поцелуй на скуле девушки, а потом прижалась к её ключице, томно прикрывая веки. Ей так нравилось, что, несмотря на то, что они безумно хотели более интимной близости, эти полчаса в ванной были нежными и милыми. Тони не делала попыток, чтобы соблазнить её на что-то большее, и это было прекрасно. Блоссом положила ладони сверху на ладони розововолосой, переплетая их пальцы. - Нам нужно вылезать, вода уже почти холодная. Но Топаз лишь протестующе застонала. - Ещё пять минут, и ты покажешь мне свою роскошную спальню. Девушка услышала усмешку в голосе подруги, и сама усмехнулась. Всё-таки, они были подростками, и если у Топаз уже была близость до неё, то она сама будто почувствовала какое-то долгожданное освобождение, получив партнера не только для безобидных свиданий, как раньше. Ей всегда хотелось человека, с которым она может разделить что угодно, даже постель. И ей ужасно повезло, что помимо всего прочего, она получила не только заинтересованного в сексе придурка, но близкого человека. Хотя, Тони тоже иногда была придурком, но её придурком. - Ты говорила с друзьями? Розововолосая глубоко вздохнула, и Шерил слегка отстранилась, тут же коря себя за бестактное любопытство. Но ей правда было важно, чтобы девушка не поссорилась с единственными людьми, которые могли её защитить, ведь банда - дело не шуточное. - Нет, мы не говорили. У меня были дела поважнее, как видишь. Топаз улыбнулась, но её взгляд начал скользить по комнате. Неужели она забыла, что рыжая знала её, как свои пять пальцев? Знала каждую привычку? Она наклонилась, уже без труда целуя девушку, поддевая пальцем её подбородок. - Хорошо, но ты должна с ними поговорить. Не стоит терять друзей из-за меня, Ти. Тебе пригодится, чтобы кто-то из южных был на твоей стороне. Ты нужна мне в целости и сохранности после очередной вылазки Змей. - Не будь занудой. А сейчас, покажи мне уже свою спальню, потому что сегодня я хочу думать только о тебе, а не о проблемах. Оставим драму на понедельник. Да уж, в этом розововолосая была права. В понедельник она попытается поговорить с Ронни о её глупом ультиматуме. Она могла бы рассказать девушке, которая, определённо, сделала бы что-то, чтобы Лодж молчала, но у южных итак были проблемы в школе. Не хотелось добавлять ещё и Веронику на тропе войны. Блоссом поднялась и вылезла из ванны, тут же беря полотенце со стойки и оборачивая его вокруг голого тела. - Могла бы и не скрывать то, что я и так уже видела. Топаз повторила её действия, с благодарностью принимая полотенце для себя. Она стояла у раковины, любуясь рыжеволосой, которая сливала остывшую воду. Ей действительно повезло, и она была несказанно рада, что сегодня между ними всё прояснилось. Она бы не выдержала, если бы рыжая обиделась из-за этого глупого розыгрыша, о котором она даже забыла. - Пошли, mon amour, у меня на тебя большие планы. - Смотрю, твоя любовь к языкам не поутихла за эти годы. *off Lauv, LANY - Mean it* Розововолосая улыбнулась, покорно следуя за девушкой в смежную с ванной комнату. Она всего пару раз была в комнате Шерил, и то ненадолго, ведь Пенелопа не выносила, чтобы они оставались наедине, а уж о ночевке в одной кровати можно было и не мечтать. Но даже после той пары раз, Тони могла сказать, что комната стала мрачнее. Красно-бордовые тона в сочетании с готическим стилем делали комнату настоящим пристанищем сатаны. Но Тони знала, что это не прихоть девушки. Будь она вправе сама украшать комнату, а не следовать любимому стилю матери, всё здесь напоминало бы о творческой душе Блоссом. Антуанетте вдруг захотелось найти её старые рисунки, чтобы вновь полюбоваться таким талантом. - А ты всё ещё рисуешь? Они остановились посередине комнаты, пока Топаз рассматривала каждую мелкую деталь (особенно полку с фотографиями; конечно, она знала, что не увидит там их совместное фото, ведь и сама убрала все напоминания о рыжей в долгий ящик, но надежда промелькнула), и держались за руки. Шерил было немного неуютно, потому что она никогда не показывала свою обновленную комнату девушке, она вообще никому её не показывала. А ещё ей было стыдно, ведь розововолосая прекрасно понимала, что это не она, но была слишком трусливой, чтобы противоречить вкусам матери, даже в таком простом деле, как ремонт. - Так, кое-какие наброски иногда. Ничего серьезного. - Можно мне посмотреть? Рыжая несколько секунд сканировала её взглядом, но потом всё же сдалась, кивая и отходя к столу, видимо, чтобы достать из ящика свой скетчбук. Пенелопа также была против того, чтобы девушка рисовала, потому та всегда прятала свои работы, сколько Тони помнила. Топаз подошла к королевского размера кровати и присела на край. Её одежда лежала на стуле, ведь они были так увлечены друг другом, что разделись по дороге из комнаты в ванную, но потом Блоссом всё же вернулась и собрала одежду, оставляя её в комнате. Но она чувствовала себя комфортно и в полотенце, так что одеваться пока не хотелось. Шерил подошла к ней с блокнотом в кожаном переплёте в руках. Она вновь стала похожа на маленькую закомплексованную девочку. И если однажды Топаз удалось вбить в её головку, что она станет прекрасным художником, стоит ей только захотеть, то, по всей видимости, три года наедине с этой угнетательницей вновь сделали своё дело. *Taylor Swift - This love* Тони взяла скетчбук и отложила его в сторону. Да, она хотела посмотреть, но просто не смогла сдержаться, когда Шерил выглядела так невинно и сексуально одновременно. Она протянула руки, беря девушку за запястья, и потянула её на себя, вынуждая Блоссом оседлать её колени. - Ты же знаешь, что ты прекрасна, правда? - Девушка положила ладони на щёки рыжеволосой, заставляя её посмотреть прямо в карие глаза напротив. - Ты самый восхитительный человек, которого я только встречала. А твой талант... Шер, ты безумно талантлива, так что мне плевать, что говорила тебе Пенелопа, но она не права. Я хочу, чтобы ты это запомнила, хорошо? Шерил кивнула, улыбаясь дрожащей улыбкой и кладя ладонь сверху на ладонь Топаз на её щеке. Розововолосая же подалась вперёд, оставляя поцелуи по линии скулы девушки, спускаясь ниже, задевая шею и ключицы лёгкими прикосновениями. Да, она была возбуждена, и они обе знали, к чему это приведёт, но Тони хотелось выразить всю свою любовь в прикосновениях. Она хотела подарить Блоссом весь мир. Поцелуи медленно спускались всё ниже, пока не достигли края полотенца. Тут розововолосая не стала медлить. Она приподняла рыжую на руках, вынуждая ту вскрикнуть от неожиданности, и опустила на кровать, теперь уже нависая над ней. Полотенце уже ничего не скрывало, так что Тони просто стянула его с тела рыжеволосой, а потом избавилась и от своего. Блоссом подтянулась на руках, чтобы забраться подальше и дать Топаз достаточно пространства. Розововолосая вновь начала покрывать поцелуями всё тело Шерил, правда на этот раз чуть дольше останавливаясь на губах. Они будто не целовались вовсе, а этот поцелуй был самым первым, потому буквально воздушным. Антуанетта не знала, захочет ли Шерил продолжить их интрижку, например, после понедельника, когда все в школе вновь возобновят нападки на южных, а значит, их положение лишь ухудшится. Честно, она не верила, что, когда придется выбирать, Блоссом выберет её, а не свою популярность. Но она старалась лишний раз об этом не думать, жить, наслаждаясь моментами, а не переживая о будущем. За последние годы в её жизни было так мало хорошего, что стоило растягивать каждый такой момент по максимуму. Потому она действовала медленно, вырывая из горла рыжеволосой нетерпеливые стоны возбуждения. Но она не сдалась, наслаждаясь каждым изгибом, целуя каждую родинку и каждый мелкий детский шрам из детства. Периодически она поднималась, чтобы подарить девушке поцелуй, через который она передавала все невысказанные чувства и желания. Я люблю тебя. Я хочу быть с тобой. Пожалуйста, не оставляй меня. Они общались на уровне прикосновений, так что им не нужны были слова. Пальцы прослеживали путь по бледной коже, у Блоссом спирало дыхание, а её собственные ладони сминали ткань покрывала. Рыжая уже была на грани, а ведь Тони даже не спустилась достаточно низко, чтобы подарить ей долгожданное освобождение. Но Шерил не умоляла. Она знала, что Топаз нужно это время, нужно показать свою любовь, и девушка с готовностью это принимала. Она и сама планировала поклоняться телу Тони столько, сколько это возможно. В их первую ночь она тоже пыталась сделать что-то взамен, и пусть ей это удалось, было неловко, ведь она никогда раньше этого не делала. Но сейчас, на трезвую голову, она точно знала, что должна делать, что хочет сделать, чтобы розововолосая оказалась на седьмом небе. Она ведь была настоящим ангелом, посланным с небес, который оберегал её, как подло бы она ни поступала. И Шерил действительно хотела исправиться. Она пока не знала как, ведь долгожданная смелость так и не пришла, но нужно было что-то решать. Блоссом выгнулась дугой, вплетая пальцы одной руки в розовые волосы, когда Тони, наконец, достигла той грани, где желание девушки уже било через край. Пару прикосновений языка, и Шерил забыла, как дышать. Она уже чувствовала что-то подобное в ту ночь, но сейчас все чувства и ощущения были обострены до предела, и она буквально растворилась, пока Топаз заканчивала свою работу. Она не пожалела времени, повторяя свой маршрут из поцелуев вверх по покрытому тонким слоем пота, несмотря на прохладу, телу рыжеволосой, пока её губы не накрыли губы Шерил. И тут девушке вдруг захотелось заплакать. Она была просто подлой эгоисткой, в то время, как Тони делала для неё буквально всё большую часть её жизни. Но она сдержалась, не желая портить момент. Блоссом застонала в поцелуй, почувствовав свой вкус на языке розововолосой, и, не обращая внимания на изнеможение, легко перевернула их местами, нависая над девушкой. У неё был целый день, чтобы насладиться, так что она планировала не упускать ни минуты. *Off Taylor Swift - This love* - Джейсон чувствовал себя настоящим придурком. Вот он едет в машине по трассе, какой-то лёгкий рок льется из приглушенных динамиков, машина родителей держится чуть впереди (будто он впервые едет в Нью-Йорк и сам дорогу найти не сможет), а вот он вспоминает, что забыл подарок бабушке с дедушкой дома, и это обстоятельство заставляет его резко надавить на тормоза. Благо, они ещё ехали на том участке дороги, где оживлённое движение было редким явлением. Но он всё же вырулил на обочину, потому что машина отца уже замедлила свой ход, и ему придётся объясняться. Шерил трудилась над портретом бабушки с дедушкой к годовщине их свадьбы (что так удобно совпадала с юбилеем фирмы, потому что они поженились практически в тот же день, когда дедушка предложил бабушке стать совладелицей нового проекта) втайне от родителей, потому они заранее договорились, что рыжий будет держать подарок в своей комнате, а потом отвезет лично Розанне Блоссом, что всегда поощряла пристрастие внучки к искусству. И вот он забыл. Теперь он понимал, что просто торопился, а телефонный звонок от Бена и вовсе отвлёк его, вынуждая в спешке спуститься вниз, а потом уже попрощаться с сестрой. Даже она забыла напомнить, а может, просто думала, что он уже об этом позаботился. Клиффорд вышел из машины, что стояла впереди Импалы, и подошел к сыну. - Что произошло? Ты в порядке? - Да, папа, мне очень жаль, но я только что вспомнил, что забыл телефон в прихожей. Я не смогу без него обойтись, так что мне придётся вернуться. - Джейсон... - Не волнуйся. Мы не проехали и половины, так что я буду в фирме ровно по часам. Я обещаю. Клиффорд смерил сына строгим взглядом (может, Шерил и казалось, что парню всё всегда доставалось на блюдечке, ведь он был любимчиком родителей, но и ему иногда приходилось нелегко), но потом всё же кивнул, отходя от машины, чтобы вновь сесть за руль и отправиться в путь. Всю дорогу до дома Джейсон не переставал себя упрекать. Конечно, он не соврал, что успеет, но теперь размеренную езду придется променять буквально на гонку не на жизнь, а на смерть. Бабушка и дедушка поймут, но он не мог рисковать благосклонностью отца и своим будущим. Так хотелось уже выбраться из этого города, потому что всё здесь уже осточертело. Одни и те же лица, обязанности капитана команды, а ведь ему даже не нравился футбол. Всё, что он делал, было направлено на то, чтобы впечатлить отца. Но единственное, на что Клиффу было не плевать, благополучие компании, так что рыжий не мог облажаться. Он буквально забежал в дом, выкрикивая имя Шерил, которой, почему-то, нигде не было, несмотря на то, что диван в гостиной был похож на маленькое убежище. Но ему некогда было искать сестру. Он просто забежал наверх по лестнице и направился сразу же в свою комнату, когда чей-то смех привлёк его внимание. Их с Шерил комнаты находились в одном крыле на втором этаже, да и дома больше никого не было, но он вдруг услышал и чужой голос. Это обстоятельство заставило его остановиться, и он даже на секунду забыл, зачем вообще пришел. Тот эпизод с сестрой у закусочной пару недель назад всплыл в его памяти ярким пятном, и он не смог отделаться от мысли, что в комнате Шерил сейчас находится человек, у которого она провела ту ночь, и от которого сбегала утром. Он ничего не знал о её личной жизни, потому что они не были особо близки в этом плане (да и вообще особо-то близки, если быть честными, потому что оба были зациклены на своей репутации перед родителями и окружающими). Но сейчас он почувствовал некую ответственность. Если у этого парня хватило мужества прийти в их дом, то должно хватить мужества встретиться с ним. Время текло, но рыжеволосого это уже не волновало. Он стоял в коридоре перед дверью Шерил, решаясь, стоит ли ему постучать. Судя по разговору, они обсуждали что-то связанное с искусством, но он никак не мог разобрать, о чем говорит второй человек. Но они явно не занимались чем-то интимным, потому, в один прекрасный момент, Джейсон просто повернул дверную ручку, толкая дверь вперед. Он на мгновение опешил, смотря прямо в глаза ошарашенной сестре, пока та, буквально, потеряла дар речи, и фраза, которую она говорила Тони, оборвалась на полуслове. Да, перед ним были его сестра и Тони Топаз, которую он прекрасно знал. Если бы не оцепенение, он бы сразу же покраснел и закрыл дверь с той стороны (Шерил лежала на коленях Тони, пока та рассматривала что-то в кожаном блокноте; благо они были в нижнем белье и даже частично укрыты одеялом, иначе он просто бы сгорел от стыда), но он просто стоял. Шерил оттаяла первой. - Господи, Джейсон, выйди. И только эта простая фраза вывела его из ступора. Он, наконец, понял, что застал собственную сестру с подружкой, и тут же развернулся, чтобы покинуть комнату, громко хлопая дверью. - Блять... Блоссом вскочила с кровати, тут же подходя к стулу и беря свою одежду, параллельно бросая в Топаз её вещи. Она буквально тряслась от переизбытка эмоций, даже не представляя, что её ждёт, когда ей вновь придется столкнуться с братом. А он не оставит это всё без объяснений. Господи, а если он приехал не один? Если родители тоже тут? Черт! Розововолосая молча оделась и присела на край кровати, наблюдая за Шерил, что ходила туда-сюда по комнате, заламывая пальцы. Девушка видела, как в её голове буквально крутятся шестерёнки, пока она придумывает, что сказать. И тут Тони не выдержала, вставая с кровати и подходя к рыжеволосой, чтобы взять её за руку и успокоить. Она нехотя подумала, что сейчас Шерил оттолкнет её, ведь когда рядом посторонние, она не хотела никакой близости, но Блоссом лишь остановилась, в ответ сжимая ладонь девушки и глядя на неё, как потерянный ребёнок. Она не знала, что должна делать, как поступить, ведь секрет, который она хранила годами, хранила даже от самых близких, теперь не был секретом. - Хэй, всё будет хорошо, слышишь меня? Джейсон не придурок, он лишь порадуется за твоё счастье, вот увидишь. Мне остаться с тобой? Шерил отрицательно покачала головой. Как бы ей ни хотелось, чтобы у неё осталась какая-то поддержка, эта была её битва. Если в комнату до сих пор не ворвались возмущенные родители, значит, Джей приехал один. А уж разговор со своим братом-близнецом она выдержит и без посторонней помощи. Но всё равно было невыразимо приятно, что Топаз готова остаться, даже после того, как их день испортили. - Я расскажу тебе обо всём позже, хорошо? Розововолосая кивнула, без пререканий целуя девушку в губы (Шерил тут же положила ладонь на заднюю сторону шеи девушки, углубляя поцелуй; может быть, рыжей и не нужна была помощь, но она определенно набралась сил после этого поцелуя, ведь теперь ей было за что бороться). - Ну, всё. Я люблю тебя. - Я люблю тебя. Топаз вышла из комнаты, лишь на секунду встречаясь взглядом с Джейсоном, что стоял у противоположной стены, скрестив руки на груди. Она могла объясниться с ним, но Шерил была права, ей нужно было самой с ним поговорить. А уж если он окажется таким же идиотом, как его родители, тогда уже и Тони вступит в игру, чтобы защитить рыжеволосую, как обычно. Парень немного помедлил, но его нетерпение всё же превозмогло неловкость, так что он вошёл. Его сестра сидела на краю кровати (слава Богу, полностью одетая), и когда она похлопала ладонью рядом с собой, он без промедления опустился на мягкую поверхность. Сейчас он и думать забыл о торжественном приёме, о том, зачем вообще вернулся в Торнхилл. Но они оба пару минут сидели в неловкой тишине, так что ему захотелось сказать хоть что-то. Не то, чтобы он сразу же осудил Шерил, нет. Он жил в современном обществе, прекрасно зная, что человек может сам выбрать, кого ему любить, но он бы никогда не подумал, что у Тони и Шерил что-то есть. На кого угодно, но только не на Тони Топаз. - Так, значит, Тони? Он выпрямился, хотя держать такую позу, сидя на мягкой кровати, было не очень удобно, и его взгляд приковался к двери. - Это всегда была Тони. Шерил тоже было неловко. Она сидела на кровати, скрестив под собой ноги, а пальцы были сцеплены на коленях. С Топаз всегда было легко разговаривать обо всем, даже о чувствах, хотя она и думала, что тот разговор будет самым сложным. Но нет, сейчас ей предстояло кое-что посложнее. С Джейсоном она вообще никогда не говорила на такие личные темы, тем более, о своей ориентации. Эта тема была запретной, ведь она не жила иллюзией, что брат, воспитанный по подобию её отца, примет её такой, какая она есть. Джей был прекрасным человеком, но он слишком любил и почитал родителей, чтобы пойти против них. - То есть, это продолжается давно? Все эти годы? Рыжий повернул голову, а в его глазах застыло удивление. Господи, иногда он был ещё тем тупицей. - Мы начали дружить, когда нам было по восемь лет. Ты думаешь, это началось тогда? - Блоссом усмехнулась. - Я поняла лет в тринадцать-четырнадцать. Все девочки в классе без умолку болтали о парнях, но мои мысли всегда занимала лишь она. Я думала, чем мы займёмся, куда пойдём, какую книжку стоит прочитать ей вслух, пока она будет лежать на моих коленях в тени того огромного дуба, что рос у Топаз в саду. Я считала, что у меня просто нет времени, чтобы думать о чём-то столь глупом, как отношения. Но спустя время... Думаю, если бы не разлука, я бы никогда в полной мере не осознала, как мне её не хватает. Я бы даже не задумалась о том, насколько сильно её люблю. Слова просто лились, и она не могла и не хотела с этим что-то делать. Ей необходимо было выговориться, а раз Джейсон хотел знать, что ж, пожалуйста. Она даже не думала, что раскрывать тайны своей жизни будет так приятно. Ничего страшного в этих словах не таилось, на самом деле. Все вокруг прославляли любовь, ну и что с того, что она полюбила не мужчину, как заведено ей природой? Разве её любовь от этого становится фальшивой? Нет, рыжая так не считала. А ещё она поняла, что никому не позволит так считать. - Вот как. Ты её правда любишь? То есть, нет, это не вопрос, и даже не удивление. Думаю, я догадывался о чём-то подобном, ведь вы буквально были, не разлей вода. Просто, это немного шокирует. - Ты разочарован? Хочешь отказаться от такой сестры? Парень глубоко вздохнул, поворачиваясь лицом к девушке и беря её ладони в свои. Теперь он чувствовал себя взрослым, который наставляет невежественного малыша. Как она могла такое говорить? Он ведь любил её всем сердцем, даже если не всегда осмеливался это показать. - Шерил, почему иногда ты ведешь себя, как старшая сестра, а иногда, как несмышлёный ребёнок? Как я могу перестать тебя любить за то, что ты, наконец, счастлива? Рыжая неопределенно пожала плечами, вырывая одну руку из ладоней брата, чтобы вытереть одинокую слезу, скатившуюся по щеке. Да, этот разговор будет тяжелым, она предполагала, но насколько тяжело ей тогда будет рассказать обо всём родителям однажды? Невыносимо? - Конечно, я не перестану тебя любить, потому что в том, что ты влюблена в Тони, нет ничего предрассудительного. - Ну, мама так не считает. - Она знает? - Нет. Она не знает, что между нами что-то есть. Но когда у меня только появились чувства к Тони, она начала это замечать. Джейсон кивнул. Его выражение лица изменилось до неузнаваемости. Он заметно погрустнел, будто ему только что открылась истина. - Вот почему вы перестали общаться после того, как Тони переехала? - Она сказала, что отправит меня в интернат, или того хуже, в лечебницу для геев. Ей не нужна такая дочь, Джейсон, потому она так держится за тебя. Ты единственная надежда на будущее для этого рода. Рыжий несколько мгновений сидел молча, но потом подался вперёд, заключая девушку в объятия. Тогда Шерил не выдержала, и слёзы уже ровными потоками потекли по щекам. Да, ей безумно не хватало вот такой поддержки от него, ведь, если бы не Тони, он бы стал единственным близким человеком для неё. Больше никому не было дела. - Почему ты мне не сказала? Она ждала этого вопроса, но пока так и не придумала ответа, который не обидел бы Джейсона. Но он явно ждал хоть какой-то реакции. Парень даже отстранился, вопросительно глядя на Шерил. - А что бы ты сделал? Все эти ссоры, крики, побои. Ты делал вид, что не замечаешь, потому что был просто испуганным ребёнком, как и я. И я тебя не виню. Ты бы не смог пойти против родителей, Джей. - Но я вырос, Шерил. Я больше не маленький мальчик, который хочет быть похож на папу. И теперь я смогу за тебя постоять. Шерил улыбнулась, но, честно говоря, она не поверила ни единому слову. Он попытается, в этом она не сомневалась, но стоит Клиффорду заставить его выбирать, он определённо выберет светлое будущее в компании. Так они оба были воспитаны. Слишком трусливы, чтобы пойти против семьи. Но она не стала его разубеждать. В конце концов, это её жизнь, и только ей решать, что будет дальше. По крайней мере, она уже сделала большой шаг вперёд. - Ты должна рассказать родителям. - Вот этого Блоссом не ожидала. Ещё минуту назад они говорили о том, какие тираны их родители, и вот он предлагает сдаться им? Чтобы завтра же её отправили в лечебницу, и она больше никогда не увидела Тони? (Она бы уверена, что её чувства слишком сильны, чтобы их "излечить", так что им просто придётся держать её взаперти до конца её дней). - Я ведь единственный, кто о вас знает? - Девушка кивнула, не совсем понимая, к чему приведёт это разговор, но пока не желая ссориться. - Я знаю, что ты скрываешь свою ориентацию только из-за родителей. Тебе всегда было наплевать на мнение остальных, если ты во что-то веришь. Так что стоит начать с них. - Я... Я не могу, Джей. И вообще, что ты здесь делаешь? Парень усмехнулся, ероша собственные волосы. Да, теперь он вспомнил, взглянул на часы и с облегчением понял, что всё ещё успевает. Он встал с кровати. - Я вернулся за картиной для бабушки и дедушки. И мне правда пора ехать, если не хочу нарваться на ссору. - Он подошёл к двери, но в последний момент повернулся. - Просто подумай, Шер. И, несмотря на то, что ты решишь, я буду рядом.