Повелитель иллюзий

      

You still wonder

      

If we made a big mistake…

      

[Backstreet Boys]

             Дэн не помнил, как отошел. Он опустился на диван. Майлз деликатно исчез, давая ему возможность побыть одному.       «Алекс… Милый добрый Алекс… Неужели я был невнимателен к тебе? Неужели я был так слеп?! Черт… Как же я перед тобой виноват…»       И Дэн начал припоминать разные ситуации. Он вспоминал, как Алекс тысячу раз шёл навстречу, зачастую жертвуя своими интересами. Он всегда понимал с полуслова… Он всегда был рядом… У них был одинаковый образ мыслей, у них было полное взаимопонимание, у них были одни интересы… Он не стеснялся иногда быть слишком душевным для парня, для просто друга, он не стеснялся говорит такие фразы, которые мужчины обычно не говорят… Сколько раз он выручал! Как он любит проводит время с Дэном…       Потом он вспомнил их разговор про Майлза. «Я, по-твоему, всеядный?»… «Мне нравятся мужчины…»       «Черт, я незаслуженно обвинял его! Я обвинял его в симпатии к Майлзу! А он, возможно, намекал мне! Но я был так непростительно слеп… Я стебался над его ориентацией… Конечно, он не решался мне сказать, я же такой беспардонный!»       Весь следующий день он косился на Алекса. На ничего не подозревающего Алекса, ведь Алекс не знал, что Майлз рассказал всё. Так что Алекс вёл себя как обычно.       Дэн заливался краской от одного воспоминания о том, какую неловкую ситуацию он чуть не спровоцировал вчера. Как же хорошо, что Майлз его остановил, что ему хватило деликатности сделать вид, что ничего не произошло. Как там он ответил? «…а твою мы забудем, потому, что ты ошибся…» То есть, Дэн ошибся насчет того, что Майлз к нему неравнодушен. Что ж, слава богу, что ему вовремя дали это понять.       В конце дня Алекс, смеясь, сказал:       — Ты чего на меня так смотришь целый день?       Дэн смутился: он-то думал, что делает это незаметно.       В конце следующего дня Алекс, собираясь домой, остановился в дверях.       — Это…       Он явно немного волновался, потому что говорил как-то неуверенно, хоть и изо всех сил старался придать своему голосу непринужденный тон.       — …может мы…       Дэн тоже заволновался, понимая, что это может значить.       — … сходим… куда-нибудь?.. Мы уже сто лет не ходили… В сауну? — быстро добавил он, как будто боясь передумать.       — Да, я тоже думал, что пора бы уже куда-нибудь выбраться… — сказал Дэн и сам изумился тому, что несёт его язык без разрешения.       — Ха-а… Отлично, — с каким-то облегчением вздохнул Алекс.       Дэн вдруг испугался и выпалил:       — А Майлза возьмем?       Это как бы подтверждало то, что он, Дэн, ни о чем не подозревает.       — Майлза? — Алекс растерялся и явно хотел придумать причину, чтобы не брать его…       Дэн подумал: «Ужас… Если мы пойдём вдвоем в сауну, нас точно ждёт ЭТОТ РАЗГОВОР. Спасите!» Но в следующий момент подумал: «Я же только два дня назад был совсем готов переспать с парнем. Чего ж я сейчас так боюсь?! И зачем я так мучаю Алекса, чем он заслужил?!»       Алекс начал:       — Я думаю, что…       — Нет! — закончил за него Дэн.       — Нет, да… — заканчивал на автомате растерянный Алекс       — Я тоже думаю, что Майлза лучше не брать, да.       Они спалились друг перед другом, но упорно продолжали делать вид, что ничего такого не происходит.        Они поехали в сауну. Сидели там вдвоем, как лохи, и говорили о таких пустяках, о каких в нормальной ситуации никогда не стали бы говорить.       Дэн смотрел на голого Алекса и мучительно размышлял, хочет ли он его. Алекс был классный, что и говорить. У него не было недостатков внешности. К тому же, он был опытный, а это очень облегчало задачу. И еще Дэн чувствовал, что если сегодняшний день не закончится тем, чем должен, то между ними с Алексом встанет невидимая преграда, и они уже не смогут быть настоящими друзьями, пусть даже будут изо всех сил пытаться делать вид, что всё в порядке. А если они переспят, это сблизит их еще больше. А что может быть лучше сближения с человеком, который и так для тебя — самый близкий человек?       Алекса он не стеснялся. Он знал, что даже если что-то пойдет не так, Алекс никогда не подаст виду, никогда не припомнит и никогда никому не расскажет.       И осознание того, насколько Алекс близок ему, предстало перед Дэном во всей красе.       Они засиделись в сауне нелогично долго. Пора было что-то рожать или уходить. И Алекс начал:       — Я хотел задать тебе один вопрос…       — Да!       — Что?! — изумился Алекс и поднял глаза.       — Мой ответ — да, черт возьми!       Просто момент был невыносимо неловкий, и Дэн захотел поскорее закончить эту часть.       — То есть… мы можем…       — Мы можем сразу поехать к тебе, — выпалил Дэн и с облегчением почувствовал, как неловкость уходит.       Алекс откинулся к стенке и расслабленно рассмеялся. Он явно тоже чувствовал облегчение.       Они поехали к Алексу.       На своей территории Алекс вдруг стал гораздо увереннее. Он как-то загадочно улыбался.       — А… как ты хочешь?       Дэн не понял.       — В смысле? — раздраженно спросил он.       — Ну… ты или тебя? — передразнил Алекс его давнишнюю коронную фразу.       — Как будто могут быть варианты!!!       — Я так и думал, — улыбнулся Алекс, — Но я же должен был уточнить на всякий случай.       Дэн не мог в этот момент похвастаться такой же уверенностью, как Алекс. Перед тем, как поцеловаться с Алексом, Дэн на секунду испугался: «Я собираюсь поцеловать парня! Это как-то неправильно!»       Но Алекс сделал что-то ужасное руками; у Дэна встал — и дальше всё пошло гладко.       Что-то в этом было. Не сказать, чтобы уж очень отличалось от того, как с девушками, но точно было не хуже.       Они сидели в кровати, укрывшись простынёй, и курили.       Теперь Алекс стал еще ближе. Не осталось никакого барьера.       Утром они вместе поехали на работу. Дэн избегал встречаться взглядом с коллегами. Ему казалось, что они ЗНАЮТ.       На работе и на улице он смотрел на мужчин и пытался ответить себе на вопрос, привлекают ли они его. Нет. Его к ним не тянуло ничуть. Похоже, он оставался натуралом, только с исключением для одного-единственного человека.       Вечером Дэн пришел домой. Только по дороге домой он вспомнил о существовании Майлза.       Майлз его ни о чем не спрашивал, но еле заметно улыбался. Дэн прекрасно понимал, что Майлз прекрасно понимает, где Дэн ночевал. И, похоже, он был рад за них.       Всю неделю Дэн ночевал у Алекса.       Домой он тоже приходил, в основном после работы, но ненадолго. Они с Майлзом ели вдвоем, как раньше, сидя рядом на диване. Первых дня три Дэн не мог думать ни о чем, кроме Алекса и своего нового образа жизни; и даже часто терял нить разговора. Потом впечатления немного улеглись. Он снова начал видеть что-то вокруг себя. Он начал замечать Майлза. И он замечал, что Майлз успевает по нему соскучиться за день. И он как-то подумал: «Это ведь всё благодаря Майлзу! Ему одному! Я перед ним в неоплатном долгу!» И он поблагодарил Майлза тёплыми словами. И видел, как тому приятно. Майлз так улыбался, как будто это была его жизненная миссия — сделать Дэна счастливым.       «Вот он — ангел Провидения. Потрёпанный ангел-заморыш. Вклинился в мою жизнь, да еще и умудрился так изменить ее к лучшему» — подумал Дэн с умилением.       А следующие два вечера он присматривался к Майлзу и думал о нем. Что теперь с ним делать? Живет теперь тут в освободившейся квартире, скучает целыми днями.       И Дэн замечал, что Майлз смотрит на него так же. Тем же взглядом, который Дэн принимал за влюбленность. Просто принимал, правда? Что он там сказал: Дэн ошибся с догадками? Правда? А он правду сказал?       Дэн смотрел на Майлза настороженным изучающим взглядом. Майлз сидел совсем рядом, почти жался к нему. Он был счастлив, что Дэн уделяет ему время. Этот одинокий-одинокий человек. Который из альтруизма пожертвовал своей единственной компанией.       Майлз договорил фразу и посмотрел на Дэна, улыбаясь. Дэн не слушал, что там была за фраза. Он смотрел в его глаза. Такое же обожание. Чёрт!       Нет, Дэн не ошибся! Дэн изначально был прав. А Майлз соврал во благо.       Майлз был влюблен в него. Ничуть не меньше, чем Алекс. А то и больше. Но он знал, что Алекс тоже влюблен. И, вероятно, не считал себя достойным Дэна.       Он устроил их счастье, пожертвовав своим. И ни на что не претендует взамен.       А Дэн слеп, он этого не видит!       И чувство вины захлестнуло Дэна.       Этой ночью он сидел в кровати Алекса. Алекс лежал, а Дэн сидел, упёршись руками в виски. Алекс:       — Может, будем спать?       Дэн не сразу ответил:       — Мне кажется, что я делаю что-то неправильно…       Алекс рассмеялся:       — А тебе эта мысль не пришла в голову непосредственно перед тем, как ты трахнул парня?       Дэн очень серьезно ответил:       — Я не об этом.       Тогда и Алекс сел. Он перестал улыбаться. Похоже, он прочитал мысли Дэна. И сказал не менее серьезным голосом:       — Давай сделаем перерыв. Ты должен сам во всём разобраться.       Дэн мысленно поблагодарил его. Все-таки Алекс был самым лучшим другом, которого только можно было представить.       После завтрашнего рабочего дня Дэн ехал к себе в квартиру и мечтал вернуть время вспять.       Алекс далеко не беспомощный. И он пользуется успехом. Он никогда не останется один.       А вот Майлз… У него же нет никого, кроме Дэна… И он так нуждается в Дэне!       Дэн зашёл в квартиру. На улице шёл дождь, как и в день первой попытки. Но на этот раз не гроза, а просто грустный уютный дождь. Крупные капли неспешно падали на стекло.       Майлз вышел из комнаты встречать его. Улыбнулся и посмотрел своими доверчивыми глазами. Потянулся к выключателю, чтобы зажечь в прихожей свет. Дэн, который только успел снять куртку, остановил его руку. Майлз посмотрел вопросительно, но не испуганно — с таким же доверием. Они застряли у дверного косяка между прихожей и гостиной. У Дэна возникло непреодолимое желание обнять Майлза, защитить его от всего мира. Он подался вперед, опираясь руками о стену по бокам от Майлза. Майлз прислонился к ней спиной.       — Я хочу… оберегать тебя… не только от других людей… но и от грустных мыслей… Ты такой хороший, ты заслуживаешь счастья…       — Ты меня не знаешь…       — Тише… Я вижу тебя насквозь…       — Ты сейчас готов наделать глупостей, о которых потом пожалеешь. Просто уходи…       — Я готов, но… Я уверен, что это самые правильные глупости… Что это самое правильное решение в моей жизни…       Майлз предпринимал очень неубедительные попытки вырваться. Дэн начал целовать его. Майлз задышал часто-часто.       — Я…       — Что такое?       — Ты не представляешь, что я сейчас чувствую… Никогда еще в жизни я не испытывал такого доверия к человеку, с которым собираюсь переспать… Это как первый раз…       — Я знаю, знаю…       — Ничего ты не знаешь…       Они целовали друг друга куда попало, медленно сползая по стенке на пол.       Было практически как с Алексом, но чувства сделали своё дело — это был настоящий акт любви.       Майлз брил лобок. Это единственное, чем он отличался от Алекса. Во всяком случае, в темноте прихожей на полу.       Утром на работе Дэна ждал Алекс. Слишком много психологически трудных моментов на одну неделю!       Дэн рассказал, что Майлз, оказывается, втайне любил его. Они вместе повосхищались самопожертвованием Майлза. И Алекс полностью согласился, что Майлз больше нуждается в Дэне. И сказал, что он не в претензиях.       Дэн в очередной раз подумал, насколько выше Алекс стоит по шкале стоящих людей, чем он, Дэн. Ему стало стыдно, что он недостоин людей, которые его окружают.       А Майлз цвёл. Похоже, он наконец дождался счастья в своей безрадостной жизни.       По квартире он ходил исключительно в одеяле. Он был безумно трогательным и забавным. Он постоянно застенчиво улыбался, но одеваться отказывался.       Полный бардак на голове дополнял картину. Волосы у Майлза были не настолько длинные, чтобы висеть вниз, но достаточно длинные, чтобы каждая прядь торчала в свою сторону. Они были не жесткие, наоборот очень мягкие, и достаточно было сквозняка или случайного прикосновения руки, чтобы творческий беспорядок усилился.       У Дэна была возможность получше рассмотреть его тело. Отличное тело, не считая спины и шеи.       У него были длинные, очень красивые ноги. Узкие бёдра, тонкие коленки и выдающиеся для его комплекции мышцы. Даже у парней с накачанным торсом бывают слишком тонкие ноги, а у него они были как раз что надо.       А еще у него были худые длинные пальцы ног. И вообще ступня очень красивой формы.       И кубики пресса. Не то чтобы большие, но, благодаря полному отсутствию жировой прослойки на животе, рельефные.       Волосы на руках были практически незаметные. А на ногах тоже очень скромные — как у девушки — и светлые.       Синяки были уже пожелтевшие; на заживающих ссадинах — корочки. На лице следы побоев практически прошли. Но все равно по телу были разбросаны еле заметные отметины от старых повреждений — наверное, навсегда.       Через несколько ночей Дэну стало казаться, что в постели Майлз был даже лучше Алекса. Но это было, возможно, следствием чувств.       Они спали теперь вдвоем, в спальне.       Как-то раз они лежали и Дэн рассказывал Майлзу, какой он красивый.       — Зачем ты горбишься? Если бы ты не горбился, у тебя бы были даже довольно широкие плечи… И ты был бы не намного ниже меня…       — Хочешь, чтобы я был не намного ниже тебя?       — Нет. Забей.       То, как Майлз спал, заслуживало отдельного разговора. Что называется, «как упал — так и уснул». Дэн не раз задумывался, что так спят только коты. К тому же, он не умел нормально укрываться. Ему стоило большого труда перевернуть одеяло правильной стороной; проще было залезть под него, свёрнутое, с первой попавшейся стороны и самому свернуться клубком, умещая тело под его размеры. Дэн постоянно восклицал: «Укройся по-человечески!».       Один раз он выходил утром в туалет. Вернулся и увидел, что Майлз лежит буквой Г, выгнувшись наружу: живот и ноги упираются в стенку, а грудь и лицо — в спинку кровати. В талии он сгибался практически под прямым углом. Дэн остановился возле кровати, невольно расплываясь в улыбке: «Ну как можно так спать?!»       — Ма-а-айлз…       — М-м-м…       — Тебе удобно?       — М-м-м…       Дэн лёг на свою подушку и рассмеялся: ему представилась картинка, как Майлз, таща за собой одеяло, лезет на потолок со словами: «Я муха, мне удобнее спать на потолке»; укладывается, но одеяло падает; Майлз злится, потом оставляет одеяло в покое. Дэн еще раз рассмеялся и начал засыпать.       Все странности Майлза вызывали умиление. Ну, разве что только один раз он озадачил Дэна.       Это было, когда Майлз сидел на диване перед теликом и ел макароны из тарелки, стоящей на коленях. Дэн тоже шёл к дивану, собираясь напугать Майлза шутки ради. У него в руках была бутылка пива. Он ее почти откупорил, осталось только сделать БУХ. Он собирался это сделать прямо под носом у Майлза. Он был уже возле дивана, когда увидел, что сейчас споткнется о пульт. Он виртуозно подскочил, избегая падения, и рассчитывал приземлиться на диван. Его рука в тот момент уже начала откупоривать бутылку. В общем, Дэн летел прямо на Майлза, параллельно делая БУХ. И тут вопреки всем законам физики Майлз очутился перед диваном на ногах. Тарелка была у него в руках, и все макароны лежали в ней в целости и сохранности. Дэн плюхнулся на свой диван и уставился на Майлза.       — Как ты это сделал?!       Майлз укоризненно хмурился:       — Убить меня хотел?!       Потом с видом недовольной бабки уселся обратно на диван и продолжил поглощать макароны.       Дэн был в шоке. Как он успел вскочить?! Более того — как он сохранил тарелку целой и не уронил ни одну макаронину?!       Объяснений не было, так что Дэн решил считать, что ему показалось.       Они встречались уже две недели — на неделю больше, чем с Алексом.       В один прекрасный день Дэн и Алекс расслабленно болтали наедине. Речь зашла об отношениях. Дэн спросил из любопытства:       — А как так получилось, что ты отважился подкатить ко мне, хотя знал, что я не би?       — Это всё он, — с улыбкой ответил Алекс, — Майлз… Это всё благодаря ему…       — В смысле?       — Он сказал мне, что я нравлюсь тебе… Я сначала не поверил… А потом оказалось, что это правда… Он славный малый, он… неравнодушный что ли…       — А когда это было?       — М-м… Ну… за два дня до того, как мы ходили в сауну…       — За два дня до того?..       Error.       Дэн с усилием сосредотачивал взгляд на пустом пространстве перед собой. Чувство покоя и уюта безвозвратно ускользало. Сердце начинало учащаться от неприятного приступа волнения. Он думал: «Этому есть какое-то рациональное объяснение, нужно просто выяснить всё до конца».       Он с надеждой спросил у Алекса:       — А… он сказал, откуда он знает, что… ну-у… я тебе нравлюсь?..       — Да. Он сказал, что ты сам ему сказал.       Error!       Дэн машинально бросил взгляд на дверь, как бы ища пути к отступлению. На него леденящей лавиной накатывало ощущение, что он позволил себе лишнее, и что теперь нужно срочно сматываться, чтобы как можно меньшее количество людей стали свидетелями твоего позора. Он съёжился, отодвинулся от Алекса и застыл в напряженной позе. Паникующее сознание выкрикивало: «Скорее! Нужно убрать свидетелей и рвать когти! Подстава! Подстава! Опасность! Обман! Меня обхитрили! Меня во что-то втянули! Бежать, пока не поздно!».       Он еле заметно помотал головой, пытаясь вытрясти эти мысли. Он подумал: «От кого — от кого, но от Алекса бежать не нужно. Он надежный человек, и, как ни крути, самый близкий. Нужно объяснить — и он поймет».       — Эй, Дэн, ты чего?       — Дело в том… что я этого не говорил…       — Что?       — Я этого не говорил. Я не говорил ему, что ты мне нравишься.       — Что, он, по-твоему, придумал? — Алекс начал смеяться и вдруг резко смолк, осознав, что именно это и хочет сказать Дэн.       Они синхронно повернулись друг к другу, их взгляды встретились. И обоих передернуло.       — А ты говорил ему, что любишь меня?       — Нет…       — Пожалуйста, скажи, что ты меня разыгрываешь, Алекс…       — Мне вообще-то не до смеха, — по лицу Алекса было заметно, что ему действительно не до смеха. — То есть он и тебе про меня то же самое сказал?       Они сидели, притихшие. Было жутко неловко.       — Это какая-то ошибка…       Было очень неприятно осознавать, что они, став жертвами какого-то недоразумения, наделали глупостей.       — То есть, ты меня не любишь на самом деле?       — Ну, ты очень много для меня значишь, но любить — это громко сказано…       — То есть, ты не задумывался о том, чтобы переспать со мной, до того, как услышал это от НЕГО?       — Нет, мне не приходило такое в голову…       — То есть ты поверил словам другого человека — и сразу почувствовал себя готовым прыгнуть со мной в постель?!       — А сам-то! — перешел в наступление Алекс. — То есть… ты… тоже относишься ко мне… скорее как к другу?..       — Это… это какое-то наваждение! Я как будто спал! Теперь я понимаю, что всегда относился к тебе ТОЛЬКО как к другу… В этом было что-то неестественное… в том, чтобы переспать с тобой… Но я не мог понять причину и решил не думать об этом… Алекс… Что мы наделали?! И смешно, и грустно…       — Вы что — сговорились?! Это какой-то заговор?! У вас против меня заговор?!       — Если это заговор — то против меня тоже!!! Это черт знает что такое! Я вообще не понимаю, как так вышло…       — Как-как! Твой мальчик решил нас развести! Развести нас на секс друг с другом!       — Да зачем ему это надо?!       — В том-то и вопрос!       Они вдруг прекратили кричать друг на друга, поняв, что находятся по одну сторону баррикад. Дэн уронил лицо в ладони и нервно засмеялся.       — Что это было вообще?.. Как это понимать?.. Алекс, я бы в жизни с тобой не переспал, не могу поверить, что я до такого дошёл!.. — Дэн тихо смеялся.       — Ты — тоже не самая завидная партия, — огрызнулся в ответ Алекс, но не злобно.       — Братуха, давай просто попробуем понять, как мы до такого докатились…       — Не лучше ли прямо спросить у НЕГО?       — Да-а, это логичное решение… — Дэн с полминуты посидел, задумавшись, — Предлагаю просто забыть эту позорную страницу нашей биографии…       — Да… Я не вижу тебя никем, кроме друга…       Вечером Дэн поговорил с Майлзом. Майлз был напуган и растерян. Он твердил, что позже всё объяснит, что вышло недоразумение, но сейчас он не может объяснить. Толком он так ничего и не сказал. Перед сном Дэн предупредил, что потерял к нему доверие, и что лучше им спать по отдельности. Майлз не возражал. Он спал в гостиной.       Следующим вечером Дэн не застал его дома. Сразу же спешно проверил денежную заначку. Всё на месте.       Ему было как-то совсем не по себе.       Майлз пришёл. Но отвечать, где он был, не захотел. Он был расстроенный и потерянный. Он обещал, что всё объяснит позже. Дэн надеялся, что так и будет. Но всё равно, отношения были безвозвратно испорчены.       В течение следующих пары вечеров Майлз всё так же исчезал из дома, а потом появлялся.       На работе Дэн с Алексом обсуждали возможные версии. Они даже предположили, что кто-то подослал к ним Майлза. Всё-таки они детективы, мало ли у них недоброжелателей. Но все равно эта версия была такой же абсурдной и ничего не объясняющей, как и предыдущие.       Алекс вызвался прийти и поговорить с Майлзом. У них был довольно тяжёлый разговор втроем. Майлз был вообще как в воду опущенный, он только и делал, что оправдывался и отмалчивался. Но в итоге признал, что это он сам намеренно свёл Дэна и Алекса, наговорив им неправды. Закончилось всё тем, что Дэн вспылил и намекнул на то, что не хочет больше держать Майлза в своей квартире.       В течение следующих дней Майлз ночевал дома через раз. По внешнему виду не похоже было, что он отирается на улице, так что Дэн не пытался его останавливать. Он уже вообще запутался и не знал, как правильно себя вести.       Алекс с Дэном предположили, что Майлз, возможно, просто по пустоголовости своей решил их разыграть для прикола. Других объяснений не было.       В один из дней Алекс пришел на работу какой-то виноватый.       — Алекс! — крикнул Дэн строгим голосом.       Тот вздрогнул (что подтверждало догадку) и моментально обернулся.       — Какое дерьмо ты уже утворил?!       Алекс испуганно смотрел на него.       — Что?       — У тебя на роже такое вызывающее чувство вины, что его просто стыдно игнорировать! Так что ты сделал? — спросил Дэн уже более мягким голосом.       Алекс чуть помрачнел и, отворачиваясь, пробурчал:       — Я не сделал ничего, за что должен чувствовать вину перед тобой, так что отвали…       — Но чувствуешь. Так что лучше рассказать. Тебе же самому легче станет.       — Тебя это не касается, — Алекс раздражился.       Дэн с интересом подался навстречу Алексу, не вставая со стула.       — Алекс, если ты мутишь что-то за моей спиной, тебе лучше сказать.       — На данный момент это тебя не касается, так что я не должен тебе отчитываться! — на его нахмуренном лице было чувство горечи.       Дэн вздохнул.       — Ты не отрицаешь, что что-то сделал.Ты сделал что-то, о чем мне не стоит знать. Это не касается меня В ДАННЫЙ МОМЕНТ. То есть в другой момент касалось бы. Ты испытываешь передо мной чувство вины, хотя убеждаешь себя, что не должен. Мои догадки теперь всё увереннее сводятся к одной…       — Да пошел ты…       — Это то, что я думаю?       — Если ты и сам догадался, зачем прикапываться ко мне?!       — О черт, значит, вы действительно переспали?!       — Не будь собакой на сене! Ты его даже своим бывшим назвать не можешь! Есть в этом мире хоть что-то, что отнимает у меня моральное право переспать с ним?!       — Нет… — Дэн задумчиво смотрел на кружку, которую вертел рукой.       — Нет?! Тогда какого черта ты заставляешь меня в этом сознаваться?! Как будто в преступлении!..       — Я не… Нет, всё в порядке. Я просто… Забудем.       — Что, будешь дуться на меня?!       — Нет, разумеется, нет… Всё нормально, Алекс, давай работать.       Но до конца дня Дэн ходил в беспросветной задумчивости. Он понял, что даже сейчас, в состоянии ссоры с Майлзом, он неравнодушен к нему. И он ревновал.       А Алекс, конечно же, просто по своей природной мягкости поддался на обезоруживающую мину Майлза и пожалел его, бедненького, отвергнутого Дэном. Чего и следовало ожидать.       Дэн в течение недели не понимал, спят Алекс с Майлзом вместе регулярно или это было один раз. Но теперь это было не его дело: он расстался с Майлзом и не имел права его контролировать.       Он ожидал, что всё наладится. Что вот-вот Майлз придёт и скажет, что теперь готов всё объяснить. И всё вернется на круги своя.       Но всё не наладилось. Наоборот.       В один прекрасный день Дэн шёл по коридору на работе. Навстречу ему спешил коллега.       — Хорошие новости, Дэн! Ваше закрытое дело еще рано хоронить!       Дэн так и похолодел.       — Нашли орудие убийства!       Дэн чувствовал, как что-то обрывается в груди, как земля уходит из-под ног.       — И-и-и… Что выяснилось?..       — Пока ничего, отдали на экспертизу. Пока понятно только одно — у убийцы очень большая ладонь.       — Хах! — нервно хохотнул Дэн, — не может быть, — и сразу же прикусил язык.       — Что ты сказал? — переспросил коллега.       — Нет, ничего… Большая ладонь? Как вы это поняли?       — Ну очень просто — на рукоятке смачные кровавые отпечатки. Не нужно быть экспертом, чтобы увидеть, что это настоящая лапа.       Error.       Дэн чувствовал, как кровь снова возвращается к частям тела. Отлегло. Но как это возможно?! У Майлза не большая ладонь, самая обычная!       Дэн поспешил в экспертизу. Ему показали орудие убийства — большой охотничий нож. Заляпан кровью. На рукоятке четкие следы от руки.       — Был найден в мусоропроводе подъезда, в котором произошло убийство. Его чистят раз в полгода, так что не удивительно, что до сих пор не находили.       — Что-нибудь уже можно сказать?       — Пока нет, мы же только получили. Приходите завтра утром.        Дэн поспешил к Алексу и всё ему рассказал.       Майлз в этот раз не ночевал дома.       С самого утра Дэн поспешил в экспертизу.       — На оружии отпечатки только одного человека, значит, это и был убийца. Кровь принадлежит Уитману — ДНК совпал. Время тоже совпадает. Мы только что отдали отпечатки пальцев на сверку.       Дэн пошел в отдел, где занимались отпечатками. Там к нему присоединился Алекс. Прямо при них компьютер выдал совпадение (сердце Дэна так и загрохотало). Имя владельца отпечатков, ранее судимого, Дэну было незнакомо. На экране появилась фотография. Не Майлз. Дэн чуть не потерял равновесие и с облегчением опустился на стул. Они с Алексом переглянулись. Это, конечно, очень странная история, но Майлз невиновен. А остальное сейчас не имеет значения.       По пути к себе в кабинет они тихо совещались. Расслабляться было рано. Этот мужик мог просто найти нож и закинуть его в мусоропровод. Убийца мог быть в перчатках.       Алекс и Дэн быстро собрались и поехали с оперативной группой на задержание. Им повезло — подозреваемый был у себя дома. Его арестовали и привезли в участок.       Следующие несколько дней прошли в допросах и наведении справок. С Майлзом Дэн не разговаривал, даже когда они встречались. Боялся его спугнуть, надеясь, что он не знает новостей о задержании подозреваемого.       В ходе следствия выяснилось, что подозреваемый был клиентом убитого. Свидетели подтвердили, что между ними была ссора. Подозреваемый был наркоманом, и в день совершения преступления тоже находился в состоянии аффекта. Отсюда неуверенные удары и глупое решение бросить орудие убийства в мусоропровод. Сначала он отрицал причастность, но, запутавшись в показаниях, выдал себя. И признал вину.       Дэн думал: можно ли теперь вздохнуть свободно? Нет. Вдруг этот мужик по какой-то причине решил взять на себя вину Майлза?       Его проверили на детекторе лжи. Он был убийцей.       Дэн с Алексом вышли в коридор. Дэн на ходу расслаблял галстук. Он быстро шёл вперед. Алекс не отставал от него. Наклонившись над самым плечом Дэна, он злобно шептал:       — Ты шутишь, Дэн?! Как это понимать?! Что ты мне наговорил?!       Дэн влетел в спасительный кабинет. Они закрыли за собой дверь. Алекс нападал с еще большим рвением:       — С чего ты взял, что убийца — Майлз?! Ты задурил мне голову!       — Алекс, но всё сходилось! Я наблюдал за ним!       — У этого зэка были мотивы, они были знакомы, он был его клиентом, они были в ссоре, есть куча свидетелей, подтвердивших, что они контачили и находились на ножах. Он ранее судимый. Всё сходится! Что сходится насчет Майлза?! С чего ты вообще взял, что это он?! Что его вообще связывает с Уитманом, хоть что-то?!       Дэн сидел поникший.       — Алекс, но… Если бы ты видел… Я спросил у него прямо, он… Алекс, клянусь, он дал понять, что он виновен! Если бы ты был там…       — Какой из тебя детектив после этого, Дэн?! Ты ни в чем не разобрался! Ты даже не захотел его расспрашивать о том, как он это сделал! Ты не нашел ни одного объективного подтверждения, ни одного! И ты обвинил в убийстве невинного человека, пусть и не перед людьми, но перед ним самим. Кто ты после этого, Дэн?       Дэн уже бросил попытки защищаться. Алекс немного остыл. Он тоже понимал, что тут вина не одного Дэна. Он помолчал немного, а потом задумчиво протянул:       — Всё это до хуя странно…       — Точнее не скажешь…              Дэн прилетел домой вне себя от злости. Майлз как раз был дома.       — Ты не убивал Уитмана! Какого хера ты взял на себя вину?!       — Я не брал!.. — Майлз в ужасе таращил свои большущие глаза.       — Что-о?!       — Я не убивал никого…       — Но ты же… ты же… — Дэн задыхался от негодования.       Вдруг Майлз приблизился к Дэну вплотную и взял его за руку. Тихо, но очень эмоционально заговорил:       — Дэн! Послушай меня! Я всё тебе объясню, но позже! Я не могу сказать СЕЙЧАС! Потому что это не моя тайна! Всё очень сложно! Дэн! Ты должен мне верить! Просто подожди, пока я со всем разберусь, хорошо?! Дэн… Пожалуйста, верь мне!       Он смотрел прямо в глаза Дэну, и в его взгляде была мольба. Дэн всё никак не мог прийти в себя:       — Как я могу тебе верить?.. — спросил он, но в голосе уже не чувствовалась твёрдость. — Я любил тебя, а ты творишь чёрт знает что за моей спиной…       — Дэн… Мне ПРИШЛОСЬ всё подстроить… Понимаешь? Это не моя воля… Когда ты узнаешь, ты всё поймёшь… Но пожалуйста, не испорти всё, просто верь мне! И… Дэн… — он еще больше приблизился и сказал очень проникновенно: — На самом деле я люблю только тебя! Я люблю тебя! но я должен это скрывать, так надо! Ты веришь мне?       — Верю… — выдохнул Дэн и закрыл рукой глаза.       В конце концов, кому в этом мире можно доверять, кроме Алекса и Майлза? Нет ничего хуже, чем поверить в предательство близкого человека, чем обвинить невиновного. Должно быть такое объяснение. Дэн подождёт.       У него было ощущение, что он попал в сюжет триллера.       — Мне нужно исчезнуть на несколько дней… — сказал Майлз.       И теперь у Дэна была полная уверенность, что он в фильме.       — Но ты обещаешь, что вернешься?       — Вернусь. Довольно скоро. Обещаю.       И Майлз всю неделю не приходил домой.       Воображение Дэна всё это время строило жуткие теории заговора.       В один прекрасный (то есть не очень, потому что погода была плохая) Дэн и Алекс уходили с работы. Они собирались съездить перекусить куда-нибудь на машине Дэна. Они часто ездили на работу на машине Дэна, потому что Алекс жил немного ближе к работе, причем по дороге, так что Дэн его подвозил.       В их любимой пиццерии сломалась печь, так что они не могли рассчитывать на полноценный ужин. Алекс предложил поехать в другое кафе в двух кварталах отсюда. Но Дэн вспомнил, что бывшая девушка когда-то рекомендовала ему отличное заведение в совершенно другом районе города. Он всё хотел туда съездить, но все никак не получалось. Они решили ехать туда.       Поужинали, вернулись к машине. Погодка была сырая, то и дело начинал накрапывать мелкий дождь. Они сели в машину.       — Если бы это кафе было в нашем районе, можно бы было сюда почаще приезжать.       Дэн на автомате включил музыку и начал прогревать машину. Заиграла Wildlight — Crucible.       — Моя любимая песня, — сказал Дэн.       Алекс сделал погромче.       Дэн наклонил голову вниз включая габариты и снимая машину с ручника. Услышал голос Алекса:       — О, смотри-ка: старший брат нашего Майлза…       Дэн сначала мельком посмотрел на Алекса. Алекс глуповато растерянно улыбался, глядя вперед. Дэн посмотрел по направлению его взгляда.       Перед их машиной два парковочных места были свободны, а дальше стоял дорогущий черный автомобиль. От этого автомобиля ступал на тротуар только что вышедший из салона черноволосый человек. А с тротуара к нему подходил другой человек, светловолосый. Он как раз был повёрнут к Алексу и Дэну передом, и они прекрасно видели его лицо. Он и правда был ужасно похож на Майлза. Но, конечно, не Майлз. Он был старше. Он был хорошо одет — в рубашку и деловые брюки. Он был выше и не горбился. У него была аккуратная прическа. И мимика совершенно другая.       Алекс с тем же задумчиво-растерянным выражением говорил:       — Если бы нашего Майлза переодеть, причесать…       Он замолчал, потому что понял то же, что и Дэн. Это Майлз. Только в каком-то другом обличье.       Error.        Они сидели молча и следили за происходящим.       Майлз и брюнет подошли друг к другу и перекинулись несколькими фразами. В это время их можно было рассмотреть. У Майлза было перекинуто через руку пальто. Он стоял очень прямо, у него была совершенно ровная спина и длинная шея. Рубашка сидела как раз по размеру (Дэн никогда еще не видел в немешковатой одежде). Он был ужасно красив. На нем были довольно светлые серо-синие тонкие брюки. В деловом стиле, но узкие. Дэн знал о достоинствах нижней половины тела Майлза, но никогда еще не имел возможности убедиться воочию, как она хороша в правильно подобранной одежде. Он был неприлично сексуален. Дэн видел, что девушки, проходя по тротуару, косятся на его зад. Ему было немного за 20, это точно. Уже никаких подозрений насчет малолетства.       Брюнет был в черном пальто. И он был очень высоким.       Вот брюнет повернулся, показывая жестом на машину, и его можно было хорошо рассмотреть.       Он был похож в равной степени на сицилийского мафиози и на модель из рекламы мужского нижнего белья. Он был шикарен. Черные волосы зачесаны назад. Карие глаза. Очень смуглый. Под расстегнутым пальто дорогой костюм. Пару перстней на загорелых руках. Очень неспешные, плавные жесты. Мечта любой женщины.       Он приобнял Майлза за плечи одной рукой. Обычный дружеский жест. В глазах прохожих, во всяком случае. Но Дэн (да наверное и Алекс) ни на минуту не сомневался, что жест не дружеский.       Брюнет открыл дверцу пассажирского сиденья (неподражаемое движение рукой) и пропустил Майлза. Пока тот садился и закрывал за собой дверцу, брюнет обошел капот мягкой, излучающей уверенность в себе походкой. И сел за руль.       Они спрятались от непогоды в этом уютном салоне. Машина тронулась с места и уехала.       Майлз не увидел Дэна и Алекса — ему не пришло бы в голову всматриваться в стекло их машины.       Дэн сидел, положив руки на руль, но не трогался с места. Они молчали.       Вот оно — истинное лицо Майлза.       Он не несчастен. Наоборот, он более чем благополучен. На самом деле у него всё оч-чень хорошо. Неизвестно, для чего ему понадобилось разыгрывать беднягу нищеброда, но в реальной жизни он ни в чем не нуждается. У него всё хорошо в личной жизни. У него завидный любовник. Он уходит от Дэна не зябнуть на улицах, а греться в прекрасных условиях.       «Он — птица не моего полёта. И вот — мужчина, который его реально достоин. А я, наивный, думал, что он может меня любить… А я пытаюсь его от чего-то спасать…»       Дэн потёр лицо ладонями, опираясь локтями на руль, и тяжело вздохнул. Громко играла Cruсible.       Тихий звук заставил Дэна посмотреть на Алекса. Тот клал обратно в бардачок блокнот и ручку. Привычка любого копа — всегда записывай номер машины.       — Полагаю, более веские доказательства его недобросовестности тебе не нужны?.. — уже серьезным голосом спросил Алекс.       Дэн страдальчески посмотрел на него.       — А сам-то что? Ты с ним уже не спишь?       — Это было всего два раза. И после того, как в вопросе убийства была поставлена точка, я уже точно не хотел иметь ничего общего… Так что? Еще будешь надеяться, что он придёт к тебе и утешит правдивым рассказом?       — Нет, — мрачно ответил Дэн.       Потом на мгновение засомневался: а может это подстроено, а не то, что было раньше? Как они сюда попали? Нет. Это же сам Дэн предложил поехать в эту кафешку. Майлз не мог знать, что они здесь окажутся и увидят его. Он скорее был уверен, что как раз здесь они никогда не окажутся. Даже Алекс не мог знать! Не могло быть никакого тайного замысла со стороны. Они просто случайно узнали правду…       — Нет, я не буду надеяться. Я узнаю, в чем смысл этой чертовщины, и распрощаюсь с ним навсегда.       Он решительно включил передачу и тронулся.