Проклятый Девятью

      Чтобы продвинуться дальше, нужно было еще глубже погрузиться под землю. Приходилось почаще смотреть под ноги, потому что – какому идиоту взбрело в голову, что это хорошая идея в обычных по идее технических помещениях и в коммуникационных тоннелях?! – кругом были ловушки. Ловушки весьма жуткие, надо признать, не чета тем, что можно было встретить в подземельях с прогнившими драуграми. Были, например, огнемёты, которые могли трансформировать в шкварки сразу дюжину людей, превращая комнату в филиал ада или доменную печь. Были циркулярные пилы, что могли рассечь человека без доспехов на две половинки этого человека. К счастью, Лаанет быстро просекла фишку и сделала… Голема! Настоящего голема из подручных материалов. Нет, ну, Гайдар был просто в шоке от спектра магических талантов этой альтмерки. Их болван из грунта, камней, песка и металлических деталей жрал много маны для поддержания своей псевдо-жизни, по её словам, но был совершенно незаменимым многоразовым сапёром. Ему можно было ошибаться, и это спасло жизни остальных членов команды. Гайдар настоял, чтобы голем получил гордое имя «Кенни». После особенно жёсткой ловушки тестер с упоением говорил фразу: «Похоже, нам понадобится новый Кенни!» или «О, нет! Ублюдки вновь убили нашего Кенни» и смеялся, как полоумный. На его чудачества не обращали внимания, доколе это не мешало общему делу выживания.       Встретился им и ещё один странный отряд механоидов. Тут уже нельзя было сказать, что это охранники периметра, бездумно выполняющие команды некоего центра. Скорее, это были абсолютно «выжившие из ума» дроиды. Ну, если предположить, что этот ум у них изначально вообще был. Однако, судя по рассказам Лаанет, из своих книжек она узнала, что процентов десять или более в том Заводном Городе, которым восхищались авторы древности, действительно были вполне разумные роботы, умеющие принимать самостоятельные решения. Их называли «императорские фабриканты». Вместо обычной латуни и бронзы, они были сделаны из металла тёмного, почти чёрного цвета, часто с золотыми или серебряными узорами. Это придавало им более величественный и внушительный вид. Другая отличительная черта: они были крупнее и массивнее. Вместо безликих масок у многих были лица, отдалённо напоминающие человеческие или эльфийские, что подчёркивало их высокий статус. Но самое главное, само собой, – сложность: их конструкции были невероятно мудрёными, включая множество мелких деталей, шестерёнок и кристаллических вставок, которые, вероятно, служили аналогом нервной системы. Сначала Лаанет даже обрадовалась, она думала, что с ними можно будет поговорить. Однако оказалось, что… роботы сошли с ума. Да, магический ИИ, который сошёл с ума, что может быть лучше! Тьфу, точнее, хуже. Потому что эти противники преподнесли им несколько весьма чувствительных для здоровья сюрпризов. Как только группа к ним приблизилась, механоиды атаковали. Один из них имел телескопические ноги. С их помощью он мог очень высоко подпрыгивать, а его удары даже по броне могли запросто отбить все внутренности. Под раздачу попал Оррмар, который думал, что сможет заблокировать пинок фабриканта. В результате (когда бой кончился) пришлось ему часок полежать, пока Лаанет, проклиная недостаток света и магической энергии, латала ему кишки. Другой имел в руке некий кристалл, который дестабилизировал защитные барьеры и обереги. Жахнул он по М’Раю. К счастью, кошак подтвердил реноме, что чуть ли не каждый каджит знает кунг-фу, и эффектно уклонился, пока Даг не подскочил сзади и не расфигачил металлическую башку болвана.       Лаанет извлекла этот кристалл, чтобы изучить в более тихой обстановке. Она материлась, но часто восхищалась гением Сота Сила. Создать такие механизмы – это больше, чем просто гений, это что-то запредельное и невероятное, воистину божественный уровень. С точки зрения исследователя, члена Коллегии их команда уже, можно сказать, окупила все риски подобной миссии. «Дай только боги вернуться живыми», – не забыла добавить она.       Гайдар глядел на этих самых роботов и тихо ужасался. Он смотрел документальные фильмы, вспоминал рассказы бати и деда, как люди столкнулись с боевыми роботами китайцев во время безумной войны всех против всех, что вошла в учебники как последняя стадия Третьей Мировой. Жители Поднебесной тогда дали просраться всему остальному миру. Пока Илон Маск запускал свои спутники и мечтал о Марсе, ускоглазые сотнями и тысячами клепали долбанных «терминаторов». Если бы не ограниченный энергоресурс этих чудо-роботов, говорил бы сейчас весь мир по-китайски… И даже десятилетия спустя люди находили в городах и подземельях «подарки из прошлого», чинили, использовали в криминальных разборках и прочей незаконной активности. Так вот, дизайн, общая безжалостная целесообразность этих дроидов очень сильно напоминала «чжандоу чичирэн» или «нингьо хеки», как их называли сами любители риса и жёсткой руки партии.       Когда маги закидали этих тварей молниями и файерболами так, что последний перестал шевелиться, приключенец настоял, чтобы их по винтику собрали и закинули в зачарованные безразмерные мешки полностью. Если запас карман не тянет, то почему же упускать возможность их исследовать, выковырять всё ценное, что они найдут.       Если бы их отряд не был таким большим, не страховал друг друга на каждом шагу, призналась Лаанет, шансов отбиться от настолько сильных противников было бы… ну, примерно ноль целых ноль десятых. После этого заявления Гайдар, который и так держался в арьергарде, вообще проникнулся серьёзностью ситуации. Он-то, дурак, думал «приключение на двадцать минут, зашли и вышли», а тут намечалась новая борьба за выживание!       Баатар же мрачно сплюнул, глядя на остовы поверженных болванов, и сказал:       – Если это место так опасно, то неизвестно, в какой опасности сейчас Плывущий… Надо бы поспешить выбраться из этих проклятых подземелий.         Сам полуорк в этом бою использовал несколько приёмов, а точнее, «суперспособностей», как их про себя обозвал Гайдар, что вызвали у него восторг, – вот бы самому так уметь! Метис со своими кукри испарялся в облачке невесомой черной взвеси прямо из-под удара фабрикантов, появлялся у них за спиной и вонзал свои смертоносные железяки в самые незащищённые сочленения. Тестер даже спросил потом, не вампир ли их серокожий друг. Тот умехнулся, обнажая длинные клыки. Да, длинные, но всё же не вампирские. Нет, это была способность, которую можно заполучить путём многих лет усиленных тренировок и самой малости родовой магии от его данмерских предков-даэдропоклонников. Дженасса тоже наблюдала за боем полуорка. И ей его стиль совсем не нравился. Позже она призналась, что подобные трюки «без магии», вербальных заклинаний, на одной лишь силе воли и духовной мощи могли проворачивать только высокопоставленные члены Мораг Тонг либо «Хлаа», палачи-храмовники, служащие Мефале или же Молаг Балу.       Ещё одна способность, продемонстрированная Баатаром, – взмахи клинками, настолько быстрые, что казалось, будто тот раздваивался, а точнее, будто был один удар, условно, «духом» или «тенью» полуорка, а потом эту тень настигало отстающее тело. Если проводить аналогии с другими играми, которые довелось видеть или «щупать» в вирте Гайдару, то это было чем-то средним между абилкой Джонни Кейджа из «Мортал Комбата» (только там наоборот зеленая тень актёра боевиков била афтершоком после физического тела) и способностью «некромонгеров» из фильмов и игр про Риддика; там именно тень била первой, а потом тело. Вся фишка была в том, что орк-данмер мог использовать, так сказать, оба режима: иногда его тень была быстрее тела, иногда следовала за ним. И он эти способности молниеносно чередовал, заставляя металлические мозги роботов плавиться, ведь они не понимали, что ожидать от такого шустрого противника. Удар – а клешня дроида попала в тень, тогда как тело уже наносит удар откуда-то снизу, используя неожиданную траекторию; и наоборот: робот блокирует кукри врага, радуется, думает и сам атаковать, но тут его настигает тень, двигаясь по той же траектории, казалось бы, вот только сила физического удара такая, что заставляет отвести блокирующую руку, чтобы поглотить энергию замаха, открывая уязвимую голову для удара тени. Короче, страшный противник этот Баатар. А когда разойдётся, то вообще какая-то машина смерти. Вот только использование этих абилок имело свою цену: глаза полуорка чернели, вены на лице проступали фиолетовым, превращая лицо в жуткую маску. А после боя он тяжело дышал, аки лошадь, пил какие-то зелья.       Да уж, непросто было всем. Один лишь Гайдар сачковал, за тот бой нанёс буквально пару ударов, добивающих, по едва дёргающемуся противнику. Впрочем, никто не был в претензии. В конце концов это Лаанет его сюда затащила, настояла, так ей упёрся его шлем, в котором она видела страховку, что сможет телепортироваться назад на Тамриэль.       Когда устроили мини-привал, Один задал любопытный вопрос, который, оказывается, волновал всех с магическим даром в их смешанном отряде (сиречь буквально всех, кроме Гайдара, ну, и в меньшей мере Оррмара, ведь тот хотя бы свитки мог использовать).       – Лаанет, а ты тоже чувствуешь это? Магика здесь имеет совсем другой «вкус», и плотность… Здесь будто бы в десятки раз меньше токов магической силы, а под землёй так вообще ужас. Приходится зелья пить, потому что иначе даже в медитации невозможно восстановить запас маны.       Вот так-так! Заводной Город преподносит им ещё одну подлянку: в вотчине механизмов магия начинает «сбоить». К счастью, не сами заклинания, только подзарядка. То есть или медитируй после каждой битвы по три-четыре часа, или пей зелья, чтобы быть готовым к следующей стычке. Гайдар много раз видел концепцию, мол, техника «глушит» магию, но тут, кажется, дело было совсем в другом. Просто Заводной Город действительно находился в некоем другом пространстве, с другими законами, нежели Тамриэль. Если он действительно «квантовый», уменьшенный, то объяснялось это просто: при таких размерах плотность магики на кубический метр пространства действительно должна быть намного меньше. Для мага это всё равно, что для обычного человека очутиться в высокогорье, где давление воздуха на 30-70% меньше нормы. Дышать становится сложно, появляется одышка, хочется спать, усталость накапливается в разы быстрее. Альпинисты используют баллоны с кислородом, чтобы увеличить парциальное давление вдыхаемого кислорода до приемлемого уровня. А маги вот – специальные зелья и медитацию, чтобы получать достаточно магики для подзарядки.       Лаанет, само собой, чувствовала. Однако она всё же была из совсем другой весовой категории, чем все остальные. Поэтому именно она и была «тащером» всей их компании: постоянно вписывалась, чтобы помочь оберегом, лупила в полную силу, когда остальные экономили силы в каждом ударе, а потом ещё и лечила раненных. Настоящая валькирия!       Долго ли, коротко ли, а дошли они до каких-то совершенно иных туннелей, по которым бежала… обычная вода, а не маслосодержащая смесь. А потом к воде присоединились… экскременты. Да, вонь мало кого порадовала, но это значило, что где-то тут живут люди, есть цивилизация. Это была одновременно и радостная, и тревожная новость. Аборигены! Кто они? Агрессивные дикари? Мирные философы, как это было в древние времена? А может, люди тут сошли с ума от изоляции точно так же, как это сделали их робомеханические собратья?       И вот, ответственный момент – выход на поверхность. Баатар вызвался стать разведчиком, мол де он лучше всех умеет в скрытность (Дженасса тактично промолчала, у неё другой приоритет – за довакином присматривать). Лаанет согласилась, но одновременно выслала своих магических конструктов для подстраховки. Гайдар увидел наконец, что это такое: почти полностью прозрачные шарики из магической энергии, напоминающие большой глаз, размером с теннисный мячик. Эльфийка концентрировалась и посылала их в пространство прямо из своего лба, что выглядело весьма крипово, по-настоящему магически. Пока Баатар где-то лазил, Лаанет стала комментировать картину, которую получала сверху:       – Кажется, это какая-то рыночная площадь. Неужели… клянусь Азурой, да! Столько столетий минуло… но тут ещё есть люди, живые люди, а не полумеханизмы! Наверное, это последние из почитателей Сота Сила.       На самом деле меж рядов лавок ходили как люди с данмерами и орками, так и какие-то киборги, имеющие те или иные аугментации – в основном протезы рук и ног. Наряды у них были странные, «будто из учебника истории» – удивлялась альтмерка.       Оказалось, это была рыночная площадь Медной Крепости. Легендарное местечко. Товарами были еда, всякие припасы, много кузнечных принадлежностей, какие-то детали (вероятно, для протезов и аугментаций). А в качестве валюты – тут уж Гайдар даже присвистнул – чистые алмазы, рубины и изумруды. Получалось, в кармане даже самого бедного бедняка в этом Заводном Городе водилось не меньше сотни талеров в эквиваленте. Вау! Настоящие сокровища! Что ж, те бандиты оказались правы, тут есть чем поживиться. Однако куда бо́льшую ценность на самом деле, само собой, представляли знания и технологии, доступные местным обитателям. Интересно, имели ли бандюганы представление об этом? Кто они вообще, эти загадочные конкуренты, захватившие Плывущего-в-Ночи в плен?       Когда Баатар вернулся с разведки, Гайдар с Дженассой насели на него с просьбами ещё раз детальней пересказать ту часть своих приключений, где он сталкивался с загадочными наёмниками. Выходило, что их не меньше пяти, из тех, кто выжил в схватке. Оррмар тоже заинтересовался и заставил полуорка описать этих злодеев. Пятёрка состояла из: мага-данмера в роскошной (но поношенной на вид) серо-зелёной робе с капюшоном, и он был весьма силён; потом был каджит с несколькими серьгами-кольцами в ушах, вооруженный большой саблей, острый на язык и ловкий, как даэдров сын; орчиха с ирокезом на голове и костяным ожерельем, умеющая не только секирой махать, но и немного в шаманизм; редгард с двумя (что удивительно) прямыми мечами, которые он носил за спиной; и, наконец, рыжая баба, одетая не по погоде Скайрима (как моряк, а точнее юнга): шаровары зеленого оттенка, кожаный пояс, высокие сапоги до половины голени, кожаное нечто («топик»), что оставляло плечи и руки голыми, как и низ живота. На голове – тесёмка, а волосы собраны в косу. Судя по детальности описания, Баатар даже немного запал на рыжуху, хотя та и была врагом. Лоуренс не преминул подколоть полукровку этим моментом, за что был послан туда, куда не светит солнце. Наибольшую опасность представлял данмер. Он и был лидером группы. Так это запомнилось Баатару. Однако именно рыжая девка нанесла ему удар по голове, от которого воин чуть не потерял сознание. Ага, понятно, почему так её запомнил.       На площади никого из вышеописанных личностей не было. В одежде жителей ЗГ превалировал нежно-золотистый, светло-зелёный, светло-коричневый, как капучино, а так же серый цвета, иногда с шитьём, что отливает металлом. Затеряться в толпе их нынешней команде просто невозможно, если не применять магию иллюзии. Среди всей их компашки только Лаанет и Дженасса могли сносно изъясняться по-каймерски (а предположительно именно на этом языке говорили местные), так что постановили, что именно их девушки вдвоём и пойдут наверх, пытаться вступить в контакт с аборигенами.       Баатар же пошёл с ними под скрытностью. Он действительно был в ней мастером, к тому же его плащ, оказывается, обладал способностью к мимикрии, как у хамелеона. Можно в буквальном смысле присесть и прикинуться кучей ветоши, слиться фактурой с остальным мусором. О-очень нужный артефакт для любого скрытника. Блин, до чего же крут этот Баатар! Гайдар тихо завидовал.       Приключенцу очень хотелось видеть, что там происходит, так что М’Рай организовал нечто вроде магического зеркала, временного. Это был почти идеально круглый экран с сияющим от магических разрядов ободком, нематериальный, само собой. Давал он картинку, будто всё с дрона снимают. Гайдар опять облизался, спросил Одина, может ли он такой же сварганить? Это ведь офигенное тактическое преимущество, случись им захватывать форт или проводить подобную операцию. Увы, ни Один, ни Дженасса так не могли. Такому заклинанию не научиться за день-два, или просто прочитав книгу. Это ведь всё равно, что учиться на пилота дрона, только ещё более затратно, ведь тот просто нажимает кнопки и рулит джойстиком, мониторит телеметрию, а маг ещё и поддерживает все функции, управляет маной. У Дженассы был разве что опыт связи через такое средство, только дающее стационарную картинку, да и то при помощи свитка. М-да, Гайдар всё больше и больше хотел завлечь весь отряд Лаанет в своё приключение в качестве постоянных союзников, даже «сопартийцев», очень уж аппетитные у них способности. Только вот это не игра, где болванчики послушно делают, что им довакин прикажет, за какие-то 500 септимов, бессрочно. Тут отношения нужно строить. А он, кроме выходки с драконом, пока никак себя не показал, мелочи не в счёт.       Появление двух женщин из канализационного люка привлекло внимание толпы мгновенно. Многие запаниковали, стали кричать и разбегаться, даром что Лаанет и Дженасса примирительно подняли руки вверх и что-то там говорили. Притом аборигены выразительно кричали одно повторяющееся слово – «гэлин». Оказалось, это имя. Из толпы вышел статный дядька-данмер, обладатель длинных волос, при том что лоб и темя были то ли побриты, то ли это природная лысина – молодым он точно не выглядел. У него в руках был посох странной формы, очевидно, что магический. В двух девушек тут же полетела молния. Лаанет приняла её на оберег, всё ещё что-то пытаясь втирать агрессивным аборигенам. Всё шло по худшему из сценариев. Лоуренс поднялся и сказал твёрдым голосом:       – Кажется, драки не избежать! Давайте поможем Лаанет!       Даг и каджит зашикали на него:       – Цыц, недоросль! Она великий мастер! Ты только хуже можешь сделать. Если что, Баатар её подстрахует.       Пока они спорили, что делать, события развивались. Данмер опять стал фигачить молнией, на этот раз ещё сильнее, так что от контраста с её светом даже в глазах темнело. Аборигены радовались, но помогать лидеру не спешили. И тут из тени за спиной этого Гэлина материализовался Баатар. Он держал у горла местной шишки свой страшный кинжал. Рыкнул что-то – все заткнулись, атака электричеством прекратилась. Наконец-то девушки могли сделать нормальную попытку разрешить всё «дипломатией». Что ж, правду говорят: кольт 45 калибра и доброе слово звучат куда убедительней, чем просто доброе слово. Только вместо кольта кинжал кукри и матюки полуорка.       – А звук можно почётче? – спросил Гайдар у каджита.       Тот молча сделал пару пассов руками. Хм. Звучание улучшилось. Мало им это помогло, ведь говорили на этом самом каймерском, будь он неладен. После реплики Лаанет вперёд вышла Дженасса. Она была, как всегда, весьма уверена в себе, даже холоднокровна. Её слова, хоть и непонятные, но звучали успокаивающе, будто у политика с сорокалетним опытом. Ох, до чего ж она хороша, чертовка, в любой роли! Гайдар держал за неё кулачки, будто это могло как-то помочь. Удивительным образом именно слова сородича (а что ни говори, а большинство в толпе были именно данмерами) возымели наибольший эффект. Толпа наконец-то успокоилась. Вперёд вышли ещё несколько мужиков с длинными седыми бородами, наверное, что-то типа старейшин местных. Завязался более конструктивный диалог.       Через десять минут или того меньше Баатар убрал, наконец, кинжал от горла главнюка аборигенов. Доверительный контакт был установлен. Лаанет и Дженасса приблизились, стали что-то показывать, достали даже кое-что из лута, собранного в подземелье. Еще через пять-семь минут Дженасса сделала жест, обращенный к наблюдающим, будто чувствовала вектор незримого магического взгляда М’Рая. Гайдар был уже научен, что значит оный: «теперь безопасно, можно подходить ближе». За время их совместного путешествия как-то незаметно они приняли систему условных знаков, разработанную данмеркой на основе принятых среди её сородичей (может быть, даже в той самой легендарной Мораг Тонг).       Стали вылезать. Лоуренс был первым и сразу же занял позицию за спиной Лаанет, экий рыцарь в сияющих доспехах, в вечной френдзоне, аж смешно. Альтмерка представила союзников. Решили, пока не найдут другого решения, Дженасса будет за переводчика, чтобы остальные были в курсе, что почём.       Гайдар рассмотрел лидера аборигенов вблизи. Гэлин выглядел как немного пухлощёкий (что редкость для этой расы «треугольных подбородков») данмер с каштановыми волосами (еще одна редкость) и почти человеческим разрезом глаз. Они были не оттенка красного, а обычными, карими. То есть скорей всего он был полукровкой. Или даже квартероном. Он носил белые одежды с золотыми узорами и латунные наплечники и нарукавники. Посох его напоминал деталь от механизма, а не типичный девайс волшебника: были на нем какие-то шайбы, зубцы, странные квадратные детали.       Лаанет попросила Гэлина повторить то, что они уже слышали, а Дженасса перевела:       – Мы решили, что вы пришли с другими чужеземцами. Они напали на нас без причины (после того как мы встретили их как почетных гостей. Ведь мы так долго не видели других человеческих лиц в этом месте). Они украли ценнейший артефакт – Звёздный Кристалл с драгоценным воспоминанием Сота Сила.       – Другие чужеземцы… видимо, он говорит о тех самых охотниках за сокровищами, с которыми мы (точнее, Баатар) столкнулись. Вероятней всего, Плывущий у них, – сказала Лаанет, а потом обратилась к аборигенам на каймерском: – Куда они направились?       Гэлин почесал лысое темечко, потом показал, махнув посохом:       – Туда, в Механическую Трясину. Прошу, верните нашу реликвию!       – «Механическая трясина» звучит не очень-то безопасно… Какие угрозы нас могут там ожидать? – спросил Один. Опять слепец в корень зрит!       Из рассказа Гэлина следовало, что это довольно протяжённая местность, представляющая собой «трясину» – она походит на таковую в обычном мире, только все водоёмы заполнены густым машинным маслом тёмного цвета (битумом?) с редкими «полыньями» – масляными пятнами на поверхности. Вокруг трясины, а также на островах среди масла расположены крупные металлические деревья, напоминающие таковые в Чернотопье, и трубы: как разрушенные, так целые и рабочие — из некоторых поднимается чёрный дым, из других стремится ввысь огонь. В озёрах из битума и нефти водится механическая рыба. Кроме того, тут бродят фактотумы и различные фабриканты – кагути, «мерзкие» фабриканты (походу, это те самые хищные динозавры, одного из которых отряд уже повстречал), тигельные и танцующие пауки, а также безобидные (поодиночке) механические злокрысы и механические же стрекозы Сета. Южнее начинается огромное озеро из земляного масла чуть более светлых фракций, которое тянется до самых Залов Регуляции, где отряд приключенцев уже успел побывать.       Кроме того, выяснилась весьма любопытная деталь: Латунная Крепость уже долгое время страдает от недостатка воды. Как раз перед прибытием чужаков местные собирались отправить экспедицию к Залам Регуляции, чтобы разобраться, что там происходит, из-за чего перебои. Вот только лучший их техник, Га-Даар, аргонианин, бывший некогда Заводным Апостолом, был сражён одним из проклятых бандитов. Гэлин как лидер поселения искал альтернативные пути решения проблемы. Прибытие второго отряда вторженцев из внешнего мира было как нельзя кстати. Гайдар при этих словах закатил глаза: ну, конечно же, аборигены хотят повесить на них свои проблемы! Когда в играх было по-другому? С иной стороны, выглядит логично: вы принесли в Город новый кризис, пострашнее дефицита воды, ваши «товарищи» поубивали кучу народу. Если вы действительно враждуете с той первой командой, почему бы заодно не решить проблему жителей Латунной Крепости? Короче, их просили перезагрузить какие-то фильтры, чтобы автоматика вновь могла поставлять воду в достаточных количествах. Когда стали выспрашивать детали, глаза Гайдара загорелись. Судя по описанию цикла фильтрации на этом их заводе, сиречь в залах Регуляции, использовалась очень и очень сильная кислота, по типу фтороантимоновой. Если это правда, то к ним в руки может попасть охренеть какое сильное оружие! По описанию эта суперкислота плавила металл, органику, камни, стекло (!), да всё что угодно, кроме одного-единственного вещества, в которое её и упаковывали, на раз-два. Такая хрень может даже драконью чешую протравить! Гайдар высказал свои соображения Одину и Дженассе, те сразу же смекнули, что к чему, стали агитировать Баатара и Лаанет соглашаться помочь Гэлину. Те удивились такому благодушию своих компаньонов, но в целом согласились, что это их не сильно замедлит. Особенно на их решение повлияло то, что пухлый данмер предоставил им специальный «Командный Жезл» (уменьшенную копию своего посоха), способный утихомирить автоматонов, если те вдруг опять начнут жёстко триггериться на чужаков. Гайдар видел на альфа-тубе, что подобная хрень есть у Колсельмо в его музее в Маркарте. Однако она не была полностью функциональной, работала только локально. Палка Гэлина работала везде в пределах Заводного Города. Хм. Прикольно. Получается, Сота Сил действительно бессовестно сплагиатил множество идей у пропавшей цивилизации двемеров…       Если всё пойдёт хорошо (тьфу-тьфу!), они освободят Плывущего, а потом по пути сделают доброе дело для аборигенов, да ещё добудут очень полезное вещество для будущих битв. Окей, все поддержали это решение.       Затем погрузились во всякие детали. Найти Плывущего – часть дела. Нужно ещё путь обратно на Тамриэль найти. Вряд ли враги в этом преуспели. Гэлин согласился предоставить Лаанет и остальным доступ к их местной библиотеке, она ещё как-то смешно и пафосно называлась, типа «Главный Депозиторий Явленных Мыслей Главной Пружины» – всё с большой буквы. В разговоре Гэлин навалил ещё немножко лора. Чем так ценен был тот украденный чужаками артефакт? Звёздный Кристалл хранил воспоминания самого Сота Сила – это намного круче, чем любая энциклопедия по магии. Сота Сил прожил очень долгую жизнь. У него была «маничка» сохранять свои воспоминания в виде «звёзд» – это такие магические флешки, которые обычно хранились в «Мнемонической Планисфере», специальном здании, где они были вместо звёзд на искусственном небосводе. Ну, или в виде Звёздных Кристаллов, если его подданным было важно иметь к ним доступ в повседневной жизни. Этот конкретный Кристалл содержал информацию как раз об основных принципах работы «Великих Автоматонов», то есть о подземных механизмах, которые контролируют основные законы физики в ЗГ: гравитацию, свет искусственного солнца, чередование света и тьмы, дня и ночи, даже саму географию этого места. Это реально о-о-очень ценная штука, потому что современные потомки Заводных Апостолов постепенно теряли знания и навыки, доступные предкам. Всё потому, что были узкими специалистами. Вместить в себя всё, все технологии Заводного Города была просто невозможно. Именно с помощью Звёздного Кристалла Гэлин понял, что поломалось, что нуждается в починке, чтобы восстановить нормальное водоснабжение Латунной Крепости. Ха! А ведь для местных ставки действительно очень высоки. Без артефакта они не смогут не то, что развиваться, но и вообще жить, ведь всё ветшает, даже «вечные» механизмы Сота Сила. Их нужно чинить, обслуживать, а чем больше проходит лет, тем меньше современные жители этого места понимают, как всё работает в этом чуде инженерной мысли не человека, но бога! Пусть и с маленькой буквы «б».       Гайдар переглянулся с товарищами. То, что вначале воспринималось ими как обуза, «сайд-квест», теперь выглядело благородной миссией спасения целого многотысячного народа. Баатар уже не смог бы от неё отказаться, зная о негативных последствиях. Полуорк нахмурился, попросил Дженассу перевести:       – Клянусь, мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы исправить ситуацию! Мы вернём вам артефакт!       Тут уж Гэлин вообще расплылся в улыбке, подобрел, предложил им даже разделить скромную трапезу со старейшинами. Баатар как лидер их смешанного отряда принял приглашение. Вот только сложилось всё с точностью наоборот: это их пати угощало местных. Серокожие ели опостылевшую скайримским путешественникам вяленую говядину, будто это амброзия богов, – смаковали каждый маленький кусочек. Ага. Ещё одна проблема Заводного Города: они уже несколько сотен лет не знали, что такое импорт, «заморские» кушанья. Мясо местных немногочисленных зверей – кагути и мелких кроликов да птиц было жёстким, пропитанным странным бензиновым запахом. После такого ещё отрыжка постоянная, изо рта воняет ацетоном… Фу, блин, как они тут вообще живут?! Как выживали до сих пор?? Фрукты и овощи есть, но разнообразие крайне удручающее: бататы и прочие традиционные данмерские корнеплоды, кислые чахлые яблочки, странного вида огурцы… Гайдару живо вспомнилась песня Цоя про «алюминиевые огурцы на брезентовом поле». М-да, это про них, про Заводной Город. Когда выпили немного местной бормотухи (на вкус как хорошая очищенная водка!), Гэлин разоткровенничался и сказал, что готов был бы заплатить в пятикратном размере (по весу) – драгоценными каменьями за семена разных растений, которые не водятся в ЗГ, особенно если эти культуры нетребовательны к грунту, в который их можно посадить. Гайдар обменялся выразительными взглядами с Дженассой, потом с Лаанет. Хм… Нет, Заводной Город не должен оставаться для них «приключением на двадцать минут». Даже когда всё рассосётся, всех спасут и восстановят справедливость, им следует сюда вернуться. А может, чем даэдра не шутят, стать монополистами-магнатами, узким горлышком, через которое идёт торговля с этим странным городом-государством. Заключили устный меморандум: коль всё будет окей, будем дальше сотрудничать. Гайдар с Дженассой присел на уши Гэлину, обрисовал перспективы сотрудничества, побратался на брудершафт. Быть ему «первым партнёром», ага. Если выживет и вернётся на Тамриэль. Отлично посидели, в общем.       Им дали кагути. Это верховые животные, похожие на тех же велоцирапторов, вот только не хищных (хотя их огромные то ли резцы, то ли бивни как бы говорили об обратном). По крайней мере, в ЗГ они не имели естественных врагов, были полностью одомашненными животными, ленивыми и глупыми. Они были куда шире «в талии», лапы их были массивными, хвост тоже тяжёлый, хороший балансир для того, чтобы нести всадника. А спереди можно было удобно держаться за костяной щиток, как у регалицератопса, выпирающие из него кости, лучи «короны», были подпилены ради безопасности. Имея такой транспорт, к нужной точке добрались за пару часов, хотя в Крепость они попали спустя почти сутки после прибытия. Ну да, блуждания по подземельям – это не про скорость.       Благодаря тактическому преимуществу – магическому «дрону», связанному с зеркалом М’Рая, они заметили врага намного раньше, чем он его, стали готовить нападение из засады по классике жанра, так сказать. Самое главное, что они установили, – аргониан действительно был у бандитов, связанный по рукам и ногам. Баатар подкрался к ублюдкам под невидимостью, Лаанет и ко страховали дальнобойными заклинаниями тоже под прикрытием иллюзии. Как и думал про себя Гайдар, эта магия давала просто колоссальные преимущества для тайных операций. Дело было простое: начаровали десять мощных шаровых молний – по две на каждого ублюдка из банды для уверенного поражения, на них наложили иллюзию в виде местной «жар-птицы». Подумаешь, летают по небу нестройной стайкой металлические птички… Полуорк прокрадывается в лагерь, перерезает путы ящера, потом они вдвоём покидают зону поражения, а преступников накрывает молниями. Да, таков был план. Но планы имеют свойство нихера не сбываться, как задумано.       Во-первых, каким-то макаром иллюзию их теневика раскусили. Баатар, изрыгая страшные проклятия, вступил в бой. На него наседали двое: рыжуха и редгард, оба с парным оружием. Хоть как бы ни был искусен их (временный) лидер, а руки у него всего две. Это стопудовый проигрыш. Дженасса вооружилась луком, попыталась прикрыть с другой точки, ведь шаровые молнии – магия не избирательная, могла всех на ноль помножить. Её стрелы в большинстве своём блокировали огромным оберегом (правда, продержался оный недолго). Оррмар и Гайдар тоже имели луки, но меткость их оставляла желать лучшего, так что они просто понеслись из своего укрытия к месту боя. Бежать было где-то шестьдесят метров. Тем временем данмер-маг жахнул чем-то очень неприятным в Лаанет и её учеников, чем-то из школы колдовства и/или некромантии. Гайдар оглянулся на пол секундочки: то место, где они были, заполонило некое призрачное пламя, а из-под земли вырывались какие-то хреновины, при должном осмыслении напоминавшие гигантские рёбра, кости, только вот острые, как кинжалы. Ну да, если негодяй, то просто обязан быть некромантом, хэх, аксиома!       Когда Гайдар был уже совсем рядом, то различил за звоном мечей и кинжалов слова диалога девицы и Баатара (как они с дыхалкой справлялись во время нешуточного боя?!):       – Ага!.. Я наконец тебя узнала! Ты же тот дурак, у которого мы отобрали кольцо? Пришёл за своим приятелем? Хрена лысого ты его получишь! Ты найдёшь смерть в этой вонючей дыре!       Грозный орк только рычал в ответ, ему точно было не до пафосных слов.       В Гайдара и Оррмара полетели файербол и огненная стрела. Один подстраховал, ухитрился как-то держать за метр перед бегущим Гайдаром оберёг (наложить его именно что на Гайдара мешал эффект камня Атронаха. Очень неудобно всё же, что тот работал в обе стороны: блочил атакующую магию, но и не давал накладывать защитную). Оррмару же помог Даг: перед началом боя наложил какой-то кратковременный баф с резистом супротив основных стихий, так что двухметровой дылде это было как слону дробина.       Маг-данмер продолжил свою неравную дуэль против Лаанет, М’Рая и Лоуренса (и он как минимум не проигрывал, а заставлял сразу трёх противников побегать от своих чародейских конструктов!), а против Гайдара и Оррмара выступили каджит и орчиха. Сначала атаковала орчиха, пустила в лицо Гайдару какой-то фиолетовый дым, непонятно, магический или материальный. Что бы то ни было, а приключенец даже не чихнул от него. Тогда в ход пошла секира. Секира против его клеймора – хреновая партия. Оррмар это уловил, что-то там вытворил с каджитом вне поля зрения тестера, так что кошак отлетел от удара, буквально приземлившись между орчихой и Гайдаром. Так они разменялись «спарринг-партнёрами», Каджит стал отбиваться своей саблей от Гайдара, а орчиха принялась отмахиваться от наседающего норда с его молотом. Всё это были считанные секунды. В любой миг кто-то мог провалить оборону, пасть то ли от магии, то ли от клинка. У Гайдара сфинктер сжался в точку, всё тело звенело от мощи (он на бегу «включил» ФУС) и адреналина. Однако каджит был ловок, как тысяча чертей, ну, или скаафинов, – развалить его одним ударом не получалось. Увороты и парирования тот исполнял весьма годно. Было весьма странно чувствовать себя с ним рядом эдаким неповоротливым увальнем, полагающимся на силу удара, ведь обычно бывало наоборот.       К счастью, в суматохе боя все забыли про, собственно, спасаемого ящера, которого Баатар успел освободить от пут. А тот не будь дурак, припал к земле, отполз к сумкам, где лежали припасы, нашёл там запасные клинки врагов, вооружился и нанёс свой удар – прямо в спину мутному данмеру. Бахнуло. Вражеский маг рефлекторно жахнул массухой, чтобы раскидать противников. Удивительно, но гад, даже имея меч в спине, оставался боеспособным. Да кто это, даэдра его дери в хвост и гриву, что он смог связать боем саму Лаанет с её выводком, да ещё и их раскидать?!? Баатар ревёт белугой, прямо из позиции лёжа телепортируется магу за спину… чтобы получить некое огненное копьё в грудину и улететь метров на пять-шесть в сторону. Ну ни х*я ж себе!       – Ты кто, бл**, такой?! – выпалил Гайдар усиленным голосом, привлекая внимание злодея к своей персоне.       – Умри, червь! – прозвучало в ответ.       Гайдар почувствовал, что в грудь ему что-то ударило, пока он лежал мордой в пыль после удара «новы» данмера. Удар из-под земли?! Да, точно такое же костяное копьё, которыми урод донимал Лаанет и компанию. И оно было, видать, не до конца магическим, имело материальную составляющую. Ну, или просто у Гайдара кончился запас везения, и знак Атронаха подвёл его второй раз подряд. Ну, пи***ц! Боль пронзила его с такой мощью, какой он не чувствовал ещё ни разу за всё своё путешествие по Скайриму. Сука! Да что ж такое! Удар задел сердце? Вот что чувствует человек, когда его пронзают огромным дрыном в грудную клетку – насквозь, как вампира, э? Гайдара буквально нанизали на толстое костяное копьё, подняв на три четверти метра вверх, теперь он сползал по нему вниз, пуская кровавые пузыри. Меч выпал из ослабшей руки. Жив он был до сих пор, наверное, только из-за автоматики капсулы виртреальности, купировавшей боль в зоне миокарда… Ну, это если подумать об этом со стороны этой самой реальности. Почему он жив в Скайриме, хрен знает…       Мысли Гайдара стали путаться, свет перед глазами меркнуть. Неужто это конец??! Он умрёт вот так??! Ни за хер собачий, в «чужой войне», так сказать? Из-за незнакомого лично ему ящера?? Е***нуться! И неужели эта смерть будет последней? Сколько раз он уже вообще умирал?.. Что там говорил тот разбойник в начале игры… Ох, воспоминания туманны, всё плывёт перед глазами…              Тем временем бой не был закончен. Лаанет пришла в бешенство. Она, конечно, не ожидала, что кто-то сможет не просто быть ей ровней, но и выдать «на орехи», однако опыт сотен и тысяч битв тоже дал о себе знать – эльфийка улучила момент, окошко в непрерывных атаках, и просто телепортировала и себя, и ребят из зоны поражения неведомым проклятием и некромантскими заклятиями, которые ни блокировать, ни «парировать» не получалось и которые, как пиявка, высасывали ману и не давали сконцентрироваться. Как у неё это получилось, если магия телепортации в Заводном Городе не работала? Очень просто: она применила совсем другой метод. Это был не портал, а нечто вроде «трансгрессии», когда маг превращает себя в некий другой элемент, субстрат, а потом заново пересобирает себя в новом месте, как правило, поблизости (потому что иначе этот способ просто не работал: надо видеть, куда ты трансгрессируешь, иначе хана – разлетишься на миллиард кусочков). Это было похоже на «теневой» способ Баатара, но всё же немножко иначе, ведь тот использовал элемент Тени, а Лаанет – элемент «Белого Огня», как его называли на Саммерсете.       Дальше Лаанет отбросила всё ещё ошеломлённых учеников подальше, а сама, приняв облик огненного феникса, стремительно направилась прямо к проклятому данмеру. Некромант от контакта с чистой энергией света взвыл не своим голосом. Он быстро сообразил некий щит из тёмной энергии, а новые копья из-под земли пытались поразить если не феникса-Лаанет (бесполезно – эта гадость моментально сгорала от силы Белого Огня), то едва очухавшихся от его новы Оррмара и Баатара. А еще и Дженасса где-то там всё это время стреляла из лука. В присутствии феникса большой оберег врага истаял, пропал. И данмерка-убийца в полной мере использовала эту оказию. Постфактум они поняли, что Дженни оказалась самой результативной из всей команды в плане урона: она не погнушалась бить во врага, который, в шоке от «френдли файера» главаря банды, тоже валялся оглушённый на каменистой земле. Считанные секунды – и по три стрелы торчали в спинах каждого из подчинённых. Это для любого человека много, если он не берсерк и не может исцелить себя сам. К тому же, стрелы были смазаны ядом. Удивительно, но данмеру, кажется, были дороги его подчинённые, потому что он с ругательствами усилил свой некромантический щит, отбросил от себя превратившуюся в феникса Лаанет и… тоже трансгрессировал вместе с поверженными товарищами за миллисекунду до того, как его коснулась одна из шаровых молний, которые решил перенаправить Один, на которого почему-то во время битвы никто почти не обращал внимания. Телепортнулся враг настолько быстро, что засечь направление и понять, на какое расстояние, было решительно невозможно.       Лаанет превратилась обратно в красивую эльфийку. Её лицо было красным от натуги. Кажется, эта магия была её секретным козырем, тоже имела свою цену. С ругательствами она подбежала к Гайдару.       – Не вздумай подыхать, кмет, ты только-только начал мне нравиться! Сейчас, сейчас я тебя сниму с этого уродского копья. У нас уговор, так что исцелю тебя первым, не волнуйся, даже если маны нет, праной буду исцелять, будь проклят этот Заводной Город и его законы…       Гайдар слышал это уже вполуха, сознание покидало бренное тело.

***

      В это время где-то в далёкой промёрзшей пещере в скайримской глубинке при неверном свете факелов перед некоей высокой рогатой фигурой в ритмичном танце изгибались люди и меры. Это был обряд поклонения. Только статуя не изображала никого из аэдра. У них нет рогов. Культисты издавали визжащие крики, а их лидер полосовал себя кинжалом по груди. Сопровождалось это всё хаотичной, какофоничной музыкой барабанов и свирелей. И вдруг они умолкли. Верховодящий этим сбродом обернулся к статуе, будто прислушиваясь к неслышимому гласу. Словно не веря в свою удачу, он улыбнулся, потом даже рассмеялся. Встал на колени, расставив руки, будто собирался обнять статую.       Толпа, разгорячённая танцем, замерла тоже. Они не слышали ничего, но почтительно внимали. Они тяжело дышали, утирали пот, переглядывались друг с другом, робко улыбаясь.       – Да! Да!! Братья мои! Сёстры! Владыка ответил. Он… Он исполнит наше желание, если мы сделаем для него кое-что…       Одна женщина, на которой была лишь юбка из шкур, не стесняясь своей наготы, приблизилась к жрецу, дерзко задрав подбородок, виляя бёдрами и заставляя упругие груди маняще колыхаться.       – Чего же хочет Владыка? Что он сказал тебе?       – Он указал мне место, где вскорости может появиться… некий герой. Некий чемпион, – речь жреца была прерывиста, его глаза закатились, он созерцал нечто невидимое для остальных. – Он как-то связан с его старым недругом… на нём будет шлем, рогатый шлем… он будет ослаблен, ранен. Нам приказано его захватить. Привести к статуе Владыки. И шлем не забыть прихватить с собой.       – Когда же это будет? И где? – спросил мужчина, который выплясывал танец полностью голышом, пристраиваясь сзади первой женщины.       – В Вайтране. В таверне. Но когда, точно неведомо… Владыка сказал ждать. Следить. Быть внимательными…       Пауза затянулась. Жрец вышел из транса, посмотрел на собрание трезвым взглядом.       – Наконец-то! Мы сможем послужить Владыке! И он обязательно исполнит наши желания! Отпразднуем же это!       И вновь зазвучали барабаны и свирели, всё более и более набирая темп, вводя танцующих в настоящий экстаз плоти и души.

***

      Он не помер. Хорошая новость. Грудная клетка сильно болела. Сердце ныло, в хребтине стреляло, но он дышал – глубоко, равномерно. Просто отлично! Значит, ещё повоюем…       – Очнулся, боец?       Приятный женский голос. Но не Лаанет, Дженассы.       Гайдар открыл один глаз и уставился на свою наставницу, спутницу и… хотелось надеяться, что подругу. С трудом разлепил спёкшиеся губы, промолвил:       – Уф… я жив…       – Ага. Лаанет скажи спасибо! Она тебя порывалась праной лечить, только вот Один подоспел, отговорил от глупостей. Наш слепомаг умудрился весь бой почти простоять в сторонке, просто сканируя того проклятого данмера, пытаясь найти слабое место или что-то вроде того. Он сказал, что у него было нечто типа видения…       Тут Гайдар открыл второй глаз, уставился на Дженассу удивлённо.       – А, не спрашивай, он тебе сам потом расскажет. Но в целом да, у него теперь после потери глаз вроде как провидческий дар открылся. И он этим самым даром понял, что непростой перец перед нами оказался.       – Чего ж сразу не сказал…       – А он сам в своё видение не поверил, пока не начало сбываться. С начинающими провидцами оно всегда так, говорила Лаанет…       – А она сама как?       – Нормально, что ей станется. Она же Грандмастер по всем направлениям магии, в том числе и по целительству. Помедитировала три часика, да и прошло всё.       – Три часика? Так… А сколько вообще прошло времени? – Гайдар попытался покрутить головой.       Выяснилось, что лежал он на походном матраце в каком-то подземелье. Блин, мало он на них насмотрелся. Вокруг металлические ящики, бочки, странные химические запахи и сырость.       – Часов эдак шесть. Мы тебя волоком тащили после того как стабилизировали, а Баатар поделился своей кровью.       Гайдар удивился, это что значит? Получалось, переливание плазмы пришлось делать, а то дыры заштопали, но от потери крови анемия появилась, сердечный ритм сбоил. Такое или живицей Сонного Дерева лечить, или вытяжкой из крови ледяного тролля, ну, или переливанием крови, коль нет под рукой нужных алхимических запасов. Ого! Теперь этот орко-данмер его брат по крови, можно сказать. Мало Гайдару было приколов в начале пути с тем, что его расу или национальность не могли определить, называли то имперцем, то бретонцем, а то даже и босмером после того, как Фендал его «воскресил» из камня. Теперь у него в венах ещё и кровь данмеров и орсимеров. Лепота! Мир магический, про группы крови и реакцию иммунной системы здесь не слышали. Ну, или Гайдару колоссально повезло, что у донора какая-то универсальная кровь, универсальной группы, типа как на Земле первая резус минус. Ну, или есть более вероятный вариант, что Лаанет контролировала процедуру и «усмирила» иммунитет пациента, чтобы не было отторжения и/или гемолиза.       Дженасса продолжила рассказ:       – Дошли опять до Залов Регулировки. Все сейчас рыскают в поисках тех самых фильтров. У Гэлина толковой карты не нашлось, объяснял на пальцах, где они, что они, и как выглядят… Ты это, сесть можешь?       Гайдар попытался. Конечности ватные. Кажется, у него всё более-менее срослось, но кровопотерю восполнит полностью разве что длительный отдых и обильное питание. С этим у них проблемы, кстати. Большую часть запасов отдали Гэлину и его людям, очень уж те просили. Вместо того получили вяленое мясо кагути… Жрать такое без кетчупа "Heinz" Гайдар отказывался.       Когда смог сесть, спросил:       – Так а что бой? Лаанет того сучьего сына прищучила?       – Нет, – Дженасса поджала губы, отвела глаза.       – Э? Чего?? Лаанет не справилась? – потрясение Гайдара было безграничным.       – Нашла коса на камень. Урод смотался, да ещё и раненных товарищей своих забрал.       – Но КАК??!       – Он трансгрессировал.       – Чего? – Гайдар искренне не понял. – Это как?       – Это типа телепортации, но на малой дистанции. Обычно.       – Дык, Лаанет же говорила, что в Заводном Городе нельзя телепортироваться.       – Ой, она много чего говорила. И много где ошибалась! – Дженасса нахмурилась.       Гайдару даже почудилось на миг, что данмерка будто бы приревновала довакина к новой компаньонке. Ну, это, само собой, лишь иллюзия его воспалённого разума.       – На самом деле и она, и Баатар тоже владеют трансгрессией. Именно с её помощью орк-метис так ловко перемещается за спины врагов.       – А-а-а… – до Гайдара доходило, как до жирафа. – Понял… Но подожди. Не понял, как так данмер убежал, прихватив и своих трёхсотых?       – Чего? – теперь уже Дженасса смотрела на Гайдара круглыми от непонимания глазами.       Ага, жаргон она не понимает.       – Ну, в смысле, подранков, товарищей своих.       – А, это. Опять наречье твоей загадочной сиродильской малой родины? – Дженасса поиграла бровями, подкалывая. – Ну, по словам твоей разлюбезной Лаанет, это очень продвинутая версия этой техники… ну, или заклинания, называй, как хочешь. И этот гад ей овладел. Чего и альтмерка достигла лишь недавно. Ну, недавно для возраста эльфийки – лет сорок назад.       «Разлюбезной?» Гайдар опять удивился.       – Погоди… Но кто этот данмер? Такой прыти и мощи не приходится ведь ожидать от какого-то обычного злыдня-авантюриста?       – Ага… Вот мы все об этом теперь думаем. Кто это, бляха, такой? Одину привиделось, что это кто-то очень близкий для Сота Сила. Кто-то, кто очень долго был рядом с ним и перенял часть его божественной мощи.       – Чего-о-о? – Гайдар аж воздухом поперхнулся, закашлялся.       Дженасса дала ему водички попить.       – И откуда этот хер взялся??       Тут послышались шаги. Потом в поле зрения появился могучий полуорк. Он нёс перед собой огромный какой-то баллон, ну, или похожую ёмкость. Бухнул её на пол.       – Принимай заказ, спящая красавица!       – Э? – Гайдар не врубился.       – Ну, ты ж просил кислоту? Наковыряли вот тебе бочоночек.       Гайдар уставился на «бочоночек». Если там реально та самая кислота… Охо-хо, да её хватит на десять драконов, если не больше. Имба!       Тут подошли и остальные, стали спрашивать, как дела, как здоровьице. Потом появилась и сама Лаанет. В её глазах Гайдар увидел заботу и тревогу. Это было прям очень приятно. Потом Гайдар увидел краем глаза того самого ящера, который заварил всю эту кашу. Огромный бугай, под стать Баатару. Они вдвоём отошли и стали о чём-то шептаться, пока остальные поздравляли Гайдара вроде как с поправкой. Лаанет была действительно Грандмастером исцеления. Такая рана в сердце – это обычно верная смерть. Она её не допустила. Вытянула с самого краешка, как говорится, а дальше уж Один его обычными заклинаниями «полировал». А Дженасса микстурами целительными отпаивала, компрессы делала. Вот оно как было...       Стали обсуждать результаты набега. Получалось, Плывущий теперь у них, врагу нанесён урон, к тому же им достались сумки бандитов. А там было много чего интересного. Кроме драгоценных каменьев, на которые можно было бы купить не то, что дом, а целую деревню с производством, а ля Ривервуд, да ещё и на табун лошадей останется, были некие дневники и старые механизмы. Прям древние, будто археологами откопанные. И экзотическое оружие. Гайдару презентовали прикольный самострел. Ещё меньше того двемерского, которым пользовался Баатар. Конструкция у него была сильно мудрёная. На самом деле, никто, кроме, опять же, всезнайки Лаанет, даже и не понял, что это именно что арбалет. Всё потому, что конструкция у него была блочная, причём «рога» (они же «плечи») начинались у самой рукояти и смотрели не наружу, как у привычных арбалетов, а внутрь, будто бы это трезубец какой-то. Это был настоящий «полуавтомат» на семь стрел с рычагом перезарядки сзади. Гайдар от презента прямо растаял. Лучник из него херовый, откровенно скажем, а вот такой арбалет, из которого можно по идее выпускать по одному болту в секунду, – это очень мощная штука. Ну, против обычных смертных врагов, по крайней мере. А то тут с этими механизмами и вроде как «полубогами» голова может закружиться.       Дальше вновь перешли к теме, что делать с «авантюристами». Как их найти. И сто́ит ли их находить и с ними бороться, если там такой имбовый маг-данмер? Тут к разговору подключился Баатар и аргонианин.       – Это не тот же самый маг, который был изначально с группой этих изгоев, – сказал Плывущий.       Гайдар стал рассматривать ящера, ради которого они тут все рискнули жизнью. Он был не похож ни на одного из других аргониан, которых он видел. Тёмно-зеленая шкура с крупными «ячейками», напоминающая крокодилью. На внутренней поверхности (брюхо, подмышки и т.д.) она приобретала грязно-желтый цвет. Раскачанные мышцы, так что Шварцнеггер на пике бодибилдерской карьеры обзавидовался бы. Носил ящер кожаный доспех со множеством «декоративных» (или не очень) шипов, а на груди, плечах и даже в неожиданных местах – уйма мелких карманчиков, микротубусов для свитков, какие-то костяные украшения, типичные для представителей народа болот. Самое большое внимание, впрочем, притягивала его… голова-морда. Очень необычная и в то же время типичная для саксхил. Вытянутая, по строению вроде бы «варанья», но чем-то неуловимо напоминающая собачью, точнее морду овчарки. Две мощные надбровные дуги, которые тянулись вдоль черепа, имели целый ряд мелких наростов. На условной вершине этой головы они переходили в четыре рога – два больших и два поменьше, на самом затылке. По бокам, где у человека могли бы быть бакенбарды, было еще по три шипа – получалось эдакое «жабо». Вот только они нисколько не стесняли движений, кажется, они хоть и были твердыми, но крепились к шкуре весьма подвижно. Ноздри – две узкие близко посаженные дырочки. Под глазами едва выпирает лицевая кость, из-за чего они кажутся невыразительными, не привлекают внимания, из-за массивных надбровных дуг они постоянно в тени, так что не понятно до конца, какого они цвета. Плывущий редко смотрел в глаза, зная, как люди не любят чувствовать на себе взгляд ящера. Но если все же «повезло», и аргониан посмотрел на тебя, то видно, что зенки его мутно-желтого цвета, само собой, с вертикальными зрачками. Взгляд его не вызывает оторопи или отчуждения. Скорее, всплывает в голове ассоциация с умудрённой черепахой. Вот только выражение морды лица у него постоянно хитро-лукавое, а манера речи – вкрадчивая и нарочито (даже для ящера) шипящая, из-за чего мудрость эта казалась наигранной, будто Плывущий постоянно перед кем-то играет бесконечную пьесу одного актера.       – Не понял? Это как? Я ж тоже рядом был, вроде как ничем не отличается… – удивился Баатар.       – Ну, а я видел, когда все думали, что я в отрубе, как тот данмер встретился с другим тёмным эльфом здесь, после телепортации. Они были как близнецы, очень похожи, но всё же новый игрок был совсем другой.       – И в чём же была его инаковость?       – У него постоянно прорезались металлические нотки в голосе. Походка была другой, неестественной какой-то. А ещё у него внутри постоянно что-то позвякивало…       – Стоп, ты намекаешь, что он киборг? – вопросил Гайдар.       – Что такое «киборг»? – удивились все, кроме Лаанет.       – Эм-м… Ну, наполовину машина. Как местные «Заводные Апостолы», про которых нам Гэлин рассказывал.       – Я никаких «апостолов» не встречал, – ответил проницательный ящер, внимательно смотря на Гайдара, – но с уверенностью могу сказать, что да, этот данмер точно имел внутри себя что-то от машины.       Все стали переглядываться, чухать затылки.       – Ну, и что это нам даёт? Даже если он бывший ученик самого Сота Сила, этот данмер просто мерзкий ублюдок. Его надо прикончить и отобрать у него звезду, как её там… – резюмировал внезапно общую мысль М’Рай.       Плывущему пришлось пересказать (это произошло за кадром, чего Гайдар не видел) приключения отряда в Заводном Городе. После этого ящер точно так же возненавидел саму идею того, что может быть какой-то упырь, который захотел отобрать у народа ЗГ его будущее. И тут аргонианин выдал:       – Вы про эту звезду? – и достал из-за пазухи ярко сияющий кристалл.       Все ахнули.       – Откуда она у тебя? – спросил Баатар своего закадычного друга.       – Я её умыкнул, пока они думали, что я без сознания…       – Ай да Плывущий, ай да даэдров ты сын! – Баатар обнял приятеля, стал шутливо натирать тому мнимую плешь на макушке.       Все рассмеялись, наблюдая эту картину. А ящер вывалил свой толстый мясистый язык от удовлетворения, и довольно щурился. Ух, ящеры, оказывается, так здорово умеют щуриться! Гайдар никогда не видел такой удивительной мимики, смотрел во все глаза. Всё же иные расы, особенно зверорасы Нирна, обладали одной потрясающей особенностью: они были живыми. Вот настолько живыми, как никто и нигде ещё не показывал не совсем гуманоидов в других играх и медиа. Гайдар будто впервые в жизни негра увидел, ну, или карлика из Новой Патагонии. Вот настолько были яркие впечатления.         Что ж, поход их нельзя назвать неудачным, скорее это «победа по очкам». Решили быстренько наведаться к Гэлину, да и сматывать удочки. Ну, точнее, рыться в библиотеке в поисках пути из Заводного Города обратно на Тамриэль. Но тут Лоуренс высказал вдруг интересную идею:       – Давайте её изучим! Грех отдавать сокровище аборигенам, не разобравшись, что тут произошло. У нас есть шанс заглянуть в голову самому божественному Сота Силу! Это ж охренеть какая уникальная возможность!       Лаанет стала крутить-исследовать кристалл, пока все решили перекусить после трудов праведных. Один пересказал Гайдару вкратце, что было с ними, пока тот был в отключке. Долго и нудно искали нужные фильтры, склады с заменой. Нашли. Усмирили при помощи посоха, данного Гэлином, две группы механоидов, что набежали одна за другой, когда они вскрыли склад и когда меняли фильтры. Потырили себе бочку кислоты. На складе таких было еще где-то около дюжины.       Поели. Лаанет отказалась от еды, ковыряла Звезду. Потом у неё всё получилось, магичка впала в транс минут на двадцать. Вот как альтмерская чародейка пересказала смысл того, что увидела:       – В последнем из записанных в кристалле воспоминаний Сота Сил ходил по саду с живыми деревьями и думал: «Этот день неизбежно появляется во всех моих имитационных экспериментах… Это конец. Моя дорогая подруга Алмалексия пришла (придёт-приходит), чтобы убить меня. Теперь всё зависит от того, насколько верными были мои расчёты. Моим машинам нужно 22 минуты, чтобы запечатать Зал Лорхана. Именно столько мне нужно оставаться в живых». Там ещё целая прорва, библиотека технических воспоминаний, инструкций, что да как делать, чтобы Заводной Город работал ещё тысячи и тысячи лет. Именно этот пласт и нужен Гэлину, как я понимаю. Но его я касаться не стала. Объять такой объём информации – это было бы слишком даже для меня.       – А какой он… Ну, «изнутри»? – сформулировал Лоуренс внезапно очень любопытный вопрос.       – Сехт? Очень грустный. И холодный. Полный сожалений о чём-то несбывшемся. Сильный, но при том… обречённый. Он не видел будущего. Делал прогнозы. Но они были намного страшнее любых пророчеств. Ведь против воли богов и даэдра можно бороться и даже победить! А вот против природы человека… Ну, или – в его случае – мера не попрёшь.       – Так а почему Альмалексия захотела убить Сота Сила? – высказал Гайдар вопрос, который тоже его долго мучил.       – Об этом я не могу судить по одному лишь воспоминанию… – Лаанет пожала плечами. – Однако на грани интуиции я догадываюсь, что богиня просто начала потихоньку сходить с ума от того, что теряла силы. А Сота, такой отстранённый и холодный, замкнутый в своём идеальном городе, казался ей надменным, будто издевался над ней. Что-то в этом духе.       – То есть это была тупо боязнь, что её превзойдут? Паранойя? – Один попытался сформулировать доступней.       – Ну, да, наверное. Может, мы узнаем точнее, если найдём ещё подобные кристаллы…       На минутку воцарилось молчание. Внезапно волшебница продолжила:       – Хотя… Знаете, что? – Лаанет посмотрела на всех прямо, будто бы даже с вызовом. – Я думаю, вы все тут заслуживаете услышать всю правду.       – Э? В смысле, Лаанет? Ты нам что-то не договорила? – Лоуренс был потрясён.       – Я просто не знаю, что делать с этой информацией… И я в кои-то веки надеюсь, что мы сможем найти ответ все вместе. Такое не должно оставаться тайной.       И эльфийка пресекла дальнейшие вопросы, просто начав транслировать запись при помощи магии проекции. Перед ними открылся вид от первого лица. Сначала прозвучали те слова, которые они уже слышали. Потом картинка сменилась роскошным, будто тронный зал короля, помещением. В него вошла ослепительно (в буквальном смысле) красивая и сиятельная особа. Алмалексия. Гайдар бы сказал, что это самая красивая женщина на свете, вот только… от неё веяло безумием. Тестеру доводилось видеть взгляд наркоманов и настоящих шизофреников. Да. Этот «запах», ментальный запах, он способен распознать. Богиня пыталась себя контролировать. Но чем больше пыталась, тем больше её безумие рвалось на свободу из её бездонных глазниц.       «Твоё время вышло, Сота Сил! Все эти годы ты смотрел на меня свысока. У тебя есть, что сказать напоследок?.. Почему ты молчишь? Что ты скрываешь? Говори, будь ты проклят!.. Ну что же… Умри, мой давний друг! Склонись перед истинной богиней!»       И шизоидная баба, по прихоти судьбы ставшая богиней, нанесла своему собрату удар неким кинжалом. Вот так просто. Чирк – и зарезала бога, будто тот был обычными смертным.       Дальше был эпизод, когда глаза божества данмеров остановились на резном потолке, который изображал, кажется, светлое будущее Заводного Города (там он казался ещё величественнее, чем был даже в свой расцвет). Мысли Сота Сила текли вяло. Он умирал.       «Я добился своего. Я умираю. Но что есть смерть? Естественный процесс. Зал запечатан, и работа началась. Она займёт приблизительно 207 лет, но что такое эти годы? Лишь погрешность округления... Новое Сердце Лорхана будет закончено. И будет питать мой город целую ВЕЧНОСТЬ.»       С минуту в подземном зале висело молчание. Не все имели достаточно знаний, чтобы сложить два и два. Не все имели смелость это сделать и посмотреть в глаза реальности.       – Сердце Лорхана! Защити нас, Азура! – это прошептала Дженасса.       – О чем ты говоришь? – спросил М’Рай.       Дженасса, хоть и прибеднялась, что не сильна в древней истории Морровинда, стала рассказывать.       – Сердце Лорхана – один из мощнейших и опаснейших артефактов за всю историю нашего мира. С его помощью Сота Сил и другие члены Трибунала стали богами. С его помощью Дагот Ур едва не уничтожил Тамриэль, однако, слава предкам и Восьми, Нереварин убил его раньше, чем ему это удалось…       – То есть, если я правильно понимаю, если это воспоминание правдиво… – с какой-то нарастающей ноткой бесшабашного веселья, которое должно было компенсировать страх и растерянность, начал говорить Баатар, – тогда где-то в этом вонючем городе эти вонючие машины создали… новое Сердце! Мать их так!         – Точнее, его миниатюру. Реплику. Но даже эта реплика, созданная при помощи технологий, настолько сильна, что сможет питать это место, как сказал сам Архитектор, целую вечность! – резюмировала Лаанет.       Гайдар при слове «Архитектор» икнул. У него большой ассоциативный ряд к этому слову имеется… Вопреки титаническим масштабам этого места Гайдар прекрасно понимал, что это далеко не целая планета, не весь Нирн. Да, Механическое Сердце Лорхана, эрзатц, созданный гением Сехта, был чудовищно силён. Но современное ему человечество научилось создавать генераторы энергии даже сильней, чем его предположительная мощность. Именно благодаря этим генераторам стала возможна колонизация Марса и много других космических проектов. Но всё равно, для магического мира это просто немыслимой силы «вундервафля».       – Оно не должно попасть не в те руки! Надо найти его прежде, чем до него доберутся те охотники за сокровищами, – провозгласил Баатар то, что было на уме у каждого второго в их пати.         – Если мы сумеем найти ещё Звёзды Памяти, может, мы узнаем, как и где его искать, это Сердце, – сказал Плывущий. – И тогда спасём этот злосчастный Заводной Город.       – Все ли придерживаются того же мнения? – спросила Лаанет.       Все кивнули утвердительно. Да уж, сами себе придумали миссию героев. Благородные, шо капец. Альтруисты. А вот Гайдара мучили, как говорится, смутные сомнения. Он кивать не спешил. Во что он ввязался? Ему драконов надо убивать, Алдуина курощать, а тут вдруг какой-то совершенно иной эпический квест. Причём речь тоже идёт – ни много, ни мало – о спасении целого мира. Небольшого такого, карманного мирка умершего бога. Но в нём живут вполне реальные люди и меры. Гэлин этот сотоварищи. Около пятнадцати тысяч товарищей. Нормальные ребята. Он с ними водку пил. Это дело святое! Но что будет, если он тут всё же сдохнет? «Репетицию» уже провели – Лаанет еле откачала. Кто бы ни был их противник, он просто чертовски, даэдрически силён... Оставалось верить в свою удачу. Не навек же она от него отвернулась? Да и Кин не должна иметь препон, чтобы оказать помощь своему адепту. А когда рядом куча отличных соратников, то любая задача из невыполнимой превращается в просто сложную.       – Противостоять какому-то имбовому деду-киборгу-магу-некроманту из прошлого, который, по ходу, лично знал Сота Сила, данмерского мёртвого бога… – Гайдар произнёс это вслух, катая слова на языке, чтобы проникнуться, так сказать. – Приключение не на двадцать минут, как оказалось, но мне по душе! Давайте сделаем это!       Все рассмеялись, а Баатар – сильнее всех. Полуорк имел развитое чувство юмора, почувствовал ироничный подтекст.       Доели-допили, двинули обратно в Латунную Крепость. Гэлин был вне себя от счастья – кланялся чуть ли не в ноги вместе с остальными старейшинами. Когда с эмоциями было покончено, Лаанет расспросила, где им ещё надыбать подобных «звёзд». Было такое местечко, к востоку от Крепости. Называлось поэтично: «Чертоги звёзд» или по-другому «Мнемоническая планисфера». Сооружение по виду напоминало обсерваторию с большим куполом. Гэлин на этот раз смог даже карту нормальную дать. На вопросы про новое Сердце Гэлин ничего толком сказать не смог. А вот старейшины знали побольше него. Среди них осталось буквально двое из Заводных Апостолов, которые общались с Сота Силом лицом к лицу. Они подтвердили, что их божество работало над источником энергии, способным питать ЗГ даже после его смерти. А на чём работает Город сейчас? Ну, во-первых, энергопотребление сильно сокращено по сравнению с тем, что было сотни лет назад. Новые фактотумы не производятся. Ремонт делают за счёт «каннибализма» старых систем. Раньше центральные схемы запитывали от специальных кристаллов, которые время от времени заряжал сам Сехт (по описаниям, одного заряда хватало лет на десять – само собой после смерти бога этот путь стал недоступен). Теперь же все они переведены на резервную схему питания – не от божественной магики, а от банального электричества. А электричество генерили от сжигания земляного масла, сиречь местной разновидности нефти. Необходимые генераторы были не только в Залах Регулировки (скорее, это были поддерживающие мощности), а в так называемой «Огненной Пасти» – пещере глубоко под самой Латунной Крепостью. Вот только была одна проблемка. Зелени в землях Заводного Города было мало, радикально увеличить площадь насаждений не представлялось возможным, хотя Гэлин и предпринимал соответствующие попытки. Да. А вот сжигание масла загрязняло воздух, весьма сильно. По словам старейшин, если они что-то с этим не сделают, лет через пять-шесть наступит экологическая катастрофа.       М-да-а-а, остров невезения какой-то. Жители Заводного Города испытывают на себе все прелести обитания в космической колонии. Ресурсы ограничены, поставок с «большой земли» нет, всё старое ломается быстрее, чем его можно починить… Без опеки и божественного влияния Сота Сила Заводной Город разваливался, заряд его "пружины" заканчивался. А жители оказались заперты в смертельной ловушке. Мало того, учёные мужи умирали от старости, а оставшиеся постепенно деградировали, ведь без всей полноты привычных инструментов оказалось невозможным не то, что развитие, а даже поддержание всех систем в гармонии… Беда-а-а.       Обговорили и то, кем может быть их злодей. Жители Заводного Города припомнили некоего Месинара. Это был блестящий ученик Сота Сила, один из приближённых, кому было дозволено использовать даже личные мастерские божества; он имел большую свободу в личных экспериментах. Вот только незадолго до убийства Сехта между ними произошла размолвка, а дальше… Тут показания путались: одни говорили, что тот ушёл в добровольное изгнание на Тамриэль (что являлось большим позором, а ещё таковым изгнанникам возбранялся доступ обратно в Заводной Город – на уровне настроек Великой Мембраны), другие, что тот остался, но покинул Медную Крепость и обретается где-то в Диких Пустошах к западу от населённого города. Хм…       Что такое «Великая Мембрана»? Это совокупность резонансных настроек Заводного Города. Гайдару это мало что сказало, а вот Лаанет клещом вцепилась в того из Заводных Апостолов, который что-то в этом понимал. Оказалось, да, действительно, Сота Сил не удовлетворился тем, что спрятал ЗГ в некоем «мистическом пространстве», он ещё и воздвиг специальную защиту от телепортации, пройти которую могли лишь обладающие правильными Ключами, внесённые в некие Реестры Латунной Крепости. Дальше пошла магическая тарабарщина, которую уже вообще никто не смог понимать, кроме самой Лаанет и того усушенного, как вобла, Заводного Апостола. Но в результате диалога выяснилось хотя бы то, что именно им нужно искать в упомянутом Депозитории. Если объяснить по-простому, то один лишь Сота Сил обладал Ключами. Внести кого-то в базу извне невозможно. Таким образом, если бог кого-то «забанил», то это было навечно. Попасть в Заводной Город он не мог никак, от слова совсем. Чтобы открыть доступ, нужен Звёздный Ключ. Эта штука индивидуальная, она как-то там появлялась у каждого новорожденного жителя ЗГ. Но украсть его никак нельзя. Это не предмет. Это уникальная частота вибрации чего-то там. Её нельзя подделать или перехватить в момент выдачи. «Хм, а ведь очень похоже на современные квантовые ключи пи-ту-пи протоколов шифрования», – подумал Гайдар, когда это услышал. – «Неужто этот Сехт что-то понимал в квантовых технологиях?»       Ходила также легенда, что было нечто вроде «гостевого доступа», который Си мог предоставлять особо выслужившимся перед ним смертным. Его обеспечивали специальные артефакты. Ну, как Гайдар понял из всей этой истории, одним таким артефактом было то самое витое кольцо Барилзара, отысканное Плывущим-в-Ночи. А вот как тогда их перенесла сюда Альфа Фир? Понятно, что сама она могла быть внесена в Реестр, но как она могла открыть портал для чужаков? Загадочка. Впрочем, как приключенец уразумел из рассказов Лаанет, Дивайт Фир, её «отец», был близким другом Сота Сила. Может быть, имелся некий «бэкдор» в его Мембране, знать о котором мог только Фир. А этот мер ни с кем ничем никогда не делился даже за баснословные деньги. Добиться его расположения можно было только уникальными услугами. Да и то, не всегда. Так что Сота посчитал, что его тайна в безопасности.       Лаанет и все учёные мужи забурились в библиотеку на множество часов. Гайдар тоже с ними пошёл, но быстро отпал, потому что изданий не на каймерском там было очень мало, в основном поэзия, художественная литература. Сам Депозиторий был очень красив. Ретрофутуризм, сплошные медь и латунь. Паровые лифты, книги из металлической фольги, барабаны аудиозаписей, напоминавшие технологии девятнадцатого века, когда появились первые звуковые проигрыватели, граммофоны. Экраны «читалок», когда текст рисовался прямо перед тобой (типа технологии «digital ink», но немножечко на других принципах). Ещё там были мирные автоматоны, которые не сходили с ума в виду невеликого своего ума. Они могли разве что помочь разобраться с каталогом, провести читателя к нужному стеллажу. А у них были, кстати, автономные манипуляторы, как на современных автоматических складах «Амазона», чтобы найти и подать нужный том. А у сопровождающих автоматонов даже манипуляторов, как правило, не было, вместо ног – колёсное шасси. Простейший ИИ, простейшие задачи. И всё равно Гайдар не переставал восхищаться увиденным. Вот только читать он не мог, так что, насмотревшись на все чудеса стимпанк-машинерии, пошёл тренироваться с Оррмаром и Дагом.         Эти двое гоняли его по специальному полигону, как сидорову козу. Это был жёсткий спарринг, а не обучение. К удивлению самого Гайдара, он вполне «тащил» двух противников, если те не выкидывали чего-то совсем уж запредельного. Оррмар был сильнее физически, но под бустом ФУС Гайдар его уделывал, как котёнка. Даг был ловок, гибок, хорош как в классическом фехтовании на мечах и кинжалах, так и во владении экзотическими видами оружия: булавой, цепом, шестом бо, секирой, бердышом, гизармой и прочими древковыми резалками и ковырялками. Но главный козырь, конечно, – неожиданные огненные стрелы, разряды молний, дымка, ослепляющие вспышки и отвлекающие иллюзии. Боевой маг, варлок – это что-то с чем-то. Используя минимум магии, он как воин мог противостоять сразу множеству противников.       Дженасса вышла из корпуса библиотеки справить нужду, увидела их тренировки, присоединилась на полчаса (увы, всего полчаса, ведь её лингвистические знания в кои-то веки были очень релевантны, даже Лаанет иногда к ней обращалась с чем-то непонятным). Они менялись ролями: Дженасса против всех, все против Дага, все против Гайдара. Даг и Дженасса уделывали трёх противников, будто им это ничего не стоило. Гайдар справлялся с двумя, если те не читерили магией (а Дженасса явно поддавалась, подстраиваясь под его уровень). С тремя – едва ли, на пределе сил. Да ещё и рана в груди иногда напоминала о себе фантомными болями. Кстати, шрам тоже остался, маленький, бледный, но всё же шрам. Приключенец мог собой гордиться, ага, теперь он выглядел, как настоящий воин, не стыдно будет в баню сходить, голым торсом посветить. Кстати, мышечная масса, скорость реакции, умение «танцевать» с оружием, делать обманные движения – всё это тоже возросло на несколько порядков благодаря регулярным тренировкам Дженассы. Гайдар просто чувствовал, что он значительно вырос как воин. Это было приятно. Хотя данмерка и не упускала случая ткнуть его носом в ошибки, но это было уже не так стыдно, как тогда, когда они начинали. Пожалуй, если бы тестер оказался достаточно смел и напорист, чтобы навязать свой темп и стиль боя, то и каджита того он мог бы «перетанцевать» и завалить. Да. Нужно порой объективно оценить свои силы, а с другой стороны поверить в себя, чтобы побеждать. Увидеть свой уровень можно только сражаясь с другими.       К удивлению искателей приключений, спустя некоторое время к ним выявили желание присоединиться несколько местных. Им не нужно было понимать друг друга. Язык меча одинаков для всех. А коль кто просил показать финт или другое какое движение, то и жестами можно объясниться. Гайдар потел, зарабатывал синяки и шишки, стонал от боли в мышцах, но не прекратил, пока остальные не выказали желания сделать паузу. Он специально пытался нащупать свой потолок и таким образом заметил ещё одну весьма позитивную вещь – в разы (или даже в десяток раз) возросшую стамину, сиречь общую выносливость. Чтобы он, офисный планктон, который раньше после полутора часов в спортзале начинал «умирать», делал маршбросок с тяжёлым оружием и сумками, а потом ещё мог пол светового дня сражаться и спарринговаться? Пф! Фантастика! Да, жизнь в Скайриме его сильно закалила, нечего и говорить. К слову, когда противников стало пятеро, он смог использовать неуклюжие движения жителей Заводного Города против Дженассы, загнать её в угол и нанести символический удар. Она ему даже поаплодировала потом, по окончании сессии.       Уже к ночи поиски увенчались успехом. С помощью Гэлина, старейшин и неутомимых ассистентов-роботов нашлись книги, пролившие свет на механизмы защиты, устройство Великой Мембраны. Документы требовали особого доступа, но у Заводного Апостола по имени Кра-Иллана он был (из-за модификаций тела у неё не было груди, поэтому Гайдар только постфактум с удивлением понял, что «оно» – женщина). Лаанет смогла разработать теоретическую модель, как можно «хакнуть» эту самую защиту при помощи шлемака Гайдара, по крайней мере, на выход. На вход это было намного сложнее (ибо, опять же, нужен Ключ. Теоретически, его можно было изготовить, имей они доступ к Реестру. Но тот хранился в личных покоях Сехта, куда тоже ещё попробуй попасть). Волшебница позвала шифрующегося довакина, они вновь уединились в палатке, разбитой во дворе Депозиториума, рядом с его красивым внешним лифтом.       – Что, решил слить бурлящую в крови прану? – спросила эльфийка, глядя на разгорячённого спаррингом Гайдара.       Приключенец, кстати, разделся до одной только рубашки и штанов, скинув все доспехи. Рубашка была расстёгнута на груди, являя взгляду свежий шрам.       – Прану? – недопонял тестер.       – Ну, когда я тебя с костяного копья сняла, то пришлось твою душу очень хитрой магией в этом бренном мире удерживать, пока Один твоё сердце сшивал. Я перелила тебе свои собственные жизненные силы. Такого заряда иному человеку-старику хватило бы, чтобы добавить себе пять лет жизни… – Лаанет выразительно посмотрела на героя, мол, цени мою доброту.       Гайдар впервые слышал эти подробности. Он зарделся, будто от стыда.       – Блин… Ты пошла на такое ради меня?       – Ну, у нас же уговор, помнишь? – улыбнулась Лаанет.       – Такое простым договором сложно объяснить… Ты ведь типа себе жизнь на эти самые пять лет укоротила? – не унимался Гайдар.       – Ха, эльфы живут несоизмеримо дольше, чем люди. К тому же, у меня есть средства, чтобы ещё больше продлить этот срок. В этом смысле ни о чём таком не думай и не переживай, – Лаанет легкомысленно отмахнулась, как от пустяка. – Давай-ка лучше проверим мою теорию.       Гайдар не видел причин устраивать драму, хотя, честно говоря, немножечко кошки на душе скребли. Лаанет была Человечищем с большой буквы, даром что эльфийка, да ещё и альтмерка.       – Хм. Как скажешь… – Гайдар постарался, чтобы голос звучал ровно, но глазами транслировал благодарность и некое неловкое преклонение перед заслугами магессы.       Та понимающе кивнула, переключая внимание своего гостя на шлем и какую-то приблуду, которую она на него намотала. Чего? Лаанет теперь ещё и в механизмах разбирается? Кристаллы, проволока, руны, нанесённые некоей серебристой краской.       – Все эти штуки помогут преодолеть барьер. Вот только нужно, чтобы пользователь знал место, куда хочет отправиться. Да не просто знал, а имел к нему эмоциональную привязанность. У тебя есть такое?       Гайдар призадумался. Ну, именно чтоб место, то вряд ли. У него же в Скайриме нет дома, он скиталец.       – А если воспоминания и связь негативные, такое проконает? – спросил. – В Скайриме у меня пока чего-то хорошего не случилось, так чтобы прямо на всю жизнь запомнилось.       Гайдар не покривил душой. Ну, не считать же секс со шлюхой самым светлым своим воспоминанием? Да и место то он запомнил очень поверхностно.       Лаанет удивилась.       – Хм… в целом, заряд неважен. Главное, сила этой связи.       – Тюрьма или место, где меня пытали, подойдёт? – как ни в чём не бывало, спросил Гайдар.       Эльфийка посмотрела на него со странным выражением лица. Жалости в нём не было. Было сострадание, уважение, понимание и ещё что-то, чему тяжело подобрать имя.       – Хм… Ты, Гайдар, не перестаёшь удивлять… Кхгм, в целом, подойдёт. Я подкручу немножко и можно будет попробовать.       Магесса сделала какие-то манипуляции со шлемом.       Прежде чем стали пробовать, Гайдар спросил:       – А на какой результат ты рассчитываешь? Мы же не оставим сейчас отряд здесь?         – О, нет, я всё откалибровала. Просто хочу попробовать поверхностный контакт, прощупать, как будет реагировать кефалоидная проекция без привязки к экстраполированным координатам, на том самом эмоциональном уровне. Согласно моей концепции, это позволит телепортировать пользователя, но при этом оставить шлем на месте. Таким образом мы сможем «гуськом» покинуть ЗГ, передавая шлем друг другу, как эстафетную палочку. Вот только я должна быть замыкающей, чтобы взять шлем с собой.       Гайдар опять почти нифига не понял, но кивнул, соглашаясь.       В результате, как обычно, появились звёзды и созвездия, потом они вдруг стали вращаться, сливаясь в окружности. Появилось ощущение лёгкости, предварявшее телепортацию, но они не перенеслись. Тем не менее Лаанет результатом была довольна – всё, как прогнозировалось. Пока тестер стоял со шлемом на голове, концентрировался на видении и том месте, куда хотел попасть, эльфийка делала пассы, а потом что-то записывала в блокнотике.       – Да! Моя теория подтвердилась! Это должно сработать, как надо! У нас есть страховка!       Тут надо сказать, что вспомнил Гайдар свой номер в Гарцующей Кобыле и те пытки, которым подвергла его Гвиневра, непонятно на кого работающая ассасинка. Это было травмирующее воспоминание, но вместе с тем, ему припомнилось, что он не мог отвести взгляд от прелестей чертовки, и у него встал. Что тогда, что сейчас. Когда Гайдар «отключился» от «кефалоидной проекции», как это называла Лаанет, то осознал, что он сейчас может дико оконфузиться. Он согнулся, якобы чтобы ловчее шлем снять, потом небрежным движением притулил его к промежности. **ный стыд! Будь ты неладен, Сэм Гэвен! Гайдар искал встретиться взглядом с эльфийкой, чтобы понять, заметила она или нет, но та, как назло, развела бурную деятельность: подняла какие-то другие свои записи, стала чертить в воздухе руны, зависающие в воздухе, будто там есть невидимый экран, как у Тони Старка.       – В другое время… я бы сказала, что это открытие века! Сота Сил был гением! Истинным гением! А мы вскрыли его код!       Гайдар поддакивал. Чёрт. Она видела. Точно видела его состояние. Вот, следы румянца на щеках, да и вся эта деятельность – вряд ли просто от восторга открытия. Она пытается скрыть своё смущение! Щеки Гайдара тоже вспыхнули. Он крутил несчастный шлем в руках, не зная, куда себя деть.       – Вау! Круто! Поздравляю с открытием!.. Так я это… пойду? Шлемак с собой возьму, он же тебе не нужен пока? Я хочу, это… потренироваться ещё, только в полном облачении…       – Да-да. Бери, конечно. Это же твой шлем, в конце концов… Он должен голову защищать, – эльфийка отвечала невпопад и как будто старалась не смотреть на Гайдара.       Гайдар, алый, как свежесваренный рак, вылетел из палатки могучей волшебницы. Ещё десять ударов сердца – и стыд плюс его сила воли помогли одержать победу над реакциями организма. Снаружи, к счастью, никто не обратил на него внимания, не заметил его сконфуженности. Гайдар лишь на мгновение будто бы почувствовал на себе взгляд из окна Депозитория. Но это, наверное, показалось.       Они решили не ждать, обойтись без сна, заменив его медитацией. Прямо ночью отправились к обсерватории. Пусть звёзды там ненастоящие, но их же ночью обычно наблюдают? Да и вдруг их враги тоже знают что-то об этом месте? Они потеряли одну звезду, могут начать искать ей замену в Мнемонической Планисфере. Если они правы насчет того, что их враг – это тот Месинар, ученик Сота Сила, то такой ход более чем вероятен.       Перед тем, как выдвинуться, маги хорошенько так помедитировали, взявшись за руки. Лаанет помогла всем восстановить ману некими песнопениями, эдаким обрядом. Теперь все чародеи были «под колпачок» залиты энергией. Если враг нападёт, они уж постараются встретить его лучше, чем было в первый раз. Тем более, что они теперь знают его арсенал заклятий, а значит, могут лучше противодействовать. По крайней мере, на высасывающее ману проклятие больше не попадутся. Гайдар, как всегда, пристроился в арьергарде. Рядом с ним ехала Дженасса и Оррмар. Воин меланхолично жевал какую-то травку, как ковбой. Данмерка же была немного мрачной и сосредоточенной. Впрочем, это обычное её состояние.