Deeper Than Love

- Как приятно видеть тебя с утра, дорогая. Чему я обязан столь ранним визитом? – Клаус стоял напротив мольберта и даже не повернулся к зашедшей в его студию Кэролайн. Он и без этого мог сказать, что она была рядом, он чувствовал ее. В основном он мог определить это по учащающемуся биению своего мертвого сердца, опьяняющему аромату ее волос, который заполнял все помещение, в котором она находилась, и конечно же по неконтролируемому чувству голода, который он испытывал только рядом с ней. Голода, который сменялся только дикой тоской по ней, по ее взгляду, голосу. Заклинание или не заклинание, но эта девушка затронула что-то внутри него. И если бы она только позволила доказать ей, насколько он серьезен… Из них бы получилась неплохая команда. - Кому. Ребекке – он все еще не поворачивался, но Кэролайн точно знала, что он ухмылялся. Какое-то время она просто наблюдала за ним со спины. Так было даже лучше, подумала она. Намного легче было с ним разговаривать, когда не надо было смотреть ему в глаза. Она прикусила губу, неуверенная в том, что ей сказать. Но потом все же тишина стала казаться ей невыносимой – Слушай… - начала она, отводя взгляд – Ребекка сказала мне последить за тобой, пока она разбирается с ведьмой… - Что она тебе сказала? – прервал ее голос Клауса. И она подумала, что может быть тишина была не такой уж плохой – его голос воздействовал на нее, и она не могла себя контролировать: она забывала, где она, кто она и, самое главное, с кем она. - Что ты боишься меня потерять – она попыталась произнести это как шутку, но ее голос выдавал растущее желание. И что-то большее, что Кэролайн тщетно пыталась скрыть где-то в глубине. Она наконец снова посмотрела на него, и ее встретили его голубые глаза. Но вместо ожидаемой ухмылки, они были серьезными. Это застало ее врасплох. - Это все? – продолжал Клаус допрос, осторожно пытаясь выяснить, как много его безрассудная сестра могла выболтать Кэролайн. - Все – ответила Кэролайн спокойно и немного в недоумении. Клаус понял, что это действительно было центром внимания предмета его бесконечного вдохновения. Он вздохнул с облегчением и снова на его лице появились знаменитые ямочки. – Тогда, я не понимаю твоего замешательства. Мне казалось, я дал ясно понять, что я не хочу тебя потерять, Кэролайн – он сделал шаг ей на встречу, и она почувствовала, как в ее горле образуется комок – Тебя все еще это удивляет? – он сделал еще шаг. Удивительно, но Кэролайн не двигалась, хотя Клаус ожидал их обычный танец «кошки-мышки»: он делает шаг к ней, она - от него. Почувствовав необычную уверенность, он в мгновение оказался перед ней. Она посмотрела ему в глаза, в ожидании чего-то, все ее тело было напряжено, а дыхание прерывисто – Выпьешь чего-нибудь? – внезапно спросил Клаус. Он не переставал ее удивлять. Он был так спокоен, смотрел на нее так триумфально, как будто бы только что выиграл спор. У него были на это свои причины, ведь что бы она ни говорила, он чувствовал, что ее стены рушатся. Еще немного и она станет его. Вкус приближающейся долгожданной победы опьянял его. Он подошел к столу, на котором стопкой лежали наброски, стояли два стакана и бутылка виски. Взяв бутылку и налив содержимое в стаканы, он сказал – Надеюсь, ты не против чего-то крепкого по утрам. Но если тебя не устраивает виски, я могу сходить за шампанским – Клаус ухмыльнулся в ожидании ответа Кэролайн, предвкушал, как она начнет читать ему нотации, ему нравилось разжигать в ней огонь, пусть пока что лишь таким способом. Но в ответ он услышал только тишину. В этот момент Клауса охватило волнение. Молчание Кэролайн могло означать только одно. Он обернулся к ней и увидел, что она все так же стоит, на том же месте – Дорогая…Не делай этого – не думай! – это вызвало реакцию и Кэролайн было сделала движение в сторону выхода, но Клаус опередил ее – Не убегай.. – это прозвучало почти как мольба. - Клаус… - наконец раздался ее голос. Он схватил ее обеими руками за плечи. - Нет, Кэролайн. Хоть раз не надо – он искал ее взгляда, крепко держал. Его вдруг охватил страх, что если он отпустит ее хоть на мгновение, или чуть ослабит захват, она просто исчезнет из его жизни. Это страшило его больше всего. Он должен был соблазнить ее, добиться, а не отпугивать. Наконец она посмотрела ему в глаза, но там не было страха – что-то другое, но что, Клаус точно не мог понять. - Не заставляй меня хотеть это…пожалуйста. - Заставлять? Да если бы я мог! Ты бы уже давно была моей. Ты хоть представляешь, какая это мука? Знать, что ты существуешь, быть с тобой рядом, думать каждую секунду только о тебе? И не трогать тебя… - Это заклинание – попыталась отговорить его Кэролайн. Но это только разозлило Клауса. - Ты правда так думаешь? – его ладони еще сильнее сжались - Посмотри мне в глаза, Кэролайн, и скажи, что ты веришь в то, что я на самом деле не…- он остановился, слова замерли на его губах. Ее страх услышать о его чувствах все еще мешал ему – Ты думаешь, что это связь? – он продолжил – Так прикажи мне больше не чувствовать то, что я чувствую к тебе! Прикажи не думать о тебе, не представлять, какие на вкус твои губы, как твои золотистые волосы выглядят, разбросанные по подушке. По моей подушке! Не проводить каждое мгновение моей бессмертной жизни в ожидании, что когда-нибудь ты дашь мне шанс – он резко отпустил ее. Чувства переполняли его, и он не мог дать им выхода – это приводило его в ярость. Ее бесконечное сопротивление и упрямство приводили его в ярость. Он подошел к столу и выпил из стакана, уже давно налитый виски. В стакане он увидел свое отражение. Оно было ему противно. Клаус Майклсон – бессмертный и всемогущий гибрид – пресмыкается перед молодой вампиршей, в надежде на ее благосклонность – Если ты думаешь, что мне нравится все это чувствовать, то ты сильно ошибаешься, дорогая. 1000 лет я прекрасно обходился, заботясь только о себе – в его голосе появился яд – Я – Клаус Майклсон. Монстр…Древнейшее зло…Я делаю ужасные вещи, и меня нельзя исправить, не так ли? – от злости он кинул пустой стакан в стену. Кэролайн не знала, что сказать. Она не ожидала такой реакции от Клауса. Он всегда был такой спокойный рядом с ней, но эта ярость… Она понимала, что ее вызывает боль. Боль, которую она ему причиняла. От этой мысли ей стало нехорошо, противно от самой себя, ей было тяжело наблюдать за его мучениями – Клаус… - она только и могла, что повторять его имя. Он вздохнул повержено, взял второй стакан и сделал глоток. - Ты не одна здесь в замешательстве, Кэролайн. Почему? Почему ты не боишься меня? Когда я смотрю на тебя и все, что я слышу, это как кровь течет по твоим венам – Его глаза пожелтели и вокруг выступили вены. И Кэролайн поймала себя уже в который раз на мысли, как он красив – Я проклинаю расстояние, проклинаю кожу, которые разделяют нас с тобой. Я хочу ласкать тебя, днем и ночью. Пока все вокруг будет рушиться, теряя все, что у меня есть, владеть только тобой – он поставил стакан, медленно и спокойно, и подошел снова к Кэролайн – Целовать тебя… - с его губ сорвался грустный смешок – но ты сказала мне не делать этого… - осторожно он поднес руку к ее щеке и убрал за ухо непослушный локон золотых волос – Не проще было бы приказать мне, чтобы я перестал чувствовать, перестал мечтать о твоей любви. Мы оба знаем, что я ее не достоин – Он взял ее за руку, внезапно, как тогда, когда Сайлас внушил ему, что он умирает, а Кэролайн спасла его – Пока ты можешь, освободи меня, Кэролайн, прикажи… - с каждым словом его голос становился все больше похожим на шепот. И Кэролайн замерла в ожидании, что будет дальше. Она жаждала узнать, что он хочет сказать – … мне забыть тебя, иначе я не знаю, как мне перестать тебя любить. Все. Кот был выпущен из мешка. Он сказал это, признался. В следующее мгновение он ощутил нежное прикосновение Кэролайн. «В последний раз», подумал он. Это ее жалость к нему…он действительно был жалок. Любовь делала его слабым… Но Кэролайн избавит его от этих чувств, исчезнет из его жизни... - Нет - Что… - Я не стану тебе ничего приказывать – сказала она в такой манере, которая не оставляла места спорам. Она устала, действительно устала. То, что она чувствовала рядом с ним – бесполезно было с этим бороться. Теперь она это понимала. Никто в здравом уме не мог отрицать, что между ними что-то было. Элайджа? Да что этот сухарь может знать? Заклинание, связь, кровообмен – это все было неважно для Кэролайн, когда Клаус смотрел на нее…с такой любовью. Да, любовью. Больше она не будет отрицать этого. Это не фантазия, не иллюзия. Увидев этот небольшой срыв Клауса, Кэролайн наконец осознала – она любит его. Он был ее отражением. – Я больше не буду убегать… - она посмотрела на него и кончиками пальцев провела про его щетине, там, где были его ямочки. Боже, как давно она хотела это сделать. Клаус закрыл глаза и растворился в ее прикосновении. Но вдруг он убрала руку и он тут же ощутил тоску и открыл глаза, чтобы убедиться, что она все еще с ним, что это не был плод его воображения - Мне нужно кое-что сделать – она сказал ему с улыбкой. Теперь все будет хорошо. Осталась только одна вещь. Но она не помешает им. Она наконец приняла свои чувства к нему. Она не могла быть счастливее – Еще одно дело, Клаус, и я вернусь. Сразу же. Я вернусь к тебе. Обещаю – Клаус не успел и слова сказать, как она умчалась. Но она вернется к нему. Так она сказала…Обещала…И наконец они смогут быть вместе. Она будет его. Навеки. Больше ничто не могло помешать им.