Не бойся, милый, страха своего...

* * *

Следующий день.

— Вам нельзя выписываться, нужно соблюдать постельный режим, принимать нужные лекарства строго под наблюдением. — врач качает головой, поправляя маску на лице, следя за своим пациентом. — Я вполне здорова и могу дальше работать. Доктор с моей работы помогла мне, поэтому всё хорошо. — этим словам можно было поверить, ибо сейчас лицо не болело, руки и ноги тоже, что было весьма странным, зато приятным. — В этой больнице вы мой пациент, а я врач и я уж буду решать когда вам выписываться. — опускает взгляд на пюпитр, записывая на прикреплённом листочке что-то своё. — Нельзя так много волноваться и принимать большие нагрузки. Вы молодец, что помогли людям, но и о своём здоровье уж не забывайте. Моко нахмурилась, сведя чёрные брови на переносице. Уж не ожидала того, что ей откажут, тем более после вмешательства доктора Йосано. За день, к ней вернулось спокойствие и безразличие. Понятно было, что не вернёшь ушедшую жизнь, посему рыдать над этим смысла нет. — У вашей палаты всё время был молодой человек в бинтах. Ходил тут рядом, спрашивал про вас. Но такой расстроенный. Вы знаете его? Мидзуку не знает что ответить. С одной стороны, можно ответить да, ведь Осаму не мог сделать такое с ней.. он не мог... С другой же, можно ответить нет, тем самым показав, что Осаму ей никто. Два противоречия таятся внутри неё, перетягивая канат на свою сторону. Чуть сжала одеяло в пальцах, стараясь не порвать его. Взгляд устремлён куда-то на складки белой ткани. Нет, он мафиози, у него в крови пытать и убивать людей. Он никогда не вступил на светлую сторону, лишь лицемерит, строя из себя клоуна. Дурень-клоун. — Понятия не имею кто это. — проговорила, прокашливаясь в сжатый кулачок. Сердце кольнуло от собственных слов. — Я правда хочу домой, мне там станет лучше. Лекарства буду принимать там. — Вы же понимаете, что если вам станет хуже, то будет плохо обоим. Вы заработаете приступ, с возможным поражением половины мозга. А я пойду по статье врачебной халатности. — Не пойдёте, я вас уверяю. Приступ больше не повторится, правда. Да и я хотела бы уволиться с места работы, чтобы пойти по профессии,может там станет лучше. — Из детектива и героя, вы хотите пойти в другую профессию? Интересно-интересно. — Не герой я. Была бы героем, спасла бы всех. — такие же пустые глаза чуть потемнели. — Я тоже врач, но специальность немного другая – нейробиолог. — Так значит вам не нужно объяснять, что у вас есть признаки параноидальной шизофрении? — врач приподнимает бровь, заглядывая вновь в блокнот. — Просто она прогрессирует и, судя по всему, не лечится должным образом. — Вы и сами знаете, что лекарства от шизофрении нет. По крайней мере, наука не вывела лекарство, которое мгновенно её вылечивает. Ну, или с помощью операций. — Думаю, что нужно сообщить вашим коллегам об этом. — серьёзно говорит врач, опустив дощечку вниз, ручку убрав в кармашек белого халата и поправив маску на лице. — Нет. Не вздумайте говорить им об этом. — тон Моко поменялся. Из спокойного, в шипящий и более злой. — Никто не должен об этом знать. Никто, вам ясно? — специально выделила слово, дабы поняли всю серьёзность. Врач постоял немного, вздохнул и кивнул ей. Бесполезно её уговаривать в обратном, раз уж на то пошло. — Хорошо, я вас понял. Но один вопрос, кто-то из ваших коллег знает об этом? — Да, знает. Полагаю, это всё? — размыто отвечает на вопрос Моко, как бы отмахиваясь. Поскорее бы уйти с той работы. — Ах, да, вас пришли навестить. Пригласить в палату? — вспоминает врач, про себя думая о других пациентах, которых сегодня надо проверить. — Да, пожалуй. Если, конечно, это не тот человек, о котором вы говорили раньше. — сильнее сжав в пальцах край одеяла. Не хотелось бы видеть того идиота, а уж тем более, слышать его мольбы о прощении и подобном. Фе, очень некультурно. — Нет, вовсе нет, это иной человек, я вчера не видел такого. Сейчас, подождите. — он уходит за дверь, это и завораживает, и настораживает, ибо не поймёшь кто пришёл. Шаги, отворение двери и удивление. Причём, самое настоящее удивление, уж не ожидала такого. Серые, коротко остриженные волосы, прямоугольные очки, голубые глаза за ними, более мешковатая одежда с бесконечными карманами, в руке пакет с чем-то. — Иори-сан? — вопросительно изгибает бровь шизофреник, поражённо уставившись на улыбавшегося мужчину, что аккуратно прошёл к её койке, встав рядом. — Приветик, Моко. Да, это я, не ожидала небось? Хех, должна же была привыкнуть. — весьма дружелюбно приветствует Шизусу, взъерошив себе жёсткие волосы сильнее. — Навестить тебя пришёл, что да как. Это реально было неожиданно. Чтобы сам Иори пришёл её проведать? Интересно. — Здравствуйте, — выдавливает из себя только вялую улыбку, один уголок губ никак не хотел подниматься, всё из-за приступа. — Правда не ожидала вашего прихода. — Можешь не улыбаться, если тебе не хочется, Моко. — чуть опустил свои губы вниз, было похоже, будто он расслаблен. — Прости уж, вчера сам прийти не смог. — Ничего страшного, — после слов Иори, перестаёт через силу улыбаться, внутри вновь пусто, как и в глазах. — Понимаю, студенты, лекции и дела. Что у вас там произошло на днях? — Да ничего особенного, собственно. — аккуратно присел на стул около койки Моко, поставив пакет на тумбу, вскоре продолжив говорить: — Единственное, что произошло, так это приехал преподаватель на замену нейробиолога. — послышался тяжёлый вздох от мужчины. — Что-то не так? — Тебе волноваться нельзя, я это знаю,.. — Иори-сенсей, со мной можно об этом поговорить, волноваться не буду, правда. Он помолчал, оглядывая девушку внимательным взглядом, засим поправил очки на носу, смахнул длинную чёлку и начал рассказывать: — Понимаешь, он приехал из.. не помню точно откуда, но это находится в европейской части, можно сказать, иностранец. Японский неплохо знает, иногда на английском разговаривает. Но студенты прогуливают его лекции, говоря что он добрый и отпускает их. Большую часть первокурсников он в глаза не видел. — снял очки с носа, принявшись протирать окуляры краем цветастой футболки. — Сложно с ними, да? — догадалась Мидзуку, почёсывая правую щёку. Он сдержанно кивнул на вопрос, проверяя стёклышки очков. — Не то слово. Хотя и сам преподаватель странноватый. Нет, в смысле, он отличается от других. Тихий, замкнутый, но очень умный. Много знает о предмете, знает что и как сделать, и помимо своего родного языка, японского и английского, разговаривает ещё на других, говорит красиво, ни одного мата не слышал. Человек интересный, но почему-то к нему не хотят прислушиваться. — Странно, по вашим словам он вполне хорош. Но почему тогда студенты на лекции к нему не ходят? — поднимает брови, пустыми глазами уставившись на Шизусу, который наконец вернул очки на место. — Наверное, считают его занудой. — пожал плечами, глядя уже куда-то в сторону. — Сам был у него на лекциях, правда было интересно, даже проморгал когда прозвонил колокол. Эх, а злится он по-моему вообще не умеет. — Странно, очень странно. — Если ты хочешь привести в пример своих студентов, то они были далеко не первокурсниками, понимают, что им нужны эти знания, иначе будет врачебная халатность, которая в свою очередь, приведёт к уголовной ответственности. Воцарилось молчание меж ними. Моко обдумывала то, что ей сообщили, а Иори смотрел в одну точку на стене, явно задумавшись о чём-то своём. — Ладно, проехали с этой темой, — махнул рукой он, отвлёкшись от мыслей. — Ты-то как? Всё в порядке? Всё в порядке? Ха-ха-ха! Смешная шутка, не находите? Всё просто замечательно! От последнего вопроса хотелось истерично засмеяться в голос, вперемешку со слезами. Нихрена у неё не в порядке. Ничего не в порядке. Всё просто хреновей некуда! Всё в порядке? Моко молчала, смотря куда-то в сторону. В голове снова слышались голоса. Они были ложными, это и так понятно. Сказать ли ему правду со слезами на глазах, или же.. солгать? Всё в порядке? Внутри пылали сомнения, мысли перемешивались, но на сердце пусто, как прежде. Оно бьётся в привычном, спокойном ритме, так и должно быть. Всё в порядке? Что-то шептало, что нужно сказать правду, иначе будет только хуже. Молчание слишком затянулось. Вновь тяжеленный вздох сорвался с уст Иори, и поэтому, легко похлопал её по плечевому суставу, но прикосновение получилось невесомым. — Ладно, это был глупый вопрос. И у меня есть предложение, — с долей загадочности в голосе произнёс он, посмотрев в пустые глаза Моко, которые продолжали быть безэмоциональными. — Раз не всё так гладко, можешь приходить в университет, двери для тебя всегда открыты. Если хочешь, конечно. Честно говоря, предложение было хорошим. Весьма хорошим. Ибо постоянное ношение из одного конца города в другой – утомляло. Может, это показалась Госпожа Удача, а может и нет. — Да. Хорошо, я подумаю над этим. — кивнула Мидзуку, продолжив смотреть в пустоту, не сосредоточив взгляд на какой-то определённой точке. — Хорошо. Как знаешь, — чуть улыбнулся Шизусу, убрав свою ладонь с напряжённого плечевого сустава. — Но всё-таки, всё хорошо? Всё хорошо? Нет. Всё очень плохо. Она не может найти себе места. Она не может всё так осознать. Она винит во всём себя. Ведь, это её вина. Вина в том, что она не успела. Не успела всё сделать. Не успела спасти. Не успела понять, что это всё было ловушкой. Не успела. Не смогла. Чёртова неумёха, идиотка, ничтожество. — Да, всё хорошо. Всё в полном порядке, Иори-сенсей.