Black fire

На то, чтобы убрать две комнаты ушло более трёх часов. Я устало откинулась на кровать. Двухэтажный дом хоть был и не очень большим, но довольно вместительным. На первом располагалась просторная гостиная, кухня, кабинет отца, холл, уборная и ещё несколько маленьких комнат. На верхнем этаже были три спальни: моя, спальня родителей и гостевая, которую я отдала Локи — и ванная комната. Одним словом — куча неубранного пространства. Я взглянула на часы. Было почти шесть вечера. На то, чтобы съездить в магазин за продуктами, а потом на кухне, которую надо заранее вымыть, приготовить ужин, сил не оставалось. Я протела глаза и потянулась, нехотя вставая. Лучше закажу пиццу. Позвонив курьеру и оформив заказ, я вышла из комнаты. Что у нас дальше по плану? Миновав скрипящую всеми ступеньками лестницу, я направилась к кабинету отца. Если где-то в доме и есть важная для меня информация, то скорее всего там. С трудом открыв дверь, я зашла внутрь. Вдоль стен стояли ряды коробок, на которых покоился слой нетронутой пыли. Я открыла ту, которая была ближе всего ко мне. Мусор тут же посыпался на стопку книг, сложенных там. Отряхнув корешок одной из них, я вздохнула. Классическая литература -- это не то, что я искала. Я прошлась взад-вперед по комнате, окидывая взглядом каждую коробку. На некоторых виднелись написанные черным маркером слова, но большинство было без названий. И тут я заметила коробку, подписанную моим именем. Я подошла поближе и присела рядом с ней, протирая рукавом боковую часть. Нет, мне не показалось. "Саре". Вот что было там написано. Я оглянулась, в поисках удобного места, чтобы присесть. Везде пыль и грязь. Пожалуй не здесь. Я подняла коробку на руки, решив отправится назад в спальню, где и изучить содержимое. Надо заметить, груз был довольно увесистый. Около килограмма точно, даже больше. Зайдя в комнату, я прикрыла за собой дверь. Привычка, и, надо сказать, довольно полезная. Как ни странно, она у меня, можно сказать, ещё с детства.

***

— Просыпайся, соня,— услышала я ласковый голос над своим ухом. Я разлепила глаза и прищурилась от обилия света, льющегося в окно. Передо мной сидела Элин. В ее руках был маленький тортик с одной свечкой, которая уже почти наполовину сгорела. — Ты не забыла…— слегка смущённо произнесла я, опуская взгляд. — Как же я могла забыть!— воскликнула она, немного отодвигаясь, чтобы я тоже могла сесть.— Всё-таки пятнадцать исполняется только раз. — Ты говорила то же самое и в прошлом году,— улыбнулась я. Воспитательница усмехнулась, но тут же спохватилась. — Задувай быстрее, если не хочешь есть торт с воском,— улыбнулась она в ответ. — И не забудь загадать желание! Я закрыла глаза и задула свечку. В голове звучала одна и та же фраза, повторяемая каждый год. “Я хочу, чтобы у меня появилась семья”. Элин поставила тарелку на прикроватную тумбочку. — А теперь вставай и переодевайся. Я и так еле уговорила остальных дать тебе сегодня поспать на час больше. Я откинулась назад на подушку и зажмурилась, натягивая одеяло повыше. — Живо!— в голосе воспитательницы была строгость.— Время не ждёт. — Пускай возьмёт себе выходной на один день,— пробурчала я себе под нос, но всё же встала. После завтрака, на котором я была абсолютно одна, чему не была огорчена от слова вообще, я решила отправиться прогуляться. На улице уже была Элин, которая, увидев меня, тут же подошла. — А ты быстро,— заметила она. Я хмыкнула и посмотрела на нее. Воспитательница была явно чем-то взволнованна. — Всё хорошо?— спросила я. Элин поджала губы, задумываясь. — Я давно должна была тебе это сказать, но не могла… не могла подобрать слова. Сара,— она взяла меня за руку.— Я переезжаю. На следующей неделе. Сердце пропустило один удар. Я почувствовала, как к глазам подкатываются слезы. Предательство. За свои пятнадцать лет я его не испытывала и надеялась, что не познаю никогда. Я вырвала руку и кинулась прочь. Было больно, очень больно. Но я не могла этого показать. Я перешла на шаг только в лесу. За те пять лет, что Элин тут работала, она стала мне родным человеком, старшей сестрой. Она заботилась и помогала. Она была добра со всеми, но ни к кому не относилась так, как ко мне. Я думала, надеялась, что она всегда будет рядом. Но ничего не длится вечно. Я должна была понять это раньше. Но не могла. Не хотела. Я вышла в поле. В то самое поле, куда привела меня Элин несколько лет назад. Был конец лета, почти осень. Солнце грело не так сильно, как раньше, но земля всё ещё оставалась теплой. Недолго думая, я легла на траву, которая уже почти полностью высохла. Соленая слеза скатилась по щеке, но я поспешила ее вытереть. Я сильнее этого. Меня не будут искать. Не должны. По крайней мере сейчас. Если я не вернусь к вечеру, может и вышлют кого-нибудь. А пока что я могу побыть наедине с собой, своими мыслями. Но, кажется, моим планам не суждено было сбыться. Сначала я услышала шаги, только потом голос. — Сара! Элин. Всё-таки нашла. Я села, не поворачиваясь к ней лицом. — Зачем ты убежала?— произнесла она, выделяя каждое слово. Я пожала плечами. Разговаривать не хотелось. — Сара, не игнорируй меня! Это серьезно.— она подошла и встала прямо передо мной, заслоняя солнце. — И именно поэтому ты решила сообщить это только сегодня!— я подскочила, не в силах сдержаться. Ярость вырывалась наружу, но я упорно пыталась ее успокоить.— Уверена, что решение ты приняла давно. Ты могла сказать раньше. Почему не сказала?— я посмотрела ей прямо в глаза. В них отражалась та же боль, которую я чувствовала. — Я… я не хотела… — Почему именно сегодня?— прервала я ее. — Сара, дай мне хоть раз закончить,— она схватила меня за запястье, но уже через секунду отпустила.— Я не хотела портить сюрприз. — Отличный сюрприз!— воскликнула я и сделала шаг назад. Элин потерла переносицу. — И опять ты всё не так поняла,— воспитательница тяжело вздохнула.— Сара, я тебя не бросаю. Если бы ты не убежала тогда и дала мне шанс договорить, то узнала бы, что уезжаешь со мной. — Что?— я резко развернулась. Нет, она не шутит. Только сейчас я заметила, что в руках у Элин была небольшая квадратная коробочка, которую она достала из-за спины. Я вопросительно уставилась на нее, поэтому воспитательница поспешила объяснить. — Это твой подарок,— она протянула мне коробочку, которую я тут же поспешила открыть. В ней лежал небольшой черный браслетик с тремя белыми камушками. — Очень красиво,— произнесла я, доставая украшение. — Смотри, у меня такой же. Они парные. Это значит, что я тебя не брошу. Я кивнула. Глаза опять наполнились слезами, только теперь от радости. — Элин, подожди,— опомнилась я. Один вопрос так и остался нерешенным.— Как ты собираешься меня забрать? — Ну, бумаги уже оформлены,— протянула она, заправляя прядь за ухо.— Осталось только добыть твое согласие. — Это значит… — Теперь ты моя дочь. Наш новый дом находился в городе Форт-Уэйн, штат Огайо. Небольшая трёхкомнатная квартира на третьем этаже многоэтажки. Она досталась Элин по наследству пару лет назад после смерти родителей, но переехать она решилась почему-то только сейчас. У меня была своя комната в строгом стиле, но и я уже не ребенок. Шкаф, стоящий около светло-серого дивана, довольно быстро наполнился одеждой; книжные полки вскоре были уставлены литературой. Чуть больше чем через неделю мне предстояло отправиться в новую школу. Как я узнала чуть позже, Элин надоело быть одной, и она решила завести семью. И нет, она не использовала меня. Скорее наоборот — я натолкнула ее на эту мысль. Вскоре "мама" познакомилась с каким-то мужчиной. Они сходили на свидание, потом ещё на одно. Через полтора года у меня появился отчим. Честно говоря, он мне не сильно нравился. Какой-то подозрительный тип. Всегда добрый, улыбчивый. И, казалось бы, что всё хорошо. Но это был фальш. Простая игра с чувствами. Он использовал ее, а Элин… Элин была влюбленной дурой. Она верила, что это любовь. Я пыталась раскрыть ей глаза, но она упрямо продолжала нести бред про "вместе навсегда". Большинство наших ссор случалось именно по этому поводу. Обычно, она гладила меня по голове и говорила, что пойму, когда вырасту. Знала бы она, что выросла я ещё много лет назад… После свадьбы отчим переехал к нам. Тогда-то и подтвердились все мои догадки и худшие опасения. Как оказалось, Рэй был алкоголиком. Причем заядлым. Единственным плюсом было то, что у него была работа. Не знаю, каким чудом она ему досталась и как он до сих пор ее сохранил. Каждый день был как по шаблону: он напивался и становился, мягко говоря, до ужаса придирчивым. Всё сделано не так, всё неправильно. Единственная верная во всём мире вещь — это он и только его персона. Я часто сбегала из дома, не в силах находиться с этим уродом в одном помещении. Также часто он кричал, но я продолжала стоять на своем. Всё это длилось более года. Однажды я, придя с университета, вновь увидела его с бутылкой пива в руках, разлегшегося на диване. В комнату зашла Элин и предложила ужин, на что он начал орать, что его жена бездарная и ничего не стоит. Не знаю, что происходит в голове у пьяных людей и воспринимают ли они свои слова и поступки серьезно, но точно знаю, что в своих действиях я тогда была уверена и ни капли не жалела. Вжав голову в плечи, Элин вернулась на кухню, а я быстрым шагом направилась к отчиму и вырвала бутылку у него из рук. — Что ты творишь, глупая девчонка!—он вскочил с дивана, но я его не слушала. Я пошла в ванную и вылила содержимое в раковину прямо у него на глазах. Глаза Рэя вмиг залились кровью. Он начал медленно и неминуемо двигаться на меня, перекрывая единственный путь к отступлению. Я поспешно оглянулась, ища хоть что-нибудь для самообороны, но такового не нашлось. Кажется, это его только позабавило. В следующую секунду раздался звонкий звук пощёчины. Вздрогнув, я смогла сдержать крик. Я тут же схватилась за пульсирующую щеку. Было больно, даже очень. Лёд тут уже не поможет — синяк всё равно останется. Оттолкнув отчима плечом, я понеслась в свою комнату и, заперев дверь, медленно спустилась вдоль нее на пол. Элин не знает, что произошло. Она сейчас сидит на кухне, возможно, вся в слезах. Он просто идиот! Я убрала со щеки руку, протёрла глаза и встала. Оставаться здесь нельзя. Через три месяца я окончила университет. Всё это время, возвращаясь домой и закрывая комнату назамок, который сама поставила ещё два года назад, я подыскивала себе новое жилье. И всё это время я пыталась уговорить Элин поехать со мной. Но все мои доводы были абсолютно бесполезны, так как мама стояла на своем. Она верила, что Рэй на самом деле хороший и любит ее. Просто у него сейчас тяжёлое время. То, что этот тяжёлый период длится уже около двух лет, она решила не замечать. За два года, на протяжении которых я имела подработку, я успела накопить неплохую сумму денег, но Элин всё равно посчитала нужным впихнуть мне конверт с купюрами. — Тебе они сейчас нужны,— тепло улыбнулась она мне. Я с ужасом заметила, насколько она поменялась за несколько лет. Кожа побледнела и слегка осунулась. Под глазами пролегли темные круги от недосыпа и слез, на голове появились седые волосы от постоянных ссор. — Поехали со мной,— я взяла ее за руку,— Пока ещё не поздно. — Нет,— Элин покачала головой.— Я останусь. Я вымученно улыбнулась. На глаза накатывались слезы. Я не хотела оставлять ее здесь. Но и не могла ничего сделать. Хотелось развернуться и убежать прочь. Но я не могла уйти не попрощавшись. — Я буду скучать,— я обняла Элин за шею. Маму, мою маму. — Я тоже, солнышко,— я увидела слезы в ее глазах. Не в силах больше смотреть на это, я поспешила скрыться в такси, которое уже ждало меня. Убегаю. Вот так просто... Но другого выбора у меня нет. Я выросла, теперь у меня своя жизнь. Теперь я снова одна. Так или иначе, конец чего-либо— это только начало.

***

Протяжно скрипнув, дверь в комнату открылась, и ко мне по-хозяйски зашёл Локи. Я, конечно, и не надеялась, что он постучит, а уж тем более попросит войти, но можно было проявить чуть больше уважения к личному пространству. Избалованный, наглый… — Так и будешь сверлить меня взглядом?— насмешливо спросил он. Я закатила глаза и чуть ли не взвыла. Ни одному человеку не удавалось так сильно меня выбесить в столь короткие сроки. — Вообще это ты решил порадовать меня своим визитом,— пробурчала я, разминая шею. Локи цокнул, вспоминая цель, с которой он сюда пришел. Я выжидающе посмотрела на него. О, боги, у нас нет времени на эти дурацкие гляделки! — Я, конечно, ни на что не намекаю, но там кто-то стучит в дверь,— он повернулся спиной ко мне, выходя из комнаты.— Причем уже в третий раз. Черт, пицца! Как я могла забыть. Внизу раздался ещё один настойчивый стук. Звонок не работает, хотя чего я ожидала? Схватив с тумбочки кошелек, я побежала открывать. Курьер хоть и был раздасован столь долгим ожиданием, но тут же сменил гнев на милость, когда понял, что я собираюсь оставить ему чаевые. Забрав теплые коробки, я поднялась назад по лестнице. В коридоре до сих пор стоял трикстер. Уверена, что он слушал наш разговор. Ну и пусть, мне то что. — Что это?— он недоверчиво уставился на пиццу у меня в руках. — Наш ужин,— ответила я, открывая ногой дверь. Он что, пиццу раньше не видел?