Мой любимый подонок

Кажется наша свадьба была грандиозной. Хосок же для всех гостей светился от счастья, пока я выполняла свою роль куклы в этом представлении. Мне в эти минуты хотелось завалится спать, ну или забраться в теплую ванной с пенной. Вместо этого приходилось терпеть горячую руку на талии от которой меня бросало то в жар, то в холод. Больше всего, что самое удивительное в этот день радовались подчиненные моего мужа. Один из них, старый знакомый еще с нашей первой встречи, сказал мне довольно, когда мы оказались одни на балконе, после моего побега от толпы: — Я же говорил вам, что вы наша госпожа. Так и случилось. Знаете, с вашей с господином Чоном последней встречи в вашем доме, господин перестал спать со всеми подряд. Я уже тогда обо всём догадался… — Спасибо, Намджун, за откровенность… Благодарю охранника, возвращаясь в зал. В тщетных попытках унять смятение. Значит, мои слова тогда сильно отпечатались в его душе?.. Мысль о подобном снова пытается совратить мой непобедимый ум. Но я не даю ранимой душе с собственными чувствами и шанса. Видя как к Хосоку, жмется очередная красотка, а он её совсем не отталкивает. — Люди не меняются… Шепчу сама себе, улыбаясь гостям ярко, а затем оглашая: — Дорогие гости, вынуждена вас покинуть. Я ещё не полностью восстановилась после прошлого покушения. Наслаждайтесь фуршетом и общением… Сказав задуманное, быстро спешу исчезнуть. Однако останавливает рука на запястье и голос: — Молодожены должны уходить вместе… Оглядываюсь на любимый баритон лениво. Прекрасно видя красотку неподалеку и говоря по свински грубо: — Зачем нам идти вместе. Разве ты не хотел трахнуть вон ту брюнетку. Развлекись дорогой… Поспешно, даже зло вырываю свою руку, уходя без оглядки. По пришествии в спальню запирая все двери и окна. Лишь затем стаскивая с себя узкое платье и закидывая его куда подальше. Срывая голос в крике и подступающей истерике. Как я раньше не поняла что стала прикрытием. Возможно Хосок и правда полюбил женщину, но не меня. Ведь любимых не выставляют на передовую как мишеней. Теперь все будут целится в меня, считая уязвимым местом монстра. Однако я лишь ложная цель, а настоящей может быть та самая красотка. Слезы от осознания простой истины душат. Хотя громкие рыдания и сходят на нет, остается только всхлипывать, растирая косметику искрометно белой фатой, символом невинности. Вскоре усталость от насыщенного дня берет своё. Забираюсь под толстый плед голышом и забываюсь тревожным сном с одной единственной мыслью: «Возможно мне действительно стоит разлюбить Чон Хосока и отпустить все свои юродивые чувства! Тогда это спасет меня от последующей боли и горького разочарования!» Новая встреча с фальшивым супругом ожидает меня вечером следующего дня. Хосок застает меня уже за распитием чая в библиотеке. Преставая перед моим взором в потрепанном костюме, заляпанном кровью и помадой. Внимательно оглядываю его, тут же возвращаясь к чтению. Сходу получая престранный вопрос: — Чимин, ты не спросишь где я был? Что случилось? Удивленно поднимаю бровь от гнева в голосе этого мужчины, говоря как можно безразличнее: — Почему меня должно интересовать всё это? Ты жив, вроде не ранен, о чем мне волноваться. Как встати та красотка, горяча в постели? Последнее изрекаю особенно едко, однако поражаюсь когда Хосок не злится на мои слова, а наоборот поникает, бормоча: — Всё правильно, Чимин. Даже если я стал твоим мужем, это лишь брак по контракту. Я бы тоже не поверил себе, такие монстры как я ведь не могут измениться ради любви… От такого поворота событий теряюсь, откладывая книгу. Внутри всего на секунду рождается порыв, утешить этого мужчину. Поверить в его сказки. Однако не даю дать себе слабину, отвечая кратко и лаконично: — Раз ты сам всё прекрасно знаешь, зачем нужно было разыгрывать этот спектакль? Высказавшись же, беру книгу спеша в спальню и говоря: — Хорошо тебе провести вечер, дорогой супруг… Краем глаза цепляя то что рубашка Хосока в области плеча слишком уж промокшая от крови. Догадка закрадывается в голову быстро. Стоит только двери захлопнутся за спиной, ускоряюсь, добегая до своей спальни. Легко находя аптечку и спеша обратно к библиотеке. Успокаивая свое дыхание чтобы не выдать собственное волнение. Когда захожу в помещение выгляжу всё также безразлично. Хосок же даже не поднимает взгляд на меня, любуясь полом. Однако вздрагивает от моей просьбы: — Сними рубашку. Его взгляд сразу уходит от полного отчаяния, и начинает нечитаемо светиться. Да и то что нужно этот парень делает, снимает промокшую от крови рубашку, покорно подставляя свое плечо с явным пулевым, благо сквозным ранением. Невольно от такого зрелища закусываю губы. Внутри рождается желание надавать муженьку по голове. Однако вида не подаю, начиная обеззараживать, сшивать и перевязывать раненного мафиози. Хосок от моего мероприятия шипит, но я намеренно не колю обезболивающее, чтобы старался беречь себя. Закончив с помощью, уже хочу уйти, когда слышу: — Чимин, я правда люблю тебя. Это не ложь. У меня больше никого нет, только ты… Мне в эту секунду хочется поверить ему, сдаться. Но всему мешает недоверие. Хотя всё же поворачиваюсь к этому мужчине. Касаюсь легонько его щеки, говоря мягче чем обычно: — Тебе нужно отлежаться. Не засиживайся… Мою руку обжигает от этого прикосновения, как и от изученного давно тела любимого бандита. Но я не подаюсь соблазну, ускользая в темном коридоре. Прячась в своей спальне, но отчего-то в этот раз не запирая дверь. Надеясь на то что эта первая капля доверия не будет растрачена в пустую.