Миллениум

      Каменный круг был пуст. На небольшую поляну как вихрь влетели две темные фигуры, рассекая холодный зимний воздух. «Люмос», — на конце одной из палочек появился небольшой огонек. Мужчина осмотрелся по сторонам, после чего опять сосредоточился на своей спутнице. — Я не буду распинаться и скажу только то, что Вы ведете себя, как маленький ребенок, на которого не обратили внимания во время его истерики. Если я прекратил все эти задушевные разговоры — значит так оно и надо! — Снейп говорил немного громче, чем обычно, и, замечая повышение своего голоса, сразу же начинал говорить тише, нервно оборачиваясь. — Я не прошу Вас оправдываться! Взрослые люди не бегают друг от друга, как идиоты, а говорят прямо, если что-то случилось! Что происходит? — Тени смотрела на Северуса с надеждой на его понимание. Сам же мужчина будто бы метался между правдой и молчанием. Сейчас он впервые в жизни не знал, какое решение ему принять. — Вам нужна правда? Вам? За все время нашего общения Вы сами ничего не рассказали о себе. Где Вы были все эти годы? Почему вдруг вернулись обратно в Англию?! — Снейп был на надрыве, он старался не повышать голос, но эмоции били, словно молнии. Впервые за долгое время он позволил себе проявить эмоции, при этом прекрасно понимая, что сейчас не самое лучшее время для громких разговоров. — Вы, наверное, думаете, что я все 9 лет слонялась по миру в поисках лучшей жизни?! Все это время я пыталась хоть что-то узнать о своей семье! Я была в Америке, искала родственников отца, но все они мертвы, почти всех убили. А про семью мамы я до сих пор ничего не знаю. Не так легко жить в мире, где ты одинок, когда тебя еще и пытаются найти какие-то головорезы. Если бы не профессор Дамблдор, то вряд ли бы я вернулась. Год назад я была в Болгарии, искала себе работу. Я обратилась за помощью к Каркарову, на что он мне сказал, что не хочет рисковать репутацией института. Мне был 31 год, а я перебивалась какими-то мелкими подработками, жила непойми где. Все это из-за того, что какой-то человек решил, что он имеет право рушить чужие жизни! — Тенерия сдерживала слезы, ком подходил к горлу, и если бы она могла закричать, то уже давно бы сделала это. — Этот мальчик не виноват в том, что кто-то возомнил о себе слишком много… Джеймс не заслужил смерти… Лили не заслужила… И Вы знаете это, Северус. — Снейп будто хотел что-то сказать, но слова не могли вырваться. В этот момент он опять почувствовал ту боль утраты, которая преследовала его на протяжении стольких лет. Мужчина решился посмотреть в глаза своей собеседнице, которая в одно мгновение из живущей превратилась в выживающую. Их взгляды встретились, и внутри обоих забилось нечто холодное, что-то, что уже давно кровоточило и болело. Снейп впервые чувствовал что-то, кроме обиды, боли и ненависти, сегодня он смог понять, что такое сожаление, сочувствие и понимание. Волшебник взмахнул палочкой и шепотом произнес: «Экспекто Патронум», на небольшой поляне появилась лань, которая медленно подходила к закутанной в мантию Тенерии. Ей не стоило ничего спрашивать, она и так все понимала. Тонкая женская палочка поднялась в воздух, и из ее конца в воздухе заметалась летучая мышь. — Никогда не встречал волшебников, а тем более волшебниц с летучей мышью. — Наблюдая за патронусом, подметил Северус. — Когда-то моим патронусом была лошадь… — Через несколько мгновений голубое свечение погасло, а вместе с ним пропало и что-то светлое. — Что ж, нам пора… — Кроули повернулась в сторону замка и уже была готова уходить, но голос Снейпа остановил ее. — Наверное, я должен сказать Вам спасибо за честность. — Он подходил ближе, и, когда мужчина стоял совсем близко, Тенерия первая взяла его за руку. — Тогда мне тоже нужно поблагодарить Вас. — Волшебница немного поднялась на носках и поцеловала мужчину в щеку, от чего Северус застыл на месте, словно кто-то напустил на него проклятие паралича. После этого Тенерия направилась в сторону замка, оставив после себя чувства теплоты и волнения в груди Снейпа. Зельевар стоял на месте какое-то время, после чего отправился патрулировать коридоры школы в попытках избавить себя от лишних мыслей.

<center>

</center>*** — Ну наконец-то, мы думали ты так и останешься там! — Недовольно прошипел Рон на возвращение Гермионы с танцпола. После первого и самого ответственного танца поначалу девчонка танцевала в кругу своих подруг, а потом она и вовсе оказалось рядом с Драком, который старался делать вид, что данная компания ему не интересна, но через какое-то время ребята уже веселились в довольно большом кругу. — Мы просто развлекались, кто виноват, что вы сели здесь, как старики? — Гермиона, запыхавшись, присела рядом с друзьями. — Эй, Гарри, а ты чего такой смурной? — Просто я немного устал, скоро пойду в комнату. — Гарри уже давно сидел на месте, и даже на приглашения Джинни отвечал отказом. — Эй, пойдем-ка лучше, а то еще вырубишься тут. — Рон помог другу подняться, и они оба направились в сторону гостиной.       В комнате никого не было, кроме двух друзей, все еще оставались в Большом Зале. Переодевшись, Гарри расстелил кровать и едва успел лечь, как сон накрыл его, точно волна. Перед глазами потемнело в считанные секунды, что в последнее время для него было странно. — Ты уже спишь? — Уизли выглянул из-за угла, но сразу увидел заснувшего Гарри и решил лечь сам.

<center>

</center>***       Было уже поздно, все разошлись по комнатам и гостиным, а кто-то оставался дежурить в школе. Сегодня Тенерия не была удостоена чести патрулировать коридоры. В комнате было прохладно, уютно, а самое главное – тихо. Переодевшись перед сном, она решила прочитать пару страниц какой-то легкой книги. Что-то или кто-то стучал вовсе не в дверь, а в окно. На подоконнике с наружной стороны своими огромными медными глазами на хозяйку комнаты смотрел огромный филин. В клюве птица держала какой-то небольшой сверток бумаги. Тенерия осторожно открыла окно и взяла письмо, после чего птица растворилась в воздухе. Лист был пуст. Странно, кто решит отправить пустое письмо? Девушка перевернула послание, и единственное, что она увидела – два до боли знакомых символа. Тени потянулась за старым отцовским дневником. На первых страницах Комприус рассказывал о целях всех этих записей и оставил имена людей, которые поддерживали его в изучении этих нелегкий наук.       «Посвящаю эту работу своим друзьям – Флимонту и Юфимии Поттер, а также хочу поблагодарить Сириуса Блэка, Джеймса Поттера и Римуса Люпина за то, что хотя бы сейчас, мне никто не задает лишних вопросов о том, зачем я это делаю.»       На этих строчках губы Тени расплывались в самой искренней улыбке. Она была на два года младше этой троицы, поэтому при виде компании стеснялась и зажималась в себе. Ее знакомство с ребятами произошло, когда Сириус Блэк переехал в дом к семье Поттеров. Комприус Кроули был хорошим другом Флимонта Поттера, там он и познакомился с Сириусом и Римусом. Пару раз Комприус видел и Питера Петтигрю, но тот ему совершенно не понравился. Будучи частым гостем в доме Поттеров, волшебник был хорошим другом и для мальчиков, даже пару раз он приглашал их домой, там Тенерия и познакомилась со старшекурсниками. Друзья не отказывались от общения с девочкой, а наоборот, были очень дружелюбны. Ближе всех для Тени оказался Сириус, который общался с ней больше всех. После того, как у Джеймса и Лили появился ребенок, Блэк хотел поделиться счастливой новостью со всеми вокруг, так Тенерия и узнала о появлении на свет Гарри Поттера.       Ах, вот и эти странные закорючки. Тенерия подняла палочку и, повторяя символы в воздухе, проговорила: «Арканум». Тонкие черные буквы проявлялись на листе, и теперь написанное можно было прочесть:       «Тенерия, я знаю, что ты в Хогвартсе, поэтому пишу тебе и прошу твоей помощи. Помнишь, о чем я попросил тебя, когда ты уходила из Азкабана? Так вот, я знаю, что Беллатриса на свободе, более того, за мной следят, и я боюсь, что если я попадусь, то они доберутся до него. Поэтому я прошу тебя присмотреть за Гарри. Я доверяю Дамблдору, но так мне будет спокойнее. Будь осторожна, Хогвартс сейчас не самое надежное место. Надеюсь, что скоро увидимся. Спасибо и удачи!       P.S. Мне пришлось попотеть над этим филином, не пугайся, когда он исчезнет — это запланировано.

<right><right><right><right>

</right></right></right>Бродяга.»       Если Сириус насторожился, то значит все слухи, которые ходят вокруг, действительно правда. Сумасшедшая волшебница Беллатриса Лестрейндж на свободе, а значит, многие из ее шайки скоро свободно смогут разгуливать по улицам. Более того, Темный Лорд мог действительно вернуться, а это значило только то, что теперь его желание добраться до Поттера станет в сто раз сильнее. Тенерия подошла к разожжённому камину и выбросила письмо — она прекрасно понимала, что такие вещи, да и от Сириуса, оставлять у себя не стоило. Танец огня отвлекал девушку, и та погрузилась в мысли о том, что, скорее всего, ее жизнь так и останется вечным перепадом хорошего и плохого, а спокойствие наступит только после смерти. Ночные раздумья прервал сильный стук в дверь. Кроули будто бы проснулась и, еще не придя в себя, открыла дверь комнаты. Перед ней стояла до невозможности взволнованная Минерва Макгонагалл. — Тенерия, срочно в подвал к профессору Снейпу! — Женщина говорила громко и быстро, отчего информация превращалась в кашу. — Чччто? Что происходит? — Накидывая поверх ночного платья мантию, недоумевающе переспрашивала Тени. — Поттер… С ним что-то происходит, быстрее! — Времени на беготню по этажам не было, поэтому преподаватели трансгрессировали и через секунду уже находились в подземелье. На каменном столе лежал Гарри, которого держал Снейп. Мальчик дергался и выкрикивал какие-то слова. На стульях сидели Рон и Гермиона, встревоженные происходящим. Рядом с Грейнджер сидел Дамблдор, который пытался успокоить испуганную девочку. — Что с ним? — Пытаясь разобраться в суматохе, спросила ведьма. — Он спал, а потом, когда все стали приходить, даже не проснулся от света и шума. Я подумал, что он просто сильно устал. А потом он начал бормотать во сне что-то типа: «Неет… Я не позволю… Убирайся…». Я решил его разбудить, но он не просыпался, я позвал Гермиону, но когда она пришла, Гарри был весь в холодном поту, дергался, кричал… — Рон был напуган, он то и дело смотрел на трясущегося друга, которого держал зельевар. — Я не смог проникнуть в его сознание, профессор. Там блок, такого я еще не видел. Тут нужна только Ваша помощь. — Напрягаясь и отвлекаясь на Поттера, прошипел Снейп. — Профессор, но… — Повернувшись к Дамблдору, Тенерия хотела возразить, но тот только отрицательно покачал головой, давая понять, что другого пути нет.

<center>

</center>***       Мальчик вертелся, как уж на сковородке, пока Кроули готовилась проникнуть в самые глубокие закоулки сознания. Волшебница встала рядом с Поттером, переведя дыхание, закрыла глаза и принялась читать древние строки. Из ее слов мало что было понятно, язык, на котором были написаны эти заклинания, уже давно забыт, поэтому большая часть слов осталась непонятой. «Верум аперта», — слова пролетели над головами присутствующих, и преподавательница упала на рядом стоящий стул, войдя в транс. В кабинете повисла тишина. Ни мальчик, ни преподаватель не двигались и не издавали звуков.       Темные коридоры, какие-то приглушенные крики и вспышки света, ничего из этого не соответствовало разуму и сознанию юного парня, но тем не менее Тенерия пробиралась именно через эти образы. Чем дальше она шагала по темноте, тем сильнее был слышен неизвестный шепот: «Гарри, откуда в тебе столько глупости? Прими то, что ты проигрываешь. Твои родители уже проиграли…», — вспышка, еще одна и опять пустота. «Ты же слышиш меня, мой шепотом, Поттер… О, ты не один…», — голос вдруг притих, из ниоткуда подул легкий ветер и колыхал пряди черных волос, будто бы это происходило вовсе не в голове у мальчишки, а в реальном мире. — Не думал, что ты окажешься здесь. Что ж, благородно и даже очень. — Зловещий голос теперь витал в воздухе ближе к незваной гостье. — Думаю, мне не нужно презентовать себя. Хотя… мы лично не знакомы… Лорд Волан-де-Морт, леди. — Шипение проникало в голову и отдавалось эхом. — Невероятно, сразу двое… — Люмос максима! — Игнорируя Лорда, Тени зажгла яркий свет на конце палочки и стала идти вдоль коридора. Голос шипел и рассказывал о смерти и вечности, боли и страданиях, но ей ничего не оставалось, кроме того, как искать ту самую стену, возведенную злым волшебником. — Как же интересно наблюдать за попытками предателей крови спасти это жалкое тело. Этому мальчику суждено умереть… Сколько же еще волшебников должно пропасть из-за него… — Голос Лорда гипнотизировал девушку, виски начали странно пульсировать, в ушах появился странный гул. Пройдя еще немного, впереди показался огонек, а подойдя ближе Тени увидела завесу черного дыма, через который едва ли пробивался луч света. Темная материя окутывала все воспоминания, воспроизводя самые ужасные моменты в жизни Гарри. Волан-де-Морт устроил настоящее сумасшествие в голове четверокурсника, погрузил его в глубокий сон и оставил наедине с призраками прошлого. Отовсюду слышались обрывки разговора, голоса каких-то людей, смех и радостный гул. Часть черного занавеса спустилась к гостье и стала обволакивать пространство вокруг, на одеяле из зловещего дыма стали появляться отрывки воспоминаний Гарри: вот Лили держит его на руках, и малыш, смеясь, улыбается зеркалу. А вот то самое зеркало разбито в щепки, на осколках стекла лежит бездыханное тело матери, за окном слышатся раскаты грома, небо озаряют страшные молнии, и завывает жуткий ветер. Хотя нет… Вот Сириус держит крестника на руках, он показывает ему игрушки, поднимает малыша вверх и играет с ним в самолетик. А это воспоминание с прошлого года, прямо перед их прощанием. Картина вихрем переменилась. Сириуса арестовали. Он кричит и вырывается, пытается объяснить что-то, но его никто не слышит. Дементоры кружатся над ним, как стервятники над падалью. Жуткие крики заключенных, в соседней камере слышатся вопли какой-то девушки, а вокруг молчание и приглушенные молитвы о том, чтобы стражи не пришли в их камеру.       Гарри не мог видеть всего этого, это были не его воспоминания. Волан-де-Морт впускал в его сознание произошедшее с единственным самым близким человеком для мальчика – Сириусом Блэком. Кто-то забрал его воспоминания, неужели Бродяга не успел скрыться? Тем временем в кабинете Снейпа царило напряжение. Рон стоял у стола и на каждое движение слышал замечание от преподавателя: «Мистер Уизли, если Вы прикоснетесь к кому-то из них, то я лично отрублю Вашу руку». Альбус прекратил успокаивать напуганную гриффиндорку и молча стоял рядом с деканом. — Что это может быть, Северус? — Кто-то перекрыл его связь с физическим миром, сейчас он заложник самого себя. Я не мог увидеть его мысли и воспоминания, все закрыто. — С сожалением и волнением произнес Снейп.       Вдруг тела задвигались. Тенерия крепко сжала руку Гарри, а палочка в другой руке стала странно светиться. Губы девушки почти незаметно шевелились, в то же время по телу мальчика бежала легкая дрожь.

<center>

</center>***       Поток темной материи кружил вокруг Тенерии, он пытался дотронуться до нее, и с каждым касанием силы куда-то уходили, дышать было крайне тяжело… Волшебница достала палочку и, закрыв глаза, стала произносить слова на каком-то Богом забытом языке. Голос Лорда усиливался, уши закладывало от непонятного шума, сознание мутнело, ноги не держали, отчего колдунья, не удержавшись, упала на колени. Заклинание продолжало литься из уст, с каждым произнесенным словом кулон на ее груди начинал светиться белым светом. Удушающий дым, будто бы живой, стал отлетать от свечения. — Что ж.…Я дам тебе возможность почувствовать себя сильнее… Это наша не последняя встреча, Кроули. — Смеясь, шептал змеиный голос. — Свет становился все сильнее, темнота стала развеиваться. Стена, возведенная Тем-чье-имя-нельзя-называть, стала давать трещины, через которые пробивалось множество лучей. Трещины соединялись в одно, и магическая преграда разлетелась, не оставляя от себя и следа. Постепенно темные коридоры стали превращаться в старую добрую гостиную Гриффиндора. Там было уютно, на стенах висели портреты Лили и Джеймса Поттеров, Сириуса Блэка и Римуса Люпина, а вот улыбаются Рон и Гермиона, чуть дальше с полотен машут и приветливо кивают головами Хагрид, Фред и Джордж вместе с Мистером и Миссис Уизли, над письменным столом висела картина с изображением Альбуса Дамблдора, который, поймав на себе взгляд волшебницы, поднял бокал с вином. Ведьма уже подходила к двери, как ее окликнул приятный женский голос: «Спасибо Вам», — это была Лили Поттер, на своих руках она держала малыша Гарри, который мирно спал. Дверь гостиной открылась, и все залило ярким белым светом.       Гарри открыл глаза и тяжело задышал. Снейп немедленно побежал за каким-то пузырьком и сразу же протянул его мальчику. — Пейте немедленно, Поттер, до конца, я слежу. — Увидев перед собой преподавателя Зельеварения, мальчик не стал долго думать и влил в себя странную жидкость. Это было самое ужасно, что он пил когда-либо, конечно, после оборотного зелья. Мелкая дрожь прошла, на лице появился легкий румянец, и Гарри начал спокойно дышать. Первой обнимать друга кинулась Гермиона, а после и Рон протаранил своих товарищей. — Мисс Кроули? — Дамблдор медленно подошел к преподавателю и аккуратно потрогал ее за плечо. — Северус? — Альбус повернулся к зельевару. Северус обернулся, он был удивлен тому, что в себя пришел только Гарри, и сразу после осознания этого его пробило сильное переживание. Достав палочку, он довольно громко произнес: «Легилеменс!».       Нити воспоминаний переплетались между собой, выдавая волшебнику цельную картину того, что сейчас было в голове у Кроули. Сейчас он видел ее жизнь в Азкабане: холодные и сырые камеры, дементоры, обезумевшие заключенные, дождь и ветер, молнии и гром. Перед одной из камер стоял черный силуэт женщины. За железными решетками на неизвестную даму смотрела совсем юная девушка, она рвалась к черному силуэту, но к ее рукам были прикованы кандалы. — Пожалуйста…умоляю… — Сквозь слезы шептала девчонка. — Я не виновата… — Ты поймешь все потом, дорогая… Ты совсем не виновата, скорее это моя вина, детка… Я люблю тебя… — Тень Саниты растворилась в воздухе, оставив дочь одну. Увиденное вселяло ужас, отчего Снейп попятился назад. По правую сторону от него были поросшие плесенью каменные комнаты, из которых вылетали дементоры, а на полу лежали обессиленные тела преступников. Один из стражей Азкабана направился к камере, в которой сидела еще совсем молодая Тенерия Кроули. — Стоп! Нет! — Северус закричал в пустоту. Он достал палочку и, переходя на крик, произнес: «АНИМОЗУС!»       Преподаватель ЗОТИ очнулась от страшного сна в окружении своих учеников, Альбуса и Минервы Макгонагалл. Профессор Снейп стоял около стола с ингредиентами для зелий и готовил какой-то отвар. — Профессор Дамблдор, Гарри нужно в больничное крыло. — Пытаясь встать, говорила Тенерия, но она была слишком слаба. — Я в порядке, Мисс, правда, спасибо Вам. Но что это было? — Спросил Гарри, допивая какую-то очередную непонятную жидкость, приготовленную Снейпом. — Это был Он, Гарри. Директор, я слышала его, он говорил со мной. — В комнате повисло напряженное молчание. — Профессор Макгонагалл, отведите детей в гостиную, им нужно отдохнуть. — На просьбу директора Минерва кивнула и сказала троице идти за ней. В отсутствии учеников Тенерия рассказала все, что знала: про Сириуса Блэка, про Темного Лорда, про украденные воспоминания крестного Гарри. Альбус молча выслушал рассказ. — Мисс Кроули, Вам надо отдохнуть так же, как и ребятам. Завтра мы все обсудим, а пока отправляйтесь к себе.        Во время рассказа Северус передал коллеге склянку с каким-то варевом, утверждая, что это придаст ей сил. После пары глотков девушку стало клонить в сон, а через несколько минут она отключилась прямо в кабинете зельеварения. — Северус, друг мой. Вы же знаете, где можно найти Сириуса. Если Лестрейндж действительно добралась до Блэка, то Гарри находится в большой опасности. Я очень прошу Вас отправиться к нему, совы сейчас – крайне опасное средство общения. — Дамблдор был серьезен как никогда, сейчас он осознал, в какой опасности находится не только Гарри Поттер, но и вся школа. — Я понял Вас, директор. — Снейп кивнул в знак согласия, складывая коренья и травы по местам. Северус вовсе не хотел подвергать себя риску, тем более из-за какого-то Сириуса Блэка, но подвести мастера он не мог. Зельевар попрощался с директором и направился к себе в комнату, моральные силы мужчины были на исходе, и вместо обдумываний предстоящих дней он просто погрузился в сон.       Все остальные в Хогвартсе наслаждались волшебной ночью, осознавая, что после чудесного бала наступают зимние каникулы. Трое друзей крепко спали в своих комнатах, и на этот раз они могли не бояться путешествовать по царству Морфея — им ничего не угрожало.