«Какая неожиданная встреча, принцесса»

– Это была самая ужасная неделя в моей жизни! – возмущался Чимин, выйдя с Тэхёном из больницы. Они шли к машине Сокджина, который с нетерпением ждал их на парковке. – Обычная больница, чем тебе не нравится? – спросил парень, проскакивая в открытые ворота. – Везде одно и то же. Отвратительные соседи по палате, врачи будят ни свет ни заря, скучно так, словно можно умереть от этого, – он закатил глаза и выглядел так, будто был там год. Парни подошли к машине, возле которой стоял Джин, а на заднем сидении сидел Юнги, уткнувшись в телефон. Старший на радостях обнял парня и поздравил с выздоровлением, забрал все сумки, в которых были вещи и лотки от еды, и поставил в багажник. Тэхён быстро проскочил на переднее пассажирское сидение, пристегнулся и со зловещей улыбкой посмотрел на друга. Чимин недовольно вздохнул и закатил глаза, но открыл заднюю дверь и сел в машину. – Привет, – коротко сказал Чимин мятноволосому и достал свой телефон. – Добрый день, – ответил Юнги и даже не поднял свои глаза. Кажется, с ним всё же что-то не так. Пак уткнулся в свой телефон и воткнул наушники в уши. Он заметил, что оправа на очках Мина не треснутая, соответственно, он купил новые. Тэхён с Сокджином о чём-то весело болтали и смеялись, а за окном сильно светило солнце. Юнги ни на кого не обращал внимания, ни с кем не общался, и Чимина это вводило в какую-то тоску. Рыжий изредка бросал на парня мимолётные взгляды, но ни один из них не был замечен парнем. – Эй, ты, может, с нами пообщаешься, а не в телефоне будешь залипать? – Тэхён начал махать рукой перед Чимином, неестественно вывернув своё тело назад. – Я у тебя уже два раза спросил, хочешь ли ты заехать за мороженым? – Я так соскучился по мягким поверхностям, что не хочу никуда выходить, – промямлил Чимин и откинул рыжую макушку назад. – Так мы вдвоём с Джином сходим, а вы с Юнги посидите здесь, – Тэхён покосился на Мина, а тот посмотрел на него в ответ, и как-то парень сразу буквально осел от этого взгляда. – Ладно. Только я буду шоколадное, – пожал плечами парень и снова уставился в телефон, будто там было что-то уж очень важное. Они проехали ещё некоторое расстояние, и Сокджин аккуратно притормозил возле какого-то кафе. Видно было, что он часто сюда приходит. Тэхён отстегнул ремень безопасности и вышел из машины, а следом за ним и старший, они ушли, разговаривая о чем-то, явно найдя общий язык тогда в баре. – Что с тобой не так? – спросил Чимин у отстранённо сидящего Юнги, который так и не поднял своего взгляда. – А что со мной не так? – это были его первые слова, сказанные за всю поездку. И, видимо, они были адресованы не Чимину, а сидению Тэхёна, потому что смотрел он именно туда. – Почему после того, как ты сам просил у меня поцелуй, ты больше ни слова мне не сказал нормально? – Пак свёл брови и правой рукой хотел повернуть лицо Юнги к себе. – Посмотри на меня. – Всё в порядке, – мятноволосый перехватил чужую руку за запястье, а Чимин в недоумении смотрел на свою ладонь. – Знаю я это ваше «всё в порядке», – Чимин попытался сделать свой голос ниже, чтобы звучать более грубо, но выходило не очень хорошо. – Я просто не хочу влюбляться, – Юнги прикрыл глаза и глубоко вздохнул, но всё так же держал чужую руку. – Что? – переспросил парень, а недоумение на его лицо переросло в ещё большее недоумение. Скорее, теперь это было непонимание. – Почему всем подобные фразы нужно повторять по два раза? – Юнги открыл глаза и уставился на Чимина, который, сидя с открытым ртом, напоминал рыбу. – Я не собираюсь и тебе повторять дважды, ты не глупый мальчик. – Тебя никто не заставляет влюбляться, – кажется, сведённые брови скоро начнут дрожать из-за напряжения, а рука отсохнет, потому что Юнги сжимает её слишком сильно. – Ты заставляешь, – шепчет Юнги и притягивает парня за руку так, что вторая рука Чимина совершенно случайно падает на бедро Юнги, чтобы удержать от окончательного падения. Мин выжидает несколько долгих секунд и целует чужие пухлые губы. Снова. И ему никогда не надоест это делать, потому что их мягкость и вкус всегда будут отдаваться чем-то приятным на периферии его сознания. И дрожащую чужую руку, которая уже не хочет выбраться, тоже запомнит. А Чимин запомнит тонкие пальцы, окольцовывающие его худое запястье, и контраст цвета кожи. Они оба запомнят, как Джин с Тэхёном открыли двери, а парни друг от друга отскочили, словно ошпаренные, а затем смущённо вытирали губы. И короткое сообщение от Юнги: «Я не хочу больше пересекаться с тобой, потому что не хочу отношений с парнем». Тэхён, словно ничего не заметив, протянул Чимину его шоколадное мороженое, которое было в картонной коробочке. Вкусно, но грустно. И обидно. Всю оставшуюся дорогу парни на заднем молчали, а те, кто впереди, так же продолжали обо всём болтать.

***

Чимин зашёл в квартиру и с разбега прыгнул на тэхёнов диван, на котором разложился звездой. Он лёг лицом в подушку и пролежал так около минуты, а затем спросил у подошедшего друга: – Почему мне всегда попадаются мудаки? Почему нельзя просто быть нормальным, чтобы всё было хорошо? – Видимо, ты только мудаков и приманиваешь, – Тэхён на секунду задумался, а затем продолжил. – А сейчас что не так? Кто этот очередной мудак? – Какая разница? У меня так никогда не будет красивой истории любви, как в фильмах, и я обречён на вечные страдания, – он лежал и бубнил себе под нос в подушку, так и не поднимая лица, – и жизнь среди кретинов, которые пишут мне: «Прости, я не хочу встречаться с парнем». – Не все в мире геи, – Тэхён подал плечами и улёгся на спину рядом с другом. – Да, сначала вы целуетесь, лапаете друг друга, он сам просит поцеловаться, а потом он не гей. Это звучит, как тупой анекдот, – Чимин так же перевернулся на спину и, сведя брови к носу, уставился в потолок. – Бред. – А может, вовсе и не бред, – ответил Тэхён и встал с дивана, направляясь на кухню. – Сегодня у нас пельмени. Сокджин, кстати, неплохо готовит. – Ага, я только его едой и питался в больнице. Чимин встал с чужого дивана и пошёл к себе в комнату. Он вдохнул запах родных стен и был так сильно рад своему возвращению домой, что сразу начал разгребать бардак из вещей, которые валялись везде, где можно. Чимин разделся до нижнего белья, потому что мечтал это сделать, пока был в больнице. Он начал перебирать в шкафу одежду, хотя многое из всего этого можно было бы и выкинуть. – Тэхён! – кричит Чимин из своей комнаты, держа большую пушистую вещь в виде белки-летяги. – Что у меня в шкафу делает твой кигуруми? – Я когда стирал почему-то подумал, что это твоё, – стоя в дверном проёме, пожал плечами друг и забрал вещь. – Там пельмени скоро сварятся, так что подходи. – Хорошо, – ответил Чимин, а сразу после этого более тихим голосом добавил: – Ого, это до сих пор здесь лежит... Чимин надел первую попавшуюся толстовку на голое тело и достал то, что лежало в этом шкафу уже пару лет. Чёрные чулки всё ещё выглядели как новые, поэтому Пак решил их примерить. Он надел специальный пояс, аккуратно натянул чулки с кружевной каёмкой, пристегнул к ремешкам и посмотрел в зеркало, которое было на дверце шкафа. Чимин рассмеялся, потому что ему казалось это смущающим, но в то же время смешным, и на его уже накачанных бёдрах они смотрелись не так красиво, как раньше, но всё так же сексуально. Он вышел из комнаты, чтобы показать находку другу, слегка натянул толстовку вниз. – ...так что могу предложить тебе только ко... – не договорил Тэхён Мину, который сидел на стуле с какой-то папкой в руках. Чимин замер в дверном проёме и даже буквально почувствовал, как его ноги вросли в пол. По телу пробежались две пары изучающих глаз, а смех парня затих, и от него остался лишь нелепо открытый то ли в недоумении, то ли в удивлении, рот. – Что ты здесь делаешь? – спустя пару минут затяжного молчания спросил Чимин и натянул толстовку чуть сильнее. – Пришёл отдать тебе какие-то документы по работе, которые забыл тебе отдать Сокджин, – ответил Юнги, смотря прямо в глаза парню. – Это что, моя толстовка? – Что? – парень посмотрел на вещь, которая была надета на нём, и понял, что да. Это толстовка Юнги, которая валялась на полке полгода. Именно она. – Чёрт, подожди. Чимин, не думая, стянул кофту, стоя всё так же в дверном проёме, и ровно сложил её, чтобы она не помялась. Тэхён стоял всё так же в удивлении, пока сзади него не начала шипеть вытекающая из кастрюли с пельменями кипящая вода. Юнги медленным взглядом прошёлся по оголённому телу парня и словно случайно облизнулся, но сразу забрал толстовку и отвернулся. – У тебя ещё моя футболка, – сказал он слегка севшим голосом и положил вещь на колени. Чимин, словно ошпаренный, вылетел из кухни и захлопнул за собой дверь. Он начал искать чужую футболку, которую, наверное, куда-то задевал Тэхён. Пак перерыл в секунды весь шкаф и ничего, кроме его личных вещей. Он посмотрел на стуле с одеждой, в комоде, на кровати и даже под ней. Ничего. Сидя на полу на сложенных под собой коленях, Чимин смотрел на кровать и думал, куда он мог деть вещь. Дверь в комнату тихо приоткрылась и сразу же закрылась, и по аромату чужих духов парень уже понял, кто это. – Прости, я не могу найти её, я куплю тебе новую, – говорит Чимин и всё так же продолжает сидеть на полу. – Что это? – спокойно спрашивает Юнги, опираясь спиной на дверь. – Зачем ты надел их? – Ну, во-первых, я не знал, что ты придёшь, – Чимин тут же поменялся в лице и свёл в лёгком возмущении брови. – А во-вторых, это не твоё дело. Моя квартира и делаю в ней всё, что захочу. – Тебе идёт. – Заткнись и выйди. – А если не выйду? – Я сам тебя вытолкаю. – Попробуй. Чимин встал и уверенными шагами направился к старшему, который в своих очках совершенно не выглядел угрожающе. Он хотел развернуть Юнги за плечо, но его руку перехватили в полёте и резким движением прижали грудью к двери, а руки больно заломали сзади. – Неплохая реакция, – сказал Чимин, прижимаясь щекой к холодной древесине. – Неплохие чулки, – ответил Юнги, но не приближался телом ближе. Он отпустил чужие руки, и ему в линию подбородка прилетел чужой кулак. – Заткнись. У меня достаточно силы, чтобы дать тебе отпор. – Почему ты сразу дерёшься? – с улыбкой спросил Юнги и прижал руку к челюсти. – Потому что ты кретин и потому что ты не имеешь права прикасаться ко мне без моего согласия, – Чимин обошёл его и присел на кровать в ожидании, когда старший уйдёт. Юнги не уходил. – Я вообще не могу понять тебя. – Зато ты мне понятен, – ответил Мин, подойдя к чужому компьютерному столу и разглядывая разные статуэтки и диски, которые уже слегка покрылись пылью. – Уходи, – говорит Чимин, слегка прищуривая глаза. – Почему ты так негативно настроен? – спрашивает Юнги, проводя пальцем по одинокой пыльной полке. – Я не был настроен негативно ровно до тех пор, пока ты не начал переходить границы, – Чимин выдохнул и закутал плечи в одеяло, чтобы тело выглядело не таким обнажённым. – Мы не в сопливой дораме, где я должен позволить тебе всё только потому, что ты старше. Или потому что мы пару раз целовались. – Тогда я уйду, – говорит Юнги, подходя к двери и поворачивая голову к Чимину, который сидел и неотрывно изучал рисунок линолеума, словно никогда в жизни его не видел. – Уходи, – прозвучало так, будто одним словом можно было передать всю его палитру эмоций: от радости до негодования, преодолевая злость и эйфорию. Входная дверь хлопнула, а чулки с треском разодрались пальцами их владельца. Невесомая ткань с отчаянием пролетала куда-то в сторону рабочего стола, а белая мягкая подушка впитала в себя крики безысходности и гнева.