Средневековое безумство

Глава 7. — Малиновский, она знает, она всё знает, ты понимаешь?! — бегал Жданов по кабинету вице-президента. — Андрюх, да сядь ты и не мельтеши! — не сдержался Малиновский, уже пятнадцать минут выслушивающий хаотичный рассказ друга о вчерашнем вечере. Андрей сбросил пальто и сел в кресло. Малиновский заботливо протянул ему стакан воды: — На, выпей и давай всё подытожим. Жданов сделал пару глотков воды, и устало откинулся на спинку кресла. Малиновский с задумчивым видом начал перечислять: — Итак, Катя сама предложила поехать в «Лиссабон», потому что услышала наш с тобой разговор о выборе места. Обиделась, что вполне логично. Там она вышла поговорить по телефону, а когда вернулась, то сразу сбежала. Андрей кивнул, и Роман продолжил: — А кому она звонила? — Домой, наверное, её же отец постоянно контролирует. — А если нет? А может она звонила Зорькину? Или ещё кому. — Кому, Ром? Мы же убедились, что у них с Зорькиным ничего нет. — Хорошо, это опустим. Но с чего ты решил, что она всё знает? И что это всё? — Всё, это про все наши с тобой подозрения, и про ухаживания за ней из-за «НикаМоды», — Жданов заговорил тише и подался к другу. — Ты ещё скажи, что она читала инструкцию, — усмехнулся Малиновский. Андрей по инерции тоже улыбнулся, но через мгновение оба замерли, поражённые случайно вырвавшейся мыслью. — Инструкция! — Жданов подскочил на месте и указал рукой на стол, на котором и нашёл пакет с инструкцией. — Я же и забыл о ней, и о подарках этих, и открытках! — А что, что ты с ней сделал? — Малиновский тоже встал и уставился на стол. — Порвал и выкинул. Я даже и не знаю, что там написано, пробежался глазами по первым строкам. А что, там было всё очень подробно? — О, не просто подробно, а ещё и с юмором, — Роман слегка припомнил текст и уточнил: — С таким, знаешь, немного специфическим юмором. — То есть, если Катя видела инструкцию… — лицо Андрея приобрело серый оттенок. — Тогда нам крышка, — Малиновский схватился за голову, — она нас уничтожит. — Малиновский, что ты там написал? Ты… ты оскорблял Катю? — Андрей подошёл и навис над другом. — Я написал правду, ну немного приукрасил, — видя распалившегося Жданова, осторожно ответил Роман. — Рома! Ну зачем, а?! Зачем?! — Да я не для неё писал, а для тебя. Чтобы ты немного расслабился, посмеялся. И вообще, мы не знаем наверняка, читала ли она, — Малиновский сел на своё место. — Хорошо, допустим, Катя не читала, тогда откуда она всё знает? — Андрей последовал примеру друга и сел за стол. — Андрюх, — успокаивающим тоном сказал Малиновский, — мы знаем только то, что Пушкарёва слышала наш вчерашний разговор. — Допустим, — кивнул Жданов, — а к чему тогда появление этого Зорькина с отчётом? Ты помнишь, как нам вчера не понравились его слова? — Возможно, твоя Пушкарёва просто слышала какой-то предыдущий наш разговор. В общем, всё нужно сначала проверить. Понаблюдать. Правда времени совсем не остаётся, совет не за горами, а нам нужен отчёт. Правильный. Так что ты пойди, договорись насчёт него. Может, стоит открыточку написать? — он залез в стол и достал пару пустых экземпляров. — Нет, Ром, не буду. — Ну, смотри сам, — пожал тот плечами. — Кира ещё эта! Как же мне всё надоело! — взвыл Жданов и пошёл в свой кабинет. Всё утро Андрей вслушивался в Катин голос, пока она общалась с партнёрами. Голос был вполне себе живым и доброжелательным. Он всматривался в её лицо, пытаясь прочитать следы тревоги или обеспокоенности, которые могли бы выдать знание всей правды об их отношениях. Но Катя была любезна и спокойна, вполне себе привычная такая Екатерина Пушкарёва. Ближе к двенадцати ей позвонил Зорькин, Андрей особо не вслушивался в их разговор, но для себя отметил, что голос у Кати стал более встревоженным под конец разговора. Не в силах больше мучиться в догадках и терпеть расстояние, Андрей шагнул к ней в каморку и прикрыл дверь. — Как наши дела, Катюш? — Вы об отчёте? — она оторвала голову от бумаг и посмотрела на Андрея. — Я уже приступила к его подготовке. Андрей взял табурет-лесенку, приставил к столу помощницы и сел на него. — Нет, я не об отчёте, — он попытался взять её руку, но она мягко отодвинулась в сторону. — Нам так и не удалось вчера поговорить, Вы от меня сбежали. — Да, у меня были дела, и я торопилась. К тому же я не вижу темы для беседы. Все рабочие вопросы мы прекрасно можем решить в офисе. За «НикаМоду» Коля вчера отчитался. Отчёт в разработке. Что-то ещё? — Да, Вы меня избегаете. — Нет, вернее это не совсем так. У Вас своя жизнь, друзья, невеста и свой круг общения. Я же случайность, возникшая по необходимости. — Ваши слова звучат как-то неоднозначно и странно. — Но и Ваше поведение отнюдь не прямолинейно. Андрей подскочил, открыл дверь и вышел в свой кабинет, сделал там круг и забежал обратно. Подойдя к Катиному столу, он наклонился и навис над девушкой. — Объясни мне, наконец, что происходит?! Ещё совсем недавно ты меня любила, вернее, говорила, что любишь, а сейчас избегаешь. Что произошло в эти дни? Что или кто повлияло на тебя? Или может те слова были ложью?! Катя опустила глаза и сказала очень тихо: — Я не обманывала. Я никогда Вас не обманывала. Услышав эти слова, Андрей выдохнул, осторожно обошёл стол и присел перед девушкой на корточках. — Кать, я хочу, чтобы всё было как раньше, — он взял её руку и поцеловал запястье, — чтобы ты мне радовалась. Хочу видеть твою улыбку. Катя широко распахнутыми глазами, выражающими безмерное удивление, смотрела на Андрея. — Но зачем? Я не понимаю. — Я люблю тебя, — он привстал с намерением поцеловать девушку, когда из его кабинета раздался резковатый голос. — Андрей! Жданов, ты там? Выйди, пожалуйста, сюда, — судя по интонации, Кира готовилась к бою. Катя дёрнулась, оттолкнула Андрея и развернулась на кресле к стене, от отчаяния закрыв лицо руками. — Кать.., — Андрей растерялся и потянулся к ней. — Идите, ну идите же, Вас зовёт невеста, — резковато ответила помощница, не оборачиваясь. — Это ничего не значит… — попытался оправдаться Жданов. — Андрей? Мне долго ждать? — поторапливала Кира. Вздохнув, несчастный президент компании вышел в свой кабинет, прикрыв поплотнее дверь. Чтобы остановить, готовые вот-вот политься слёзы, Катя по совету Юлианы сделала несколько глубоких вздохов. «Зачем он так со мной поступает? — непонимающе спрашивала она себя. — Ему нужен был липовый отчёт, я согласилась и сейчас его готовлю. Они с Малиновским волновались насчёт «НикаМоды», Коля отчитался. Что же ему ещё нужно? Зачем он меня так мучает?» За дверью в кабинете президента шумела Кира, обвиняя жениха в том, что он проводит время со своей помощницей больше, чем с ней. Андрей ей что-то вяло отвечал, и Катя не выдержала. Натянув на лицо маску безразличия, она резко открыла дверь. На неё удивлённо устремились две пары глаз. — Ой, — деланно прижала Катя руку к груди в обманно правдивом жесте, — а я вас и не слышала. Она медленно и степенно, прошла через весь кабинет и вышла в приёмную: присутствовать при скандалах руководства, обсуждающих свою личную жизнь, она больше не хотела. Пройдя в холл, Катя обнаружила шушукающихся секретарей около ресепшн, судя по их возбуждённым лицам, обсуждаемая сплетня была грандиозной. Тропинкина попыталась позвать подругу поучаствовать, но она, сославшись на неотложные дела, пошла в сторону туалета. В проходе около копировального аппарата Катя столкнулась с Воропаевым. — Катерина Валерьевна, и снова мы с Вами встретились, — ухмыльнулся Александр. — А может это судьба? Может, Вам следует перейти под моё крыло? Сделав шаг в сторону, она ответила: — Вы верите в судьбу? Неожиданно. — Ну, Вы много чего обо мне не знаете. — Вы правы, но того, что знаю, достаточно чтобы сделать определённые выводы. Девушка обошла Воропаева и скрылась за дверью женского туалета. Воропаев со смешком посмотрел ей вслед: «Ещё неизвестно, Катенька, вполне возможно, Вы скоро поменяете своё решение». Вчерашняя презентация его нового бизнес-плана была принята положительно, один из партнёров согласился участвовать в управлении новой компанией и вложить приличный процент первичного капитала. Так как Воропаев вовсе не хотел в будущем делить своё детище с кем-либо, он взял паузу и решил использовать на 80% свои средства. Личных свободных накоплений не хватало, подставляться с кредитами не хотелось, поэтому он принял окончательное решение забрать свои акции из «Zimaletto» и продать. Именно с этой новостью он зашёл к сестре. Никакой поддержки от Киры он не получил, что было ожидаемо, и готовился к тяжёлому разговору со Ждановым-старшим. Впрочем, вызволение акций было лишь частью необходимого. Ему нужны были профессионалы, неординарные, перспективные, не развращённые откатами. Ветров был нужный человечек, но уж больно ушлый и довольно ограниченный. Его Александр предпочитал использовать разово, особенно после фиаско в «Zimaletto». Воропаеву была нужна Пушкарёва — умная, живая, преданная, ответственная, смелая. А так как своей Пушкарёвой у него не было, и было непонятно, где таких искать, он решил брать Ждановскую. Проточная вода своим журчанием и прохладой быстро привела Катю в чувство. Умывшись, она стояла и разглядывала себя в зеркало, облокотившись на раковину. Да, с таким внешним видом не в модном доме работать… Вот только как найти на всё время, если после работы она ходит к психологу? Возможно, сегодня стоит пропустить сеанс и посетить торговый центр? Или сбегать в обед и сменить хотя бы очки? — Катя, — не успела она переступить президентский кабинет, как попала в руки его хозяина, — мы не закончили разговор. Ни Кирины слова ничего не значат, ни приглашения. Я обещал отменить свадьбу, и я это сделаю. Катя отошла от Андрея на безопасное расстояние, позволяющее трезво мыслить, и обернулась. — Вы уверены, что это стоит делать? — Да, Катя, да! Как только пройдёт совет директоров, я всем всё объявлю. В каморке зазвонил старенький, перемотанный изолентой мобильный телефон и Катя, ничего не сказав Андрею, поспешила ответить. — Екатерина Валерьевна? — Да, это я. — Вас беспокоит администратор клиники «МастерДент». У Анатолия Викторовича появилось окно, сегодня в 14.00. Так как Вы встали в лист ожидания, я предлагаю Вам подъехать. Катя бросила взгляд на часы, было только 12.50, почти обеденное время. — Хорошо, я подъеду, здесь недалеко. Подскажите, пожалуйста, сколько времени займёт встреча? — Так, у Вас только осмотр и консультация, верно? — Да. — Думаю, уложитесь в полчаса, но в любом случае на каждого пациента у доктора отводится час времени. — Хорошо, спасибо. До свидания. — Ждём Вас в 14.00. Катя отложила телефон и задумалась, похоже, внешние обстоятельства снова вмешивались в её планы, впрочем, вопрос с зубами тоже был безотлагательный. Услышав, что Катя собирается на какую-то встречу, Андрей возмутился. Что же это такое, на него она времени найти не может, а на свои личные вопросы — пожалуйста. В его голове пронеслись слова сомнения Малиновского о вчерашнем Катином звонке с его телефона. А действительно, домой ли она звонила? Андрей вышел из кабинета и наткнулся на Клочкову, раскладывающую пасьянс на компьютере. — Чёрт возьми, Вика, когда нужно тебя нет на месте, а когда не нужно, ты здесь ошиваешься! — спустил он пар и решил спрятаться в кабинете вице-президента. Забежав к Малиновскому, он покачал головой на его немой вопрос и неистово стал просматривать исходящие вызовы. Ага, вот и незнакомый номер. Жданов мысленно выругался и нажал на кнопку вызова. Спустя несколько гудков ему ответил приятный мужской голос: — Добрый день, Катерина. Что-то случилось? Вы хотите подтвердить сегодняшнюю встречу или отменить? Андрей от неожиданности чуть не выронил телефон. Разозлившись, он буркнул первое, что пришло ему в голову: — Добрый день. Екатерина Валерьевна просила передать, что сегодня она с Вами встретиться не сможет. Работы у неё много. И, удовлетворившись мелкой местью, завершил разговор. Отшвырнув телефон в сторону, он сел на кресло напротив Романа: — Нет, ну ты представляешь?! Она вчера всё-таки звонила не отцу! — Она это Катя? — уточнил Малиновский. — Да! Мне, значит, сегодня утверждала «Я Вас никогда не обманывала», — передразнил Андрей Катины интонации, — а сама ходит с какими-то мужиками! — Да ты что? Наша тихоня оставила тебя вчера в ресторане и пошла на встречу с другим мужчиной? — отчего-то восхитился Роман. — Да, представь себе. Мало того, она ещё и сегодня собиралась с ним встречаться. — Собиралась? — Ну ты же слышал, я отменил встречу. Малиновский странно разглядывал своего друга, как будто видел впервые. — Андрюх, ты насчёт откорректированного отчёта что-нибудь выяснил? — Да, она уже к нему приступила. — Ну и замечательно. Раз так, тогда забудь, забудь про неё, про её встречи с неизвестными людьми. Подумай лучше о своей свадьбе, о Кире. Тебе тоже есть с кем приятно провести вечер. Андрей ничего не ответил, он вспомнил, что Катя подтвердила ещё какую-то встречу, и побежал в свой кабинет. На улице было холодно и морозно в этот ранний час. Вдали, над рекой плыла небольшая туманная дымка, скупые солнечные зимние лучи пробивались из-за туч за горизонтом. Девушка, зябко куталась в чёрный утеплённый плащ с капюшоном, покрывающим голову. Рядом с ней в карете без опознавательных знаков сидела Мари, неожиданно ставшая единственной близкой подругой. Управлял каретой незнакомый молодой светловолосый мужчина, высокий, громогласный и жизнерадостный. Через несколько минут карета остановилась, девушки переглянулись, но дверь открылась, и перед ними появилось довольное лицо мужчины. — Мы на месте, мадемуазель, — Робер, кажется так его представила Мари, протянул руку и помог девушкам спуститься. Они оглянулись на стоящую перед ними небольшую часовню, освещаемую розоватым утренним светом. Мари подбадривающе сжала руку своей госпоже. Кики благодарно улыбнулась и, приказав себе быть смелой, сделала глубокий вдох и шагнула навстречу своему будущему. В часовне всё уже было подготовлено к свадебной церемонии: стояли зажжённые свечи, да и, благодаря разожженному камину, было довольно тепло. Впереди, у алтаря стоял молодой человек и священнослужитель, одетый как подобает для торжественных церемоний. — Пойдёмте, мадемуазель, я Вам помогу привести себя в порядок, — прошептала Мари и увела замершую девушку в небольшую келью. Кики сбросила плащ и оказалась одетой в хорошенькое платье. Подбирая одеяние, она отказалась от тяжёлого роскошного свадебного наряда, да и предназначалось оно для другого, нелюбимого мужчины. Она выбрала своё любимое, бледно-розовое платье, с прикрытым декольте. Голову она покрыла длинной фатой, которая была необходима в силу традиций и подчёркивала невинность невесты. Мари расправила юбку, поправила причёску и вуаль. — Желаю Вам счастья, мадемуазель, идите. Идите же, — слегка подтолкнула она онемевшую девушку. Они прошли обратно, в центральную часть с алтарём. — Позвольте, я заменю Вашего отца и проведу Вас к Вашему жениху, — предложил свою руку подошедший Робер. Кики кивнула, взяла его под руку и через несколько мгновений она уже была рядом с Andruet. Увидев лицо любимого, Кики наконец-то испытала облегчение и радость. — О, Катишь! — молодой человек поцеловал ей руку в знак приветствия, — Как же мне хотелось устроить для Вас пышную свадьбу, настоящее торжество. — Мой родной, всё просто прекрасно, это самое лучшее и восхитительное бракосочетание, — улыбнулась Кики, — ведь я сочетаюсь с Вами. Решив, что влюблённые обменялись необходимым количеством любезностей, монах прокашлялся, призывая к началу церемонии. Он уже было собрался читать псалтырь, как увидел закрытую дверь на улицу. — Дверь, нужно открыть дверь, — он указал рукой в сторону входа. — Церемония будет считаться свершённой только при открытых дверях. Это был всего лишь небольшой формализм, означающий, что любой посторонний человек мог быть свидетелем обетов и священных обрядов, дабы избежать предлога для расторжения брака. Робер открыл двери и в часовню засквозил свежий утренний воздух. Монах удовлетворённо кивнул и начал свадебный обряд. После обмена клятвами, все покинули гостеприимную часовню. Была длинная дорога в один из замков, принадлежащих семье Andruet. Насколько поняла девушка из сумбурных объяснений супруга, это был его личный дом, и пусть она не переживает, и чувствует себя в нём полноправной хозяйкой. После приезда была небольшая трапеза и демонстрация владений. Насыщенный волнениями день подошёл к концу, оставив тревоги позади и открыв для молодых общую спальню. Кики росла в родительской и братской любви, имела подруг, но в силу излишней родительской опеки также обладала природной стыдливостью и правильным христианским воспитанием. С юности, как и многие девушки она жаждала любви, а встретив Andruet и отдав ему своё сердце, ждала того момента, когда сможет разделить с ним их общее чувство. Пережив страх потери, сомнения, разлуки, почти смирившись с неизбежностью, Кики, наконец-то, благодаря судьбе, оказалась в объятиях любимого. В этом ярком ослеплении счастья она со всей своей глубинной нежностью и доверием отдалась своему супругу. Так и случилось, что в этот январский день Catherine-Antuanette Tournon de Meyres стала законной супругой Andruet-Philippe de Montmorency-Laval в небольшом Château de la Chasse. Катя внезапно проснулась, её разбудил морозный воздух, ворвавшийся в открытую форточку. Она встала и пошла поплотнее закрыть окошко. За окном падал снег, и Катя, завернувшись в плед, забралась на подоконник и стала смотреть на игру снежинок. Сон был очень позитивный, как и сегодняшний сеанс с Владиславом. Да, она снова в приоритет над внешним поставила внутреннее и вместо торгового центра пошла к психологу. Когда в конце рабочего дня в офисе появилась Юлиана и занесла счета к ней в каморку, Катя обрадовалась и стала рассказывать о сеансах. Юлиана с интересом всё выслушала, а потом спросила, с чьего телефона она последний раз звонила Владиславу. Катя, не задумавшись, ответила, что воспользовалась телефоном Жданова, так как находилась с ним на деловой встрече. Этот ответ развеял все сомнения Виноградовой и ответил на все вопросы, но лезть со своим знанием она к Кате не стала. Только рассказала, что сегодня днём Владиславу позвонил мужчина и сердито отменил запланированную на вечер встречу. Владислав предположил, что это тот самый мужчина, из-за которого все Катины проблемы, уж больно ревностно звучал голос. Катя от этих слов покраснела, но своё смущение перевела в возмущение: «Да как он смеет? Мало того, что я решаю все рабочие вопросы, пишу необходимые ему отчёты, он ещё и моим личным временем распоряжается!» Это Ждановское вмешательство и побудило Катю не откладывать сеанс гипноза. Тут же созвонившись с Владиславом, она извинилась за дневной звонок и подтвердила встречу. Правда её немного удивил его ответ, психолог сказал, что наоборот, очень рад этому звонку, значит, их с Катей работа уже начала приносить плоды. Поблагодарив Юлиану, которая вызвалась подвезти Катю, она наскоро попрощалась со Ждановым и выскочила из кабинета. Но больше всего её возмутила последняя выходка Андрея, когда оказалось, что он её поджидал у подъезда дома Владислава и попытался уговорить уехать с ним. Рассердившись, Катя прошмыгнула в салон подъехавшего такси, отправив Жданова к невесте. Интересно, а куда это с ним? К нему домой или… Андрей бежал по коридору за смеющейся босоногой девушкой в длинном светлом платье, внутри его всё клокотало от предвкушения, вспепоглощающего счастья, любви и нежности. Он нагнал её у двери в комнату и подхватил на руки, она доверчиво взяла его за шею, продолжая заливисто смеяться. — Попалась, — улыбнулся мужчина и, забежав в спальню, опустил девушку на огромную высокую кровать. Сам склонился над ней и быстро поцеловал губы, останавливая её смех. Девушка провела по его волосам, обвела пальцем бровь, прошла по щеке и прикоснулась к губам. Мужчина поцеловал её руку и убрал прядь волос, мешающую окунуться в глубину её глаз. Обхватив ладонями лицо любимой, он принялся покрывать его короткими поцелуями, спускаясь всё ниже. Глаза, губы, шея, ложбинка между грудей. Его тело ныло от ожидания единения и обладания девушкой, он коснулся губами небольшой родинки на груди и спустился ниже. Вот уже две недели они были женаты, две недели, отбросив всё и всех, изучали друг друга и тонули в собственном счастье. С того самого момента, как он увидел её в той часовне, в прелестном скромном платье и услышал успокаивающий ласковый голос, Andruet пребывал в радостном состоянии и благодарил судьбу за расторопность друга. С той их первой ночи на общей кровати, когда он, одаривая Кики любовью, взамен получил в той же мере нежность, благодарность и счастье, он в полной мере почувствовал себя супругом и продолжателем рода. Он ощутил неизведанную ранее ответственность и готовность быть защитником своей семьи перед людьми и Богом. — Ах, душа моя, — выдохнул он, вдыхая уже ставший родным аромат лаванды и тела любимой, — какая же Вы хорошая! Как же хорошо Вас любить! Я обещаю Вам, что буду таким, каким Вы хотите. Я буду о Вас всегда заботиться, о Вас и о нашей семье. Услышав в ответ ласковый и бессвязный шёпот супруги, он погрузился в чувственность и безграничную любовь. Андрей проснулся от какого-то лёгкого щелчка и сел в кровати. Но всё было тихо и спокойно, свет был выключен, Кира спала, отвернувшись к стене, в комнате царила сонная тишина. Он прошёл на кухню выпить воды, вернулся и лёг, повернувшись к окну и наблюдая водоворот снежинок. Этот сон был таким приятным и тягучим, что совсем не хотелось возвращаться в реальность. Повседневность его тревожила и мучила, как его тревожила и мучила Катя. Он не пошёл с Малиновским на обед, а повёз свою помощницу на, как он предполагал, личную встречу. Это было удивительно, но Катя как-то усмехнулась и легко согласилась, предупредив, что пообедать не удастся. Оказалось, что он переживал напрасно. Очутившись в стоматологической клинике и вдохнув ненавистный с детства запах лекарств, Андрей почувствовал себя идиотом. Но делать ничего не оставалось, и он мужественно сидел на кожаном диванчике в приёмной, листал какой-то неинтересный журнал, смотрел какой-то непонятный фильм и пил кофе, услужливо приготовленный администратором. Катя отсутствовала целую вечность, как ему показалось, но вышла довольная и счастливая через 40 минут. Когда они сели в машину, она доверительно ему сообщила, что совсем скоро перестанет быть «Мисс Железные Зубы». Эти её слова явно несли какой-то подтекст, но вот какой он так и не понял. Только возмутился, что она себя не ценит и обзывает такими нехорошими словами. На что она ему ответила ошарашенным взглядом. Впрочем, он воспользовался моментом, перегнулся к ней и поцеловал. Невзирая на стоматологический привкус лекарств, это был очень сладкий поцелуй, от него внутри Андрея разлилось тепло и его окутал так давно не ощущаемый запах свежескошенной травы и лаванды. А вот вечером его постигла неудача, Катя с ним ехать отказалась, а он так хотел понять, с кем она встречалась. Да и Кира стала возмущаться небольшой подушечке с лавандой, подаренной Катей, которую он попытался положить под свою подушку перед сном. Осмыслив прожитый день и волшебный сон, Андрей начал задрёмывать. И уже когда совсем засыпал, на краю сознания едва касаясь прошелестело воспоминание их с Катей ночи и маленькая родинка около её груди.