Камень цвета крови 2

Даламар дни и ночи напролет штудировал толстые тома летописей, заучивая все детали Гномьих Войн. Мысль о Конклаве давно покинула его и не тревожила боле, теперь уже вся голова эльфа была забита предстоящими планами шалафи. Юноша совершенно не представлял, как Рейстлин доберется до Бездны, как откроет Врата и как после выберется оттуда. Вчитываясь в бесконечные строчки, регулярно выпивая по чашке какого-то тонизирующего напитка, Даламар безостановочно читал «Хроники» и выписывал некоторые подробности, чтобы в нужный момент их не забыть. Он даже не знал, сколько времени прошло после того, как Рейстлин связался с ним в первый раз. Второй раз это произошло точно так же, вот только Даламар совсем не хотел, чтобы шалафи исчезал. Он подробно рассказал ему о Гномьих Войнах и о роли Фистандантилуса, о предположениях Астинуса по поводу того, что произошло в Замане. Когда же он закончил, они еще долго разговаривали ни о чем, Даламар с какой-то тоской слушал родной голос, представляя, как Рейстлин сидит в своем кресле и держит руки на разноцветном хрустальном шаре. Когда же шалафи сказал, что ему пора, так как силы его не бесконечны, Даламар не сдержал грустного вздоха. Он даже спросил, не может ли и он отправиться в прошлое, чтобы помочь уже там, но Рейстлин не позволил хотя бы потому, что темный эльф мог попасть в совершенно другое прошлое и встретить там не своего учителя, а Фистандантилуса, и тогда ему уже не вернуться. Нехотя попрощавшись с учителем, Даламар свернул свиток, положил его на полку и хмуро уставился на желтый огонек свечи. Какая-то необъяснимая тревога закралась ему в душу, и тревога эта была связана уже не с Рейстлином или прошлым, а с самим эльфом и с его настоящим. Внезапно он подумал, что он должен быть здесь и должен никуда не отлучаться, ибо случится что-то такое, что потребует его постоянного присутствия в Башне. Вернулась мысль и о Конклаве, и Даламар решил разобраться с его загадочным успешным побегом из Вайрета, но ему так и не удалось логически его объяснить. Возможно, что ему повезло, а возможно, что ему немного помогли боги – он не знал наверняка, и это тоже тревожило его. Вдруг маги найдут другой способ добраться до него? Или они решили не терять на него время, ведь Даламар все равно ничего не скажет. Тем не менее, на следующий день зазвонил серебряный колокольчик, и Даламар почему-то вздохнул с облегчением; он будто бы знал, что кто-то должен прийти, и чем быстрее он явится, тем лучше. Тем не менее, он не знал, кто на этот раз его гость, и послал призрака разузнать об этом. -Рыцарь Сот, - отчитался тот, вернувшись в лабораторию. – И с ним женщина-воин. Даламар немало удивился, однако решил, что они, скорее всего, пришли к Рейстлину, но не знали, что архимаг покинул башню. Гостей же нужно было встретить, и темный эльф спустился вниз. Рыцарь Сот стоял прямо, нетерпеливо сложив руки на груди, и на фоне мрачной рощи он смотрелся так, будто это его собственный лес. Женщина-воин, хоть и казалась сильной и гордой, дрожала после страшного путешествия и все еще не могла перевести дух, наклонившись и упершись руками в колени. Заметив же черную фигуру, приближающуюся к ним, она резко выпрямилась и гордо подняла голову. -Рейстлина нет, - вымолвил Даламар, выходя на свет. Призрачный рыцарь хмыкнул, женщина грозно нахмурилась. -А ты еще кто такой? – спросила она недовольным тоном, и если бы она могла убивать взглядом, то эльф бы давно истекал кровью, лежа на холодной земле. -Я Даламар, его ученик, - представился он с легкой улыбкой. – Ты, должно быть, Китиара? Женщина перевела недовольный взгляд на своего спутника. -Я зря проделала этот путь, - проговорила она и развернулась обратно к роще. – Раз Рейстлина нет, я возвращаюсь. Она сделала пару шагов, но Сот не сдвинулся с места, разглядывая эльфа. Китиара громко вздохнула. -Пожалуй, стоит и передохнуть, - сказала она и даже улыбнулась, тоже взглянув на Даламара, и этот ее взгляд ему очень не понравился. – Гостеприимный ученик ведь позволит нам отдохнуть немного и набраться сил? -Зачем вы здесь? – тихо спросил он, поглядывая на Сота. От него веяло замогильным холодом, и пусть Даламар уже привык к призракам, живчикам и прочей нежити и мог ее контролировать, то против Сота у него не было ровным счетом никакого оружия. Если рыцарь захочет, он убьет его одним словом. Опасливо косясь на мрачного воина, Даламар посторонился, пропуская гостей в башню. -Ты мудр, ученик Рейстлина, - вдруг проговорил Сот, и его горящие глаза заметно сощурились. – Но раз Рейстлина нет, то и нам здесь делать нечего. Он шагнул назад, но Китиара возмущенно окликнула его. -Мы могли бы хотя бы выяснить, где он и что можно сделать в его отсутствие. -Я и так знаю, где он, - мрачно ответил рыцарь, пронизывая темного эльфа таким взглядом, что ему показалось, будто тот способен читать мысли. – И в наших делах он не помощник. Верно, Даламар? Маг неуверенно кивнул. -Мир не занимает его, - произнес он, стойко выдерживая тяжелый взгляд. Сот склонил голову, и Даламар понял, что поклон этот предназначается Рейстлину. Недоумевающая Китиара хмыкнула и прошла мимо эльфа. -Ты как хочешь, Сот, а я остаюсь. У меня нет сил идти обратно через это гиблое место. Она помахала рукой, не оборачиваясь и думая, что Сот не пойдет за ней, но тот двинулся следом. За ними зашел и Даламар, и тяжелая дверь закрылась. Если кто их них и был впечатлен башней, то виду никто не подал. Даламар пригласил их в свой кабинет, приказал призракам принести еду и вино для госпожи. Сот от них не отставал, хотя и держался чуть поодаль, в нескольких шагах. В кабинете Китиара вольно расселась в кресле поближе к огню, съела и выпила все, что ей предложили – видимо, роща доконала ее основательно, и Даламар не сдержал усмешки. -Что за дела привели вас к моему учителю? – снова спросил он, изредка поглядывая на призрачного рыцаря, который плавал в воздухе по кабинету, разглядывая книги на полках и органы в пробирках. -До меня дошли слухи, будто бы Рейстлин отправился в какое-то далекое путешествие, - сказала Китиара и тоже взглянула на Сота. – Я думала застать его и обсудить кое-какое дельце, но раз его нет, то и мы скоро уйдем. «Надеюсь на это», подумал Даламар, нахмурившись. Кто мог сказать Китиаре, что Рейстлин отправился в прошлое? Ведь об этом знали лишь маги да эта жрица паладайнова. -Вы можете провести здесь день, - произнес эльф и поднялся с кресла. – Призрак покажет тебе свободную комнату, госпожа, а меня ждут дела. Поклонившись, он спешно покинул кабинет и мгновенно переместился в лабораторию, немедленно заперев ее на несколько магических замков. Он не был уверен, что они станут Соту преградой, но как минимум Китиара сюда пройти не сможет. Переведя дух, Даламар оперся о стол и прислушался к себе. В идеальной тишине был слышен лишь стук его сердца да тихое бурление какой-то жидкости в котелке на столе. Темный эльф обернулся – плотная портьера закрывала Врата, и Даламар невольно сглотнул, представляя, как однажды эти Врата откроются, а затем... Что будет потом, ни он, ни Астинус, ни Паладайн знать не могли. Выйдет ли Рейстлин из Бездны? Или же Такхизис убьет его? Что нужно сделать, чтобы этого не случилось? Страшные мысли утягивали Даламара все дальше, и он торопливо отвернулся, вздыхая и выпрямляясь. Внезапно правое запястье обожгло сильным огнем, и Даламар вскрикнул – до того сильна была боль. Подняв руку и закатав рукав, он с ужасом в глазах уставился на запястье. Тонкую кисть оплетали светящиеся ярким голубым светом нити, которые тянулись по воздуху и уходили в никуда. Они жгли, их ослепительный свет пульсировал, затмевая все лабораторные светильники и свечи. Даламар испуганно ухватился второй рукой за край нити, который пропадал прямо в воздухе, но пальцы обожгло горячим пламенем, и он отдернул руку, щурясь и шипя от боли. Паника охватила его, но вдруг в помещении стало ужасно холодно, и, хотя непонятные нити обжигали, юному эльфу стало немного легче. Яркий свет немного потух, но продолжал пульсировать вместе с кровью. Подняв взгляд, темный эльф увидел перед собой Сота. Рыцарь смерти возвышался над ним гигантской черной скалой с горящими в прорезях шлема глазами, отбрасывая на дальнюю стену черную тень. Он внимательно смотрел на руку Даламара, молча, не моргая, потом схватил юношу за предплечье и поднес запястье ближе к глазам. Ледяное прикосновение Сота обожгло не слабее злосчастных нитей, Даламар почувствовал, как постепенно немеет вся рука от кончиков пальцев до самой шеи, и стиснул зубы, злобно шипя от боли и возмущения. Рыцарь задумчиво хмыкнул и отпустил его руку. -Ты не знаешь, что это такое, - сказал он своим глухим голосом, отойдя на пару шагов. Даламар сглотнул, понимая, что он не в состоянии ни вспомнить, ни сотворить ни одно заклинание. -Не знаю, - ответил он и опустил рукав. Кровь согревалась, жжение постепенно исчезало, и через несколько мгновений его словно бы и не было. Даламар удивленно взглянул на свою руку, затем на Сота. -Это Нити Судьбы, - медленно проговорил рыцарь, разглядывая эльфа. – Божественное благословение. Эти нити появляются на руках у тех, кого связывают действительно крепкие узы, проверенные расстоянием и даже временем. Даламар отчего-то покраснел и тряхнул головой, волосами закрывая румянец. Вновь взглянув на свое запястье, он вдруг подумал, знает ли об этом Рейстлин и появляются ли у него такие же нити? -Почему они так обжигают? – спросил маг, поднимая взгляд на рыцаря. Тот усмехнулся, но ответил: -Это значит, что с твоим возлюбленным что-то случилось.