Невеста Сириуса Блэка

К узкому окну новой штаб-квартиры Ордена Феникса прилепился золотой кленовый лист. Этажом ниже тихая лондонская улочка тонула в сброшенных с деревьев летних одеждах - подсушенных солнцем, едва тронутых желтизной и преждевременно побагровевших. Сентябрь выдался ясным и тёплым. Оттого форточки соседних домов были распахнуты настежь, впуская свежий, горчащий на языке воздух. - Я на крышу, - Сириус, истомившийся в ожидании Грюма, хлопнул Джеймса по плечу. - Я с тобой, - Джеймс охотно выпрыгнул из глубокого кресла, поймал взгляд Лили и закрутил пальцем лихую спиральку, уходящую к потолку. Девушка укоризненно качнула головой, но мудро воздержалась от возражений. В конце концов, ее будущий муж не так уж часто баловался сигаретами, да и по лучшему другу, больше не спавшему в соседней постели, скучал слишком остро, чтобы упускать случайное мгновение наедине. - Что там с твоей помолвкой? - невинно поинтересовался Джеймс, перешагивая скрипучую ступеньку. - Ничего, - отмахнулся Сириус. - Мама спокойна, решительных действий от меня пока не требуют, так что жить можно. - А ты не думал... - Не думал, - Блэк оборвал друга на полуслове, наперёд зная, что тот собирается сказать. Симпатичная, умная, смелая, сильная - от всего этого набора идеальных качеств, повторяемых Поттером и Люпином к месту и нет, веяло скукой и пресностью. Словно речь шла вовсе не о живом человеке, нуждающемся в естественных изъянах, а о героине бульварного романа для пылких домохозяек. - С Нарциссой так и видитесь? - Джеймс привычным жестом взъерошил волосы на макушке. Его всерьёз беспокоило моральное состояние Сириуса, изрядно подорванное всплывшей правдой о недоверии к нему некоторых членов Ордена. - По будням я ночую в лондонской квартире Альфарда, - вздохнув по безвременно ушедшему дяде, юноша тотчас поправил себя, - в моей квартире. Там и встречаемся. - Не привязывался бы ты к ней, - Джеймс, никогда не разделявший восхищения друга высокомерной блондинкой, досадливо поморщился. - Боишься, что найдётся та, кто разобьёт мое нежное сердечко? - расхохотался Сириус, натужно выдавливая заедавшую дверь плечом и вываливаясь на огороженную заборчиком крышу. В углу подле скончавшегося без людского внимания фикуса исступленно целовалась хорошо знакомая обоим мародерам парочка. Руки Блэка самопроизвольно сжались в кулаки. Джеймс громко кашлянул, привлекая внимание. Ладони Фенвика жадно и настойчиво скользили по телу Марлин. Забирались под мягкий вишневый джемпер. Сжимались на хрупких плечах. Ее распущенные волосы переливались на солнце жидким мёдом, игриво взмывали в воздух, подхваченные порывом ветра. Заслышав чужое присутствие, оба спешно разомкнули искусанные влажные губы, но играть в нашкодивших детей и стыдливо отпрыгивать друг от друга явно не собирались. - Какого. Лысого. Гиппогрифа. Здесь. Происходит? - выдерживая между словами угрожающие паузы, Блэк медленно приблизился к молодым людям и гневно уставился на Марлин. - Сириус, расслабься, я знаю, что ваша помолвка фиктивна. Можешь не притворяться, - Бенджи мстительно улыбнулся, как никто другой раздосадованный альтруистичным решением МакКиннонов. Личная жизнь, принесённая на жертвенный алтарь борьбы за мир, надломила в его душе тот самый стержень, что прежде помогал безропотно швырять себя в гущу опасностей, не обременяя идейных лидеров вопросами. - Без тебя разберусь, - рявкнул Сириус, не сводя с недоуменно нахмурившейся девушки пылающего взгляда. - Давай оставим их ненадолго, - мгновенно сориентировавшийся Джеймс, панибратски обхватил Фенвика рукой, утягивая к спасительному выходу на лестницу. - Что тебя так взбесило? - рассерженный двоякой ситуацией парень обернулся через плечо на окаменевшего Блэка. Марлин утверждала, что помолвку обоим навязали родители. Так почему же эта ревность выглядела и звучала столь натуралистично? - Взбесило? - саркастично переспросил Сириус и тут же яростно отчеканил, - меня взбесило, что ты затолкал свой язык в глотку моей невесте. - Идём отсюда. Позже про глотки поболтаете, - Джеймс, чудесным образом заставлявший плясать под свою дудку даже отъявленных упрямцев, торопливо вытолкнул Фенвика в полумрак этажа, плотно притворив за собой дверь. - Ты обезумел? - Марлин сердито уперлась ладонями в грудь Сириуса, отодвигая его от себя. - Что за спектакль ты устроил, Блэк? - Пока ты носишь эту безделушку, - он грубо сжал ее руку, пряча ослепительно сверкнувший бриллиант помолвочного кольца от солнечных лучей, - изволь не позорить меня болтовней о фиктивности и эротоманскими выходками у всех на виду. - На виду у кого? Голубей? - в подтверждение ее слов с неба тяжело спустилась сизая птица, поглядывавшая теперь бестолковым глазом на стоявших поодаль двуногих. - Сюда же никто, кроме тебя, не ходит. Я просто не знала, что ты уже вернулся с задания. Сириус отошёл в сторону. Оперевшись на ограждение, он свесил голову, разглядывая макушки прохожих, перемещавшихся по тротуару. Всколыхнувшаяся в душе лютая злость незаметно сменилась жгучим стыдом. Теперь Фенвик, наверняка, решит, что ему, гордому и независимому Блэку, небезразлична МакКиннон. Вредная, заурядная, целующаяся с кем попало МакКиннон, спланированный брак с которой - сущее наказание. Родительская месть за побег, не иначе. - Подожди-ка, - Марлин требовательно потянула его за плечо, заставляя обернуться. Ее кукольно-голубые глаза превратились в узкие злые щелочки, - это, в твоём понимании, «вернуться к обычной жизни»? Ты что же, решил, что можешь развлекаться с Нарциссой, а я в то время целомудренно подожду таинства венчания? - Обо мне и Нарциссе знаешь только ты. А теперь посчитай, скольким известно о твоих отношениях с Фенвиком, - Сириус брезгливо поморщился. Упрочить авторитет семьи, выставив старшего сына рогоносцем? Браво, матушка, - думал он, уязвлённо поглядывая на Марлин. - Это другое. Мы были парой, понимаешь? Настоящей, не таящейся по бильярдным парой, - она сглотнула подступивший к горлу комок. Теперь от романа остались лишь чувственные отголоски. - Ты просто не замечал. Ты никогда не замечал, что происходит с другими людьми. - О чем это ты? - Сириус зачесал к затылку обрамлявшие лицо длинные пряди и вздернул подбородок, словно готовился отстаивать свою способность к эмпатии, в коей девушка посмела усомниться. - Не важно, - Марлин отрешённо махнула рукой. Поднявшийся ветер холодил разгоряченную прикосновениями Бенджи кожу. Зябко поёжившись, она вернулась в дом. Блэк чертыхнулся сквозь зубы и в сердцах треснул раскрытой ладонью по ребру ограждения.

***

Подперев щеку кулаком, сонный Сириус аккуратно переносил на пергамент схему, что преподаватель Академии начертила на доске. Ему нравились занятия по невербальной магии. Пусть даже начинались они зачастую неприлично ранним утром. В отличие от волшебного правоведения и военной нумерологии, здесь практика превалировала над теорией с самых первых дней. Выполнение упражнений требовало предельной концентрации и внимания, но результат того стоил. Ведь что может быть полезнее в реальном бою, чем возможность не предупреждать соперника громким возгласом о том, что за птичка вылетит из палочки через мгновение? Под потолком вяло билась в мутный плафон жирная муха, согретая лучами весеннего солнца. Натужно скрипели перья студентов. Растревоженная сквозняком фрамуга закрылась с громким хлопком, и преподаватель, увлечённая чьим-то эссе, подняла голову, встретив хмурый взгляд вошедшего в аудиторию человека. - Джонс, мне нужны Блэк и Поттер. Срочно, - Аластор Грюм поджал кривые губы. Женщина торопливо кивнула уже выбиравшимся из-за длинной парты парням. Тревожно нахмурившись, она вопросительно смотрела на старшего мракоборца, но тот лишь качнул косматой головой и, притопнув пока ещё непривычным, тяжелым протезом, вышел в коридор. Студенты возбужденно зашептались. Не так уж часто доводилось им воочию увидеть живую легенду аврората, который факультативно занимался боевой магией лишь с самыми перспективными и безрассудными выпускниками. - Нападение на чистокровных. Сегодня вы на подхвате, - рявкнул Грюм. Джеймс и Сириус нервно переглянулись. До сего дня их задействовали только в миссиях Ордена Феникса. Аврорат не допускал участия первокурсников в реальных сражениях, и каждый из мальчишек подумал о своей семье, не видя другого объяснения оказанной части. - Кто? - одними губами спросил Джеймс. - Невеста твоя, - Грюм сочувственно хмыкнул, сверля ясными голубыми глазами оцепеневшего Сириуса. Все трое неслись по коридорам Академии к внутреннему дворику, защищённому особым комплексом чар, беспощадных к чужакам, но допускавших трансгрессию студентов, преподавателей и мракоборцев. Блэк никак не мог взять в толк, почему его сердце пропускало удары, а под рёбрами ворочался тугой комок тревоги. За минувшие с помолвки месяцы ближе друг другу они с Марлин не стали. Обменивались поверхностными фразами на собраниях Ордена. Чинно сидели рядом на званых ужинах, что Вальбурга организовывала время от времени для будущих сватов. Случайно оказались под веточкой омелы на празднике в Годриковой Лощине, но, смерив друг друга скептическими взглядами, разошлись по углам. Они появились у дома МакКиннонов одновременно с дюжиной других мракоборцев. Дождавшись одобрительного кивка от главы операции, рослые, крепко сложенные мужчины и женщины разошлись в разные стороны, оцепляя дом плотным кольцом. Несколько человек шагнули ко входу вместе с самим Грюмом и притихшими парнями. Сириус услышал Марлин ещё с крыльца. От звенящего отчаянного почти животного крика его кожа покрылась колючими мурашками. Игнорируя шипящие команды, он ринулся в дом, разнеся в щепки выбеленную дверь. Грюм попытался оттеснить резвого мальчишку, пропуская вперёд волшебников, чей опыт уж точно превосходил вчерашнего школьника. Но тот рвался в бой, не замечая препятствий, будь то руки командира или опрокинутый стеллаж. Даже шустрый Поттер едва поспевал за лучшим другом. Марлин лежала на полу в груде обломков стола и стульев. Пижамная футболка задралась, обнажая обожженный живот. Выгибаясь мучительной дугой, царапая скрюченными пальцами грудную клетку, поджимая дрожащие ноги, она кричала от боли, и голос ее все чаще срывался слабым стоном. Лицо мага, применившего к ней непростительное заклятие, скрывала герметичная костяная маска. Мистер и миссис МакКиннон, также как и дочь не успевшие сменить одежду для сна перед нападением, из последних сил отбивали разноцветные вспышки. Под натиском квартета Пожирателей Смерти они отступали к кухонной двери, не способные приблизиться к Марлин и остановить бесконечную пытку. - Она ничего не знает, она просто ребёнок, просто ребёнок, - бессвязно бормотала женщина, свободной рукой придерживая на груди предательски распахивающийся атласный халат. Она беспомощно взирала на дочь поверх укрытых бесформенными балахонами плеч мучителей. На ее ресницах уже набухли гроздья слез, вот-вот готовые пролиться по обесцвеченным ужасом щекам. Сириус безмолвно взмахнул палочкой, и невидимый хлыст со свистом врезался в спину увлечённого круциатусом мага. Тот пошатнулся, и действие заклятия прекратилось, позволяя Марлин жадно глотнуть долгожданного воздуха. Завидев толпу мракоборцев, Пожиратели отступили к чёрному входу в надежде трансгрессировать с заднего двора. Убедившись, что старшие МакКинноны живы и приходят в себя под чутким надзором одного из мракоборцев, Сириус опустился на колени перед Марлин. Отрывистые переговоры старших коллег, хлопки заклинаний, уличный шум показались ему вдруг приглушённым фоновым звуком. Совершенно неразборчивым и неважным. За окном мелькнула всклокоченная шевелюра Джеймса, храбро гнавшего одного из Пожирателей Смерти в нетерпеливые руки Грюма. Марлин, свернувшуюся на полу в тугой комок, сотрясали судорожные рыдания. Нарцисса Блэк плакала красиво. Ее светлые глаза, исполнившись влаги, мерцали небесной синевой. Одинокие слёзы сбегали по лицу драгоценными кристаллами. Единичные всхлипы скорее походили на томные вздохи. Яблочки щёк наливались стыдливым малиновым румянцем. На плачущую Нарциссу хотелось любоваться, будто грусть ее являлась произведением искусства. Марлин МакКиннон плакала, как и все прочие девчонки. Те, что получали на экзаменах заслуженного Тролля или слышали на вершине Астрономической башни стандартное «прости, дело не в тебе». Ее веки покраснели и налились одутловатой тяжестью. Натертая кожа под шмыгающим носом уже шелушилась, а на искривлённом лице проступали все, обычно незаметные в спокойствии, мимические морщинки. На плачущую Марлин совершенно не хотелось смотреть. Ее хотелось утешить. Сириус сгрёб ее в охапку, усаживая рядом с собой. Накинув на дрожащие плечи кожаную куртку, прижал к себе, баюкая, точно ребёнка, укрывая от беглых взглядов снующих по комнате мракоборцев. Его пальцы запутались в мягких медовых прядях. Жемчужные локоны Нарциссы всегда казались ему холодными. Высеченными до мельчайших деталей из полярного льда. Волосы Марлин были тёплыми и пахли летом. - Больно, - жалобно шепнула она, коротко всхлипнув, и Сириус притянул ее еще ближе к груди. Так, что стало нечем дышать, но чувство защищенности накрыло с головой, погружая в вязкую сонливость, превращая тугое тело в кисель. - Потерпи немного, - мягко попросил он, прижимаясь губами к ее огненному виску. - Сейчас пройдёт. - Родители? - из горла вырвалось невнятное сипение. - С ними все хорошо. Они живы. Они рядом, - медленно и разборчиво произнёс Сириус и, поддавшись внезапному порыву, торопливо прибавил, - когда Грюм здесь закончит, мы все отправимся на площадь Гриммо. Ты, я, твои мама и папа. Наш дом защищён такими чарами, что ни один ублюдок не проберется. Да и потом, шестерым сильным волшебникам вместе безопаснее, чем троим, верно? Поживете, пока все не успокоится. Я сам буду провожать их на работу и с работы, а тебя - в Академию. Все будет хорошо, слышишь? Никто тебя больше не обидит. Когда Сириус договорил, Марлин разрыдалась с новой силой, уткнувшись ему в шею и сжимая дрожащими кулачками жесткую ткань форменной рубашки будущего мракоборца. Он гладил ее по спине, ни на секунду не выпуская из рук, и теплившаяся в нем нежность странным образом не походила ни на одну эмоцию, что прежде доводилось испытывать.

***

К ночи в доме на площади Гриммо стало тихо. Вальбурга и Орион, немало удивлённые пробудившейся в сыне заботой о невесте, все же невозмутимо поддержали игру в гостеприимство. Им совершенно не хотелось нарушать привычное уединение и регулярно сталкиваться в собственной столовой с чужими людьми, но напрашивающаяся безучастность излишне резонировала бы с активно формируемой ими новой социальной позицией. Потому Блэки с достойной театра «Глобус» убедительностью заверили смущенных МакКиннонов, что озвученные Сириусом меры безопасности пойдут всем только на пользу и позволят будущим родственникам узнать друг друга поближе. Покончив с ужином, старшее поколение двух семей разошлось по предусмотрительно натопленным Кикимером спальням. Марлин битый час простояла под горячим душем, безуспешно смывая с тела ноющие воспоминания о невыносимой боли. Завернувшись в пушистый халат, она накрепко затянула пояс на тонкой талии. Провела ладонью по запотевшему зеркалу, вглядываясь в собственное отражение. Теперь в каждой черточке ей виделись слабость и беспомощность, стереотипно неприсущие истинным гриффиндорцам. Остановившись у двери, что вела в комнату Сириуса, она осторожно постучала и заглянула внутрь, всерьёз опасаясь увидеть очередное соитие с Нарциссой. Он сидел на подоконнике у открытого окна с привычно зажатой меж ловких пальцев тлеющей сигаретой. - Можно к тебе? - Марлин нерешительно переступила с ноги на ногу. - Проходи, - он отбросил окурок на тротуар и соскользнул на пол, запуская руки в карманы тесных джинс. - Ты много куришь, - она опустилась на краешек постели, с любопытством разглядывая аляповатый интерьер, совершенно не похожий на иные помещения обители Блэков. Гриффиндорские стяги, постеры магловских рок-групп, школьные снимки четверки неразлучных мальчишек - и все это через стену от лаконичной цветовой гаммы и антикварной мебели. - Пришла прочитать лекцию о вреде курения, целитель МакКиннон? - насмешливо бросил Сириус, усаживаясь на противоположный край кровати. - Нет, конечно, - Марлин дернула плечом. Ей то какое дело, чем Блэк травит собственные легкие. - Хочу поблагодарить тебя. Мне кажется, ещё минута под заклятием, и я бы свихнулась. - Ничего особенного. Там было столько мракоборцев. Не я, так кто-то другой остановил бы его, - он лениво отмахнулся. - Не обесценивай, - Марлин нахмурилась. - Ты сидел там со мной, пока я не пришла в себя, хотя мог бы на пару с Джеймсом устроить эпическую битву где-нибудь между мамиными гортензиями и туберозой. И то, что ты привёл нас сюда... Спасибо, Сириус. Грюм тоже считает, что оставаться дома нам больше небезопасно. Да и, откровенно говоря, едва ли я смогла бы там теперь находиться. - Что ж, я, конечно, мог бы оставить вас там, ведь гибель невесты уж точно избавила бы меня от всех обязательств, - иронично протянул он, с притворной задумчивостью оглядев кольцо на пальце Марлин, - но, согласись, это было бы как-то не по-гриффиндорски. - Хочешь, я поговорю с отцом? - она прикусила губу и отвернулась. - Я могу попробовать убедить его расторгнуть эту помолвку. Прошло почти девять месяцев, а все, что я разузнала - это любимый сорт чая миссис Блэк и имена художников, что писали портреты твоих предков. Сириус безмолвно смотрел в окно. В редких клочьях облаков тускло светил огромный спутник Земли. До полнолуния оставалось лишь несколько ночей, а значит скоро все они - и изнуренный предсвадебными хлопотами Джеймс, и измотанный налаживанием контактов с оборотнями Римус, и сутками прислуживающий банковским гоблинам Питер - сбросят скопившееся напряжение знатным звериным забегом по апрельскому лесу. Марлин поднялась с постели, оправив подол халата. Она ждала, что Сириус охотно кивнёт ее импульсивному предложению, но он молчал. - Знаешь, они ведь считают, что если смогут изменить отношение твоих родителей к маглорожденным волшебникам, то те повлияют и на другие радикально настроенные чистокровные семьи. Думаю, эта миссия изначально была обречена на провал. Нельзя перечеркнуть чьи-то вековые традиции одной глупой свадьбой. Так что, одно твоё слово, мой доблестный рыцарь, - она шутливо поклонилась, - и я сделаю все от меня зависящее, чтобы... - Не надо, - он жестко улыбнулся, смахнув со лба непослушную прядь. - Моей семье нужен этот союз. Оставь все, как есть. - Хорошо, - она сложила вместе ладони и, растопырив пальцы, уперлась в них подбородком. - У родителей уйдёт несколько дней, чтобы найти новое жилье и максимально обезопасить его от вторжений. - Ты можешь оставаться здесь, сколько захочешь, - Сириус порывисто шагнул к ней, но замер на расстоянии вытянутой руки, наблюдая, как поднимается уголок ее губ. - Мы не друзья и не влюблённые, забыл? - Марлин мягко усмехнулась, открывая дверь в коридор и оборачиваясь через плечо. - Зачем собственноручно приближать неизбежный момент, следом за которым нам придётся выносить общество друг друга каждый день?