Я — Драко Люциус Малфой

      24 апреля.       Я и забыл, что Гриффиндор патрулировал в тот вечер. По сути, это было неважно — слишком поздно, в коридорах никого, даже не надеялся, что встречу Гермиону.        Я стоял посреди коридора и прислушивался, надеясь обнаружить пропавшего Монтегю. Но не слышал ровным счётом ничего. Беспорядки и их последствия, пусть и не полностью, всё же удалось ликвидировать. Тишина должна была умиротворять, но мне она нравилась всё меньше. Не мог представить, куда идти и что делать. Внезапно, где-то снаружи, снова грохнуло, засвистело. Очевидно фейерверки всё ещё носились по территории Хогвартса, но не внутри замка.        И как только всё стихло, мне показалось, что слышу отдалённые шаги. Сразу поспешил к лестнице, как можно бесшумнее поднялся на второй этаж. Понимал, что могу и на неприятности нарваться, но ведь Амбридж сама дала мне больше воли, никто её не просил. Заранее наслаждался тем, как застукаю Монтегю, с какой-нибудь не особо симпатичной пуффендуйкой, — кто ещё на него посмотрит, — представлял его перекошенную физиономию.       Но нашёл больше, чем ожидал. В конце коридора, ко мне спиной, стояла Гермиона и смотрела в распахнутый шкаф. Она закрыла его, потом снова открыла и продолжала смотреть внутрь. Это выглядело ужасно странно. Помнится, этот гроб всегда там стоял. Хотя, нет, курса со второго. Я тихонько подкрался ближе, но она всё равно услышала, вздрогнула, захлопнула дверцу и оглянулась. У неё был такой перепуганный вид, а потом она шумно выдохнула и с облегчением закатила глаза.       — Мерлиновы подштанники! Как ты меня напугал!       — М-м-м, затеяли гадость, мисс Грейндер, — приближаясь, ехидно протянул я. — Что вас заставило шляться по школе в столь поздний час, а? — Как же мне нравилось её смущение, растерянность. — Сколько рубинов мне с тебя снять?       — Перестань, Драко. Ты знаешь, уж кто-кто, а я ничего дурного не стану замышлять. Это ужасно несправедливо, что Амбридж дала вам столько полномочий.       — И тем не менее... Нарушаем... — расплылся я в улыбке, подойдя уже совсем близко. — Чем же это тебя заинтересовала эта антикварная мебель? — Я заглянул через её плечо. — Оригинальный шкафчик.       — Просто интересно.       — Да. Посреди ночи. До завтра не могла потерпеть? Боишься, позарится кто-то ещё?       Она сделала шаг в сторону.       — Уже поздно, мне нужно идти.       Я поймал её за запястье. Она глубоко вдохнула, её щёки вспыхнули. Я вдруг ощутил, как сильно по ней соскучился — по прикосновениям, её теплу. Всё стало сложно, у нас куча проблем, мне даже казалось, что она могла обидеться, но она не стала вырываться, застыла на месте.       — Тебя допрашивали? — склонившись к её уху, спросил я, ощущая запах от её волос — знакомый, приятный.       Она подняла глаза, смотрела на меня снизу, такая малышка. Загадочная.       — Нет. Она успела допросить только Гарри. Пыталась... его опоить Веритасерумом.       — Неудивительно.       — Драко... — Она смотрела внимательно и будто с опаской, я склонился ближе. — Почему ты здесь? — Мне показалось, что она дрожала.       — Ищу кое-что, — шепнул я.       Она вздохнула, закрыла глаза, будто задумалась.       — Догадываешься, что я ищу? — ухмыльнулся я.       — Ты видел Пьюси?       — Неожиданно, — фыркнул я.       — Это правда, что моя магия сработала? Гари сказал, что это просто жуть.       — Жалко его? — Я тут же оттолкнул её руку, противно стало от мысли, что она сочувствует предателю, да ещё этому!       — Жаль, что он, скорее всего, не понял, как это произошло. Я надеялась, что, если забудет о Выручай-комнате, то и всё с ней связанное...       — Но тебя он не забыл. Зачем ты оставила эти воспоминания? — возмутился я.       — Надо было вернуть ему то, что отнял ты? — занервничал она. — Ненависть ко мне? Прости, но я не знаю, как это сделать. Ты знаешь? Хочешь, попытайся.       — Я не хочу, чтобы тебя кто-то ненавидел, но и того, что получилось, не хотел.       — Как думаешь, он догадается, кто и как его проклял? — Она явно беспокоилась.       — Попробую навести его на ложный след, — пообещал я, подумал, что не нужно ей знать о его догадках. Надеялся, что Снейп убрал из его головы опасные для неё воспоминания. Поторопился сменить тему: — И всё же... Что ты здесь делаешь?       Она потупилась, стала теребить рукав своей кофты.       — Я слышала, Монтегю пропал. Ты...       — Кто тебе сказал? — немного напрягся я.       Она вздохнула.       — Неважно. Он вернулся? Или... — Она взглянула мне в глаза неуверенно. — Ты его ищешь?       — Говори, если что-то знаешь, — сдержанно потребовал я. — Это не шуточки.       Она прерывисто взволнованно вдохнула и повернулась к шкафу. Я встал рядом. Гермиона медленно приоткрыла дверь. Я почему-то с ужасом ожидал увидеть там труп, уж очень она была напуганная. Но там было пусто. Я озадаченно взирал в темноту.       — И что? — скептически хмыкнул я.       — Он должен быть там, — прошептала она. — Это... Исчезательный шкаф.       Я был ошарашен, если честно. Какого рожна Монтегю полез в этот шкаф? Насколько я знаю, он устроен, как тоннель. Если этот шкаф вход, то где-то должен быть выход. Но... если Грэхем куда-то ушёл, почему не вернулся? Что за бред!       — Откуда ты знаешь, что он там? — недовольно произнёс я.       — Это неважно.       Она закрыла шкаф и снова открыла. Ничего не изменилось.       — Ты знаешь, куда делся Грэхем! Это важно!       Я настойчиво буравил её взглядом, а она нервно кусала нижнюю губу и смотрела в шкаф, явно не собираясь отвечать. Терпение моё лопнуло.       — Грейнджер! — рыкнул я, она вздрогнула и сурово взглянула на меня. — Отвечай! Откуда ты знаешь, что он там!       — Я не могу тебе об этом сказать, ясно? Знаю только, что он туда... не добровольно залез.       — Кто? — Я моментально разозлился. — Впрочем, можешь не говорить. Я и так пойму. Значит, его туда запихнули. Он исчез и не вернулся. Понимаешь, что это грозит отчислением? Он всё равно вернётся и расскажет, а если не вернётся, это будет на твоей совести, ведь ты знала, но ничего не сделала...       — Если ты не заметил, Малфой, — повысила она голос, — я была здесь, когда ты пришёл. Я хотела помочь... как-то. Я считаю, они были неправы...       — Они. Значит, их было двое. И им плевать на отчисление. Крамольники. Близнецы! — сквозь зубы процедил я. — Сто процентов это Уизли... Эти...       — Как бы там ни было, — перебила она, — я не понимаю принципа его работы. То есть, я не знаю, пока. По идее, если бы шкаф был исправен, Монтегю должен был уже двадцать раз вернуться.       — Нужно просто пойти и посмотреть, куда он попал. Может, он всё ещё там.       — Где, там?! — возмутилась она. — Что, если там опасно! А вдруг...       Её глаза стали просто огромными и страх снова отразился на лице.       — Вот именно! — прорычал я. — Нужен специалист. Ты должна позвать своего декана, ясно! Я вообще не должен был узнать об этой уловке.       — Но я не могу! Фреда и Джорджа выгонят из школы!       — Так и знал, что это они!       — Малфой, хватит! — Гермиона зажмурилась и схватилась за голову. — Думаешь, я не осознаю ответственности? Осознаю! А им всегда было всё равно. Он хотел снять с них баллы, но не успел. Не нарывался бы на тех, у кого такой острый ум и совершенно негативное отношение к Слизерину. Ладно, не ко всему Слизерину, но всё же.       — И что ты предлагаешь? Открывать и закрывать дверь в надежде на чудо? Может, его уже в живых нет!       Не ожидал, что мне станет так хреново от этой мысли. Хоть мне Монтегю и не друг, а всё равно стало дико страшно.       — Надо подумать, — расстроенно заговорила она. — Я тоже переживаю. Мне он не нравится, но я не хочу причинить вред хоть кому-нибудь.       Мы смотрели в шкаф и думали. Единственная мысль, которая у меня возникала: войти туда и проверить, куда он приведёт. Но Монтегю не смог вернуться, значит, с выходом что-то не так.       — Надо попробовать что-нибудь туда поместить и закрыть дверь, — предположила Гермиона. — Вещь должна исчезнуть. А через пару минут проверим, вернётся ли она.       — Что положить? — Я похлопал по карманам. — У меня, кроме волшебной палочки и твоей монеты, ничего нет.       Она тоже порылась в карманах, достала на ладони монету и пару конфет. Улыбнулась.       — Фред был в ударе. Это веселящие леденцы. Решила не злоупотреблять. Попробуем?       — Спасибо, я не голоден, — раздражился я.       — Да нет! — тихо засмеялась она. — Попробуем сбагрить конфету.       Я с сомнением посмотрел на неё. В смысле на Грейнджер. Её азарт казался немного странным в данных обстоятельствах.       — Ну давай, — пожал я плечами, варианта получше всё равно не было.       Она положила конфету в шкаф, вздохнула и закрыла дверь. Мы смотрели друг другу в глаза около минуты и просто ждали. Было немного странно. Вдруг будто послышался тихий стук. Мы оба вздрогнули, я распахнул дверь. Конфеты не было. Казалось бы, что меня — урождённого мага в сотом поколении — могло в этом удивить. Но это и правда впечатлило.       — Значит, вот так он и исчез, — шепнул я. — Они что, парализовали его?       — Я не знаю, — шепнула она в ответ. — Закрывай, подождём немного.       Я закрыл дверь, и мы снова с тревогой смотрели друг на друга и ждали. Никакого стука не было. Я открыл дверь минут через пять. Пусто. Мы разочарованно вздохнули.       — Может быть, дело в том, что она не живая? — предположила Гермиона.       — Может быть, он просто сломан? Дурацкий гроб! — Я психанул и ударил по двери кулаком.       — Не говори так, — с грустью произнесла она. — Будем надеяться, что всё обойдётся. Надо просто придумать способ намекнуть взрослым, чтобы проверили этот шкаф. Вдруг они смогут его оттуда достать. Давай попробуем отправить ещё одну?       — А смысл? Убедиться, что эта дрянь только жрёт всё что в неё попадает?       — По крайней мере, мы убедимся, что сами не справимся, — вздохнула она. — Ты знаешь, как его починить? — Я отрицательно покачал головой. — Вот и я не знаю.       Вторую конфету постигла та же участь. Она исчезла в небытие, а мы смотрели в этот дурацкий пустой шкаф.       — Попробуй его позвать! — вдруг воодушевлённо предложила она. — Если он отзовётся, мы сможем передать профессорам, что он где-то там.       И я не раздумывая крикнул:       — Грэм! Монтегю, ты там?!       — Тише ты! — хихикая, зашипела она. — С ума сошёл?! Сейчас влипнем из-за тебя!       — А как я должен его позвать! — беззвучно засмеялся я. — Нацарапать руны на стенке?       Мы смеялись, как два болвана, хотя на самом деле ситуация была совершенно не смешная. Мы просто стояли рядом перед открытым шкафом. Где-то вдалеке что-то хлопнуло — опять заблудший фейерверк Уизли. А мы продолжали просто смотреть друг на друга.       И мне хотелось исчезнуть вместе с ней. Там. Мне казалось, что этот безумный бесполезный шкаф мог бы стать нашим убежищем. Выходом куда-то. Но он сломан — это очевидно. Выход в никуда... Рискованно.       — Интересно, — тихо начала она, — куда же он всё-таки должен был вести. Очевидно, где-то есть его брат близнец, как иначе?       — Наверняка. Лучше бы нам об этом узнать. Потому что иначе будут очень серьёзные проблемы. Нечасто студенты пропадают без вести. Мне придётся сообщить Снейпу, если завтра Монтегю не вернётся.       — Бедолага, — устало протянула она. — Если подумать, это совершенно безвыходная ситуация. Как думаешь, есть другой способ оттуда... выкарабкаться?       Я пожал плечами, подумал немного, прислонившись плечом к стенке шкафа.       — Наверное, можно создать портал, например. Но их создание противозаконно, как ты знаешь. Возможно, трансгрессия.       — Но ведь в Хогвартсе нельзя трансгрессировать, — разочарованно заметила Гермиона.       — Похоже, у него нет выхода. Салазар... — вздохнул я. — Кажется, без деканов не обойтись. Плохая идея. Очень плохая. Особенно, если Грэхем выдаст напавших. Уизли точно исключат из школы, а им осталось-то только ЖАБА сдать. Безрассудные болваны.       — Как знать, — улыбнулась она. — Ты ведь их знаешь, они и без образования не пропадут. Они в этом уверены.       — Хочешь сказать, что весь сегодняшний день они целенаправленно нарывались на исключение? — прищурился я.       — Может быть. Но я надеюсь, что мои неосторожные слова им не навредят.       — Не доверяешь мне. Продолжаешь не доверять, верно? — фыркнул я. — Столько лет прошло. Мне казалось...       — Тебе не казалось. — Она улыбнулась, смущённо отведя взгляд. — Ты сам прекрасно знаешь, насколько я тебе доверяю. И не только тебе — даже твоим друзьям. Гарри только поэтому принял вас в нашу команду, потому что давно понял, насколько мы с тобой... сблизились. И если... доверяю я...       Меньше всего мне хотелось слышать о Поттере, моих друзьях. Но её слова после всех этих безумных дней казались целебным бальзамом. Эти слова: сблизились, доверяю — мне они казались самыми нужными. То, что было необходимо как воздух. Я так давно не позволял себе думать, вспоминать, чувствовать. Окклюменция стала частью меня, но в то мгновение мне не хотелось защищаться, не хотелось бороться с чувствами. Она была нужна.       И я обнял её, может быть, немного неуверенно. Она ведь все эти дни была такой холодной, напряжённой и уставшей, боялся спугнуть её своим напором. Иногда, как и в эту минуту, я вспоминаю нашу сумасшедшую ночь в Рождество. И я уверен, что в ту ночь мы смогли избежать большой ошибки. Но Мерлин... как же это было трудно! Стоит ей оказаться в моих руках, и я вижу её обнажённые ноги, плечи, её грудь, обтянутую тонкой майкой.       Когда я её обнял, она так сладко вздохнула, подняла голову, глядя мне в глаза, рассматривая моё лицо. И когда её маленькая ладонь заскользила по моему плечу к шее, хотелось орать от восторга, от того, как нужно было прижать её к себе крепче. Руки сжимались сами против моей воли. Я услышал её дыхание в тишине коридора. Этот контраст с ума сводил. Она чуть смелее обняла меня за шею, приподнялась на цыпочках.       — Иногда я хочу перестать защищаться, — прошептала она. — Если бы не окклюменция, Драко, я бы с ума сошла.       Я не мог сдержаться, улыбнулся, понимая её как никто на этом свете.       — Окклюменция уже часть меня, Грейнджер, только ты способна сломать эту защиту.       Как же давно я не целовал её! Салазар... Ты ничего не поймёшь. Её губы волшебны, как и её руки, её тепло — это то, ради чего я хочу жить, хочу бороться и решать все задачи, возникающие на пути. Ради её поцелуев, её улыбки. Плевать, что потом я не смогу нормально спать, буду снова чувствовать себя идиотом. За эти минуты с ней я готов терпеть все эти унизительные муки. Всё равно я их забуду, буду помнить только лучшее, только её любовь, её тихие стоны, дыхание, шёпот: «Я люблю тебя, Драко». Как горели её глаза! Яркими искрами. Я знаю, она была счастлива, целуя и обнимая в ответ.       Невыносимо было расставаться.       Я видел её на уроках. В Большом зале. В коридоре. Каждый раз, встречаясь с ней взглядом, вспоминал, что мы снова храним общую тайну. Я не смог сказать Снейпу о Монтегю, хотя он с утра уже был встревожен, не обнаружив Грэма за завтраком, ведь на ужине его тоже не было. Спрашивал его соседей, в чём дело. И когда те поведали, что Грэхем не ночевал в комнате, стал ледяной, как скала и быстро покинул зал, очевидно, отправился его искать. А я как болван молчал, раздумывая, как бы лучше подкинуть ему информацию об этом дурацком шкафе, которому мы с Грейнджер конфеты скормили.       Стоило мне посмотреть в её сторону, и воспоминания опять уносили в прошедшую ночь. Я даже почти не думал о нашей проблеме. Ни о каких проблемах: ни о Монтегю, ни о Пьюси, ни тем более об Амбридж, которая весь день продолжала устранять последствия вчерашних беспорядков. Знаю, что она вызывала к себе кого-то из этого дебильного Отряда Дамблдора, но вникать в это я уже не хотел, лишь забыв о защите, не мог отвести взгляда от Гермионы. Она краснела, опускала глаза, кусала губы. Я уже и забыл, каково это, наблюдать за ней, смущать её и дразнить. Пару раз поймал взгляд её рыжей подружки. Она явно недовольна чем-то. Наверное, дико злится, что я арестовал её драгоценного Поттера, да только мне до неё нет никакого дела.       Пэнси неожиданно предложила всей дружиной отправиться на поиски Монтегю. Только тогда я заметил, как удручённо выглядела Дафна. У неё явно были заплаканные глаза. Мне понравилась эта идея, и сразу после уроков весь Слизерин собрался в гостиной.       — Наша задача отыскать Грэхема, — увещевал я. — Это очень странно, что он до сих пор не нашёлся, может, с ним беда случилась, лежит где-нибудь... Сначала обыщем замок. Если не найдём, запросим разрешения прочесать лес и Хогсмид.       Разбились на пары, я взял с собой Дафну, мне показалось, что подружки её вовсе не утешают, а только ещё больше доводят до слёз. А со мной не поноешь, шла рядом и молчала, пока я заглядывал в каждый класс, в том числе запертые и заброшенные. Обошли все подсобки и чуланы, туалеты и ванную старост. Честно, мне не хотелось расспрашивать Дафну о её отношении к Грэхему. И я понятия не имею, как он относится к ней, мне всегда казалось, что на девчонок он смотрит спокойно, никого особо не выделяя. Да и за Дафной я ничего не замечал до этого случая. Но разговор поддержать надо было.       — И давно это у вас? — без интереса спросил я.       Она молчала, и я решил не настаивать на ответе. Но уже через минуту она вздохнула и ответила:       — Ничего нет. Мне... жаль, что все поняли. Только Грэхем не замечал. Он не знает.       Сам не знаю почему, было не по себе. Даже интересно, как он отреагирует, когда поймёт.       Мы снова молчали. Мне уже стало безумно скучно. Благо это был последний учебный день перед пасхальными каникулами, и уроки готовить не было нужды. Хотел предложить Дафне бросить это бесполезное занятие и пойти ужинать, когда навстречу вылетели Нотт и Забини. Я даже удивился, что отказывающийся участвовать Блейз внезапно присоединился, неужели совесть есть? Это что-то новое.       — Он здесь! — прокричал Теодор. — В туалете! Лежит на полу.       Мы бросились в туалет. Монтегю и правда лежал прямо на полу, привалившись головой к стене. Дафна упала на колени, выхватила свою палочку и стала размахивать ею над его головой.       — Что? — выпалил я.       — Кости целые, но есть раны на теле, — сквозь слёзы просипела она.       — Тео, к мадам Помфри, бегом, — скомандовал я, и тот сразу умчал. — Грэхем. — Я присел перед ним на корточки. — Ты как? Как ты здесь оказался? — Он бессвязно что-то пробубнил, и Дафна беззвучно заплакала. — Останьтесь с ним. Я к Снейпу. — Блейз кивнул.       Пока я мчался с пятого этажа на первый, предупредил всех наших, что поиски закончены. Честно говоря, Мерлина благодарил за то, что не пришлось кого-то сдавать, а Монтегю сам нашёлся. Вопрос, как он там оказался — в туалете — пока оставался открытым. Откуда взялись раны тоже.       Когда я влетел в кабинет Снейпа, замер на пороге, ведь передо мной предстала неожиданная картина: декан нацелил волшебную палочку на Поттера. Я сразу понял в чём дело — урок окклюменции. Поттер явно не был доволен моим появлением, Снейп же собран, несмотря на исчезновение Грэхема.       — Профессор... Я прошу прощения... — Наверное, прозвучало несколько иронично.       — Ничего, Драко, — сказал Снейп, опуская палочку. — Поттер здесь, чтобы освоить приготовление кое-каких целебных зелий.       «Кто бы сомневался», — подумал я.       — Да, сэр, — выдавил в итоге.       — Ну, Драко, так в чём же дело? — спросил Снейп.       — Нужна ваша помощь, сэр, — сказал я. — Мы нашли Монтегю, кто-то засунул его в туалет на пятом этаже.       — Монтегю сказал, кто это был? — осведомился Снейп.       — Нет, сэр, у него вроде как в голове помутилось.       — Ну что ж, очень жаль, Поттер, — сказал Снейп. — Придётся нам перенести занятия на завтрашний вечер.       Он повернулся и вышел из кабинета. Прежде чем двинуться следом, я за его спиной беззвучно произнёс: «Целебные зелья?» — Поттер нахмурился, а я не смог сдержать ухмылку.       Когда мы были на четвёртом этаже, нам навстречу медленной процессией вышли мадам Помфри, Тео и Блейз, несущие носилки с обессиленным Монтегю. Дафна шла рядом, держа его за руку, а следом Грег и Пэнси, они оказались ближе всех.       Мы тут же присоединились к процессии.       — Что скажете? — обеспокоенно бросил декан, на что мадам Помфри глубоко вдохнула и заговорила:       — Похоже на результат трансгрессии, Северус. У мальчика несколько расщеплений на теле, благо, что конечности на месте. Плюс сильное недомогание. Мистер Монтегю пережил сильнейший стресс. Твердит о каком-то шкафе, коридоре без выхода, бедный мальчик.       — Шкаф? — Декан сдвинул брови. — Что за шкаф?       — Пока не понимаю. Ему нужно немного прийти в себя, нужен экстракт бадьяна, крововосполняющее, пища и сон. Боюсь, придётся сообщить его родителям. Студенты, возвращайтесь к своим делам, — внезапно потребовала она. — Мистер Монтегю вас сейчас ничем не развлечёт.       — Можно я останусь, мадам... — Я и не представлял, что Дафна способна кого-то умолять. Нам всем стало не по себе, а она покраснела до корней волос.        Мадам Помфри удивлённо посмотрела на неё, потом на Снейпа, тот сдержанно кивнул.       — Пожалуй, мне понадобится помощь, мисс Гринграсс.       Мы остались на третьем этаже, а Тео и Блейз понесли носилки в Больничное крыло.       — Что ещё за шкаф? — с азартом зашептала Пэнси. — Он что, умом тронулся? Салазар...       — Пока не ясно.       Я решил не посвящать друзей в это дело. Чем меньше людей в курсе, тем лучше. Главное, что Монтегю жив, дальше не наше дело. Но этот странный шкаф дело интересное. Расспрошу Грэма при первой же возможности.       За ужином уже весь Хогвартс обсуждал возвращение пропавшего. Все знают, что он в Больничном крыле. А я вдруг почувствовал, как мне хочется проучить Уизли. Наглецы. Они вели себя так, будто совершенно ни при чём. Смеялись, что-то живо обсуждали. Да, Монтегю мне не друг, и я абсолютно ничего ему не должен. Но это принципиально! Это мой человек! С моего факультета. И если близнецы думают, что им всё с рук сошло — сильно заблуждаются.