Две реальности

      Разведывательный центр навевал неприятные воспоминания. Эти длинные, полупустые помещения навсегда засели в голове Саске после того, как по окончании войны он долгие месяцы провел в тюрьме Конохи.       Ибики действительно был мастером пыток. Учиха убедился в этом на собственной шкуре, и хотя он честно отвечал на любые вопросы, глава отдела считал необходимым раз за разом копаться в его голове, причиняя моральную и физическую боль, выискивая ложь в словах.       Они остановились у одной из десятков дверей отдела. Ритмичный запароленный стук, и из-за нее показался отец Ино. Конвой двинулся вперед, и в этот момент Саске подал едва различимый знак.       Наруто вырвался из теневого захвата, раскидав охранявших его шиноби. Шикаку, отвлеченный побегом пленника, потерял контроль над Саске. Мужчина мгновенно выхватил кунай из кобуры уже поверженного противника, и сбил им летящие в Наруто сюрикены.       Привычка всегда полагаться на шаринган сыграла злую шутку. Предугадывать движения стало сложнее, мужчина словно почувствовал себя слепым, пропуская стремительный удар, но Наруто за долю секунды преодолел расстояние и откинул шиноби к стене:       — Теряешь хватку, — беззлобно подколол он друга, уходя от атак. В здании загудела сирена, оповещая всех о чрезвычайной ситуации.       — Уходим, — сухо скомандовал Учиха, и оба, на запредельной для других скорости, скрылись за пределами деревни.

***

      В Конохе было на редкость пасмурно, вот-вот собирались упасть первые капли дождя, будто сами небеса скорбели об уходе великого шиноби, ученика легендарного Хаширамы, Третьего Хокаге Деревни Скрытой в Листве.       На деревенское кладбище стекались люди, постепенно заполняя его. Проститься с Хирузеном Сарутоби и возложить цветы в благодарность за спасение пришли все жители, от мала до велика.       Конохомару стойко держался, стоя в первом ряду. В полной тишине прогремел раскат грома и небо разразилось ливнем, скрывая в нем слезы маленького мальчика.       — Он отдал жизнь за всех нас, — тихо произнес Какаши, — мы все будем вечно помнить его поступок.       Издалека за происходящим наблюдал Наруто. Он был словно это серое небо, такой же скорбный и хмурый. Мужчина грыз себя за то, что пошел на поводу у Саске. Он мог предотвратить гибель Третьего, была уйма возможностей убить Орочимару задолго до нападения, но он не стал. И это гложило его.       — Не вини себя, — тихо сказал Саске, подходя ближе, — не все можно исправить. Даже зная будущее.       — Заткнись! — Наруто резко повернулся, занося кулак, сконцентрировав в нем чакру лиса. Саске спасли лишь вовремя возникшие ребра Сусаноо, — я мог это сделать, — он продолжал бить, — но ты так боишься изменить будущее… Почему?! — Наруто окончательно потерял контроль, его охватила злость, будто что-то внутри переломилось.       Курама поначалу потешался, ведь давно он не видел Узумаки таким, это навевало ностальгические воспоминания. Да и наблюдать за загнанным в угол Учихой всегда приятно, но все стало выходить за рамки и лис перекрыл поток.        Саске почувствовал слабые удары по Сусаноо, схватил Наруто за грудки и притянул к себе, понимая, что другу, который не привык стоять в стороне от проблем, как никогда нужна поддержка:       — Старик умер, как настоящий шиноби, — действия Саске заставили Наруто замереть, — вспомни, чему он учил других, — а размеренный шепот бессильно обмякнуть.       Дождь прекратился, тучи расступились, дав лучам солнца осветить скалу Хокаге, заполняя светом деревню, которую они охраняли и за которую отдали жизни. Седьмой взглянул на высеченные лица старика Третьего и отца, припоминая слова Хокаге про Волю Огня. Он взял себя в руки: некогда горевать. Ради будущего всего мира, жертва не должна быть напрасной.       Следующие дни прошли в относительном спокойствии. В Листе все было тихо, Орочимару исчез, шиноби из Песка вернулись к себе домой, а жители начали постепенно отстраивать разрушенные и поврежденные здания. И только Саске не находил себе места, пряча переживания за напыщенным безразличием. Он мог обмануть кого угодно, даже себя, но только не Наруто:       — Да сколько можно, — психанул он, подрываясь с места. Учиха покосился на друга в полном непонимании, что вдруг произошло, — ты не язвишь, не называешь меня идиотом, сидишь и пялишься в одну точку!       — Нужно найти способ осесть в Конохе, — отрешенно ответил мужчина, — если хотим влиять на ход события, — Наруто задумался:       — Поговорим с бабулей Цунаде, — воодушевленно выпалил он, придумав план.       — И что ей сказать? В реальность она вряд ли поверит, — Саске откинулся на дерево, прикрыв глаза. Он будто находился не здесь и не сейчас.       — Мы поможем ей и попросим убежища, — пояснил Наруто свою задумку, внимательно разглядывая друга и мягко улыбаясь, а после констатировал, — но волнует тебя не это.       — Он скоро придет, — понимая, что Наруто не отвяжется, признался мужчина и устремил свой взгляд на главные ворота.       Вдалеке показались черные балахоны с красными, словно кровь, облаками. Характерный звук колокольчиков разнесся по деревне. Отступники проникли в Лист, с этого момента долгую охоту на девятихвостого можно было считать открытой.       Члены Акацуки засели в баре на одной из самых оживленных улиц, привлекая на себя внимание сына Белого Клыка. Кисаме немного удивила такая неосторожность напарника, который всегда просчитывал все до мелочей, но спорить он не решился, предполагая, что у Итачи уже есть план.       К Какаши подошли еще двое, завязался разговор ни о чем, просто встреча друзей, но слишком уж наигранная. Учиха тянул до последнего, позволяя джоунинам еще раз убедиться, что Хатаке не ошибся в своих выводах, но появление младшего брата заставило нукенина резко ретироваться.       Саске со стороны наблюдал за братом. Зная всю правду, было неприятно слышать, как сын Хирузена обвиняет Итачи в предательстве, называет преступником и грозится убить. Кулаки сжимались до побелевших костяшек, скулы играли. Головой он понимал, что Асума и Куренай просто находятся в неведении, но эмоции были ему не подвластны.       Пересилив себя, Саске вернулся к Наруто, который заглянул в «Ичираку Рамэн», чтобы насладиться любимой лапшой и не пропустить момент, когда Отшельник со своим подопечным отправится в дорогу, несмотря на то, что от Учихи никакого ответа он так и не получил.       — Сделай одолжение, — сказал мужчина, присев спиной к стойке, наблюдая, как Гай со всех ног несется на выручку, — не подпускай Саске к Какаши.       — А ты? — Наруто притих, завидев учителя, который приближался к рамэнной, активно вертя головой кого-то разыскивая.       — У меня еще есть дела. Встретимся в городе, — подмигнул Учиха, намекая, что согласен на авантюру товарища и удалился.       Из-за угла выскочил маленький Наруто. Он бежал в предвкушении отведать излюбленный свиной рамэн после сложной и изматывающей тренировки. Мальчишка так спешил, что не видел ничего на своем пути и повернув за угол, врезался в Джирайю, падая на пятую почку.       — Тебя-то я и ищу…       — …У меня нет времени искать девушек! Я занят тренировками, — доносились отрывки фраз с улицы.       — …Как хочешь, а я мог бы научить… — мастерски манипулируя желаниями ребенка, наконец уговорил его санин.       Позабыв о первоначальной цели, блондин понесся домой собирать все необходимые вещи. Наруто не мог сдержать смех, наблюдая за этой картиной «Может, Саске был прав, в детстве я был болваном». Но время не ждет. .,       Хокаге отправился на поиски последнего Учихи, но мальчишка, как сквозь землю провалился. Его не было ни дома, ни на тренировочной площадке, ни около мемориального памятника с высеченными именами погибших соклановцев. Наруто, уже отчаявшись найти ребенка, шагал по кварталу Учих, не зная, куда еще заглянуть, ведь в детстве Саске больше нигде не бывал толком.       Пропажа нашлась у входа в храм Нака. Злой, переполненный ненависти и обиды, он шел в сторону центрального района, где жил Какаши, чтобы найти ответы на возникшие вопросы. Наруто, приняв облик дряхлого старика, поспешил преградить ему путь:       — Молодой человек, — прохрипел он, всячески стараясь искажать голос, — помоги старику, — Саске, видимо ради приличия, остановился, сунув руки в карманы, — я впервые в вашей деревне и вот беда, совсем заблудился. Проведи экскурсию, а дедушка в долгу не останется.       — Найди кого-то другого, — раздраженно фыркнул мальчик и пошел дальше. Узумаки не отставал, по-всякому пытаясь увести его в другую сторону, но Саске был непоколебим, полностью игнорируя спутника. Они так и добрались до нужного дома, оставалось только подняться по лестнице. Наруто закрыл собой проход, серьезно произнеся:       — Тебе не стоит туда идти.       — Почему же? — Саске насторожился и инстинктивно его глаза приобрели красный цвет, — Предупреждаю один раз, уйди с дороги.       «В детстве он был еще хуже, — насмешливо подметил Курама, — проучим наглеца?» — Наруто проигнорировал лиса, продолжая придерживаться своей тактики:       — Потому что Какаши там нет, — выпалил он первое, что пришло в голову, — я видел, как он пошел в книжный магазин, — звучало неубедительно, и Учиха сделал шаг вперед, приготовившись прорываться, но из-за угла послышалось:       — Это правда? Итачи вернулся в деревню за Наруто?!

***

      Мужчина затаился в листве деревьев у обрыва, с которого черные плащи наблюдали за джинчурики и одним из тройки легендарных санинов. Кисаме рассуждал о силе жабьего отшельника, о которой давно слагают легенды. Он сам признавал, что не выстоит против Джирайи, если вступит с ним в открытый бой, а Итачи только подливал масло в огонь:       — Если бы мы сразились, то убили бы друг друга. Не очень привлекательный исход, — говорил он о себе, упуская тот факт, что смог легко победить, равного по силе, Орочимару.       — Если мы с ним сразимся, то клан Учиха и семь мечников тумана будут втоптаны в грязь, — в голосе бесхвостого биджу даже была толика восхищения. Это играло на руку Итачи, но и забываться не стоило. Он и без того слишком часто стал подставляться, еще немного и напарник начнет что-то подозревать:       — Да, но даже у самых сильных есть свои слабости.       Саске, опасаясь, что потеряет Акацуки из виду, вышел из своего укрытия без маскировки. Где-то в глубине души он хотел, чтобы брат узнал его, хотя бы потому что это могло бы облегчить предстоящий разговор. И подошел ближе к нукенинам:       — Итачи Учиха, — позвал он брата, но тот даже не шелохнулся, — мне надо с тобой поговорить.       — Ты не видишь? — отозвался Кисаме, — господин Итачи занят, — он потянулся к Самахеде, распуская бинты, — проваливай отсюда, пока ноги целы, — оскалился он. Старший Учиха никак не реагировал, давая возможность напарнику поразвлечься.       — Это касается твоего младшего брата, — не обращая внимания на второго, выпалил Саске, чем наконец вызвал заинтересованность у Учихи, которую он тут же скрыл.       — Странно, я слышал, что весь клан Учиха уничтожен, — с улыбочкой заметил антропоморфный ниндзя, — да не важно. Второй раз не повторяю, — он занес меч, рассчитывая немного размяться перед важным сражением. Саске напрягся, прокручивая в голове варианты исхода событий, но тут подал голос Итачи:       — Кисаме, оставь нас.