В конце пути

У неё – любовь к различного рода приправам. В любом напитке и блюде – их мешанина, кардинально меняющая вкус и всегда источающая почему-то острый аромат. Бесчисленные баночки с аккуратными наклейками названий – единственное, что идёт вразрез с её стремлением жить просто в гармонии с природой. Он терпеть не может (громко сказано, конечно, потому что морщиться и выражать недовольство не в его правилах), когда вкус пищи перебивается приправами. Ежели мать-природа задумала, чтобы росли плоды у растений и реки и леса изобиловали живностью, то нужно отдавать ей должное и наслаждаться простым вкусом, а не пытаться как-то его изменить и усовершенствовать. Но спорить и просить так же относиться к еде, опять же, не в его правилах – это невежливо и неуважительно, потому что у каждого своя точка зрения. Но однажды происходит событие, которое полностью выбивает его из колеи и заставляет в недовольстве поджать губы. Кофе в термосе, который Флора делает каждое утро и даёт эльфу с собой на учёбу, чтобы он не бегал несколько раз на дню в буфет, неожиданно отдаёт пряным ароматом, от которого во рту против воли собирается слюна. Напиток с таким же запахом фея пила каждое утро, прежде чем унестись в теплицы возиться с растениями. Похоже, что в этот раз, переливая кофе из кофейника в термос, она из-за обычной утренней рассеянности бросила щепотку корицы, совершенно забыв о том, что Палладиум не любит всевозможные добавки в напиток, снисходительно относясь разве что к сахару. В первый раз эльф ничего не сказал и просто завинтил обратно крышку. Ему не требовался кофе для того, чтобы поддерживать постоянную бодрость, которую приписывали напитку как самое главное свойство. Просто вкус подходил к лёгкой тошноте и головной боли, которые появлялись после проверки письменных заданий – честное слово, некоторые ученицы даже не думали открывать учебник и считали, что выдуманные описания к сложному и опасному заклинанию помогут получить проходной бал. И без коротких перерывов, во время которых он неспешно потягивал горьковатый напиток, больше скапливалось сомнений насчёт того, что в Алфее стоит держать фей лишь за их силу и уникальность – без старательности, в этом не было никакого проку. Не самые соответствующие преподавателю мысли, но по-другому думать при виде явной пренебрежительности к своему предмету не удавалось. Во второй раз он тоже ничего не сказал, но выливать кофе в раковину перед тем, как принести термос обратно Флоре, он не стал. Она удивлённо посмотрела на него через плечо, когда при помощи заклинания почистила термос, но ничего не сказала и, кажется, даже не заметила, что с напитком было что-то не так. В третий раз Палладиум молча становится за плечом Флоры, когда та ждёт, пока тонкая, исходящая паром струйка из кофемашины наполнит кофейник, чтобы из него перелить напиток в термос. Она тихо напевает себе под нос какую-то песенку и облокачивается на его плечо, не подозревая, что он встал так близко не из внезапного нежного порыва, а из желания проконтролировать её дальнейшие действия. Поэтому, когда она машинально тянется рукой с зажатой между большим, указательным и средним пальцами крошечной ложечкой к открытой банке с корицей, она удивлённо хлопает глазами и возвращается в реальность из каких-то своих мыслей, едва на её запястье смыкаются пальцы. - Я не пью кофе с корицей, - Палладиум говорит как можно больше непринуждённо, и Флора первые секунды продолжает смотреть на него с непониманием, прежде чем хлопнуть себя по лбу. - Точно! Прости-прости, - ложечка летит в банку, чтобы остаться там до следующего утра, когда фея захочет выпить кофе. – С этими новыми саженцами я забыла обо всём на свете. - Бывает, - эльф, чуть нахмурившись, целует Флору в лоб, на котором проступает едва заметный красноватый след от удара. Вредить себе, когда осознаёшь ошибку – совершенно дурная привычка. - Мне точно нужно писать себе напоминания на стикерах, - не соглашается фея, закручивая крышку термоса и вручая его эльфу. – А то такими темпами я буду солить чай. Палладиум думает о том, что расклеенные повсюду яркие бумажки намного хуже, чем любовь феи к различным приправам, поэтому, прежде чем уйти на занятия, всё-таки тратит десять минут на то, чтобы убедить Флору в том, что её рассеянность даже очаровательна, потому что возникает только тогда, когда фею занимают мысли о каком-нибудь важном деле. Преподавателю позволительно опаздывать на пятнадцать минут, так что один раз за всю карьеру в Алфее можно и прийти попозже. А кофе с корицей он всё-таки не пьёт из принципа, хотя временами внутри поднимается любопытство, насколько поменяется вкус напитка, если туда добавить пряность.