Дорога домой

Утро порадовало меня согревающими лучами. Я лениво развалилась на кровати. — Вставай, соня, — будила меня Лена, щекоча за пятки. — Н-е-е-е-т. Не пойду сегодня на пары, — ответила я, зевая. Я краем глаза увидела, как она примеряет откровенное вечернее платье. — Куда собираешься? — поинтересовалась я. — Выбираю платье на свидание с Максиком. — Ого. У вас какой-то праздник? — Нет, просто так пригласил. — Вы молодцы, — ответила я и уснула крепким сном. Я каждый день наблюдала, как изо дня в день она становилась все счастливее. Сейчас она порхала уже с самого утра, как бабочка, накручивая волосы и крася пышные ресницы. Я искренне не понимала, что людей мотивирует на жизнь: почему она всегда встаёт рано и не с разбитым от тоски лицом, а с приятной улыбкой на тонких губах. В головах большинства людей господствуют интересы, хобби, увлечения. Они почти никогда не испытывают глубочайших потрясений. Я горжусь ими! Они падают и встают, влюбляются и разочаровываются, но они искренне хотят жить. Мне же существовать в одиночестве было довольно сложно. У меня будто почти всю жизнь была хроническая депрессия, приклеившаяся ко мне, как жвачка к ботинку. Я несла череду дней за собой с горечью и печалью, и лишь редкие встречи с друзьями помогали мне оставаться на плаву. Я не знала, что со мной будет через месяц, год, десять лет, я жила одним днём, ничего не желая, ни от кого не завися и никому не доверяя. Как одинокий парус, скользящий по блестящей глади моря, я уплывала в бездну своих мыслей и переживаний. Но сегодняшний день уже с самого утра радовал меня греющими лучами солнца. Унынье слегка давило на виски, но я максимально старалась его игнорировать, потому что сегодня я иду с Владом и его друзьями играть в настольные игры. Я зашла в пыльную от едкого кальянного дыма общажную комнату. Его привкус был даже на моих губах: приторно-сладкая клубника и мята. Нотки мяты напомнили мне о днях, когда я жила у бабушки в деревне. Помню, как она всегда заваривала мне большую кружку с пряными травами и мятой, а я жадно поглощала ее. Большую часть детства я проводила у бабули. Мы с ней хорошо проводили время, потому что я была послушным ребенком. Холодными зимними вечерами она читала мне добрые и наивные сказки, а жаркими летними деньками я лениво разваливалась на шезлонге, а потом собирала спелые ягоды и овощи с огорода. Жили мы дружно в то время, поэтому детство играло в моей памяти радужным калейдоскопом. — Привет, проходи, присаживайся, — прервал мои воспоминания Влад. Я немного растерялась и ответила: — Да, спасибо. Привет. Он привёл меня в круг своих знакомых: здесь было три парня и одна девушка. Первый парень был по виду ярым сатанистом: длинные грязные волосы, кольца с двуглавыми змеями, футболка с пентаграммой — все эти атрибуты были аляпистыми и кричащими. Но его детское выражение лица, девственная улыбка и детские розовые щечки поразили меня. Я была удивлена таким несоответствием мировоззрения и внутренней чистоты. Второй парень был тощим и унылым эмо с длинной челкой. На этой вечеринке он был со своей такой же худой и грустной девушкой. Я уже представила их свадебную фотосессию. Она проходила бы в тёмном и сыром лесу: кругом все было бы покрыто мхом, повсюду бегали мышки и ползали пауки, а глаза застилал густой туман. Молодожены были бы одеты в чёрные костюмы, на девушке был бы бледный макияж в сочетании с угольными тенями и помадой, а на юноше была бы темная бабочка и выглаженный чернильный костюм. Третий парень был братом-близнецом по характеру Влада — гениальный казанова, обладающий недюжинным обаянием и остроумием. Во всем он хотел быть лучшим, его многое интересовало, но иногда его амбиции топили и отталкивали всех вокруг. Вот мы наконец присели на стол и начали играть в монополию, попутно с этим попивая зелёный чай и покуривая сладкий кальян. Мне нравилось наблюдать за игроками: кто-то максимально стремился к победе, а кто-то самодовольно наслаждался самим процессом. Часы во время этой игры медленно плавились, и казалось, что времени вообще нет, есть только доза радости, которая еще не прекратила свое воздействие. Кальян расслаблял настолько, что мне снова захотелось прилечь на кровать и уснуть, но я держалась как могла. Честно говоря, я не очень люблю монополию, но мне просто хотелось провести время в компании Влада и его друзей. После долгой и интересной игры Влад предложил мне выйти покурить. Я охотно согласилась, так как в комнате было слишком душно, и мне захотелось глотнуть свежего воздуха. — Что у тебя нового? — спросила я его, когда мы вышли на балкон. — Да ничего вроде бы. Ходил недавно на лекцию о космосе. Узнал много нового. И тут он начал рассказывать о тайнах космоса, безвоздушном пространстве, приводящихся сейчас исследованиях во всех лабораториях мира. Он говорил, что на луне обнаружили водяной покров, что у Плутона открыли еще один спутник и многое другое. Я прочувствовала все его слова и видела, как невидимые руки науки тянут все человечество вперёд. Теперь я видела себя космонавтом в безвоздушном пространстве. Я переваливалась с бока на бок, делала сальто, касалась атмосферы руками и растворялась в пространстве. Перед моим взором друг за другом мелькали картинки. Солнце обжигало мое лицо, пока я заворожено смотрела на пылающие вдалеке звезды. Так необычно парить даже не в воздухе, а в атмосфере, где всегда царит ночь. Земля казалась маленьким зелено-голубым шариком. По мере продолжения его рассказа, мой фон в воображении менялся: то я прыгала по воздушным планетам, то стояла на Марсе, поглядывая на Землю, то терлась в пучине Млечного пути. Я не особо интересовалась астрономией, но когда другой человек тебе об этом так увлечённо рассказывает, то сложно не вникать в его рассказ. Мне многое было сложно понять и представить. Раньше я пыталась изучать труды Циолковского, но давалось мне это с трудом. Поэтому я перестала. Влад же описывал все простым и понятным языком. Это ещё больше увлекало меня. Я была невидимым, словно прозрачным смотрителем за всей Вселенной, я продвигалась по ней тихо и незаметно по глади космического пространства. Мне понравилось это путешествие. Когда мы закончили эту довольно долгую беседу, я спросила о Диане. — Неожиданный вопрос. Не знал, что вы общаетесь. Я знаю ее не так давно, но за несколько месяцев нашего знакомства я так ничего и не узнал о ней. Мы виделись довольно редко, и, в основном, из-за вопросов по учебе. На все вопросы она отвечала уклончиво. Я много раз звал ее погулять, но она всегда отказывалась, ссылаясь на занятость и прочее. Поэтому я не знаю, что тебе о ней рассказать. — Ну ладно. — А зачем она тебе? — ехидно начал улыбаться он, — Понравилась? Я засмущалась и ответила: — Да нет, просто. — Знаю я твоё «просто», — усмехнулся он. Я не знала, что ему ответить, поэтому просто молчала. Он обнял меня и сказал: — Ладно, пойдём, а то уже холодно. Сегодняшний вечер я решила провести в местной библиотеке, наедине с великими умами. Я хотела побывать не только на гребне своей фантазии, но и в разных эпохах, начиная от Парменида и заканчивая Николаем Бердяевым. Каждый вечер, проведённый здесь, казался мне удивительным и незабываемым. Конечно, за один день я могла прочитать немного, но даже этого мне хватало для получения положительных эмоций и новых знаний, которые захватывали меня. Мне нравилось по-разному проводить свой досуг: напиваться до бешенства в клубах, но также и сидеть на уютном полу в библиотеке за занимательным чтением. Здесь никто не мешал, не донимал меня фальшивыми приветливыми улыбками. Здесь были только я и Гегель, Пифагор, Анаксимандр и другие. Они были интересными собеседниками, которые хранили в себе знания нескольких поколений. Каждая из этих личностей была ходячей энциклопедией, поэтому мне так интересно было их слушать. Я медленно погружалась в труды Платона, изучала его подходы к построению государства, затем я исследовала такую аллегорию, как пещера Платона, где он утверждал, что мы видим лишь тени от предметов, что наше восприятие иллюзорно, и освободиться от этих оков может только философ, который все ставит под сомнение. Все философы призывали к познанию и поиску истины, но нужно ли это на самом деле? Если бы все начинали разбираться в истоках, читать научную литературу, то другие сферы жизни пострадали бы колоссально. Я думаю, что каждый человек и так идёт путём познания, но не всегда углубляясь в философские течения, рассуждая о сотворении мира. Им хватает жизненной философии или философии «выживания». Эта философия живет в каждом отдельном уме, в зависимости от склада ума и склонности характера. Человек начинает разрабатывать ее, когда впервые чувствует боль, обиду, разочарование ещё в детском возрасте. Ваше сердце скукоживается, вы не понимаете почему мир так жесток, почему ваш отец пьёт, хулиганы задирают вас, а любимая девочка из садика перестаёт с вами играть. С этих, казалось бы, мелочей все и начинается. Боль комом нарастает с течением времени, поэтому к восемнадцати годам вы уже злы на весь мир, вы не верите в него и вынуждены под него подстраиваться. Но это худший вариант развития событий. Конечно же масса вселенской боли распространяется неравномерно по всей Земле, но мы можем регулировать это лишь частично. Это зависит от разных причин. Чтобы не допустить ранение своей души, человек строит невидимую оболочку вокруг себя, чтобы уже никто не мог дотронуться до его маленького сердечка, разочаровать его. Но даже построив огромную неприступную крепость, жизнь умудряется превратить ее в песочный домик. Все эти витки жизни формируют жизненную философию. Я стала замечать, что даже заядлые гуляки, которые якобы совсем далеки от философии и абстрактного мышления, иногда высказывают такие глубокие мысли, что я остаюсь поражена их словами как молнией. В итоге я пришла к выводу, что все знания полезны: как практические, так и академические. Первые для жизни, вторые для души. Обо всем этом я думала в призрачной полутьме уже опустевшей библиотеке. Все в жизни было прекрасно и гармонично, но почему же мне тогда все равно зачастую не хочется подниматься с постели и просто жить? В этот момент мне жутко захотелось поделиться своими мыслями и новыми знаниями из книг, и первый, о ком я вспомнила, это была Ксюша. — Алло, — почти прокричала она из-за громкой музыки на заднем фоне. — Я хотела с тобой поговорить, — я тоже начала немного повышать голос, чтобы она меня услышала. — Что ты говоришь? Тебя плохо слышно! Сейчас с Лешей на тусовке. Тут так круто-о-о-о. Я сейчас не могу говорить, перезвоню тебе завтра! После этих слов она повесила трубку, а я хотела повесить себя в этой ситуации. Она мне ничего не сделала, не сказала ни одного обидного слова, не повышала на меня голос, но после этого разговора я была будто в воду опущена. Грусть свела мое лицо в ужасной гримасе, и я ждала, когда смогу вырваться из ее тисков. Я звонила не так часто, и мне стало так горестно, потому что она не смогла уделить мне всего пару минут, чтобы я могла поделиться с ней своими эмоциями. Разве это так сложно? Ведь она еще недавно говорила, что не любит тусовки, где собираются самые отбитые ребята. Это были ее слова, а теперь она сама в их числе. Я не знала, куда себя деть. Мне стало очень горько от того, что никто не пожертвует ради меня ни вечеринкой, ни попойкой с малознакомыми людьми или походом в клуб. Я стояла наравне с бокалом пива в дешевом баре. Я никогда не была ни у кого на первом месте. Около часа я слонялась по темной улице из угла в угол, пытаясь найти успокоение в тенях деревьев, которые спокойно скользили по земной глади. Знаете, это зудящее ощущение тоски, которое как кислота разъедает все твои чувства? Вот сейчас именно так я себя и ощущала и всеми силами пыталась прийти в душевное равновесие. Неприятный осадок тенью тащился за мной. Я устала от этой погони, поэтому решила пойти в общагу и уснуть крепким снов, больше мне ничего не оставалось. Когда я зашла в комнату, то почувствовала прилив сил и бодрости духа. Мне сложно было объяснить самой себе, почему и как происходят эти перемены настроения. Конечно, есть много факторов, влияющих на это: личные переживания, конфликты, восторг от вкусной еды, приятные прогулки, жгучее расставание, глубокое разочарование. Но ведь ничего из вышеперечисленного я не испытывала: я просто ходила по улице, а потом забрела домой и рухнула на кровать. Я ни с кем не пересекалась, не слышала добрых слов. Изменился всего лишь фон, и я уже расцвела. В комнате никого не было. Наверное, Лена уехала к парню после романтического свидания. Я заварила себе горячий зеленый чай, чтобы успокоить нервы, и в этот вечер я поняла, что как бы я себя не успокаивала, все равно все за меня решает моя душа. Если она льет крокодильи слезы, то никакой силой мысли ты уже не сможешь на нее повлиять, кроме как успокаиваться ее, балуя земными радостями. Если ты выполняешь все ее капризы, то она может улыбнуться тебе. Мне искренне хотелось не обижать ее и защитить от всех бед, но такова жизнь — мы все страдаем. Каждому достается свой путь, свое место и предназначение в этом мире. Я уже смутно представляла, что уготовила мне баловница судьба: одинокое путешествие длиною в жизнь. Я не была пессимистичной, но за 19 лет своей жизни мне так и не удалость построить полноценные отношения, хотя я пыталась это сделать с 14 лет. Но сейчас, когда я была сытая и расслабленная после нескольких кружек согревающего чая, я уже перестала думать о нелепостях судьбы. Мне хотелось плыть по течению своих хорошим мыслей. Так я медленно провалилась в сон.