Хрустальные гробы

Как бы нелепо это ни звучало — план у Габриэля был. Неясный, конечно, вряд ли окончательный, но начало своих действий мужчина продумал досконально. Первым делом он хотел привлечь внимание других носителей Камней — должен же быть кто-то ещё, владеющий волшебными побрякушками, ведь Книга, посвящённая им, насчитывала не одну и даже не пять сотен страниц. В конце концов, должен же быть кто-то, навредивший Эмили, в таком случае можно если не вызнать о противоядии, то хотя бы отомстить — уже что-то. После привлечения внимания Габриэль собирался с обладателями Талисманов поговорить — рассказать историю жены. Вряд ли они ему так сразу и на слово поверят, но и Агрест не был тем человеком, который кинется к первым же откликнувшимся со слёзными мольбами и грустными байками из жизни. Нет, он чувствовал — раз уж не повезло столкнуться, то либо ты, либо тебя, либо вы заключите взаимовыгодное сотрудничество. А договариваться Габриэль умел. Почти так же хорошо, как шить. Не стоило забывать и о неком Мастере, вскользь упомянутом Эмили в разговорах и проклинаемом ею в записях, не попавших в руки к следователям. Да и какой-то там Хранитель Камней, который почему-то ни разу не попытался забрать брошь Паон, тоже не вызывал доверия — что-то тут было нечисто. В любом случае чего уж точно Габриэль-Бражник не ожидал, так это того, что ему удастся так быстро выманить Божью Коровку и Чёрного Кота. И что те окажутся всего лишь детьми — нахальный пацан был едва ли старше Адриана, а девчонка рядом с ним казалась и того мельче. Это было настолько по-свински со стороны Мироздания, что от неожиданности Габриэль расхохотался и протянул руку к груди с намерением сорвать брошь и прекратить сие безобразие… Но ведь Каменное Сердце никуда не исчезнет, а проверять, сможет ли Бражник снова наблюдать за ситуацией в городе глазами акуматизированного, мужчина не рискнул. Не когда под каменными тяжеленными лапами ошивается ребёнок с отсутствующим инстинктом самосохранения. Габриэль схватился за голову. Чёрт, пленником бабочки стал тоже ребёнок, и Агрест понятия не имел, получится ли её отозвать. Снять трансформацию, чтобы ещё раз семнадцать переспросить Нууру, он побоялся. Тем временем великан метнул машину в полицейского (кажется, у Габриэля от ужаса аж волосы под маской зашевелились) и снова взревел, очевидно, вызывая своего обидчика на честный разговор. Отметив, что среди людей, среди поразительно везучих людей, жертв не появилось, Бражник сосредоточился на буйствующем подростке — проверять эту везучесть на долговечность не хотелось. Чёрт, а ведь он считал себя способным пойти на всё и даже дальше. Когда Каменное Сердце послушно двинулся к пустующему стадиону, Габриэль выдохнул и даже почти взял себя в руки. Выполнить обещание использовать любые средства, данное самому себе, было намного проще, когда стремительная, как оказалось, магия казалась бесполезным фокусом, а воображаемые соперники — хотя бы взрослыми людьми. А не детьми, чёрт возьми, которые так же, как и он сам, понятия не имели о том, что им делать. Но, увы, обладали колоссальной силой — рассыпавшиеся в прах футбольные ворота Бражника впечатлили, заставляя тревожно ждать действий Божьей Коровки. Вдруг она щёлкнет пальцами, повертит своим забавным йо-йо, и у Габриэля образуется в голове какая-нибудь злокачественная опухоль? Если уж созидать, рассудил он, то по полной. Божья Коровка, в свою очередь, вела себя куда осмотрительнее своего дружка. Она с присущей девочкам осторожностью опасливо поглядывала на каменного великана, и, похоже, драка с огромным противником её ну совсем не привлекала. И в отличие от Кота додумалась дослушать свою квами до конца, а потом — просветить в тонкости суперспособностей взбалмошного напарника… Вместе с Бражником конечно же, но откуда ей было знать? Когда девчонка недовольно заявила, что Кот теперь перевоплотится через пять минут, Габриэль прислушался к своим ощущениям — его «суперспособностью» он пользовался уже всяко дольше. Но Нууру вылезать не спешил, и Габриэль принялся пристально рассматривать трость в руке, старательно ощупывая её со всех сторон. Верхушка со звоном откинулась, представляя собой распахнутый купол, под который поместится разве что жук, таракан или… бабочка. Габриэль задумчиво хмыкнул, защёлкивая крышку назад, и снова принялся наблюдать. Забавно, но девчонка действительно раскрутила йо-йо, задорно (и слегка истерично, по мнению Агреста) выкрикивая что-то про шанс. Выглядело очень странно и совсем неопасно, ровно как и упавший откуда-то сверху гидрокостюм. Повинуясь бабочке, великан послушно вскинул голову, но пролетающий мимо вертолёт с гуманитарной помощью они так и не заметили. «Теперь надо понять, как нам это поможет…» «А твои силы не могли выбрать что-то попрактичней?» — впервые за своё появление логично заметил Кот, и Бражник молча с ним согласился. Каменное Сердце что-то кричал, нелепо размахивая руками и готовясь атаковать противников с изяществом танка, и Габриэль не стал его как-то наставлять — уж очень хотелось посмотреть на этот Счастливый Случай в действии. Божья Коровка — явно сторонница тактики «сначала думать, потом делать» — справедливо пришла к выводу, что акума прячется в чем-то, зажатом в кулаке, а оттого следует этот кулак разжать. Габриэль удивлённо вскинул брови, но продолжал терпеливо ждать. Когда девчонка буквально кинула напарника в противника, Бражник засомневался, кто здесь гипотетическое зло (ибо да, хорошо, погром города на светлый поступок точно не претендовал). Когда она сама прыгнула в кулак — задумался, точно ли голова у неё такая ясная, как показалось. Да, клочок бумаги выпал, но что она, плененная, сможет с ним сделать? Когда какая-то рыжая девица со смартфоном, на которую Бражник не обратил внимания, включила воду, наполняя Счастливый Гидрокостюм, это напомнило мужчине какой-то очень сложный и многоходовый план. Какой-нибудь из фильмов примерно его молодости, где потревоженный ниткой шарик преодолевает полосу препятствий и активирует простенький, но зловредный механизм. Стоило признать, получилось оригинально. Освобождённая бабочка радостно упорхала в небо, не встретив препятствий к побегу, и Габриэль с облегчением снял брошь, надеясь, что на этом бесконечно долгий и ужасно странный день закончится, не принося больше никаких сюрпризов. Однако они случились — и даже два. Первый состоял в том, что пока он «работал» в кабинете, Адриан, не принявший слово «нет» во внимание, тихой сапой усвистал-таки в коллеж. Правда, у самых его дверей был обнаружен бдительной Натали и чуть менее бдительным охранником, схвачен и отконвоирован обдумывать своё поведение в комнату. Возможно, они страстно желали оставить сие происшествие в тайне, но болтливых горничных о своих намерениях предупредить забыли, поэтому ругался Габриэль долго и со вкусом — больше испугавшись, нежели действительно разозлившись. Потому что о творившихся в городе безобразиях он знал не понаслышке. Второй сюрприз оказался ещё более отвратительным, чем первый. Гадская бабочка не исчезла вместе со снятием броши, а оттого, оставшись без присмотра, накуролесила дел куда больше, чем под присмотром. Теперь по центру города были разбросаны копии буянившего давеча великана, к счастью, не способные к передвижению и просто стоявшие монументами самим себе. Призвать вредительницу удалось далеко не с первой попытки, поэтому, всё-таки заточив её в трость, Бражник глубоко вдохнул и отказался от сил, не снимая Камня Чудес. Бедному Нууру предстоял новый допрос с пристрастием — детальный, потому что переполненный впечатлениями, Габриэль уже знал, о чём следует спрашивать. О том, что двумя этажами выше с похожим существом общается сын, он не подозревал. Не знал и о том, как незаметно-непредсказуемо они оба стали частью идеально, кропотливо продуманного плана и какую роль в этом плане им всем предстоит сыграть. Меньше знаешь — крепче спишь.