Золотой голос

Отоя настраивал гитару в музыкальном зале. Аика вошла неслышно. Кроме них никого в зале не было. Остальные решили им не мешать. - О! Аика-чан! Доброе утро! – всегда жизнерадостный Иттоки протянул девушке руку. Накахара села за рояль в классе. Она бегло пробежалась по нотам. - Я попробую сначала сыграть то, что написала Нанами, - девушка решила сразу окунуться с головой в работу. Мелодия и вправду была замечательной такой легкой и жизнерадостной, немного быстрая, романтичная. Нанами очень хорошо знала Иттоки и написала ему то, что он сможет спеть, а вот насчет себя Аика была не уверенна. Она не чувствовала, где её место в этой песне. Отоя очень вовремя присоединился к мелодии, и композиция слушалась прекрасно. Такая стройная песня, но чего-то в ней не хватало. - Замечательно, Аика-чан! У тебя так здорово получилось. - Нет! – Аика со злостью ударила по клавишам. – Это не моя песня Отоя. Меня нет в ней. Твой текст, он хорош, но я не думаю, что мне есть место в этой мелодии. – И, наверное, мне нет места в музыке. – Аика загрустила. Даже улыбающийся Иттоки сник. - Эй! Не говори так! Ты очень хорошо поешь. Давай попробуем что-то изменить. – Он попытался приободрить девушку. - Что? В музыке Нанами? - А почему нет? Аика-чан! Неужели ты собралась сдаться? - Прости Иттоки-кун, но нет, - девушка выбежала из зала в слезах. Ей не хотелось быть там и петь. Это чувство, что она лишняя в музыке не давало ей покоя. Аика села на скамейку и отдышалась. - Что я делаю? Все так сложно. Я теряюсь. Отоя-кун, прости меня, - девушка не сдержала слез. – Я такая жалкая. - Долго еще собираешься реветь? - голос Куросаки заставил ее вздрогнуть. - Куросаки-сан! Что вы… И давно вы здесь? – личико девушки было заплаканным. Носик немного покраснел. - Достаточно, чтобы слышать каждое твое слово, - он как всегда был невозмутим. - «Наверное, он стоял у фонтана, поэтому я его не заметила», - подумала Аика. Она смотрела в его холодные, но красивые глаза. Ранмару стало не по себе, почему то захотелось утешить эту девушку, но он не умел и не знал, что нужно делать. Он присел на скамейку. Действовал на наитию. Он обнял девушку и прижал к себе. Резкий запах хорошего парфюма ударил в нос. А еще от него исходила странная аура. Так спокойно стало на душе. - Прекрати это, - сказал он тоном, не терпящим возражений. - Прекратить что? – не поняла Аика. - Прекрати жалеть себя. Ты талантливая певица. Возьми себя в руки. Неужели ты не можешь изменить свое отношение к музыке? Неужели ты не понимаешь, что музыка не принадлежит кому-то и она подобна реке, которая в любой момент может изменить свое течение? Накахара, не сдавайся. Я прошу тебя! – выпалил Куросаки на одном дыхании. Все это было чистой воды импровизацией с его стороны. Он присматривал за рыжеволосой, в тайне от нее. И сейчас настало время ему вмешаться. Почему же он действовал именно так было загадкой и для него. - Ранмару… - выдохнула девушка. Ей стало жарко и румянец смущения выступил на щеках. – Спасибо! - А? Куросаки, что это ты тут делаешь? – ледяной тон Камю заставил их отпрянуть друг от друга. Аика быстренько встала, поклонилась ему и побежала обратно в зал. - Ран-ран! Мы вам помешали? – Рейджи подшучивал над другом. – Какой ты шустрый! Стоит тебя оставить одного, как ты зажимаешь племянницу Блистательного! Ай-яй-яй! Нехорошо. - Захлопнись!– рявкнул Куросаки и отвернулся. - Нам пора на съемку! – Аи эта ситуация не волновала. Камю тяжело вздохнул. Котобуки продолжил подтрунивать над мрачным парнем. Квартет отправился по своим делам. Иттоки что-то увлеченно строчил на листах. Он переделывал песню. - Готово! – довольный парень поднял глаза. Накахара стояла и даже не дышала. Она залюбовалась тем. Насколько серьезно и с какой самоотдачей работал жизнерадостный парнишка. Заметив, что ее обнаружили, она поклонилась. - Прости, пожалуйста, Иттоки-кун. Давай попробуем вместе что-нибудь придумать! – и зажмурилась, ожидая его вердикта. Счастливый парень встал и протянул ей руку. Аика взялась и работа закипела. Они вместе стали рассматривать ноты и текст песни. Девушка отбросила прочь все сомнения и позволила парню вести себя в мир музыки. Ей нравилось работать с ним. Он такой милый, теплый, как ласковое солнышко. Энергичный и позитивный. Накахара прониклась его настроением. Ей показалось, что вместе они сотворили нечто интересное и волнующее. - Попробуем? – предложил Отоя. Девушка смутилась, но ответила: «Да!» Так родилась новая легкая песня, которая могла заставить улыбнуться в хмурый день. Которая дарила тепло на душе и заряжала радостью. - «Ты удивительный Отоя!» - думала Аика, когда её голос вторил парню. - О! Ребята, это просто классно! – раздались аплодисменты. Стариш и Харука услышали творение этого дуэта и не сдержались. - Отоян! Это так круто! – эмоции переполняли Нацуки. – Я с нетерпением жду своей очереди! - Кстати, ты действительно звучал по-другому, - произнес Сё. - Я даже рада, что вы переделали мою песню. - Не так уж сильно, - сказала Аика, выходя из-за рояля. - Потрясающе! Просто грандиозно!!! Это изумительно! Несомненно, это будет новый хит! – влетел в зал президент Саотоме, как всегда театрально размахивая руками и выполняя замысловатые пируэты от переполняющих его чувств. - Хит?! - удивилась Аика. - Конечно! Моя дорогая Накахара! Это просто маленький шажок по лестнице. Я жду следующих хитов! – он выпрыгнул в окно и был таков. - Кажется моя очередь следующая, Кошечка, - Рен подмигнул девушке. Аика покраснела, и вспомнила его слова, по поводу поцелуя. Его заигрывания не давали ей покоя. - Х-хорошо, - она поклонилась и побежала в комнату. - Аика-чан! Погоди! – Нанами побежала за ней. Стариш остались одни. - Ну и как тебе работа с Накахара? – спросил Сесиль. -Да-да. Расскажи, как работается с Кошечкой? – влез Рен, которому не терпелось узнать подробности, он явно испытывал не просто любопытство, в его голосе чувствовались нотки ревности. - Ты бы попридержал коней, Дзингудзи. Кажется, Куросаки- кун, уже заявил свои права на Аику-сан, - меланхолично протянул Масато. Ему доставляло удовольствие хоть немного, но выводить Рена из привычного состояния. И вот сейчас ему это вполне удалось. - Что? Ран-Ран? – Нацуки был удивлен, впрочем, как и остальные. - Куросаки? – Токия тоже был удивлен. - С чего это ты взял? – спросил Сесиль. - Я видел собственными глазами, как он обнимал Накахара в парке. Раздался грохот. Все взгляды устремились туда. Сё хлопнул дверью. Он уронил стойку от микрофона. Специально или случайно оставалось только догадываться. - Сё-чан?! – Синомия побежал за Курусу. - Что это только что было? – недоумевал Ичиносе. - Аика-чан, она… - Отоя начал говорить, но отвернулся от ребят и посмотрел на небо, украшенное звездами, - она другая. Не такая, как мы думали. Но так на нее влияет музыка. - Она влияет на всех нас, не так ли? – сказал Хадзирикава. - Как музыка Нанами, - Токия выразил свои мысли. Все мысленно согласились с ним. - Накахара-сан? – Нанами прикрыла за собой дверь. Аика сидела на кровати и обнимала колени. На душе было не спокойно. Она чувствовала что-то странное. Сперва теплые чувства, которые возникли во время работы с Иттоки, потом внезапные слова Куросаки и его объятия, потом теплые руки Дзингудзи и наконец, близость и дыхание Сё. - Все в порядке? – Нанами обеспокоенно села на кровать девушки. - Не знаю, - тихо ответила Аика. - Хару-чан, - она посмотрела в большие светло-зеленые глаза Нанами, - скажи, как ты не теряешься в чувствах? - Что? - Я серьезно! Нанами, ты же знаешь как к тебе относятся члены Стариш! Я… я совсем запуталась! - Ты про Дзингудзи-сана? Ну, знаешь, - она тепло улыбнулась, - он необыкновенно сильный человек. Его любовь к музыке поражает. А его поведение… Просто он такой. Флиртует со всеми. Я поначалу тоже сторонилась этого. А оказалось, что это просто манера общения. Не бери в голову. - Хорошо, - на душе стало полегче. Но что теперь делать с Куросаки? - Знаешь, Аика-чан, я думаю, нам надо сходить всем вместе на пикник, чтобы ты лучше познакомилась со Стариш. Тебе будет гораздо легче! Ты поймешь, что они удивительные и талантливые. Отоя-кун, такой жизнерадостный. Нацуки-кун добрый. Хаджирикава-сан всегда вежливый и удивительно глубокий человек. Сё-кун очень мужественный и прямой. Он очень силён духом. Сесиль-сан элегантный и уважительный. Дзингудзи-сан страстный и сильный. Ичиносе-сан верный и искренний. Теперь, когда Нанами показала Стариш со своей стороны, Аика тоже решила посмотреть на них под другим углом и убедиться в этом. В конце концов их всех объединяет одно: все они бесконечно любят музыку.