Золотой голос

Утром девушек разбудили волшебные звуки саксофона. Обе вышли на балкон и изумились. Весь балкон был украшен цветами на любой вкус. От изумления глаза девушек широко распахнулись. Никогда они так не просыпались. Но под балконом было кое-что интереснее: прекрасный блондин, играющий на саксофоне. Эта мелодия делала утро еще более прекрасным. Она привносила свежесть и легкость с ноткой романтики. Его мелодия. - О! Мои Козочка и Кошечка уже проснулись? – Рен подмигнул девушкам на балконе, когда закончил играть. Нанами приветливо помахала ему. Аика же смутилась и покрылась румянцем. – Эта песня звучала для вас! - Дзингудзи-сан! Это прекрасная мелодия! – ответила ему Харука. - Тогда я рад, что моя песня заставила ваши сердечки трепетать! – слишком красивый и уверенный в себе мужчина умело пользовался своим обаянием. Другие девчонки уже бы плакали от счастья и падали в обморок от его обворожительной улыбки. - Ничего подобного! – Аика взмахнула волосами и ушла в комнату, потому что как раз в дверь кто-то стучал. На пороге комнаты стоял Ранмару. Ничего в нем не изменилось. Такой же серьезный, холодный и собранный, готовый в любую минуту отстаивать свою правоту и защищать то, что ему дорого. - Куросаки-сан? – девушка была удивлена появлению парня. - У тебя сегодня фотосессия с Дзингудзи, в 12 на студии, - он развернулся и ушел. Аика стояла в оцепенении. - Почему с ним? – крикнула она вдогонку. - Не имею ни малейшего понятия, - он даже не обернулся. – Обращайся к президенту. Я не собачка на побегушках. - Простите, я не имела в виду ничего такого. Просто это весьма неожиданно. Я не участвовала в фотосессиях раньше, - она опустила голову. - «Ну конечно! Напридумывала себе, дурочка! Он относится к тебе также как и к остальным» - подумала девушка, но ощутила его руку у себя на голове. Он потрепал её по макушке. В этом жесте было столько заботы и чувств, которые он в себе усиленно прятал. - Удачи, - коротко бросил он и ушел. Накахара снова была в смятении. Она почувствовала, что Ранмару что-то скрывает. Она провела рукой по волосам и отправилась собираться на фотосессию. По радио она услышала свою песню записанную вместе с Иттоки. Она действительно заряжала позитивом. Пока Аика собиралась по телевизору показывали вчерашнее интервью «Стариш». -Иттоки-сан, как вам понравилась совместная работа с Накахара Аикой? Мы слышали, что эта талантливая девушка будет выступать вместе на конкурсе «Золотой голос» и вы решили оказать ей поддержку! – прокомментировала ведущая. - Да! Мы очень рады сотрудничать с Аикой! Она весьма талантливая певица! – улыбался Отоя. - Ваш дуэт стал новым хитом и всего лишь за пару дней получил полмиллиона прослушиваний! Планируете ли вы еще несколько новых песен? - Да, - Рен взял микрофон в руки, - мы работаем над новой песней вместе с Аикой-чан! Совсем скоро вы услышите песню, которая затмит предыдущую! - Значит ли это, Дзингудзи-сан, что эта песня будет записана с вами? - Разумеется. Я вложу все свои чувства в эту песню! Аика остановилась посмотреть на довольное лицо Рена. Он казался довольным и воодушевленным. К назначенному времени машина привезла девушку к высотному зданию компании «Шайнинг стар». Аика очень волновалась. У нее раньше не было опыта в фотосессиях. Менеджер тут же встретила её и проводила в гримерку. Судя по всему фотосессия уже шла своим чередом. Для секс-символа группы Стариш эти фотосессии не имели никакого значения, он всегда выглядел безупречно на всех фотографиях. Стилисты не меньше часа колдовали над образом молодой певицы, но результат стоил того. Её длинные рыжие волосы были красиво заплетены в косу. Легкий и естественный макияж подчеркивал её красоту. А легкое нежно-голубое платье подчеркивало фигуру и вместе с тем придавало ей загадочный, элегантный вид. Очень гармонично смотрелось с сильным, стильным, уверенным в себе Дзингудзи. Но при всем этом она выглядела очень зажатой. Сердце блондина пропустило удар, когда он увидел прекрасную Аику. Он тут же взял её за руку и повел за собой в зону съемки. - Прекрасно! Просто прекрасно! Дзингудзи-сан! Вы так хорошо смотритесь вместе! – фотографы щелкали камерами. Рен крутил девушку по-разному. Приобнимал со спины за плечи, стоял перед ней на коленях и держал за руку, приподнимал за подбородок и смотрел в глаза. В его голубых глазах в этот момент бушевало настоящее пламя. - Дзингудзи-сан! Как всегда восхитительно! Вы настоящий змей-искуситель! - восхищался персонал, особенно девушки. Аика чувствовала себя совсем не в своей тарелке. Прикосновения мужчины заставляли цепенеть, краснеть от такой близости и покрываться мурашками. - Давайте перерыв, - расстроенно протянул фотограф, спустя сорок минут съемки. Накахара облегченно выдохнула, когда Рен отпустил ее и перестал касаться. - Что-то не так? – спросил Рен. Фотограф сосредоточенно просматривал снимки. - Дзингудзи-сан, вы безупречны, но госпожа Накахара выглядит несколько… зажатой. Она совсем не двигается. В ней нет той страсти и огня, которая была бы под стать вам, - слова профессионала больно резанули девушку, потому что она понимала их правдивость. - Прошу меня простить, - девушка быстрым шагом выбежала из студии. - Кошечка! Погоди! – Рен хотел ухватить за руку, но не успел. Аика вырвалась на крышу. Свежий воздух отрезвлял. Почему так тяжело дышать. Комок обиды грозился вырваться через слезы. Накахара подавляла в себе слезы. Уже долго она стояла на крыше и дышала воздухом, пытаясь прийти в себя - «Почему? Почему я не могу расслабиться? Я стараюсь изо всех сил, но не могу ничего с собой поделать рядом с ним. Мне нравятся его прикосновения, но я знаю, что это всего лишь игра. Но я должна справиться! Я не могу сейчас отступить, я не буду плакать! Не буду!» Мелодия саксофона неожиданно заставила обернуться девушку. Рен играл на инструменте ту песню, которую написала Нанами, а потом он запел. Столько невысказанных ярких чувств выливалось вместе с музыкой. И эти волшебные звуки заставили сердце девушки открыться и поверить ему. Слова сами собой приходили на ум, она подхватила его мотив. Два сердца объединились в одно, и это было прекрасно и незабываемо. Аика улыбнулась. А когда они перестали петь, то увидели, как куча фотографов щелкает их с разных ракурсов. -Идеально! Просто восхитительно! Это то, что нужно! - вопил главный фотограф, нещадно щелкая на кнопку камеры. - Забудь о них, Кошечка! Верь мне. Вместе мы справимся с любой задачей. И я, буду рядом… - Его глубокий низкий голос с присущим ему одному очарованием заставлял трепетать сердце. Аика подошла к нему и положила ладошки на грудь парня. Такой простой и невинный жест заставил Рена покраснеть. Фотографы пускали слюни и щелкали еще активнее, комментируя их действия. - Ну же! Да! Вот так! Больше страсти! Этого недостаточно! Но двое на крыше не слышали их. Сейчас в их сердцах была только музыка и их песня. Аика смотрела в небесного цвета глаза и положила ладонь на его щеку. Рен накрыл её ладонь своей и закрыв глаза поцеловал. Аика ответила на поцелуй. В глазах словно произошел взрыв сверхновой звезды. Стало так тепло и приятно. Рен вложил свою страсть и, притянув девушку за затылок, углубил поцелуй. Огонь вспыхивал в нем с новой силой. Может Нанами Харука и зажгла в нем любовь к музыке. Но Аика заставила этот огонь разгореться еще сильнее и жарче. - Ты чувствуешь это? – голос пробирал до дрожи. – Чувствуй! Просто чувствуй эту музыку и моё сердце в ней! - он приложил его ладошку к своей груди. Под тканью футболки Аика чувствовала биение его сердца. И не хотелось, чтобы этот момент заканчивался. Накахара сидела на диванчике в одном из уголков отдыха с ручкой и блокнотом. Сейчас девушка сосредоточилась на работе с остальными текстами песен. Она внимательно изучила все остальные мелодии. Прошло два дня с фотосессии. На следующий же день Рен и Аика на студии записали песню, которая родилась у них на крыше. Саотоме с присущей эму экспрессией прокомментировал их работу и тут же пустил песню в ротацию на все радиостанции. - Аика-чан! – Нанами бежала к ней по коридору, размахивая журналом. – Ты видела? – запыхавшаяся девушка положила журнал на стол. На обложке была она и Рен… во время их поцелуя! Накахара широко распахнула глаза. - «Не может быть! Мы же … Мы договорились, что никто об этом не узнает, а эти фотографии никуда не попадут!!! Неужели Рен не сдержал своё обещание?» Схватив журнал, она побежала в репетиционный зал Стариш. - Дзингудзи Рен! Ненавижу тебя!!! – закричала девушка с порога. Парни оторопели. Рен был ошеломлен больше остальных. Аика швырнула ему журнал в лицо. - Ты обещал! Не прощу тебя, никогда! – рыжая убежала, а парни уставились на обложку журнала. - Это что такое? – Хидзирикава поднял журнал и с любопытством рассматривал фотографию. Все члены Стариш недоумевали, как такое могла получиться. Рен тяжело вздохнул. - Именно на фотосессии родилась наша песня, и так получилось, что под влиянием музыки мы поцеловались, и фотографы успели это снять. Я пообещал Аике, что ни одна фотография с поцелуем не попадет в СМИ. Мы договорились не говорить об этом. - То есть ты просто так поцеловал девушку, а потом сделал вид, что ничего не произошло? – решил подтвердить свои мысли Токия. Рен кивнул. Ичиносе бросил в его сторону красноречивый, но осуждающий взгляд. - Так уж получилось! – он развел руками. – Я не имею никакого отношения к публикации этой фотографии, я наоборот просил Блистательного не выпускать их в печать. - Идиот! Ты хоть подумал о её чувствах? – взорвался Сё. Парень никогда не скупился на эмоции. И сейчас его слова задели Курусу. Перед глазами стояло печальное лицо девушки. - Эй, Коротышка, не тебе меня учить, как обходиться с девушками! Сам небось мечтаешь оказаться на моем месте. - Не смей называть меня так! – Курусу схватил Рена за майку. Атмосфера накалилась и грозилась выйти из-под контроля. Так и до драки было недалеко. – Я не позволю тебе обижать Аику! – угроза и решимость Сё удивили остальных. - Ваша песня действительно красивая и чувственная, словно вы единое целое, - Сессиль тоже решил высказаться и как-то разрядить обстановку. Рен отпихнул от себя Сё. - Так и было. Когда мы были там, на крыше, весь мир для меня перестал существовать. Я слышал её голос и хотел петь, но не для фанатов. Я хотел петь для нее, - Рен облокотился на подоконник и посмотрел в окно. То, что он там увидел, ему не понравилось. Куросаки разговаривал с Накахара, а затем взял девушку за руку и обнял. Он не знал, о чем они говорили, но почувствовал весьма болезненный укол ревности. Он хотел, чтобы лишь ему было позволено обнимать её. Зарыться носом в её медные волосы и почувствовать аромат лета и лаванды. Почувствовать тепло её рук и нежные прикосновения. - Ребята, не будем ссориться, - сказал Нацуки, - лучше давайте подумаем, что мы можем сделать в этой ситуации. - Отличное предложение! – поддержал Токия. - Может, пойдем к президенту и попросим его убрать журнал из печати? Или выбрать другую фотографию? – предложил Сесиль. - Глупо. Он уже выпущен миллионными тиражами. Нужно просто извиниться перед Аикой, - сказал Масато. - К тому же, - Отоя показал ребятам телефон, в котором на разных форумах вовсю обсуждалась песня и фото дуэта, - посмотрите, какие отзывы пишут в сети! Все в восторге! - Еще бы, - к Дзингудзи вернулась его уверенность и невозмутимость. - Может, тогда попросить президента подтвердить, что Рен не причастен к публикации этого фото? – предложил Синомия. - Точно! Это может сработать! – воодушевленные Стариш вломились в кабинет Саотоме. -Вы хотите, чтобы я сам объяснил все Накахара? – сейчас Блистательный Саотоме не был похож на фигляра. Он был вполне серьезен. - Да! Господин президент! Аика-чан очень расстроилась и Рен тоже! – сказал Отоя. - Отказать! – рявкнул Саотоме, чем изумил семерку. - Н-но почему? – удивленно спросил Сё. - Мир шоу-бизнеса жесток. В нем нет места изнеженным и слезливым. Аика должна сама понять и принять эту реальность. Иначе она не удержится на вершине. Вы и сами прекрасно понимаете, о чем я говорю. Если она не справится с таким пустяком, то проиграет конкурс. - Верно, - ребята сникли, понимая разумность его слов. - Она должна привыкать к тому, что не всегда все будет так, как хочется ей. К тому же я действую исключительно в её интересах. Разве вы не видите, какой резонанс произвел ваш дуэт, господин Дзингудзи? – он показал им на экран в кабинете, где сменялись картинки из интернета с комментариями фанатов и фанаток. - Это правда, наша популярность и её возрастает с каждым новым проектом и песней, - согласился Ичиносе. - Именно поэтому я хочу, чтобы группа продолжила работать в дуэте с Накахара Аикой! - Да! - одновременно согласились ребята. - Пикник? – Стариш удивленно хлопали глазами, когда Нанами рассказала им о своей идее. - С Хару-чан, я согласен отправиться хоть на край света! – Нацуки приобнял смущенную композиторшу. Судя по реакции парней им пришлась по душе эта идея. - Когда мы отправляемся? – спросил Айдзима. Он подошел к Нанами и галантно поцеловал руку девушки. – Моя богиня музыки, мы готовы поддержать тебя во всем! - А если с нами еще будет и Аика-чан, я буду счастлив! – Воодушевленный Отоя вскочил и улыбнулся. Всем потеплело на душе. Как маленькое солнышко Иттоки осветил комнату своей улыбкой. - Да, это неплохая идея, чтобы узнать друг друга лучше, - согласился Масато. - Я бы предпочел отправиться на пикник с Накахара вдвоем, - улыбнулся Рен своим мыслям. - Рен-чан, это несправедливо! Мы тоже хотим! – парировал Синомия. Его очередь петь с Аикой была следующей, и ему не терпелось поработать с ней. - О чем ты? – Рен выплыл из своих мечтаний, - я приглашу мою Кошечку позже. Надо будет отметить её победу в конкурсе достойно! - А ты так уверен, что она победит? – спросил Масато. - А разве ты сомневаешься в ней? – парировал Дзингудзи. - Аика-чан очень старается. Она уже почти переделала все наши дуэтные песни! Я уверен, что она справится! – сказал Сесиль. - Верно! Мы должны поддержать её! - согласился Сё. Аика не разговаривала с Реном с той минуты, как швырнула ему журнал. Дзингудзи долго извинялся перед Накахара. И сам и со всеми Стариш и даже подключили «Ночной квартет», чтобы убедить девушку в искренности и не причастности блондина к этой ситуации. Куросаки долго ломался и не хотел участвовать в этой миссии по примирению девушки и Дзингудзи, но под всеобщим напором сдался и кажется, тогда Накахара простила блондина и постаралась забыть об этом инциденте. Сам Ранмару мучился долгое время. Он до последнего не хотел признаваться себе, что у него появляются чувства к Аике. В тот момент, когда он утешал рыжеволосую, после публикации фото в журнале или может это произошло раньше? Теперь сложно было ответить на этот вопрос самому себе. Он ревновал и злился. На Дзингудзи, за то, что поцеловал. На себя за то, что не мог ничего сказать о своих чувствах. На нее за то, что очаровала его своими большими зелеными глазами, своей улыбкой. Он взялся за гитару. Песня рождалась по велению сердца. И он мечтал. Мечтал, что эту песню вместе с ним будет петь Аика. Ему нужно было рассказать о чувствах, иначе он взорвется. Музыка – единственное спасение. Так было всегда, но получится ли в этот раз?