Полнолуние

***

      Чон Хосок не всегда любил кичиться связями и влиянием. Но если находился фактор, мешающий гладко идти его работе, он вытаскивал важные карты, играя уже на козырях. Если имеется какое-то преимущество, то в нужный момент грешно было бы этим не воспользоваться.       В силу семейной особенности, сложились связи разные, и сам парень обладал качествами тоже разными.       Новое убийство было довольно необычным. Оно стояло каким-то двуликим образом. Чон не был глуп или слеп. И со своим опытом не спешил лезть по очевидностям. Все варианты стоило проанализировать и путём исключения прийти к тому самому. Полиция же его взгляды не разделяла. Для них словно существовало одно решение, а если его нет — долгий ящик.       После того, как побывал на месте преступления и сделал лично для себя все необходимые пометки, Чон хотел заехать и взять себе что-то перекусить. От мыслей только разыгрывалось чувство голода. Но он совсем не ожидал встретить знакомое юное лицо. Пак Чимин как маленький хитрый лисёнок. Как человек, повидавший множество разных людей и примерно понимая модели поведения, мужчина сильнее убеждался, что этот мальчик точно хорошо бы сошёлся с его братом.       Парень рядом, как оказалось, был Тэхёном. Хосок понимающе выдохнул и даже как-то посочувствовал ребёнку, которого явно затаскают по допросам.       Ким Тэхён совсем не выглядел как тот, кого можно подозревать в убийстве. От него даже не чувствовалось этого. Хосок хорошо знал и умел читать. Ким Тэхён был умным и осторожным парнем, он явно что-то мог скрывать. Но, чёрт. Это точно не то, что он чёртов маньяк.       Пока отвозил их, даже убедился в этом. Он многое подметил, убеждаясь сильнее в своей мысли, но он не мог просто прийти и высказать этим глупым полицейским, которые уже навязали бедному ребёнку ярлык «убийца», что никоем образом это не так. Потому решил, что лучше он ехидно понаблюдает за тупостью и тщедушными попытками не провалиться полиции, чем будет тратить своё драгоценное время на споры. А сам потихонечку раскроет это дело.       Ему требовалось больше информации, а для этого нужно дождаться подробного отчёта о вскрытии. В отличие от прошлых разов, тело было изувечено сильнее и суровее. Но это также и намекало на то, что убийца хотел что-то скрыть. Он словно пытался поиграть, обмануть и выкрутиться. Хосок хотел понять, почему. Разгадывать причины и следствия, по сути, — основа его работы. Потому что с чёткой картины можно вести нити к виновнику сего торжества.       — Я так устал, — проныл Чонгук после возвращения домой. Он завидовал своему взрослому брату, которому не приходилось погружаться в это понятие «учёба» и нудно высиживать часы, пытаясь как-то унять скуку. Он даже от нечего делать вступил в клуб «паронормального», или как там себя называли эти чудики. Они точно верили, что оборотни, вампиры и ведьмы существуют. Чонгук хоть и знал, что, вообще-то, да, — не спешил вступать полноценно в эту секту и всем видом выражал: «мне просто скучно, поэтому я здесь». Но он также мог пойти в музыкальный клуб или какой-то спортивный. Но его просто в один день завалили с этим, что он решил пойти туда, где чисто логически будет тихо. Он даже успел получить приглашение на вечер, посвящённый ему. И вроде он был счастлив. Должен был быть… Но в прошлой школе он пропускал такие мероприятия, ок, да. К тому же, он учился в престижной школе, на которую его брат сильно раскошелился. А здесь… Здесь всё как-то отличалось. Немного было интересно, но он чувствовал неловкость.       — Ты мне в сообщениях об этом уже проныл весь день. Как успехи?       — Что я могу найти, торча в школе? Думаешь, кто-то просто возьмёт и посреди коридора обратится в оборотня, чтобы мне было легче его убить?       — Я не об этом спрашивал, — смеётся Чон, хлопая брата по заднице. Его младший совсем не умеет получать правильное наслаждение от жизни, а ведь это его золотые годы. То спорт, то учёба, то охота. Бесспорно, золотой ребёнок. Но как-то без хороших друзей.       — Учёба отстой, если ты об этом. Ты знаешь… Один наш учитель подозрительно похож на вампира. Энергетического вампира, наверное. Я не видел у него клыков.       — Мой младший брат идиот, — качает головой Чон, закрывая все документы и решая, что им пора поужинать.       Ехать куда-то не хотелось. Так что он решил вспомнить молодость и лучшие годы своих трудов и приготовить что-то для себя и младшего нытика своей семьи.       — Мой старший тоже, — бурчит Чонгук, — думаю, это гены! — Он довольно бесстыден. — Пойду потренируюсь.       — Только не сломай ничего, ладно?       — Постараюсь, — кричит Гук. Он ничего не обещает, но постарается быть аккуратным. Пропускать упражнения ему не хотелось. К тому же, его тело само будет себя неуютно чувствовать, если он забьёт хотя бы на один день.       В моменты тренировок юноша чувствовал себя гораздо легче, и это был его собственный способ расслабляться и сбрасывать накопившийся стресс. К тому же, пострелять по мишеням, улучшая координацию и дальность при движущихся объектах, — явно полезно для него.       Хосок только покачал головой. Он понимал, что младший взволнован предстоящим полнолунием. Чонгук уже не раз успел расспросить про план действий, но пока у них было мало информации и оставалось только слепо искать и ждать. Но Чон расставил несколько ловушек по городу. По крайней мере если они сразу не поймают зверя, то хотя бы найдут то, что поможет его найти. Это была игра. И Хосок понимал, что в этой игре обе стороны не глупые. Также, после сегодняшнего дня, Чон решил добавить вероятность того, что зверь мог действовать не в одиночку. Так что каждый шаг следовало делать обдуманно и осторожно. Всё же на кону была жизнь.

***

      День полнолуния пришёл довольно быстро. Иногда кажется, что у нас много часов и времени, а всё ускользает, как песок сквозь пальцы.       Весь день больше Тэхёна волновался, разве что, Чимин, который и подумать не успел, как этот день наступил. До восхода луны оставалось ещё время, но Тэхён уже был с утра как сам не свой. К тому же, то холодный, то краснел от жара, будто у него температура, готовая довести до смерти. Конечно, всё можно скрыть и, если что, найти разумное объяснение. Вот староста их класса вообще метеоризмом страдала периодически. Нормальное дело. Тэхён вот тоже у нас падкий на метеоризм. Луна в скорпионе.       Ким даже раньше домой уходит. Чимин одиноко вздыхает. На улице далеко не знойная жара. Серое небо только унылым куполом укрывает пространство.       Пак потирает ладони и задумывается о том, что идти домой ему сейчас не хочется. Его голова полна мыслей и нервы настолько оголены, что малейший шаг может вызвать паническую атаку, возводя это чёртово волнение в Абсолют.       Он вздыхает и взглядом обводит территорию перед школой. Он натыкается на знакомую тёмную макушку с короткими волосами, что неровно взъерошил ветер. Этот ребёнок, кажется, успел с кем-то подружиться. И это, конечно, хорошо, но у Чимина за ночь созрел другой план.       — Чонгуки, — тянет Чимин, быстро нагоняя парня возле припаркованного авто. Пак приобнимает со спины и почти вешается на него так, как если бы они вдвоём являлись закадычными друзьями.       Чон был готов к этому, потому что ещё на расстоянии почувствовал чужие шаги, целенаправленно ведущие к нему, а потом и нотки знакомого мягкого голоса не сделали его удивлённым. Парень даже не уклонился, позволяя Паку приблизиться. Ему было любопытно, что задумал этот парень, который всем своим видом высказывал факт нежелания общаться и сближаться.       — Чего тебе? — сухо интересуется Чонгук, показывая всю свою степень равнодушия. Но на самом деле не так уж он и ровно настроен, раз, в целом, с некоторым трепетом ждёт, что же будет дальше.       Чимин улыбается заискивающе, но при этом обманчиво сладко.       — Да так. Вспомнил, что твой старший брат просил позаботиться о тебе. Подумал, что мне нужно выполнить часть своей рутинной обязанности. — Парень слова растягивает, тон его звучит поддразнивающе. Он всё ещё готов поискать в Чонгуке слабости и поиграть на них.       — Хах, — скупо выбивает Чон воздух из лёгких. Если это вся реальная причина липкости Чимина, то не стоило. Он в порядке. Ещё более юным, он часто менял школы и умело приспосабливался в них. Так что печься о нём, как о неспособном кутёнке, — просто до смешного глупо. — Обойдусь. К тому же, я неплохо справляюсь, — из его уст слышится как-то хвалебно. Но Пак в голосе младшего слышит нотки прошения одобрения. Словно этому парню важно признание от старшего.       — Ага, — закатывает глаза Чимин, быстро припоминая, что он успел выловить из новостей на школьном форуме. — Поэтому ты у нас, мистер «крутой» мальчик, записался добровольцем в клуб задротов по сверхъестественному. Умно, — смеётся Чимин. Не то, чтобы такие клубы были дном социальной жизни школы, но всё равно не тем, что могло дать кому-то популярности и гордости. Скорее это как чьё-то грязное бельё, которого некоторые особо не стыдились.       — Откуда ты… Хосок рассказал? — думая о том, как, где и почему, если его хён сам об этом услышал от него день назад. И он не то, чтобы был публичным малым, но всё же… — Или…       — Брось, ты ещё скажи, что не сидишь на школьном форуме и не понял, как работает всё здесь. — Чимин явно издевается. Он надменно задирает подбородок и смотрит с хитрецой лисицы. Даже как-то по-собственнически облокачивается на крыло машины Чонгука, отделяя транспорт от самого парня, который всё ещё сохранял спокойствие, но по некоторым особым изменениям в лице можно было сказать, что тот начал нервничать и был смущён.       — Ещё скажи, что побухать не приглашали. Или. А… ой…       — Иди к чёрту! — сухо выговаривается Чонгук, осознавая, что его не просто дразнят, а вывести из себя пытаются, а он, как завороженный идиот, стоит наблюдает и бездействует.       — Не-а. Мне слишком скучно, — пожимает плечами Пак, отмечая, что этот маленький диалог «ни о чём» правда помогает скрасить его одиночество. Его губ касается уже более приятная и добрая улыбка. Издеваться над младшим, всё же, — непередаваемое чувство.       — Ну, я не тот, кто может тебе помочь. Или, постой. Неужели, нет друзей?       Чимин пытается сдержаться, видя эту схему «использовать его же оружие против него самого». Возможно, более молодым, он бы остро отреагировал, возмущаясь и пытаясь доказать, что это не так, загоняя себя в эмоциональную ловушку.       — Мм, — качает головой из стороны в сторону, потом наклоняется ближе и очень тихо, с некоторым урчанием продолжает: — есть, но никому из них я пока не торчу жизнью.       Чонгук вздрагивает. Его слабое сознание улавливает в этой фразе что-то тёплое и приятное, но он быстро избавляется от этой мысли и только усмехается, глядя прямо в глаза маленькому лисёнку Пак Чимину.       — Давай прогуляемся. Я угощу тебя чем-то вкусным. — Чимин облизывает свои губы, а потом, разблокировав дверь, в наглую садится на пассажирское сидение.       Чонгук хочет выругаться, но замечает, как парень перед ним крутит на своём указательном пальце связку ключей от машины. Ему если кого и винить, так это себя за беспечность.       — Ты словно не знаешь, какой сегодня день, — бурчит Чонгук, забирая уже в салоне ключи, и полностью готовый отвезти Чимина туда, куда этот маленький лис покажет. Чон не знает, откуда в нём столько смирения. Хотя это скорее чистое любопытство. Ему интересно, что будет дальше и как далеко может зайти наглость этого парня.       — Знаю, но восход в 20:28. До этого времени мы успеем пиццей обожраться. К тому же, ты сам не против.       — С чего это?       — Ну, согласись, если бы был против, уже попросил бы меня вылезти. Ну или без вопросов подкинул до дома. Чисто как дань связям моего дяди и твоего брата. Или, в конце концов, ты бы ни за что не позволил мне увести у тебя ключи.       Чонгук присвистывает.       — А ты наблюдательный, да?       Чимин вздрагивает. На мгновение улыбка исчезает с его лица. Он, кажется, плохо продумал свой план и немного расслабился, но он всего-то хотел сблизиться хотя бы с кем-то из этих братьев Чон и, как маленькая проворная лиса, узнать о планах, чтобы, если что, придумать контрпланы. Он как чёртов шпион. Но от мысли, что он кого-то предаст, во рту расползается горечь, а в глазах немного мрачного страха.       Пак помнил одну пиццерию с вкусной едой, но просто отвратительным дизайном помещения. На что ставил его владелец при открытии — парень и представления не имел. Но судя по тому, что место всё ещё встречало своих редких гостей, то это было неплохое решение.       В нём они пробыли недолго. Младший Чон оказался охотником до вкусной еды и не таким хитрым, как его старший брат. Этим Чимин безутешно и пользовался. Будто аристократ, не спрашивал прямо, ходил вопросами вокруг да около и постепенно вырывал кусочки нужной для него информации. Возможно, по отношению к Чонгуку это совсем нечестно, но разве имело это хоть какой-то вес, когда единственный, о ком думал Чимин, был глупый оборотень Ким Тэхён.       Долго засиживаться не стали. Чонгук слишком часто посматривал на время, и его взгляд нередко застывал на виде за большим окном. А Чимин уже узнал достаточно.       До дома Чон любезно подбросил. Про себя Пак даже усмехнулся о воспитанности этого, казалось бы, невинного ребёнка.       — Боже, Чон, задай ты мне уже этот вопрос? — в дороге Чимин не один раз ощутил на своей коже любопытствующий, но сомневающийся взгляд Чонгука. Ещё в кафе он хотел спросить это, но что-то его останавливало, потому волнующее никак не слетало с губ. Чимин догадывался, о чём его хочет спросить парень, и он надеялся, что тот вопрос всё же прозвучит, потому что ему нужно кристально чистое алиби. Ему нужно убедить Чонгука, что ему самому можно верить, доверять и обсуждать. Что он не шпион, не грязный предатель. Нельзя и зерна посеять. А он, если честно, со своим планом буквально по тонкому льду ходит, и вся надежда только на ещё юный нрав и трепетный характер Чонгука. Пак даже более, чем уверен, что будь на месте этого шестнадцатилетки его старший брат, он бы легко провалился в своей лжи перед Хосоком. Тот слишком умён.       — Ты… — Чон сжимает крепко чёрный руль и замирает с лёгким испугом, строя какие-то теории в своей голове.       — Я в отражении вижу, как ты на меня смотришь по три секунды через минуту. Хочешь сказать, что я тебе просто нравлюсь до одури? — кокетливый тон Пак Чимина разбавляет слегка напряжённую атмосферу в салоне автомобиля. Его взгляд, томный и игривый, направлен прямо на цель соблазнительной игры, а губы растягиваются в какой-то ехидной полуулыбке, словно застали праведника за чем-то грешным и порочным.       Чонгук сначала хочет возмутиться, но, когда слова Чимина ещё раз прокручиваются в голове, его уши краснеют так сильно, как если бы он долго простоял на холоде.       — Вот ещё! И вообще, с чего тебя серьёзно потянуло на общение со мной?       — Я же говорил… Мне просто стало скучно.       — Дебильная причина и совсем не правдоподобная.       — Мм… На самом деле, малыш Чонгуки, ты же собираешься на вечеринку?       От такого сладкого и неформального обращения от Чимина, у Чонгука дрожь по телу проходится.       — Допустим. — Хотя поначалу Чон планировал пропустить подобное мероприятие, но почему-то сейчас в нём появился азарт пойти.       — Уверен?       — Что? С чего ты спрашиваешь?       — Не советую туда соваться. Ты хоть и «особенный», но не думаешь ли, что если вдруг всё веселье накроется, то ты сухеньким выйдешь?       — «Особенный?» Подожди! О чём ты?       — Ну, знаешь. Это вроде того, когда есть связи в полиции, многое может сойти с рук. Но ты хоть и из крупного города, по тебе видно, что птенец неоперившийся. Боюсь, влипнешь так, что и вообще без оперения останешься. А может, даже и крылья сломают. Кто знает, — рассуждает Чимин, наблюдая, как они поворачивают в тот район, где его дом располагается. Ещё немного, и он расслабится, хотя, отчасти, сейчас он говорит почти всё, что думает.       — Тебе-то какая разница? И я уже взрослый и…       — И что? Не возраст решает это. Кое-что другое. Может, как охотник ты и вырос, но как подросток точно провалишься. Я вообще волнуюсь за тебя.       — Волнуешься? — неверяще уточняет Чон. Хотя внутри него точно огонёк распаляется. И на самом деле, пусть он вслух и не признается, но ему правда приятно, что Чимин признал между строк его, как охотника. Но, естественно, из-за молодой и горячей крови, он бесился от противоречия и от того, что один парень не хочет воспринимать его всерьёз. А ещё от собственного непонимания, почему он этого хочет. Наверное, просто Чонгук действительно встретил кого-то, кто хоть немного похож на него и примерно одного возраста с ним. Поэтому чисто подсознательно он хотел быть ближе.       — Конечно. Я же обещал твоему брату заботиться о тебе, котёнок, — скептично напоминает Пак, щёлкая языком. Чон легко паркуется у дома и, расслабившись от того, что ему не надо следить за дорогой, возмущённо повернулся к парню на соседнем пассажирском сидении.       — Всё из-за этого? Тогда можешь не волноваться. Я взрослый и ответственный, и точно ни во что не влипну.       — Да? Уверен?       — Более чем.       — Тогда мне всё равно придётся пойти с тобой. Хочу увидеть, как ты с этим справишься.       — Только не лезь. Не хочу, чтобы другие думали, что мы знакомы.       — Аналогично, ну… Удачной охоты и не умри, котёнок. — Чимин шлёт на повестку воздушный поцелуй и спокойно захлопывает дверь, направляясь к дому. У него не так много времени, чтобы подготовиться, но… По крайней мере, теперь Чонгук думает, что Пак с ним ошивается только из-за чувства ответственности и того факта, что Хосок и Сокджин ему скорее все мозги выели, словно заботливые папочки, жаждущие свести своих деток, чтобы те играли в одной песочнице.       Вообще, они-то в одной песочнице играть то и будут. Просто по разные стороны баррикад.