Тайна Лале-хатун

      Тусклый свет догорающего огонька освещал погрузившиеся во тьму покои. Лишь луна проникала в полузакрытые окна, из-за чего атмосфера таинственности и загадочности окутала помещение. Лале любила тёмное время суток, но увы и ах, наставница, с которой она проживала до недавнего времени, не позволяла ей в ночное время суток бодрствовать. Для здоровья пагубно всё, что отвечала женщина на мольбы Лале сходить на ночную прогулку.       Девушка сидела перед зеркалом, всматриваясь в своё отражение, а затем вырисовывала рисунок на бумаге, воровато оглядываясь. Ночь давно вступила в свои владения: во дворце все отошли ко сну, только стражники стояли у своих постов, готовые в любой момент встать на защиту своих господ. За комнатой Лале также находилась охрана, они, конечно, не могли в любой момент попасть в комнату девушки без стука, но риск присутствовал.       Рисование автопортрета — не самое лёгкое занятие. Несколько раз перерисовывая одни и те же черты, Лале была готова ругаться самыми плохими словами, которые она знала. То нос не тот, то глаза не те. Хотя, вот, перед ней в зеркале отражалась та девушка, которую надо рисовать! Но это не то. Не особо помогало.       Лале видела своё отражение каждый день, когда наряжалась в новое платье, выполненное из привезённых заграничных, и не только, тканей, но всё же рисовать саму себя оказалось невероятно трудно. Черты лица посторонних людей вырисовывались с легкостью, а собственные — с огромным трудом.       Рисование портретов было под запретом, в особенности, рисование членов семьи османской династии. Из-за первого можно было попасть в ссылку или в тюрьму, а в последнем же случае проводилась смертная казнь. Лале очень рисковала. Пускай она и племянница султана Мурада, но правила для всех одинаковы, и за последствия все расплачиваются сполна.       Девушка занималась таким делом давно: сначала она начинала с портретов прохожих, чьи лица были весьма запоминающимися, а позже закрывалась в комнате и пыталась воссоздать их внешние черты на бумаге, вытаскивая из памяти каждую деталь их облика. Обычные пробы пера, ничего лишнего.       Сейчас же в свои рисунки Лале вкладывала частичку своей светлой души, с любовью вырисовывая каждую деталь, с особой трепетом, ведь тот, кому она подарит этот портрет — один из важных людей в её жизни. Надо постараться и вложиться на все сто процентов.

Наше время. Румыния. Замок.

      Солнце светило в глаза, девушка поморщилась и прикрыла глаза рукой, лишь бы глаза не слепило столь ярким источником света. Все тело ломило от неудобной позы, в которой она вчера уснула, а точнее, провалилась в прошлое. Перед ней все так же находилось полотно, залитое краской, и инструменты, беспорядочно разбросанные на полу. Полный творческий беспорядок, всё как положено.       Посмотрев на часы, Лайя удивилась тому, что пробыла в прошлом слишком долго: уже десять часов утра. Сегодня должен нагрянуть Антон, чтобы проверить самочувствие девушки и вновь передать пожелание Влада предоставить отчёты о проделанной работе. Она не сомневалась в том, что он не остановится и изо дня в день будет присылать дворецкого, пока самому не надоест и не отправится в обитель девушки. Вот тогда началось бы настоящее представление.       Прибрав рабочее место, и положив портрет в тубус, она пошла в ванную, прихватив перед этим белое махровое полотенце. Процедуры занимали немало времени, чистоплотность сказывалась на этом, плюс в последнее время происходит слишком много насыщенных событий. А где, как не в ванной обдумывать всё происходящее? Капельки воды скатывалась по обнаженному телу девушки, даря прохладу. Лайя сидела в ванне, обхватив руками ноги, и положив на колени голову. Голова была заполнена мыслями о Лале.       «В одном из своих первых видений я видела, как она рисовала портрет шехзаде Хасана, он похож на тот, что я реставрировала, вернее, не похож, а является точной копией. Какова вероятность того, что этот загадочный художник, чье имя никому не известно — девушка из османской семьи? Пока что все факты указывают на это. С каждым путешествием, я перестаю думать о том, что это случайность. Не бывает таких случайностей. Мозг человека не настолько велик, чтобы строить такие хронологические сюжеты изо дня в день, когда я прикасаюсь к картинам.       Одна вещь, которая меня до безумия смущает и заставляет думать, что всё это — плод разыгравшегося воображения — схожесть Лео и Аслана, Влада и, иронично, Влада. Но я встретила Влада из своих видений раньше, чем настоящего. Если сильно придираться, что между ними есть только одно различие — Аслан и тот Влад выглядят слишком юно, по сравнению с Лео и Владом. Естественно, ребятам, которые из Османской империи, они подростки, а мы… Мы гораздо старше и пережили уже этот период. Но из моей головы не может выпасть образ Влада в библиотеке, когда он рассказывал о книгах, его лицо стало таким по-детски наивным и невинным. Копия Влада из прошлого».       Вспомнились слова смотрителя, когда он сравнил картины с машинами времени. Только сейчас девушка в полной мере осознала его слова и поняла, что этот добродушный человек что-то знал о её путешествиях в другое время. Сердце пронзила боль обиды за другого человека — кто мог настолько жестоко убить его?       Лайя вспомнила пол весь залитый кровью, отчего стало не по себе. Ощущение, что она все еще в том помещении, с каждой секундой усиливалось всё больше и больше. Стало тошно, она почувствовала запах крови и плоти. Перед глазами вновь те картины, слишком явные и четкие, словно она вновь оказалась в этом проклятом музее.       Лицо девушки перекосилось, и она поспешила выйти из ванны.       Рассматривая вещи в шкафу, которые только вчера сумела достать из чемодана и разобрать по полочкам, девушка решила надеть короткий светлый топ с бретельками и плиссированную юбку темно-бежевого цвета, длина которой чуть ниже колена. Посмотрев на себя в зеркало, Лайя довольно улыбнулась. Волосы было решено забрать в конский хвост, а в качестве обуви девушка выбрала белые кеды на шнурках, в самый раз, если произойдет незапланированная поездка.       Румыния — солнечная страна, но на месте нахождения замка всегда было облачно. Лучики редко проникали сквозь плотные облака, но бывают и исключения. Было слышно, что птицы кричали за окном, они почти всегда кружили над замком.       В дверь постучали три раза. Смирившись со своей участью, девушка поспешила открыть. На пороге стоял как всегда приветливо улыбающийся дворецкий с подносом в руках, на котором находился уже слегка остывший, но на вид очень вкусный завтрак. Внимание Лайи также привлёк папиросный свёрток, завязанный красной атласной лентой, лежащий на том же самом подносе. Антон тактично кашлянул, привлекая внимание хозяйки к себе.       Лайя отошла в сторону и пропустила пожилого мужчину в комнату, а тот, в свою очередь, бесшумно поставил поднос с завтраком на прикроватный столик. Сложив руки за спину, дворецкий выпрямился.       — Как ваше самочувствие?       — Я уже получше себя чувствую, — состояние её было куда более удовлетворительным, чем вчера, пускай она и не болела. Ментальное здоровье — также важно, как и физическое. Девушка вновь обратила внимание на сверток, которое уже не терпелось скорее открыть и узнать его содержимое.       — Хозяин попросил передать его вам, — Антон проследил за взглядом Лайи, а та, застуканная за рассматриванием вещицы, смущённо посмотрела на дворецкого. — Вам что-нибудь еще нужно?       Девушка уверила мужчину в том, что ей ничего не надо. Когда он вышел из комнаты, перед этим пожелав ей приятного аппетита и хорошего дня, Лайя моментально закрыла дверь и быстрым шагом подошла к столику. Голод отошел на второй план, любопытство буквально разрывало на мелкие частички. То, что ей написали письмо, в какой-то степени будоражило девушку. Она так привыкла к звонкам и СМС, а тут самое настоящее письмо. Как в старых романах.       Аккуратно взяв свёрток, девушка ещё немного покрутила его в руках, а затем сняла атласную ленту. Сердце быстрее застучало от нетерпения, но разворачивать бумагу она не торопилась. Пытаясь угадать, что ей написал Влад, она как зачарованная глядела на письмо, и, в конце концов, медленно развернула его. Первое, на что обратила внимание девушка — у Влада аккуратный почерк, на конце каждого слова образовывалась небольшая завитушка, это придавала эстетичный вид письму. Лайя принялась медленно и внимательно читать, вникая в каждое написанное слово.

      Дорогая Лайя,       Доброе утро. Полагаю, что ты отдохнула вчера. Антон передал, что ты себя неважно чувствовала, поэтому решил повременить с твоими отчётами.       Я понимаю, что ты пережила большой стресс пару дней назад и тебе необходимо прийти в себя. Вновь искренне извиняюсь за ту ситуацию, надеюсь, что ты не держишь на меня обиду. Я не принуждаю тебя работать, ведь у всех бывают плохие дни.       Если ты сегодня чувствуешь себя лучше и готова предоставить отчёт, то жду тебя на том же месте, что и в прошлый раз в семь часов вечера. Картину и инструменты можешь с собой не брать, расскажешь как идёт работа на словах.       Если же тебе нужен ещё один выходной, то найди Антона и передай ему, что не сможешь прийти на встречу, или же мне лично.

Хорошего дня, Влад

      Девушка перечитывала одни и те же строки несколько раз, а из-за первых двух слов сердце бросалось в пляс. Если же сначала текст вызывал радость и эйфорию, то в последующие разы чтения реальность вырывалась наружу, оставляя неприятное послевкусие горечи и страха.       Он дал выбор: прийти сегодня или завтра. Про последующие дни ничего в письме не говорилось. Встречи не миновать, если в первый раз он передавал свою просьбу через посредника, во второй раз написал в письмо, то ещё один прогул и, наверняка, сам наведается в комнату, дабы разведать обстановку. Нет смысла откладывать, этого не избежать, а перед смертью не надышишься. Проблемы надо решать, а украденное полотно– самая главная на данный момент.       На фоне страха от неизвестности, девушка хотела сама искать картину, пытаясь выудить информацию у Влада, но только сейчас Лайя поняла насколько это абсурдная идея. В Румынии она всего-лишь гость, который с трудом уяснил основы данного языка. Каким образом она собиралась искать картину? А если её уже продали, то теперь поиски становятся фактически невозможными.       Мысль о том, что следовало сразу, как только обнаружив пропажу, побежать к Владу и сообщить об этом, гложила изнутри. Он смог бы найти решение, ведь, если верить его словам, знает, кто проник в замок. А значит, поиски не заняли бы много времени, а теперь… Кто знает, может, эти люди уже выехали из страны, или они в тюрьме?       Живот заурчал, требуя еды. Принимая это, как знак того, что следует отвлечься от мыслей, девушка принялась за завтрак. Письмо же она отложила на столик, перед этим вновь завязав его атласной лентой.

***

      Время близилось к вечеру, а девушка уже второй день не выходила из своей комнаты. Скоро должна состояться встреча с Владом. Взвесив все «за» и «против», Лайя пришла к тому, что стоит сначала попытаться выведать информацию о похитителях, а затем обязательно рассказать о пропаже. Да конечно, он будет мысленно ругаться, хотя эти картины ему ценны и можно ожидать любую реакцию; да, будет стыдно, но кто не совершает ошибок?       Найдя себе абсолютно глупое оправдание, девушке слегка стало легче. Без пятнадцати семь, стоит выдвигаться, учитывая размеры замка и то, что пункт назначения далек от комнаты. Девушка напоследок перечитала письмо, пытаясь удостовериться в том, что она поняла всё верно, и вышла из комнаты.       В который раз, проходя по главному залу замка, девушка чувствовала себя такой крошечной и уязвимой, что от восторга, вперемешку со страхом, пробегали мурашки. Рассматривая фрески и картины, коих было не мало, девушка поворачивала то влево, то вправо, ноги сами вели к месту встречи, пускай она и проходила по этому пути всего один раз.       Выйдя на террасу, она устремила свой взор на водную гладь, которая сейчас была спокойна. Воспоминания бушующих вод пролетели перед глазами, но помотав головой, отгоняя ненужные мысли, девушка краем глаза заметила Влада, который сидел на стуле в своей излюбленной позе, положив одну ногу на колено, и сцепив пальцы в замок. Он разглядывал девушку с ног до головы.       Лайя полностью повернулась к мужчине, приветливо улыбаясь. Она подошла к заранее отодвинутому стулу и села напротив Влада, а тот всё ещё неотрывно разглядывал девушку, и под таким взором становилось неловко, поэтому она невольно поёжилась.       — Здравствуй, Влад, — девушка решила нарушить покой. — Я готова предоставить отчеты, — тот, в свою очередь, будто бы вышел из оцепенения, часто заморгал, а затем улыбнулся уголками губ.       — Здравствуй, это подождет, — мужчина вернул своему виду серьезность. — Ты не пришла вчера из-за того случая? — не стоило объяснять из-за какого, они прекрасно поняли друг друга и то, о каком именно «случае» шла речь.       — Да, — лгать бесполезно, он знает как должна звучать правда. — Прости.       — Тебе не стоит извиняться, я всё понимаю, — он ласково улыбнулся. На душе стало гораздо легче, словно камень с плеч свалился, ей даже показалось, что дышать стало легче. — Еще раз прошу прощения за тот инцидент.       Самое время для вопросов, лучше и не придумаешь. Собрав всю решимость, которая присутствовала в девушке, она начала подбирать слова.       — Меня всё-равно терзает один вопрос, — было решено подходить из далека, а не сразу в лоб говорить правду. — Почему ты не хочешь мне сказать, что это были за люди и чего они хотели? — пытаясь говорить максимально спокойно и уверенно, девушка убрала локон выбившихся волос за ушко. Ощущение дежавю прошлось разрядом по телу, а щеки вспыхнули от воспоминаний того дня, когда он следя за движениями будто бы касался её, но это были руки самой девушки.       — Это — мои личные проблемы, которые тебя не заденут больше, — мужчина положил скрепленные руки на стол, приблизившись к Лайе. Заметив её расстроенный вид, он решил успокоить её. — Воры, которые надеялись, что в замке никого нет.       Лайя нахмурилась, шестерёнки в голове задвигались. В глубине души она надеялась на то, что всё-таки картина у Влада. Не могли же те воры спрятать полотно настолько хорошо, что хозяин замка не заметил?       — Они что-то украли? — спросила Лайя, надеясь на положительный ответ. В душе оставалась надежда на то, что он нашел у них картину и сейчас держит её у себя, пытаясь найти удобный момент, чтобы отдать девушке. Но все надежды рухнули безвольным грузом.       — Нет, — Влад не отрывал взгляд от девушки, его глаза были прищурены, ощущение, что он пытался самостоятельно дойти до сути её вопроса. И это не есть хорошо. Надо раскрывать все карты, он уже что-то заподозрил.       — Влад, я должна кое-что тебе сказать, — она сжала кулаки, пытаясь придать себе больше силы и уверенности, взгляд зацепился за бордовую скатерть стола и не как не хотел подниматься на всё ещё внимательно смотрящего Влада. Назад дороги нет и не будет. —Одна картина, которую я реставрировала… Когда я вернулась из твоей комнаты, её не было на прежнем месте, — она зажмурилась и съёжилась, будто бы сейчас будет удар со стороны мужчины, но его не последовало. Она мысленно ударила саму себя по затылку за такие мысли, ну не будет же он бить её за скрытую ложь. Это полный абсурд! — В тубусе её тоже нет. Её украли.       Последние слова были произнесены со страхом и неуверенность, а голос снизился до шёпота. Словно жертва, загнанная в угол, она ожидала своей участи. Сжалится охотник или нет? Напряжённая тишина затянулась, и даже показалось, что мужчина просто испарился, что он не сидит прямо напротив, но его взгляд ощущался каждой клеточкой тела. Не осмелившись посмотреть на мужчину, Бёрнелл нервно теребила ткань юбки. Послышался усталый, тяжелый выдох.       — Почему ты мне не сказала сразу же? — раздражение было трудно скрыть, но он старался говорить ровным и спокойным голосом.       — Я побоялась, — слегка запнувшись на первом слове, ответила Лайя. Открыв глаза, девушка глянула исподлобья на него. Его лицо отражало смятение и злость. Брови нахмурены, появились морщины на лбу, а губы сложились в тонкую полоску.       — Какая именно картина?       — Я не знаю, что на ней изображено, она залита краской. Это то полотно, которое я при тебе реставрировала в прошлый раз.       Мужчина опять погрузился в думу. Он задумчиво всматривался вдаль, обрабатывая услышанную информацию. Всем телом мужчина напрягся, казалось, что даже забыл о существовании девушки — вот настолько сильно он ушёл в себя и не пытался даже подать признаки того, что он всё ещё здесь с ней.       — Не думаю, что картину продадут, она ценна для того человека и дело даже не в деньгах. У меня есть предположение, где она может находиться, но просто так наведаться и забрать её не получится, поэтому пока оставим всё как есть.       Девушка почувствовала, что на неё что-то капнуло, затем вновь и вновь. Выставив ладошку лодочкой и после того, как на ней появилась пара капель, девушка убедилась в своей догадке — начался дождь. Слишком быстро маленький дождик превратился в настоящий ливень. Воспоминание о смерти Хасана, как гром посреди ясного неба. Точно так же, несколько веков назад начался дождь — совсем неожиданно. И в тот день, это закончилось трагедией.       — Пора уходить, — мужчина встал со стула и, положив руки в карманы пиджака, направился к выходу. Девушка поспешила за ним. От воспоминаний о шехзаде пробил озноб. Послышался раскат грома. — Лайя, иди к себе в комнату, — строго произнес Влад, не глянув на девушку. Они остановились посреди зала, впереди была главная лестница.       — А что будем делать с картиной? — девушка нервно перешагнула с ноги на ногу, взгляд заметался из стороны в сторону.       — С этим я разберусь, а теперь иди, — он собрался спускаться по лестнице.       Ощущение собственной незначимости накрыло большой волной. Как он смеет не говорить ей о дальнейших планах? Нет, звучит слишком грубо. Он мог бы дать хоть маленький намёк на свои дальнейшие действия, но вместо этого решил всё держать в себе и не раскрывать свои дальнейшие действия. И в конце концов, те люди, которые похитили картину, связали Лайю. Она имеет право знать то, кто это был. Даже обратиться в полицию может, ведь они нарушили её личную неприкосновенность, а заодно наведались в замок Влада, явно без приглашения.       Схватив мужчину за край рукава пиджака, Лайя уверенно посмотрела на него. Тот с недовольством обернулся и заметно напрягся, казалось, что даже стал больше.       — Отпусти, — только вымолвил он, сжимая челюсть.       Но она не отпускала ткань, схватившись, будто за последнюю спасительную соломинку. Было грустно от осознания того, что он ей не доверяет. Как так можно! Она уехала с ним, непонятно куда, доверилась, а тут такая ситуация. Можно было хотя бы поверхностно все объяснить.       — Почему ты так много скрываешь от меня? — девушка опустила свою руку на его ладонь. Тот вмиг побледнел, вид стал болезненным.       — Я сказал: отпусти, — шикнул рассерженно Влад, вырывая свою руку из хватки девушки. Та от резкого движения потеряла равновесие, ноги предательски подкосились и она свалилась на пол, распластавшись на нём. Удар пришёлся на бедро, там теперь неприятно саднило. Испуганный взгляд направлена на мужчину. Впервые видела его настолько раздраженным. Хозяин дома рвано дышал, а затем с досадой посмотрел на девушку. — Лайя, ты…       Мужчина помотал головой, отгоняя навязчивые мысли. Он развернулся и быстрым шагом спустился на этаж ниже, а Бёрнелл осталась сидеть на полу в недоумении. Даже не помог подняться. Лайя почувствовала, что совсем скоро заплачет. В огромном коридоре осталась совсем одна, со временем затихли и шаги мужчины, лишь дождь барабанил по высоким окнам, нарушая тишину. Девушка почувствовала себя такой маленькой и беззащитной, осознание своей беспомощности накрыло с головой. Ей не доверяют.       Вернувшись к себе в комнату, девушка закрыла дверь на замок. Взгляд был опустошенным и отрешенным, спиной упав на кровать, Лайя закрыла лицо руками, на глаза навернулись слезы.       «Влад зол на меня и не напрасно. Я скрыла от него такое происшествие! Эти картины рисовал его предок, он так хотел вернуть их, даже такую большую сумму денег внес за них, а я… Тяжело вспоминать его грозный взгляд. Я такая дурёха! Надо было сразу рассказать правду и все-равно что было бы дальше. А сейчас, я лишь добавила ему проблем. Почему, почему я решила скрыть от него все? Зачем, в этом же не было никакого смысла!»       Лайя вытерла пару слезинок, которые скатывались по её щекам. Слезами делу не поможешь, пускай и хочется расплакаться.       «И почему он так бледнеет от моих прикосновений? Это уже в который раз происходит. Ему настолько неприятно? Но он ведь пожал руку Винсенту при сделке, а моей коснулся лишь кончиками пальцев. Он спокойно касался мелкого воришки и того браконьера, дотрагивался до плеча Лео. Значит, дело во мне. Удар по моему самолюбию. Неприятно».       Печаль сменилась легкой злобой.       И вообще, владельцем картин являюсь я! Я имею право знать, что он задумал, но он, похоже, так не считает. Скрытная личность этот Владислав. Он не раскрытая книга — его просто так не прочитаешь».       Лайя вспомнила Влада из прошлого, они похожи не только внешне с нынешним Владом. Такие же тихие, спокойные и закрытые. Девушка решила найти успокоение в прошлом. Работу никто не отменял, поэтому все то время, что Лайя находилась в сознании, она потратила на отскабливание краски. Как и на украденной картине, девушке казалось, что краска была залита совсем недавно и намеренно. Не пытаясь отогнать от себя сонливость, девушка провалилась в прошлое.

1444 год, Османская империя. Дворец султана в Эдирне.

      Девушка открыла с громким скрипом калитку, проходя в садовый домик. Зайдя в одну из немногих комнат дома, Лале вытащила из-под подола платья сверток — набросок её портрета. Придавать цвет картине в замке было опасно — в любой момент могла зайти наставница, а рисовать ночью не хотелось, от искусственного света можно было неверно смешать краски, да и сон в этой битве побеждал.       Сегодня был выходной от занятий, свободный день, а Наставница все никак не могла отойти от Лале, из-за чего, риск того, что портрет будет замечен, возрастал. Но, слава Всевышнему, наставницу пригласила на прогулку Дайе-хатун и они обе вышли из замка прогуляться в саду. Пройти незамеченной мимо женщин оказалось гораздо легче, они болтали друг с другом и ходили кругами, никуда не сворачивая. Ходили одной и той же тропинкой, иногда останавливались, чтобы рассмотреть деревья и цветы. Проблем особых не доставило проскользнуть мимо.       Зайдя в комнату заброшенного домика, девушка отломила половицу, та легко поддалась. Внутри лежал еще один сверток — портрет шехзаде. Соблазн ещё раз глянуть на лицо Хасана был большой, но поборов себя, Лале просто положила рядом еще один такой же сверток, только уже с наброском её портрета. Вернув доску на своё место, Лале довольно улыбнулась и, отряхнув платье от пыли, вышла из дома, предварительно оставив корм питомцу. Собака радостно лаяла, когда видела хозяйку, а иногда ещё выжидающе смотрела на калитку, будто бы ждала, что кто-то еще придёт.       Она догадывалась о том, что Гузалик ждал Влада, собачка слишком сильно привязалась к юноше, девушке даже было обидно и за себя, и за Хасана. Питомец всегда был рядом с Владом, когда ребята приходили в тайное место, пускай это было от силы три раза, он всё крутился вокруг юноши и радостно на него прыгал, задорно виляя хвостиком. Выйдя из садового домика, девушка аккуратно прикрыла калитку и направилась к дворцу, где ее искала встревоженная наставница.       — Лале, где тебя носит? — у входа она сразу встретила женщину, которая, схватив её под локоть, повела в комнату.       «Что могло случиться, из-за чего такая срочность? Что я натворила? Неужели они узнали? Димитрис сдал меня? Или Сафие? Её возлюбленного поймали с портретом и меня сдали?»       Не самые радужные мысли крутились в голове хатун, когда наставница довела её до комнаты, юная особа задала интересующий её вопрос.       — Тебя вызвал к себе сам султан, — при упоминании титула, девушка сначала представила себе дядю, который хочет вновь поговорить с ней, но вспомнив о недавнем инциденте, настроение резко упало. С Мехмедом видеться не хотелось, особенно после не самого удачного разговора.       Перед глазами всплыли картины той встречи в покоях наставницы султана, как тот говорил ей прекратить общаться с пленными, а в спутники выбирать себе только верных людей. Затем она вспомнила, как тот укусил её за кончик пальца — верх наглости. Такие гнусные мысли о султане неприемлемы, но мысли — на то и мысли, их никто не сможет узнать.       Шахи-хатун поправила прическу Лале, а затем затянула и без того тугое платье. Воздух выбился из легких девушки. Наставница выпроводила послушницу из покоев, снаружи уже ждала охрана. Выслушав наставления Шахи-хатун, девушка отправилась к султану Мехмеду. Один из стражников султана зашёл в комнату оповестить о том, что Лале-хатун прибыла.       Девушка сильно нервничала, в голове не было даже теории о том, зачем она понадобилась Мехмеду. После того, как хатун позволили войти, она зашла в комнату и поклонилась. Мехмед сидел на кровати, самодовольно уставившись на девушку. Он махнул рукой, все присутствующие в комнате моментально вышли из неё, оставляя родственников наедине. Это совсем не понравилось Лале.       — Надеюсь, что ты подумала насчёт моих слов, — тот похлопал рядом с собой, приказывая девушке сесть, она повиновалась, хотя в глубине души было желание поёрничать.       — Я тебе всё, что думала по поводу этого, сказала в прошлый раз, — смело глядя в глаза султану сказала она. Тот усмехнулся, смотря на неё сверху вниз, будто упиваясь своим превосходством.       — Ты наглая девушка, но умная и красивая, мне такие нравятся, — комплимент пролетел мимо ушей, если, конечно, это можно так назвать.       «Этого еще мне не хватало».       — Султан Мехмед-хан, что Вы хотели от меня, — специально перешла девушка на более официальный тон.       — Лале-хатун, ты слишком много на себя берешь, если думаешь, что я оставлю тебя без наказания за прошлые слова и за то, как ты сейчас ведёшь себя, — тот не снимая со своего лица ухмылки, нагло рассматривал девушку. — Я, между прочим, всё ещё зол.       «Нахал!»       — Я не понимаю о чем Вы, о Великий Султан, — Лале шла по лезвию ножа.       — А я смотрю, тебе в тюрьму захотелось, — на лице девушки отразился испуг. Неужели он узнал? — Не так сложно найти тебе обвинение.       Девушка нервно сжала ткань платья, опустив свой взгляд. И как теперь это понимать? Намёк или просто совпадение? Смешок послышался со стороны Мехмеда.       — Когда ты покорная, то нравишься мне ещё больше, — он положил свою руку на талию девушки, та на мгновение скривилась, но быстро успокоилась. — Приходи ко мне сегодня, проведём прекрасный вечер.       Это предложение ошарашило девушку, она удивленно уставилась на юношу.       — У тебя есть целый гарем для «прекрасных вечеров».       — Теперь, значит, обращаешься ко мне на «ты». Непостоянная Лале-хатун всё-таки, — Мехмед притянул девушку к себе.       — А если я не приду?       — Тогда в следующий раз это будет не просьба, а приказ.       — Ты не можешь заставлять меня делать что-то против воли.       — Могу, ведь я — Султан, — он нахмурился, но так и не отпустил девушку.       «Пользуется своей властью не в благих намерениях, а ради личного удовольствия. Уверена, что покойный шехзаде Хасан столь нагло своей властью не пользовался».       Мехмед положил вторую ладонь на бедро девушки, та вздрогнула от неожиданности и попыталась вырваться, но хватка была сильная. Ничего не вышло.       — Отпусти, — пропищала девушка, упершись ладонями в грудь юноши, пытаясь отодвинуться, но тот крепко держал за талию.       — Если только придёшь сегодня вечером, — хитро ответил тот.       — Нет! — в конечном итоге, она смогла выбраться из хватки, когда та ослабла, и отошла от кровати на несколько шагов, фактически, к самой двери. — Если это всё, что хотели сказать, то я могу идти?       — Можешь, — он махнул рукой, и девушка пулей выскочила из покоев.

***

      — Шахи-хатун, сегодня у меня есть какие-либо неотложные дела?       Наставница мягко улыбнувшись, ответила, что до завтрашнего дня девушка абсолютно свободна. Вымолив разрешение прогуляться без стражи, Лале вышла на улицу и направилась к её тайному месту второй раз за этот день. Следовало бы закончить портрет и отвлечься, а то неприятная беседа с Султаном плохо сказывалось на настроении.       Девушка старалась даже не думать о предложении Мехмеда и о последствиях. В глубине души, она надеялась, что это была неудачная шутка, но комок переживаний становился больше и больше. А если не шутил? Приказа ослушаться нельзя, иначе будут плачевные последствия. Слово Султана — закон, и этим правилом Мехмед не пренебрегал. Предчувствие чего-то плохого усиливалось.       «Было бы глупо сказать, что юноша не красив, наоборот, он весьма привлекателен, не особо умен, но мало кто смотрит на это. Всем нужна цепляющая внешность, а титул Султана дает ему возможность получить любую красавицу».       Проходя мимо сада, девушка невольно вспомнила Влада и Аслана. Они были ей лучшими друзьями, пускай, что с одним из них она знакома пару месяцев. Несмотря на то, что юноши часто спорили между собой, было видно, что они дорожат друг другом, хотя бы потому что несчастье объединяет людей, оба — пленные, потерявшие дорогих людей на долгое время. Воспоминания нахлынули на нее новой волной. Вспомнила недавние ночные посиделки в саду, как они весело общались и смотрели на звезды. Это было волшебно.       Аслан был другом детства девушки. Они прошли вместе через огонь и воду, их многое связывало. Прогулы уроков, мелкие пакости. Лале всегда заступалась за мальчика, ведь его могли с легкостью наказать, но из-за того, что девочка из Османской семьи, их обоих не наказывали. Максимум — лишали лукума на неделю.       С Владом у них было не так много общего, но они искренне сдружились. Лале улыбнулась, вспоминая как они прогуливались. То, как следили за Шахи-хатун и Дайе-хатун, а затем он обнял её. Его объятья тёплые и тогда так затрепетало сердце!       Пускай он и казался отстранённым, но у него доброе сердце и он готов прийти на помощь. Взять пример даже с Гузалика: незнакомая собака, а готов был за неё спорить с людьми, стоящими выше него по должности. Девушка печально понурила голову, реальность была жестока, они совсем скоро покинут её. Ребята заслужили отдельное местечко в душе девушки. Она искренне надеялась, что как только учеба закончится, то они обязательно встретятся!       Лале не заметила, как дошла до заветного домика, и, зайдя в комнату с секретом, девушка поставила мольберт, затем достала краски, которые девушка хранила в этом домике. Отодвинув дощечку, девушка достала свёрток со своим портретом и мимолетно глянула на одинокий листок бумаги с портретом Хасана. В голову пришла безумная мысль.       «Я нарисую Аслана и Влада!»       

И это была одна из самых главных ошибок в жизни Лале.