Black Soul

      Иногда людям кажется, что жизнь складывается как-то слишком легко и слишком дерьмово. Мейсон Диппер Пайнс был как раз одним из этих людей. У него было всё: собственные дорогие автомобили, целый Чикаго, самое большое логово мафии и замечательный муж. У него были деньги, была власть над неплохим куском США. Он мог пить лучшие вина бесплатно в собственных пабах, заказывать из-за океана прекрасные и редкие парфюмы у именитых парфюмеров и получать множество новеньких костюмов, сшитых на заказ лично для него. Он мог часами лежать в огромной кровати и нежиться в объятиях любви всей своей жизни. Что еще нужно было для счастья? Кроме того, чтобы это длилось вечно.       Но вечно ничего длиться не может, и он это понимал так же ясно, как родной язык. За счастье нужно платить. Платить дорого, кровью и потом, слезами и нервами. Нелегальный бизнес в паре со своим мужем… Как романтично, если бы это не отслеживала полиция, если бы на них не вышло ФБР, если бы не было враждебной семьи, желающей откусить добротный кусок владений и присвоить деньги. Нужно было переходить на легальный бизнес еще лет эдак пять назад, но в чем тогда остался бы шарм?       Диппер хитрыми темными глазами смотрел в такие же хитрые зеленые глаза. Мисс Кордрой была умна и прекрасна, в ее руках семья Валентино могла бы двигаться дальше и не мешать Сайферу. В ее руках было слишком много неосуществимых планов. Что мешало помочь им осуществиться? Всего-то нужно было вырезать одно ненужное звено. Тихо, мирно и максимально быстро. Венди сидела напротив него в новом кафе — места встреч приходилось периодически менять, чтобы глупо не попасться. Она элегантно держала пальцами мундштук от сигареты, выдыхала дым сквозь зубы и чуть ли не сияла. Уильям дал добро на их встречи, но предпочел не спугивать такую удобную добычу своим присутствием. Хватало десятка подчиненных на позициях неподалеку от Пайнса, чтобы быть относительно спокойным. — …и находиться он будет на приёме примерно с семи вечера до трех часов ночи. Обсудит с мэром парочку дел, а после поедет в Дом отдыхать. — Кордрой стряхнула пепел в элегантную пепельницу, поправила свободной рукой вьющиеся рыжие локоны. — Думаю, что можете подхватить где-нибудь здесь. — Она ткнула пальцем в непримечательную улочку на карте. — Там мало наших, улицы темные, фонарей нет, прохожих тоже нет… — Отлично. Ты в это время будешь находиться в Доме и возьмёшь власть на себя, я правильно понимаю? — юноша нахмурил брови, закусил нижнюю губу.       Мелькающие картинки будущего пьянили его. Или же это в крови плескались те пятьдесят грамм виски, что он недавно махнул из бокала. Он мог убрать Валентино, а затем, если захочет большего, отправить за ним и Кордрой. Если та надоест. Или если не захочет находиться под покровительством Сайфера и платить дань ему. Весь Чикаго, без каких-либо помех на горизонте… Кому бы не хотелось преподнести такой подарок своей второй половинке? Выйти затем законно на рынок, но при этом вертеть преступным миром из тени… Хотя кто в правительстве не преступник? — Правильно, — усмехнулась девушка. — Главное — не промажь, когда выстрелишь, Пайнс-Сайфер. Иначе всем нам будет плохо. А твой папочка тебя по головке за промах не погладит. — Она отложила уже стлевшую сигарету в сторону, очистила мундштук от возможного табака легкими ударами о край пепельницы. — Значит, решено. Рад сотрудничеству, мисс Кордрой, — обворожительно улыбнулся Мейсон. — Надеюсь на дальнейшее плодотворное общение с Вами. Но и Вы не оплошайте.

***

      Это тянулось бесконечно долго. Подготовка к операции, желание сделать всё идеально, выбрать позиции и рассчитать всё скрупулёзно до тремора рук. О самой дате и времени Диппер своему мужу ничего не говорил. Решил устроить сюрприз и преподнести главный подарок на блюдечке неожиданно, в виде сюрприза. Придти домой под утро с одной пустой гильзой от винтовки, сладко поцеловать сонного Сайфера и прошептать на ушко хорошие новости. Снег налетал, сходил, заменялся противным зимним дождём, а после уходил в почву талыми водами. На деревьях распустились первые зеленые листья, большие и сочные, трава налилась соками, температура поднялась, и идеальный момент настал.       Банкет у мэра для высших чинов в честь теплой весны. Повод? Глупый и бесполезный. Но ведущий к новым выгодам для Валентино и провалам Сайфера, если сделка удастся. Ох уж этот мандраж перед бойней… Диппер всегда любил это ощущение… Ощущение скорой победы в маленькой скрытой войне. Мисс Кордрой уже должна была готовиться к перенятию власти в Доме пока еще противников. Мейсон же в это время располагался на точно рассчитанной позиции внезапно опустевшей квартиры невзрачного дома на той самой темной улочке. Двадцать человек для подстраховки на случай перестрелки были распиханы по переулкам. Сигнал — выстрел. Если не в Валентино, то по колесам, чтобы затормозить автомобиль. Не поможет выстрел — сработает растяжка из шипов несколькими метрами далее. План был безупречен.

Почти…

***

      Уильям Т Пайнс-Сайфер имел прекраснейший дар от природы. Мистический дар, с которым впору было бы предсказывать людям недалёкое будущее. Чуйку. У него имелась сраная чуйка на глобальные неприятности. В этот вечер эта самая чуйка не давала ему спокойно сидеть на заднице в своем кабинете и разбираться с бумагами на поставку алкоголя из Великобритании, охваченной проблемами новой волны опиума. Ах, кто же в этом виноват?.. Точно не он, конечно.       Билл битый час бесконечно постукивал пальцами по столу и периодически засматривался в одну точку. Что-то не давало ему покоя. Что-то противное, разъедающее изнутри. Был ли в этом виноват его внезапно сбежавший супруг? Диппер перед расставанием так страстно расцеловал его и обнежил всего, что у Сайфера даже мысли лишней не закралось в голову, до того шатен смог затуманить его мозг. Затем Диппер что-то пробормотал про темные делишки и смылся, обещав появиться под утро. Ушёл проверять работы борделей? Контролирует склады с алкоголем? Ничего не было понятно. И это покалывало где-то в центре груди назойливой иголкой. Если Пайнс что-то скрывал, то это вело определенно к полнейшей катастрофе — это Билл уже успел уяснить за годы совместной жизни. Планы Диппера никогда не заканчивались хорошо. Всегда за ними следовала полная, лютая и самая глубокая — иначе не скажешь — жопа. И Уильям не понимал, почему он всё еще позволял своему супругу в это дерьмо влезать.       В дверь тихо постучались, и он что-то неразборчиво угукнул, давая согласие на вторжение в свое личное пространство. Как ни странно, в кабинет вошёл Арнольд. Тоже сам не свой. С каких пор он начал стучать перед тем, как ввалиться в кабинет к Сайферу? Его покусали стеснительные проститутки в борделе? Или что-то серьезное произошло? Но Криптос напряженно молчал, буравил взглядом пол и собирался силами. Что-то собирался сказать? — Слушай, Билли, я хочу с тобой поделиться кое-чем… — наконец начал Арнольд. — Это по поводу работы. — Хочешь расширить владения? — задумчиво поинтересовался Уильям. Но Криптос только качнул головой в отрицании. — Ты меня даже смог заинтересовать. Хочешь новый автомобиль? Новую квартиру? — Хочу уйти, — несмело улыбнулся Арнольд. Билл в ответ на это выгнул бровь. Это что за фокусы? — У меня есть важная причина для этого. Дела у тебя идут хорошо, поэтому я просто хотел бы… пожить немного спокойно. — Неужели решил остепениться и найти себе кого-нибудь? Или уже нашёл? — Сайфер приподнялся со своего места, но сразу же почувствовал, как затекли его ноги за долгие часы, проведенные в кресле. Он тихо выругнулся себе под нос, но через секунду всё же принял желаемое положение и подошёл к своему другу, чтобы положить ладони на его плечи. — Не узнаю своего Арни! Что же стало с тобой! — в шутку подколол дон. — Нашёл, но выбор тебе не понравится, — неловко засмеялся Криптос. — Я обязательно тебя с ним познакомлю, но не сейчас. Так что ты скажешь? Дашь мне хотя бы отпуск на годик-другой? — Без тебя придётся туго, но что мне еще остается делать?       Билл как никто другой понимал, что в делах семейных мафия — последнее, о чем хочется думать. Он и сам хотел сгрести своего супруга в охапку, прихватить чемоданы денег и скрыться в самой прекрасной и спокойной глуши на свете. Но эта жадность… И этот страх за их жизни вдали от мафиози… Это не давало расслабиться. Арнольд имел стальные яйца, если собирался осуществить подобный план. Из них двоих только он готов был взять на себя ответственность за настоящую семью и попробовать — хотя бы попробовать — стать таким, как все остальные люди.       Сайфер тоже хотел приходить домой с самой тупой на свете работы, падать в объятия любимого человека и слушать щебетание птичек за окном пряничного домика из сказок. Он хотел… Хотел детей и собаку, хотел текущий в ливень чердак, который вечно надо латать, хотел домашней еды, сделанной его возлюбленным. Но у него было прокуренное и пропахшее кофе логово, где жили преданные псы и витала аура опасности. И эта аура шла от него самого. От того, кто всё еще пачкал свои руки в крови, купал в этой алой жиже пальцы и наслаждался чужими страданиями в попытке вывести новый наркотик и выявить новые свойства. Он утонул в этом. И утянул за собой Диппера, к самому дну морали, если та еще оставалась в этих стенах в первоначальном смысле. — Я обязательно приглашу тебя на свадьбу, — уже облегченно выдохнул Криптос. Как могло быть иначе?

***

      Шатен задержал дыхание… Он смотрел в прицел и ждал своей жертвы. С минуты на минуту появится нужная машина, прозвучит выстрел, и жизнь станет в разы легче. Фонари на улице светили тускло, и откуда-то с севера дул промозглый ветер, пробирающий до костей. Листва на деревьях плясала, оставляла черные тени на разбитом асфальте. Все жилы в теле были напряжены, мышцы подвешивались к ним, как к натянутым струнам. Только тронь — точно вылетит скрипучий звук.       Время шло. Тянулось неумолимо медленно. Небо было завешено тяжелыми свинцовыми тучами. Пахло скорым дождем и сыростью. Где же?.. Минута, вторая… Голова кружилась, сердце билось так, что потихоньку становилось плохо. Пайнс тяжело выдохнул, приподнялся на вытянутых руках и сжал зубы до хруста в деснах. Если не сломал ни одного — уже повезло. Он поднялся уже на ноги, зачесал волосы назад и быстрым шагом направился прочь из квартиры, чтобы сесть за руль собственной машины и вдавить педаль газа в пол. Визг шин пронзил ночную тишину.

***

      Если чуйка говорила Биллу, что близилось дерьмо, то оно уже дышало ему в спину. Шептало на ухо о проблемах и откровенных проебах. Где именно? Чёрт его знал. Как принято говорить в Штатах, — «дерьмо случается». Именно, что случается. Неожиданно, быстро, и бьет так же сильно, как кастет по зубам.       Первым звоночком было то, что послышался звук битого стекла. Того стекла, которое находилось в оконной раме кабинета. Того стекла, через которое пролетела чёртова пуля и угодила прямо в бедро. Сайфер стиснул зубы, резко обернулся назад и утянул за собой на пол ошарашенного Криптоса. Снайпер. Где, блять, он мог расположиться, если не в соседнем крыле? Как, блять, он мог туда попасть? На размышление не было и секунды, ибо за выстрелом прозвучал характерный щелчок замка. Того, который на двери в кабинет. Того, который слишком быстро взломали. Билл впервые в жизни почувствовал себя последней крысой, которую поймали за хвост и оставили в подвешенном состоянии над ведром с маслом. И в это масло его уже успели окунуть головой. Бедро ужасно саднило, пуля засела плотно и в весьма противном месте. В месте, где пролегала артерия. Достать пулю — обречь себя на смерть.       Тот самый щелкнувший замок не предвещал ничего хорошего хотя бы из-за того, что револьвер Сайфера лежал в ящике стола, а Криптос свой оставил в машине. Под сидением, как всегда и делал. Арнольд громко сматерился. Эта ситуация выбила его из колеи. Сайферу хорошо было бы вообще не двигаться. Но тот самый замок… Дверь распахнулась, чтобы явить человека, разодетого в парадный красный костюм. Почему-то именно сраный красный. Чтобы не было видно крови? Как мило. За спиной этого человека было еще по меньшей мере трое таких же веселых ребят. Сколько их было на самом деле в логове? Никто не знал, кроме этого ублюдка в ущербном костюмчике. — Добрый вечер, господа, — елейно улыбнулся Валентино. — Какой прекрасный вечер для встречи, не правда ли? Правда, не обязательно было падать ниц предо мной.       Если Арнольд что-то и собирался ответить, то ему не повезло чуть больше, чем Сайферу. Два человека оказались рядом слишком уж быстро, схватили под руки, а третий точным ударом заставил видеть звёзды перед глазами. Такой красивый удар в свое время Диппер продемонстрировал на Глифуле, и шавки Валентино от него не отставали — из носа густой струей хлынула кровь, мешая дышать. Уильям смотрел снизу вверх с яростью. Положение шаткое. Пуля дернется — он истечет кровью и умрёт за считанные минуты. — Не помню, чтобы приказывал занести объедки из псарни в свой кабинет, — прошипел Билл. Роберт в ответ только тихо засмеялся. — Всё такой же недальновидный, каким и был. — Валентино подошёл ближе, схватил Сайфера пальцами за щёки и резко потянул вверх, вынуждая смотреть только в свои глаза. — Я тебе кишки выпущу, Билли, и ни капельки не пожалею о сделанном. Хотя нет… Пожалею. Мало поиграюсь. Я перевяжу тебе ногу, затем вспорю живот, красиво всё разложу перед тобой в самом угаженном тазике и заставлю нести всю эту мерзость прямо до порога. А твой возлюбленный муж сможет увидеть твой прекрасный внутренний мир. Как тебе затейка? — Он потом тебя этими же кишками и задушит. — Глаза Сайфера наливались яростью. Нельзя было, чтобы Диппер вернулся домой. Нельзя было показывать его этим тварям. Нельзя было показываться самому, чтобы Диппер не натворил глупостей. — Если свалишь сейчас — разойдемся мирно.       Валентино закатил глаза. Но его эта ситуация забавляла. Заявиться в чужой Дом, захватить его без шума и во время отсутствия части подчиненных. Половина на складах, малая часть с Пайнсом, а остальные в борделях. Оставшиеся — просто муравьишки под носками туфель из крокодиловой кожи. Цепкие пальцы в красных перчатках отстранились от лица, чтобы затем последовал сильный удар. Арнольд тем временем пришёл в себя и постарался вырваться, за что поплатился солнечным сплетением и растерял из легких кислород. — Билли, я оценил твою шутку. Весёлая. А теперь серьезно. Тебе пиздец, о великий дон чикагской мафии.       Сайфер постарался сделать рывок вверх, пожертвовав бедром. Задушить Валентино — глупая затея. Ударить его головой о пол и раскроить череп — затея уже получше. Быть схваченным за горло — закономерное последствие попытки встать и получить хоть толику превосходства. Уильям собирался умереть не так, но именно этого он и ожидал столько лет. Видел в кошмарах, задумывался одинокими вечерами в прошлом. Когда-то он представлял, что встретится со своей же дверью лицом к лицу, и это наконец случилось, стоило только Валентино переместить руку к загривку умелым движением и приложить силу. Алый окрасил эту чертову дверь. Эту сраную дубовую дверь, которую Сайфер тоже заказывал у лучших мастеров. Если череп не треснул — это дар небес. Перед глазами начало стремительно темнеть, и даже в таком состоянии Уильям попытался вывернуться и хотя бы попробовать выдавить наглые глаза. Сообразить не успел, и даже не почувствовал, когда с диким хрустом нож по самую рукоять вошёл в дверь, пригвоздив к ней ладонь.       Билл если и хотел умереть когда-то, то не так позорно. В собственном доме, будучи сломанной куклой, подвешенной буквально прямо на входе в одну из комнат. В его голове не оставалось ни одной связной мысли. Всё плыло, двоилось, темнело, пропадало. Время словно перескакивало слишком быстро или же тормозило слишком сильно. Секунда казалась часом, минута проносилась с бешеной скоростью.       На одной из темных улочек должен был прозвучать сигнал в виде выстрела. И Диппер выстрел сделал. Как только снял снайпера с окна соседнего крыла. Один патрон — одна смерть. И первой он застрелил свою изначальную цель. Замешательства в мгновение хватило для того, чтобы Арнольд ударил лбом одному амбалу в переносицу, а второго толкнул ровно под удачное место для второго патрона. Криптос с отвращением пнул в сторону человека в алом костюме. На котором кровь всё же была видна. Третьего подчиненного он схватил за ворот сделал глубокий вдох, а после с силой толкнул в сторону разбитого окна, прямо на торчащие осколки из оконной рамы.       Когда-то в прошлой жизни Уильям Т Пайнс-Сайфер сказал своему супругу бежать, если его убьют. Бежать как можно дальше. Быть незаметным, прятаться в купленной квартире. Делать что угодно, лишь бы спастись. Диппер вспомнил об этом правиле, об этом договоре, стоило только заметить в прицеле бездыханное залитое кровью тело, алую дубовую дверь и отсутствие дыхания у любимого человека. Вокруг могло быть сколько угодно мафиози. Своих. Чужих. Не так важно теперь. И первым делом Пайнс собирался не бежать в укрытие, как обещал. Первым делом он хотел пустить пулю себе в лоб.       Он ринулся в кабинет в другое крыло без каких-либо раздумий. Чудом он не получил ножом под ребро от встретившихся в коридоре людей. Чудом его ноги донесли до этого чертового кабинета. Он не думал, когда выдернул нож из распахнутой двери. Не думал, когда Сайфер упал тяжелым грузом прямо в его руки. Не думал, когда таким же грузом Криптос осел на колени в попытке перевести дыхание. Его мужа больше не могло быть. Больше нет. Его муж истек кровью. Юноша сквозь слёзы посмотрел в последний раз на Арнольда. Он обещал Биллу. Обещал.       И последнее обещание он собирался выполнить, когда всё же услышал едва заметный хриплый вдох.