Карточки с желаниями

В храме все так же царил порядок, однако от внимательного взгляда все равно не ускользнуло бы отсутствие смотрителя: все было чересчур на месте, указывая, что ничем не пользовались уже долгое время. - Сань Лан, ты мне так и не рассказал, как ты помогаешь мне поддерживать здесь чистоту. На сколько бы мы ни отлучались, в храме всегда убрано и все подготовлено для молящихся. - Иногда я посылаю свою копию для наведения порядка в храме гэгэ. Се Лянь улыбнулся: - Я думал, ты отправляешь кого-то из прислуживающих демонов из Дома Блаженств. - Я не могу доверить никому постороннему заботу о месте, которое так важно для гэгэ. - Позволь в ответ на эту любезность приготовить для нас поесть. После снятия проклятой канги, навыки в приготовлении пищи у Се Ляня заметно улучшились, что не могло не радовать, поскольку ему нравилось угощать Сань Лана. Хотя тот всегда ел приготовленную Се Лянем еду с удовольствием, сам Се Лянь все прекрасно понимал о своих кулинарных способностях когда его удача была ограничена, и воспринимал свою еду как стратегическое оружие массового поражения. Наследный Принц прошел на кухню, вытряхнул из мешка овощи, купленные в городке неподалеку, и проверил оставшиеся в храме крупы. Он даже сумел обнаружить кое-какие приправы и сухие травы, которые решил перетереть в деревянной ступке перед тем, как добавить их в блюдо. - Гэгэ в очередной раз балует своего верующего, - Хуа Чэн принес побольше наколотых дров, складывая их в углу. Он подошел к столу, на котором остались использованные дощечка с ножом и ступка, начиная задумчиво вертеть в руках пестик. - Я нашел кое-какие специи, должно получиться вкусно. - Что ж, я в предвкушении, - ответил Хуа Чэн, явно находясь в своих мыслях, пока Се Лянь накладывал в миски рис и тушеные овощи. *** Блюдо действительно удалось на славу. Сидя рядом с Хуа Чэном и наслаждаясь плодом своих трудов, Се Лянь решил уточнить: - Сань Лан, ты говорил, что знаешь, как поймать Вестников. - Да, они направятся в город неподалеку. Я пустил слух, что буду там проездом и, скорее всего, не удержусь от азартных игр. Едва ли кто-то из нежити не слышал об этом. Они не смогут упустить шанса так отпировать. - Но не схватим ли мы заодно не тех? - Схватим всех, а там разберемся. - Меня не покидает ощущение, что у тебя есть определенная связь с этими демонами. Хуа Чэн лениво перебирал палочками оставшиеся на дне рис, сгребая его в небольшую кучку. - Пока я был на горе Тунлу, я поглотил парочку. Сейчас же, они вечно норовят явиться и испортить мне игру, вклиниваясь со своими ничтожными возможностями и пытаясь поменять ход игры на свой лад. Я не назвал бы это связью, скорее, желание устранить помеху. Тем более, из-за них гэгэ сомневается во мне. - Ни в коем случае, - Се Лянь сжал руку Хуа Чэна своей и переплел пальцы. Сань Лан притянул их руки к себе, покрывая костяшки пальцев Се Ляня поцелуями. - Гэгэ позволит мне навести порядок после готовки и нашего обеда? - С огромной благодарностью, - Се Лянь улыбнулся, - я пока натаскаю свежей воды в бочку снаружи. Вода в реке была прохладной и такой чистой, прозрачной, что закончив, Се Лянь не удержался, и, скинув одежды, с удовольствием окунулся. Одежду пришлось надевать на мокрое тело, и, недолго думая, Се Лянь решил оставить верхнюю часть одеяния на поясе, подставляя влажный торс вечернему солнцу. Он успел обсохнуть по пути в храм, и закрывая дверь, раздумывал, имеет ли смысл одеваться обратно, когда оказался в плотном кольце рук. - Гэгэ решил соблазнить меня? - руки ласково оглаживали все еще прохладную кожу и сжимали ткань на бедрах. Се Лянь перенял немного озорное настроение супруга, и откинул голову на его плечо: - А если и так? - Он в этом явно преуспел, - губы коснулись щеки, - позволит ли мне гэгэ вытянуть одну из карточек? - Погоди, - Се Лянь обернулся через плечо, едва не сталкиваясь носами с возлюбленным, - ты хочешь сказать, что ты принес шкатулку? - Конечно, - Хуа Чэн коротко поцеловал его губы, задерживая на них свой взгляд, хитро улыбаясь, - отныне она у меня в голове, так что я всегда могу ей воспользоваться. «Вот ведь лис», восхитился Се Лянь, «с другой стороны, так даже лучше: Сань Лан сможет выбирать именно то, что ему хочется». - Что ж, тогда озвучь карточку. - Ммм, я пытаюсь вспомнить формулировку, ах, как же там было? – Хуа Чэн водил расскрытыми губами по шее Се Ляня, старательно изображая, что его подводит память, - Что-то наподобие, словно инь и янь, ртами напротив разведенных ног друг друга… - Благодаря тому, что Сань Лан все же сумел запомнить ключевые слова, я знаю о чем он говорит. - Простите этого невежественного верующего. Он как увидел эти слова, не смог воспринимать остальные. Се Лянь улыбнулся: - Мне кажется, в таком случае, Сань Лану стоит поменять свою форму на ту, в которой мы познакомились, чтобы мы были примерно одного роста. - В которой мы познакомились? Хм, гэгэ хочет, чтобы я принял форму восьмилетнего ребенка? Се Лянь покраснел от такой интерпретации, слыша тихий смех и чувствуя как зубы Хуа Чэна игриво прихватывают хрящик уха. - Ты прекрасно понял, что я имею в виду, не притворяйся. - Я сделаю это, но я должен предупредить гэгэ: поскольку то тело принадлежит семнадцатилетнему мне, оно реагирует на гэгэ гораздо острее и обладает гораздо меньшей выдержкой. Я надеюсь, я не смущу гэгэ своей напористостью и чрезмерным воодушевлением. «Так вот почему он старался не прикасаться ко мне, имея тот облик», подумал Се Лянь, «но не означает ли это также, что я смогу сделать Сань Лану очень приятно и больше раз?» Это воодушевляло и рисовало неприличные картины перед глазами. Се Лянь переплел свои пальцы с пальцами Хуа Чэна: - Ничего страшного, если это не доставит Сань Лану каких-либо неудобств. Се Лянь почувствовал, как тело позади него меняется, и ладонь в его руке становится немного тоньше. - Я исполню любое желание гэгэ. Хуа Чэн с удовольствием зарывается лицом в волосы возлюбленного, вдыхая его запах, пока руки направляются к поясу, удерживающему верхние одежды на бедрах. Се Лянь останавливает ладони, отстраняясь, и направляется в сторону комнатки, которая служит спальней. Сань Лан входит следом и прикрывает дверь когда видит, как Се Лянь, скинув монашеские одежды у основания небольшой кровати, протягивает руки к нему: - Иди ко мне. Несколько шагов, и пальцы могут быстро расправиться с пуговицами, распахнуть ворот, открывая нежную кожу, вздыхая в открытые губы, когда чужие руки спешно стягивают с себя все слои ткани, позволяя любоваться совершенным телом. Сань Лан немного замешкался, стягивая рукав и скидывая верхнее одеяние у изголовья, после обращая свое полное внимание на Се Ляня и помогая ему также избавиться от нижних штанов, лаская гибкое сильное тело, цепляя короткими ногтями соски перед тем, как лизнуть их языком. Се Лянь утянул супруга на кровать, втягивая в поцелуй, с силой проводит руками по упругим бедрам и инстинктивно вжимается своим пахом в пах, краснея от своих действий, но не в состоянии не простонать, когда Сань Лан усиливает контакт, вжимая его в кровать, слегка потираясь. - Мхм, Сань Лан, ты не мог бы повернуться ко мне другой стороной? - Я думаю, мы должны поменяться местами с гэгэ, так будет удобней. С этими словами, Сань Лан перекатился, оказываясь под телом Наследного Принца. Се Лянь чувствовал себя крайне неловко, переворачиваясь к раздвинутым ногам Хуа Чэна, особенно смущаясь вида, который сейчас открывается Сань Лану, а потом вспоминая, что он ему демонстрировал ранее и окончательно теряясь, радуясь, что сейчас никто не может видеть его пунцового лица. Сань Лан подхватывает его руками за переднюю часть бедер, притягивая его к себе в еще более бесстыдное положение и на короткий момент Се Ляню кажется, что его ласково обвели вокруг пальца. А потом рот Сань Лана жадно припадает к мошонке, накрывая рукой член, и мысли из головы Се Ляня исчезают. Перед его глазами налитой, полностью возбужденный член Сань Лана, подрагивающий и уже истекающий смазкой на рельефный живот. Се Лянь широко проводит по нему языком, от головки до поджавшихся яиц, перед тем, как, обхватив рукой ствол, сосредоточиться на головке, то посасывая ее, то быстро касаясь языком, чтобы после потереть уздечку или слегка проникнуть в дырочку кончиком языка. В этот раз он постарается не торопиться и дать возможность Хуа Чэну полностью насладиться лаской. Он мягко перекатывает яички в руке, скользя ртом по бархатной коже члена, то плотно обхватывая и начиная сосать, то выпуская изо рта, чтобы пройтись языком, чувствуя, как его ласкают подобным же образом. Тут влажный язык Сань Лана проходится по местечку за мошонкой и скользит немного дальше по ложбинке, сменяясь большим пальцем, растирающим теперь влажное, плотно сжатое колечко мышц. Ладони на ягодицах слегка мнут и раздвигают их, и в следующее мгновение Се Лянь чувствует, что вместо пальца возвращаются язык и губы, даря очень постыдную ласку, пока он сам ощущал ртом ставший еще тверже орган. Лицо заливает густой румянец и Се Лянь, вздрагивая, стонет, когда язык проникает самым кончиком, тут же покидая его тело, и вторгаясь вновь. Это не первый раз, когда Хуа Чэн делает что-то подобное, но Се Лянь никогда не находился в настолько открытой позе и… не ублажал его самого в это время ртом. Язык вел себя все более откровенно, проникая все глубже и принося с собой все больше влаги, иногда выходя, чтобы пощекотать снаружи. В какой-то момент язык полностью исчез и тело под Се Лянем слегка сместилось, однако быстро вернулось в прежнее положение. Чуткого слуха коснулся звук вытащенной пробки из бутылочки и Се Лянь почувствовал маслянистый палец, массирующий вход. - Значит, Сань Лан спланировал все это с самого начала. - Я лишь взял немного массажного масла, надеясь, что массаж поможет гэгэ после тяжёлого дня, - Хуа Чэн замолк на мгновение, - Не захочет ли гэгэ тоже им воспользоваться? «Он предлагает мне тоже… или же я ошибаюсь?» Се Лянь приподнялся и протянул руку ладонью вверх, чувствуя, как в нее вложили склянку и видя, как длинные скульптурные ноги сгибаются в коленях и прижимаются к телу. О боги… это так откровенно. Се Лянь, не зная как ему стоит начать, как прикоснуться, начинает покрывать внутреннюю сторону бедер поцелуями, вытаскивает пробку и наливает немного масла на пальцы, чувствуя легкий запах жасмина. Он видит маленькую розовую звездочку входа, которая слегка сжимается, когда Се Лянь начинает размазывать масло по ложбинке. Мог бы он обласкать это место тоже языком? Се Лянь чувствует, как полыхает его лицо и слегка надавливает на колечко мышц, проникая самым кончиком пальца, ощущая, как плотно обхватывают мягкие стеночки, но не сокращаясь и не выталкивая. Се Лянь, как завороженный, смотрит, как с поступательными движениями его палец исчезает все больше и не может оторваться. Он ощущал себя настолько испорченным и возбужденным, что не удивился бы, проснувшись следующим утром вообще без всякого намека на духовные силы. - Ох… Тело Се Ляня прошило наслаждением. Пока Се Лянь занимался созерцанием, он умудрился упустить, насколько уже раскрыто и распалено его собственное тело. Сань Лан спокойно растягивал его тремя пальцами, шевеля ими и нажимая на простату, заставляя насаживаться и тихо стонать. Вдруг пальцы исчезли и вместо них входа коснулось что-то твердое, прохладное, гладкое, и гораздо большего диаметра. - Гэгэ, расслабься. Хуа Чэн начал медленно вводить предмет, продолговатый и крупный, далее немного сужающийся и расширяющийся снова. Се Лянь сглотнул. - Сань Лан? Хуа Чэн ничего не ответил, оставив предмет внутри, оглаживая припухшую, блестящую от масла дырочку снаружи. Колени Се Ляня дрожали. - Сань Лан, только не говори мне, что это… - Не буду. Хуа Чэн взялся пальцами за ручку пестика, и, поменяв угол, начал быстро раскачивать его внутри короткими движениями, почти не вынимая, точно попадая по простате. Для Се Ляня стало настоящим откровением, что его тело может так остро реагировать на, кхм, кухонную утварь. Его ноги тряслись как в лихорадке, и, не выдержав, и он рухнул бедрами Хуа Чэну на грудь. Когда он почувствовал смешок в непосредственной близости от раздвинутых ягодиц, он громко простонал, готовый провалиться сквозь землю. - Эх, гэгэ, гэгэ. Се Лянь почувствовал легкую дрожь, прошедшую по пестику, и тихий "клац", перед тем, как он начал мягко медленно двигаться. Руки Сань Лана все еще оставались на бедрах. «Да он издевается», мысленно простонал Се Лянь. Решив отыграться, он медленно насадился ртом на член Хуа Чэна, заглатывая, в то же самое время вводя два пальца, сгибая их внутри, пытаясь найти бугорок простаты. Он чувствует, как замирает Сань Лан, и как ускоряет свои движения. Как он стонет и не может удержать свои бедра на месте, когда его возлюбленный находит нужную точку. Се Лянь начинает активно двигать головой, иногда сглатывая вокруг головки. В один момент, руки с бедер пропадают и с влажным звуком Се Лянь ощущает пустоту, которая тут же заполняется пальцами. Какое бесстыдство. Чувство смущения пробивает током и расстекается парой капель на груди Сань Лана, который низко мурчит ему прямо в самые неприличные места. Се Лянь жалобно стонет, выпуская член изо рта, сжимая бедра возлюбленного до синяков и пряча на мгновение лицо, утыкаясь лбом в трогательную бедренную косточку. Он чувствует, как с пошлыми звуками пальцы слегка раздвигаются, выходя, и обратно мягко скользят внутрь, словно волнами, чтобы в один момент выйти полностью и дать возможность снова вторгнуться языку. Чувствуя, как колечко мышц пытается сжаться вокруг свободно трахающего его языка, который снова сменяется пальцами, пока вторая рука отводит в сторону ягодицу, Се Лянь снова насаживается ртом на каменный член, пропуская его глубоко в горло, и медленно проникает двумя пальцами обратно в горячую тесноту, словно пытаясь протолкнуть член глубже с каждым движением пальцев внутрь. В этот раз, он безошибочно находит простату, и, стараясь скопировать движения пальцев Хуа Чэна в нем самом, чувствует, как тот сбивается, стонет, подмахивает бедрами и начинает двигать пальцами в том же темпе. Как же это грязно и горячо. Се Лянь добавляет третий палец, который проникает без малейшего сопротивления, и слышит тихий шепот Сань Лана: - Да, вот так. Они кончают почти одновременно: Сань Лан меняет положение тела Се Ляня, чтобы обхватить его головку члена губами и принять его глубоко в горло, продолжая работать пальцами, и Се Лянь взрывается, чувствуя, как и его рот наполняется тягучей жидкостью. Однако, пальцы, разминающие его изнутри, не спешили покидать его тело. Се Лянь со стыдом подумал, что сейчас, даже если бы Сань Лан решил взять его грубо, тот был так раскрыт, что не почувствовал бы и малейшего дискомфорта. Се Лянь отодвинулся, чувствуя как пальцы выскальзывают из него, и перевернулся в нормальное положение, оказавшись тут же прижатым к кровати животом, ощущая, как зубы прикусывают шею возле роста волос и оставляют на ней засосы, пока руки оглаживают бока. Сань Лан низко мурчит, потираясь о ложбинку ягодиц. - Если бы гэгэ только знал, как я хочу оказаться внутри, расплатившись после своим телом. Чтобы гэгэ взял свое сполна за всю мою страсть. Несмотря на только что пережитый оргазм, слова Сань Лана звучали очень возбуждающе. Хотелось прогнуться и приподнять бедра, чтобы Сань Лан сорвался, сорвался и выплеснул на него всю свою страсть, заставляя срывать голос. Сань Лан, в свою очередь, не стал ждать от него каких-либо действий, скользя снова напряженной головкой между ягодицами и начиная тягуче проникать. Сань Лан входил одним движением, проникая до конца и оглаживая пальцем края дырочки после. Он почти лег на Се Ляня, вылизывая шею и не двигаясь. Это изводило. Се Лянь сжал мышцы вокруг члена, и через секунду оказался на четвереньках. Сань Лан обхватил основание его шеи руками, с громкими шлепками бедер скользя в его теле, не чувствуя ни малейшего сопротивления, слушая тихие стоны и сходя от этого с ума. Сань Лан провел рукой по лицу возлюбленного, оглаживая влажные губы большим пальцем и чувствуя, как Се Лянь слегка прихватывает его губами. Рука поменяла положение, и указательный и средний пальцы оказались напротив мягких губ, прося приоткрыться и впустить их внутрь. Се Лянь покорно втянул их рот, чувствуя, что Сань Лан двигается в одном темпе и во рту и сзади. Пальцы покинули рот, оставили влажную дорожку на шее и начали играть с бусинкой соска. Сань Лан, самодовольно улыбаясь, прикусывает плечо, слыша особо рваные вздохи, и входит с силой еще глубже. Се Ляня это странным образом заводит, и даже более, заставляет желать острее и жестче. Решившись, он вытягивает руки, покорно ложась грудью на постель и прогибая поясницу, слыша сзади глухой стон и чувствуя, как ногти царапают кожу бедер, пока одна рука не ложится между лопаток, властно прижимая его к кровати, и Сань Лан не срывается на абсолютно бешеный темп, почти полностью выходя и вгоняя до упора. Се Лянь сходит с ума, слыша шлепки и буквально рычащего Сань Лана, который внезапно наполняет его влагой, плавно выскальзывая после. - Гэгэ, что же ты делаешь со мной. Хуа Чэн мягко массирует поясницу возлюбленного, помогая ему подняться и сесть на пятки, и сам откидывается спиной на кровать. Он притягивает Се Ляня к себе и, притупляя взгляд, обхватывает его икры с внешних сторон своими ступнями, немного сгибая ноги в коленях. От этой картины у Се Ляня щемит сердце, сбивается дыхание и становится так сладко, что он не может не накрыть это тело своим, вплести пальцы в волосы и приникнуть губами в поцелуе, чувствуя, как Сань Лан смущается еще больше, подтягивая ноги к бокам и просит: - Гэгэ, сделай это. Я расслаблен после оргазма… гэгэ будет приятно. Се Лянь все еще возбужден с прошлого раза, эти же слова пускают ток по нервам, заставляя дышать загнанно, захлебываясь в собственных чувствах. «Боги, какой же он». Если Се Лянь проникнет сейчас, он не сможет продержаться и пары минут. Стараясь совладать с собой и немного успокоиться, Се Лянь покрывает лицо любимого поцелуями, касаясь губами век, скрывающих такие прекрасные родные глаза. Поцелуи перемещаются на шею, язык скользит по венке вверх, к подбородку, и Сань Лан рвано выдыхает: - Прошу, сейчас. Се Лянь прикусывает доверчиво открытую шею и подбирает бутылек, чтобы смазать себя и пройтись по слегка раскрытому колечку мышц, осторожно вводя два пальца и слыша стон. Тело действительно не сопротивляется ни секунду, податливое, открытое. Се Лянь вытаскивает пальцы, ласково проводя по колечку мышц напоследок, и начинает потихоньку проникать, раскачиваясь, чувствуя, как упругие стеночки обхватывают очень плотно, но принимают его. Сань Лан тихо низко стонет в прикушенную губу на каждый толчок, и Се Ляня охватывает беспокойство: - Больно? Ступни, касающиеся бедер Се Ляня, притянули его ближе, заставляя войти полностью: - Мне очень хорошо. Се Лянь начинает медленно двигаться, гладя открытые бедра и глотая стоны. Сань Лан поддается навстречу, его тело просит большего, и Се Лянь слегка ускоряется. Се Ляню очень хочется посмотреть как он исчезает в самом желанном теле, как колечко мышц плотно обхватывает и слегка двигается вместе с ним. Поборов стеснение, он подхватывает ладонями ноги Сань Лана под коленями, прижимая его согнутые ноги к груди, и, все же покраснев от смущения, смотрит на процесс. Если бы он поднял голову, он бы увидел, как с таким же выражением лица на него смотрит Хуа Чэн, ловя каждую реакцию и подрагивая от каждого стона. - Ваше Высочество, не стесняйтесь… берите глубоко и в быстром темпе. Овладейте мной так, как хотелось сделать это, когда я был заперт с вами, посмев коснуться когда вы находились под ядом цветов. Се Лянь встречается с ним взглядом: - Сколько раз ты фантазировал о той ночи? Лицо Сань Лана залил румянец, и он слегка отворачивается на пару мгновений, прикрывая глаза и раскрываясь еще сильнее. А вот это уже интересно. - И статуя – у тебя к той ситуации явно не только эстетический интерес. О чем именно ты фантазировал? Действительно о том, как я прижимаю тебя к земле и наслаждаюсь твоим телом, снова и снова? Или о том, как ты берешь мое распаленное, жаждущее ласк тело, для которого все в новинку и которое отвечает на каждое прикосновение троекратно? Хуа Чэн тихо стонет. Он болезненно возбужден и смущен одновременно, с откинутой назад головой, приоткрытым ртом и призывно блестящими от пота шеей и ключицами, напряженно торчащими маленькими бусинками сосков. Се Лянь не мог отказать себе в удовольствии провести по всему этому великолепию языком, перед тем как вжать запястья в кровать и накрыть тело Сань Лана полностью своим, облокачиваясь на локти, трахая быстро, но с маленькой амплитудой, изводя и заставляя выгнуться навстречу: - Да, боже, гэгэ, пожалуйста. - Так о чем ты фантазировал? Я все еще жду ответа – ласково прозвучало у самого уха Хуа Чэна. - И о том, и о другом, - слегка алеющее от страсти ухо с серьгой сводило Се Ляня с ума. - Продолжай. С шипящим звуком Хуа Чэн втянул воздух сквозь слегка приоткрытый рот, неосознанно подаваясь навстречу. За разговором, они сами не заметили как слегка поменяли угол проникновения, и теперь член Се Ляня буквально массировал простату. Это было невыносимо приятно, и в то же время хотелось жестче и глубже. Если бы Се Лянь не удерживал его руки, он бы впился пальцами в бедра возлюбленного, вжимая его в себя сильнее. Но раз гэгэ хочет немного поиграть с ним… - Гэгэ уверен что хочет слышать о подобных непотребствах? Сможет ли гэгэ выслушать эти слова не отводя от моих глаз взгляда, полностью открыв свои чувства мне? Его голос шелестел такой неприкрытой страстью, прерываемой стонами, что Се Лянь чуть было не окончил процесс преждевременно, поэтому вынужден был остановиться и перехватить свой член у основания, освобождая запястья Хуа Чэна и теперь нависая над ним опираясь о правую руку. Сань Лан разочарованно простонал, на мгновение зажмурившись и прикусив губы, слегка прогибаясь, откидывая голову назад, выглядя настолько будоражаще в муке прерванного наслаждения, что Се Лянь начал всерьез бояться за свой рассудок. Ресницы медленно приподнялись, открывая острый горячий взгляд. Острый настолько, что о него можно порезаться. Се Лянь с удовольствием сделал бы это перед тем, как сгореть в нем без остатка. - Зачем гэгэ остановился, не сдерживайся. Оставляй засосы на моей шее, кусай и бери мое тело, - Сань Лан медленно провел пальцами по своей шее, спускаясь к ключицам и торсу, заставляя Се Ляня сглотнуть, но он удержался и не отвел взгляд, - Я фантазировал, как я бы посмел предложить себя: склонившись, прося дать мне возможность ублажить и избавить от мук. Как я бы делал это ртом, пока твоя рука на моей голове задавала темп и как бы потом ты с пылом и страстью притянул меня и взял, медленно проникая. Пока я бы задыхался от того, как ты распираешь меня, ты, через пару секунд теряя терпение, заставил бы меня двигаться на твоих бедрах. Я бы делал это так быстро, как только мог, но тебе было бы мало и ты бы толкнул меня на пол, входя быстро и размашисто, ох… Се Лянь не выдержал, входя обратно резко и срываясь на бешенный ритм, закидывая свободной рукой ногу Хуа Чэна чуть выше своей поясницы, проникая так глубоко, что Хуа Чэн со стоном сжимает пальцы на спине любимого до синяков. Се Лянь умирает и возрождается миллионы раз. Яд цветочных демонов меркнет по сравнению с тем, какое желание он испытывал сейчас. Он сходит с ума, смотря как слегка закатываются глаза любимого, как скользит кадык под кожей, как подрагивает тело под ним от наслаждения, выгибаясь и подаваясь навстречу. Как же он красив, он мог бы обладать им еще тогда. Хотя тогда бы это не было так сладко. О, небеса. Се Лянь ускорился еще сильнее, впиваясь в такие любимые губы поцелуем, заглушая свой долгий громкий стон, дрожа всем телом и чувствуя, как его прошивает удовольствие, накатывая волнами и выплескиваясь в податливое тело. Хуа Чэн сжимает свой член ладонью, с силой быстро проводя по нему пару раз, также изливаясь следом с громким стоном во влажный поцелуй. Се Лянь аккуратно выскользнул из его тела, укладываясь рядом и обнимая возлюбленного, в мгновение ока оказавшись в крепких объятьях и ощущая невинный поцелуй в уголок губ. Се Лянь пытался отдышаться. Постепенно наваливалась усталость, хотелось расстечься кошкой по поверхности и блаженно уснуть. Несмотря на разморенное состояние, Се Лянь нашел в себе силы приподняться, встречая настороженный взгляд Хуа Чэна: - Что-то не так? - Нет, что ты, - Се Лянь мягко улыбнулся, - просто мы оба только вернулись, все случилось весьма внезапно и я, эм, ничего не приготовил чтобы помыться после, или хотя бы вытереться. Хуа Чэн подхватил свою белую рубашку, благоговейно стирая с Се Ляня следы их любви и следом быстро вытирая себя. Рубашка отправилась на пол. Хуа Чэн подхватил покрывало и укрыл их обоих, прижимая Се Ляня к себе. - Завтра помоемся. *** Утро было тихим и спокойным. Потихоньку просыпаясь, Се Лянь прижался к твердому телу сильнее, целуя куда-то в районе ключиц. Несмотря на все, что произошло вчера, тело Сань Лана имело все такой же приятный запах. Иногда Се Ляню кажется, что Сань Лан тихо бегает мыться, когда после подобной ночи Се Лянь засыпает. Он убрал непослушную прядь с лица возлюбленного и заправил ее за ухо. Сердце гулко стучало. Он ничего не мог с собой поделать, но каждый раз имея возможность разглядывать Сань Лана, его сердце не могло остаться равнодушным к красоте этого лица, к изяществу и силе проступающим через идеально сложенное тело. Не важно, было это тело молодого Сань Лана или его истинный облик, Се Лянь был покорен им до самой глубины души и мог наслаждаться созерцанием его возлюбленного вечно. Вспоминая это тело прошлой ночью и как они любили друг друга, Се Лянь пропустил вдох. Как Хуа Чэн ему отдавался не поддавалось описанию. Он отдал ему и тело, и мысли, и душу, открывшись так искренне, несмотря на то, что его беспокоила реакция Се Ляня на что-то вчера. К сожалению, Се Лянь был так приятно измотан, что не мог обдумать эту мысль сразу же. Пушистые черные ресницы дрогнули и глаза напротив медленно открылись. Глубокие, как бликующие черные воды, спокойные. Се Лянь чувствует себя очень счастливым, но немного встревоженным своими мыслями. Сань Лан улавливает его настроение, и опускает взгляд. Се Лянь не знает, как правильно спросить, и стоит ли, может, лучше сделать вид, что он ничего не заметил. Но Хуа Чэн начинает говорить: - Гэгэ, я должен был сказать тебе это еще вчера после всего. Я знаю, что тот момент в пещере связан с огромным количеством болезненных и ужасных событий. Я был ничтожеством и не мог претендовать даже на то, чтобы просто стоять рядом. Ты был очень великодушен в своих действиях. То, что я рассказывал про свои фантазии и желания… они появились позже. Я ни в коей мере не посмел бы даже подумать о такой дерзости, тем более в такой неподходящий момент. Се Лянь нежно приподнимает голову Сань Лана за подбородок, накрывая его губы своими. - Я даже не думал волноваться из-за этого или интерпретировать твои слова таким образом. Меня тревожило, что тебя что-то беспокоило из произошедшего вчера. Хуа Чэн поднял взгляд, заглядывая в такие любимые золотистые глаза. - Гэгэ… - Даже если ты действительно тогда хотел меня, я не обижусь. В конце концов, под ядом я вел себя очень откровенно, а у тебя уже были чувства ко мне. Хуа Чэн снова склонил голову: - Гэгэ действительно очень добр к этому верующему. - Перестань, - Се Лянь притянул его в крепкие объятья, понижая голос до интимного шепота, - Я надеюсь, что тебе понравился наш вчерашний вечер так же сильно как и мне. - Мне очень понравилось. Гэгэ очень чуткий, страстный и изобретательный любовник. Се Лянь слегка смутился от подобных слов, но с удовольствием ответил на чувственный поцелуй. - Приятно слышать это от человека, который каждый раз заставляет меня терять разум даже когда я просто вижу его, - Се Лянь едва касаясь провел пальцами по любимому лицу, очерчивая мысок красавицы и скулы, смотря как Сань Лан с упоением прикрывает поддрагивающие ресницы в ответ на ласку, подаваясь лицом ближе к чутким пальцам. Се Лянь смотрел и не мог оторваться. Еще более растрепанные после сна волосы: половина волос выбилась из свободной косы и теперь спадала на шею и плечи. Се Лянь спустился пальцами на шею, едва заметными прикосновениями откидывая пряди, полностью освобождая от них идеальную белоснежную кожу. По телу Хуа Чэна прошла дрожь: - Гэгэ… Се Лянь удивился, как остро они оба отреагировали на такую невинную ласку. Хотя его собственная реакция была предсказуема, учитывая сколько времени он с удовольствием любовался своим супругом. Это тело словно было создано для ласк и обожания. - Сань Лан, что если ты будешь принимать эту форму, когда мы проводим время вдвоем? Раз оно чувствительнее, я наверняка смогу подарить тебе гораздо больше удовольствия. - Ммм, я соврал. - … - Это тело не чувствительнее. Просто мне всегда мало гэгэ и я не могу остановить пламя охватывающее меня когда я вижу даже отблеск желания в его глазах. Это был повод получить немного больше гэгэ, чем я получаю обычно, - он приблизился к уху возлюбленного, - обычно гэгэ заполняет собой только мой рот, но вчера… Се Лянь легко накрыл пальцами губы Хуа Чэна, призывая его не продолжать. Князь Демонов тихо довольно рассмеялся, нежно беря руку принца за запястье, покрывая подушечки пальцев поцелуями. Губы спустились к ладони и перешли на нежную кожу запястья и предплечья, заставляя дыхание Се Ляня сбиться. Поцелуи прекратились и его руку переместили к все еще влажному и приоткрытому колечку мышц, направляя рукой, прося, накрывая губы неспешным чувственным поцелуем и переворачиваясь на спину вместе с Се Лянем, обхватывая ногами талию. - Сделай это снова.