Карточки с желаниями

Майские дожди Водопад похоронили — Залили водой. (Мацуо Басё) Никогда Се Ляню еще не было так стыдно как этим утром, когда разум был свеж и не замутнен желанием, уступая место отчаянным тревогам и сожалению. - Сань Лан, прошу, прости меня за мою вчерашнюю грубость, - Се Лянь поднялся, опираясь о руку, рассматривая Хуа Чэна и холодея от вида следов на его ногах и красноречиво зависнув взглядом чуть ниже паха, - сильно больно? Мы сейчас же отправимся в Дом Блаженства, там осталась заживляющая мазь. Ладонь Се Ляня перехватили, привлекая внимание к спокойному лицу: - О чем говорит гэгэ, все просто замечательно, я не чувствую никакой боли. - Не может такого быть, я же тебя не подготовил, а твое тело к этому еще и было непривычно… - Разве не я сам просил тебя об этом? Тебе не за что просить прощения, или я должен сам посыпать голову пеплом вместе с тобой, а поводов у меня гораздо больше. Сколько раз я делал что-то подобное с гэгэ по началу, не в силах удержаться? - Мы были до краев полны страсти, - попытался возразить Се Лянь, - да и я нечувствителен к боли. - А в чем была разница в этот раз? – Хуа Чэн поцеловал костяшки пальцев возлюбленного, - гэгэ забывает, что я не человек. Мне все очень понравилось, я бы с удовольствием повторил хоть сейчас. Се Лянь смутился: - Все равно, было бы неплохо вернуться и нанести мазь… - Только если гэгэ в начале составит мне компанию в купальнях, - Хуа Чэн игриво подмигнул Се Ляню, заставив того вспыхнуть: - Все что пожелаешь. - Вот и славно, - Хуа Чэн ловко сел, чтобы потянуться за оставшимся в одежде игральными костями и удивленно охнул, на секунду дрогнув лицом. - О небеса, Сань Лан… - Гэгэ, я просто потянул поясницу, все впорядке, смотри – Хуа Чэн поменял положение несколько раз с улыбкой, в которую Се Лянь ни на секунду не поверил - никакой боли. - Мы отправляемся за мазью сейчас же. - Хорошо, хорошо, – Хуа Чэн выставил в примирительном жесте руки, - я перенесу нас в Дом Наслаждений. Короткий стук костей и перед глазами оказывается знакомая просторная комната в красных тонах со скрытой за газовыми занавесями кроватью. - Гэгэ позволит мне дать распоряжения? Хуа Чэн коснулся своего виска, не переставая смотреть на Се Ляня, хотя его взгляд расфокусировался на несколько коротких мгновений. Наконец он улыбнулся и, оборвав прикосновение к виску, протянул руку Се Ляню в приглашающем жесте: - Гэгэ, идем. Я распорядился доставить все необходимое в купальни и подготовить их для нас. И действительно: в бассейне вода была теплой и испускала легкий пар, благоухающий цветами. На краю стояли всевозможные отвары, мыльный корень, масла и баночка с мазью. - Гэгэ позволит раздеть его и омыть первым? - Нет, мы идем в воду вместе и сперва заботимся о тебе. Руки Се Ляня порхали, снимая одежду с Хуа Чэна быстро и твердо. Забывшись в своей заботе, Наследный Принц и не вспомнил о смущении, скидывая одежды демона, не останавливаясь ни на мгновение перед тем, как распахнуть нижнее одеяние. Хуа Чэн ему не препятствовал, с озорством глядя на так усердно раздевающего его Се Ляня, пока тот не поймал его взгляд. Хуа Чэн игриво приподнял бровь: - Гэгэ так напорист, но касаясь одежд, не прикоснулся ни разу к изнывающему телу. Се Лянь замер на середине движения, чувствуя, как его замершую руку накрывает сверху прохладная ладонь, которая ведет его ладонью по открытому торсу демона и прижимает к шее на манер обхвата, под тихое, стонущее: - Гэгэ… Се Лянь в миг порозовел скулами, отдернул руку и отвернулся, став в миг очень заинтересованным в принесенных для них отварах: - Подожди, Сань Лан, мы должны в начале позаботиться о тебе! - Я согласен на любой расклад, если руки гэгэ будут касаться этого ничтожного. Перед глазами Се Ляня промелькнули картинки их непотребства в храме. Его руки на пояснице Сань Лана, на ягодицах… Се Лянь силой остановил себя: - Сань Лан слишком бесстыжий. Хуа Чэн завлекающе улыбнулся: - Да, и очень хочет показать гэгэ насколько. Се Лянь вздохнул и потер переносицу: - Пока мы не разберемся с последствиями вчерашнего и слышать ничего не желаю. - На все воля гэгэ, - Хуа Чэн хитро улыбнулся, - что гэгэ хочет, чтобы я сделал? - Спускайся в воду, и ради небес, перестань вести себя так. - Как, так? – Хуа Чэн мягко коснулся плеч супруга, нависая и с наигранным интересом разглядывая плошки и баночки, которые так сосредоточенно изучал Се Лянь. - Сань Лан! Хуа Чэн тихо рассмеялся, оставил легкий поцелуй в растрепанном затылке возлюбленного и забрался в воду. Се Лянь, успокоив бешено стучащее сердце, заправил мешающую прядь волос и, наконец, смог собраться с мыслями и действительно разобраться, что в какой плошке находится. Хуа Чэн был подозрительно тих и больше не предпринимал попыток его смутить чем-либо. Это вызывало тревогу, ибо он так себя вел только когда замышлял что-то воистину грандиозное. Се Лянь вздохнул, начиная читать про себя сутры, чтобы очистить разум от греховного и действительно помочь Сань Лану вместо того, чтобы быть утянутым этим самым демоном в очередную пучину разврата. Окончательно уверившись в своей непоколебимости, Наследный Принц спешно скинул с себя одежды и погрузился в теплую воду рядом с Сань Ланом, блаженно выдыхая от ощущения проникающего тепла в мышцы. Хуа Чэн следил за ним с легкой улыбкой: - Теперь после всех передряг гэгэ сможет сполна насладиться комфортом этого места. - Дома, - Се Лянь поправил, - Я смогу насладится домом и временем проведенным с тобой, без напряжения и ожидания чего-то плохого. Хуа Чэн смотрел на него долгим, глубоким взглядом, замявшись на мгновение, перед тем, как уточнить: - Гэгэ считает это место… домом? - Если я смею, это твоя… - Наша, - прервал его Хуа Чэн, - все что мое, принадлежит гэгэ в полной мере. Примет ли гэгэ Дом Наслаждений как дар? - Нет, пусть он будет нашим, также как и Храм Водных Каштанов. Их, конечно, не сравнить… - Храм Водных Каштанов превосходит стократ этот бесчувственный кусок камня, я очень дорожу подарком гэгэ. Хуа Чэн скользнул ближе, лицом к лицу к своему личному божеству, поднял из воды его руку, целуя, переплетая пальцы, не отрывая взгляда от улыбающегося Се Ляня: - Не говори так, твоя резиденция чудесна. И я рад, что ты принял Храм Водных Каштанов как наше место. - Наш дом, - улыбнулся Хуа Чэн в ответ, возвращая фразу, - любое место рядом с гэгэ – мой дом, если гэгэ позволит мне таковым его считать. - Тогда мой дом – любое место рядом с тобой. Ты делаешь их домом для меня. Хуа Чэн сократил расстояние, целуя возлюбленного в губы, неспешно, долго, выражая всю признательность, счастье и любовь, которые били через край от слов супруга. Руки лениво очерчивали бока и спину, такую гладкую и манящую в воде кожу. Хуа Чэн встретился своим языком с языком супруга, поглаживая его, приглашая в свой рот, и на робкое проникновение тихо вздыхая, начинает посасывать его, всей своей сутью желая, чтобы Се Лянь проник им глубоко и требовательно. Но поцелуй прерывается, и Се Лянь тянется за мыльным корнем. Хуа Чэн послушно отходит на шаг, оставляя пространство для действий и удивленно смотрит на Се Ляня, когда тот протягивает ему мочалку: - Не пойми меня неправильно, но я действительно хочу позаботиться о тебе, а не сделать хуже. - Гэгэ никогда не сделает мне ничего плохого – Хуа Чэн положил руку Се Ляня с зажатой мочалкой на свою грудь, - я хочу, чтобы гэгэ: «Смыл все заботы Своими руками мягко Касаясь меня Избавил от всех печалей». - Сань Лан очень виртуозно поменял текст, но сейчас не самое подходящее время… - Сейчас самое подходящее время, мы никуда не спешим и я очень хочу, чтобы гэгэ помог этому ничтожному. Всего лишь омовение, ничего более. - И мазь, - Се Лянь приложил все усилия, чтобы не покраснеть, - хорошо, но Сань Лан не будет касаться меня. - Конечно, все как захочет гэгэ, - быстро согласился Хуа Чэн, неспешно убирая руку с руки Наследного Принца. Се Лянь ни на минуту не поверил в покладистость Хуа Чэна, но окунул мочалку в растворе мыльного корня и принялся за омовение любимого. Мочалка нежно скользила по рукам, торсу, мелькнула в подмышечные впадины и переместилась на спину. Хуа Чэн тряпичной куклой поворачивался в руках Се Ляня, подчиняясь его малейшему движению, мурлыча, когда тот принялся мыть его волосы и подставляясь под воду из ковша. У Се Ляня от этой покорности спирало дыхание, но он старательно следовал своему плану, внутренне все больше пугаясь момента, когда ему нужно будет касаться интимных мест. Хуа Чэн ни на секунду не нарушил обещание, лишь грациозно поворачиваясь и даря гэгэ искренние улыбки, полные преданности и удовольствия от процесса. Се Лянь хотел воткнуть голову в песок, как заморская странная птица, не видеть всего этого, остановить свое воображение, перестать ощущать искорки вожделения, но не мог. - Как дальше гэгэ будет удобнее? - Ступенька, - задушено просипел севшим голосом Се Лянь, сбившись со строк сутр уже в восемнадцатый раз. Закончив скользить мочалкой по ногам, Се Лянь уже не мог не смотреть на полувозбужденное достоинство Хуа Чэна и его ягодицы. Замявшись, он отвернулся, откладывая мочалку на бортик и набирая мыльный раствор в обе ладони. - Сань Лан, повернись, кхм, пожалуйста, спиной. Се Лянь всеми силами старался звучать обычно, вести себя обычно, но ничего из этого не получалось. Он внутренне себя успокаивал, что, завершив, он сможет попросить Хуа Чэна об ответной услуге, а потом он возьмет у любимого в рот, нет, оседлает и оттрахает себя его членом так, что мазь уже понадобится ему. От данных мыслей и эпитетов, Се Лянь закрыл красное, как мак, лицо руками, забыв по раствор, забрызгавшись им, придя немного в сознание, начиная смывать с себя субстанцию, которая напоминала… - Гэгэ, все в порядке? – Хуа Чэн обеспокоенно обернулся через плечо. - Да, да, просто решил смыть пар с лица, - неловко рассмеялся Се Лянь, снова набирая мыльный корень в ладони. - Ох, могу я потом также помочь гэгэ с омовением? Пунцовому Се Ляню показалось, что у него сейчас из ушей пойдет пар. - Да, да, я был бы очень благодарен, - прокаркал Наследный Принц. - Я очень рад помочь гэгэ, - Хуа Чэн улыбнулся и отвернулся, не желая смущать супруга еще сильнее. Се Лянь подошел со спины, встал на ступеньку, и слитным движением обвел член, открывая полностью головку, проходясь мыльной рукой по ней, чувствуя, как член мгновенно полностью твердеет в его руке, а Хуа Чэн подается к нему назад, прижимаясь спиной к груди, чувствуя возбужденный член Се Ляня своим бедром, выдыхая: - Ах, гэгэ, пожалуйста, гэгэ. Се Лянь коротко стонет, прижимаясь теснее, обхватывая второй рукой талию Хуа Чэна, впечатывая сжимающиеся пальцы в напряженный живот, в то время как рука начинает быстро скользить по члену демона, заставляя того выгнуться и начать толкаться в нее, ритмично вжимаясь в член Се Ляня. От переизбытка эмоций, Се Лянь кусает его плечо, заглушая стон и слыша вторивший ему стон от возлюбленного. - Гэгэ, возьми меня, гэгэ. Се Лянь всхлипнул и отскочил от Хуа Чэна к другому бортику, дыша загнанно, чувствуя, как его естество протестует от побега от такого желанного тела. Хуа Чэн мягко подплыл к нему, с томным шепотом впиваясь в его губы страстным поцелуем. Се Лянь отчаянно стонет перед тем, как отвернуться, разорвав поцелуй. - Гэгэ, коснись меня, - Хуа Чэн прогнулся под собственными пальцами, скользнувшими по торсу вниз, - пожалуйста, коснись меня... Се Лянь сглотнул, красный, как занавеси их спален, проследив взглядом за пальцами Хуа Чэна, зачарованно спросив: - Как ты хочешь, чтобы я тебя коснулся? - Я хочу, чтобы гэгэ касался меня жадно, - Хуа Чэн коснулся указательным и средними пальцами своих губ, погрузил их в рот, томно их обсосал пока на пальцы не осела слюна, сжимая после блестящими пальцами свой сосок, перекатывая его под указательным пальцем. Второй рукой он бережно взял руку Се Ляня, заводя ее себе за спину, касаясь расщелины между ягодицами. - Гэгэ так и не очистил мое тело до конца, - он улыбнулся, - Целуя губы, Я мечтаю опустошить, Чтобы снова смочь До самых краев наполнить. Гэгэ должен выполнять свои желания. Се Лянь почувствовал, как левая рука Хуа Чэна направила его палец в расслабленное припухшее колечко мышц, вставляя его до упора. - Во мне до сих пор семя гэгэ, - Хуа Чэн направил второй палец Се Ляня в себя, насаживаясь на них, постанывая, смотря прямо в замершее лицо возлюбленного. Се Лянь как будто перестал дышать, чувствуя немного скользкой жидкости, которой с каждым движением становилось все больше. Се Лянь инстинктивно развел пальцы ножницами, чувствуя, как вытекает его семя из Сань Лана, ловя его стоны своими губами, чувствуя, как демон касается правой рукой члена Се Ляня. - Ах, Сань Лан, подожди, - смущенный Се Лянь отстранился, вытащил пальцы, почувствовав, что остатки его семени покинули тело Хуа Чэна вместе с последними крупицами самообладания - хорошо, подожди, давай я возьму тебя... своим телом? - Я пообещал гэгэ не касаться его сегодня. Если гэгэ так волнуется, гэгэ может смазать меня заживляющей мазью глубже своим членом. Много раз, - последние слова он прошептал в ухо Се Ляня. - Я не могу, - простонал Се Лянь, - нет, я наврежу тебе. - Гэгэ не желает своего Сань Лана, - Хуа Чэн наигранно вздохнул, - раз гэгэ не верит, я ему докажу. Хуа Чэн завел руку назад, вставляя в себя сразу три пальца, начиная насаживаться на них, смотря прямо в глаза Се Ляню, делая вид, что они занимаются любовью: - Ах, гэгэ, глубже, возьми меня, гэгэ. Хуа Чэн бесстыдно стонал, размашисто вгоняя в себя пальцы, выгибаясь, и зовя своего персонального бога. - Пожалуйста, гэгэ. Се Лянь не выдерживает, вцепляясь в Хуа Чэна так, как будто от него зависит его жизнь. Хуа Чэн, схватив возлюбленного, поменялся с ним местами, упираясь руками в край бассейна, закидывая ноги на талию Се Ляня, чувствуя, как супруг перекидывает его ноги на сгибы своих локтей, и с помощью Хуа Чэна входит слитным движением, буквально втрахивая активно подмахивающего Хуа Чэна в бортик. - Как хорошо, гэгэ, как хорошо… Хуа Чэн скреб до глубоких полос мрамор, постанывая в такт движениям так сладко и громко, что его стоны отражались от стен купальни, вместе с ритмичным плеском воды. Втянув Хуа Чэна в мокрый пошлый поцелуй, с задушенным стоном, Се Лянь излился в его теле, чувствуя, как сокращаются мышцы Хуа Чэна и его скручивает в оргазме. Несколько мгновений они наслаждались отголосками удовольствия, после чего Се Лянь ласково опустил Хуа Чэна, обнимая его, бережно проникая внутрь пальцами во все еще чувствительное после оргазма тело, вымывая остатки семени и нанося густую мазь осторожно, неспешно. Хуа Чэн начал снова постанывать. - У гэгэ очень ласковые пальцы. Головка его члена торчала из воды, прижавшись к пупку, колыхаясь в такт движениям. - Гэгэ, развернись и встань на ступеньку. Се Лянь на негнущихся от предвкушения ногах вышел по середину бедра из воды, развернулся, упершись вытянутыми руками в бортик. Шеи коснулось прохладное дыхание, посылая табун мурашек по телу, перед тем, как губы накрыли шейные позвонки, прикусывая и проходя по шее языком. Се Лянь почувствовал, как возбуждается снова, и как его члена касается умелая рука, мгновенно приводя его в полную боевую готовность. Пальцы начали потихоньку разминать вход в его тело, масляные, гибкие, дразнящие. Се Лянь закусил губу. - Гэгэ такой покорный, такой открытый после вытраханных из меня стонов. Гэгэ нравится брать меня а потом отдаваться под мою волю? - Да… Се Лянь уже, постанывая, насаживался на пальцы, чувствуя, как его ведет Хуа Чэн, чередуя медленные нежные движения, с резкими, рваными. - Мой хороший, прогнись посильнее, я хочу сделать тебе очень приятно, чтобы потом ты оттрахал меня так, чтобы из меня лилось твое семя. Се Лянь простонал громко, опускаясь ниже, упираясь вытянутыми ладонями в бортик, практически касаясь лицом воды, и немного раздвигает ноги, чувствуя, как Хуа Чэн огладил его ягодицы, лизнув раскрытый его пальцами анус: - Сдвинь ноги поплотнее и немного согни их в коленях. Се Лянь выполнил, ощущая, как Хуа Чэн пропускает его бедра между своими, нависая сверху, упираясь одной рукой в бортик, второй направляя свой член внутрь. Се Лянь крупно вздрогнул, протяжно всхлипнув, сжимая бортик, чувствуя, как член Хуа Чэна проходит весь путь по простате. Хуа Чэн замер, обхватывая рукой член, начиная его слегка надрачивать, оттягивая крайнюю плоть и оглаживая головку. Се Лянь начал подмахивать, громко вскрикивая, когда Хуа Чэн почти полностью выходит и вгоняет на всю длину, ударяя головкой и всем членом по простате, раскачиваясь, после нескольких движений снова делает резкие глубокие толчки. У Се Ляня задрожали ноги и он рухнул бы, если бы Хуа Чэн не придержал его, начиная с оттяжкой его трахать прямо в узелок нервов, иногда практически останавливаясь, двигаясь плавно и медленно, после срываясь в бешеный глубокий ритм. Се Лянь подвывал жалобно, перед глазами летали фейерверки, во рту было сладко, и, как только Хуа Чэн начал трахать его быстро и глубоко без остановки и надрачивать в такт, Се Лянь не выдержал и излился, чувствуя, как Хуа Чэн убирает руку с его члена и начинает его трахать еще активнее, заставляя Се Ляня открытым ртом хватать воздух пока его не скрутило в сильном сухом оргазме. От переизбытка ощущений, Се Лянь чуть не ушел головой под воду, чувствуя, как его обхватывает сильная рука, продолжая его трахать. Се Лянь чувствовал, как на него накатывает ещё большая волна, заставляя его буквально кричать и плакать, находясь на грани без возможности кончить. В определенный момент, Хуа Чэн резко вышел, перекидывая их со ступеньки в воду, исчезая под ее гладью. Только Се Лянь хотел возмутиться, как почувствовал рот, заглотивший до основания член, и скользкие трахающие его пальцы, надавливающие на простату. Се Лянь схватил судорожно и цепко голову Хуа Чэна, подаваясь пахом вперед, чувствуя постоянно сокращающееся горло вокруг головки. Это стало последней каплей: Се Лянь кончал долго, не давая Хуа Чэну отстраниться, наполняя его горло. Тело обмякло, руки подняли Сань Лана, смахивая с его лица воду. - Гэгэ понравилось? - У меня нет слов, чтобы описать это. Я умирал и воскресал от удовольствия одновременно. Сань Лан великолепный любовник. Погоди, ты не закончил… Се Лянь потянулся к члену возлюбленного, чувствуя, что тот мягок и опустошен. Хуа Чэн рассмеялся: - Я не смог продержаться как я не старался. Стоны гэгэ были такими страстными, он опалял меня своим удовольствием так ярко, что я излился раньше времени. - Странно, я даже не заметил, - удивленно заметил Се Лянь. - Я очень старался, - Хуа Чэн мягко поцеловал его в висок. - Теперь Сань Лану действительно придется мыть меня, поскольку я просто проваливаюсь в сон, - довольно улыбнулся Се Лянь. - Спи, моя любовь, спи.