6мнк13

      Чимин просыпается около десяти часов дня, не нащупывает тёплого тела рядом, потягивается, разваливаясь по всему разложенному дивану, и счастливо лыбится.       Вот это приключение…       Затем он принимает вертикальное положение, зевает и замечает редкую дорожку из лепестков своей розы, ведущую за пределы комнаты. Губы растягиваются в улыбке, в груди что-то замирает от любопытства. Дорожка приводит на кухню, где Чонгук пьёт кофе, смотря в окно. Когда он замечает Чимина, то улыбается и кивает на небольшую коробочку на столе, рядом с которой ещё пара лепестков. Чимин неторопливо, чуть смущаясь, подходит и снимает крышку.       — Как ты его нашёл?! С ума сошёл?       Сюрпризом оказывается телефон. Родной, целый и невредимый! Радость Чимина безгранична, он залезает к Чону на колени и коротко целует в губы, шепча «спасибо».       — Не за что, — тот крепко обнимает руками за талию и улыбается, заряжаясь влюблёнными искорками из глаз напротив. — Я попросил своих ребят найти твоего таксиста. Как видишь, удачно.       — У тебя отличная квартира. Где ты работаешь? — Чимин берёт недопитую кружку с кофе и пробует чуть-чуть, используя чужие бёдра вместо стула.       — Ремонтирую гоночные машины. Валят прилично.       — Ого… Я сначала подумал, что ты лютый гопник. Почему вы били тех парней?       — Они старушку грабанули, вот и восстанавливали справедливость. Мы четверо тут выросли, такие уж порядки. Иногда приходится ставить на место оборзевших, а для этого нужно говорить на их языке и одеваться соответствующе, иначе не будут слушать.       — «Мы»? Это твои друзья?       — Да. Шиза, Щит и Червь.       — Ах-ах-ах! А у тебя какая?       — Жига. Мне от деда в наследство достались чёрные жигули.       — А кто они «в миру»?       — Тэхён, Юнги и Джун.       — А почему такие клички?       — Юнги тупенький немного, матерится через край, но ёмко и броско. Краткость его сестра, несмотря на то, что талант ко всему, кроме дальнего харчка — тут его не переплюнуть — отсутствует. Червь — Намджун, потому что очень любит читать и старается решать все траблы, как правило, мирным путём. Если не получается, то наступает очередь Шизы — этот с битой непобедим. Хилый, но наши жопы только он и спасал.       — Познакомишь нас?       — Конечно.       Теперь Чимин знает о Чонгуке самое главное. Тот пацан простой: за братву горой, за любимого стеной, бабло поднимет и невинных не обидит.

**Несколькими минутами ранее**

      Чонгук сидит на лавке, дожидаясь времени встречи со своими бро, которые должны были помочь в одном дельце.       — Милостивый государь, я надеюсь, принцесса стоит того, что мы тащились по горам, по лесам, через сто морей за телефоном к кучеру с малиновой каретой, — Тэхён вручает презент адресату в руки и садится на лавочку напротив.       — Оп, чё за принцесса-то, кстати? — второй на подлёте.       — Щит, не поверишь! Заморская! — подключается и Намджун.       — Ха! То-то, я смотрю, у него ебало-то припизженное! Секаз, чо ли, был?       — Не было.       — Значит, дрочила или сосала. У тебя на лобовухе всё написано. Чё я вчера пропустил-то, если коротко?       — Жига стал гомосексуалом, — вбрасывает Тэхён. — Ну, или би.       — Шиз, твою мать! Я хотел, чтобы Чон сам рассказал, — возмущается Намджун.       — Кем? — недоумевает Шуга.       — Педерастом, — с умным видом.       — Кем, блять? Червь, ты опять своих книжек начитался? Вообще не спасаешь ситуацию. Нихуя не понятно.       — Педик я. Гомик. Мальчики мне, походу, нравятся, — развёрнуто поясняет Чонгук. — Я с этим парнем вчера встретился. Он в меня влетел, ну, а я не отпустил.       — Нихуя синонимов. Сказали бы сразу «шахтёр», «гей» или «пидор», до меня бы сразу всё дошло!       — Ах-ах-ха! Кто, блять? — ржёт Шиза. — Шахтёр? Щит, ты ещё бы трубочистом назвал…       — Так, давайте гейское проклятье на Жиге и закончится, лады? — расставив ноги вширь и облокотившись на них, предлагает Юнги.       — Ничего обещать не могу, — поднимает руки Намджун.       — Пацаны, ну ёб вашу мать, развели пидарасню! — возмущается Юнги, взмахивая паклями.