С первого шага

Работа в трактире была несложной, но довольно скучной: открывалось заведение после полудня, зато работало до последнего посетителя, и часто получалось так, что на сон оставалось часов пять. Люди в таком режиме работали плохо, быстро становились вялыми и раздражительными, но Шурфу вполне хватало трех-четырех часов, чтобы отдохнуть, а в остальное время он гулял по городу или по побережью, зачастую уходя довольно далеко от последнего пирса — обратно приходилось возвращаться бегом, чтобы успеть к открытию трактира. Хозяин новым работником был доволен — молчаливый и расторопный, он ни разу не спутал заказа, между нетрезвыми людьми лавировал с подносами так ловко, что ни единой пенной капли не проливалось из высоких кружек, а безукоризненная вежливость и спокойный тон действовали на излишне разошедшихся посетителей отрезвляюще, не хуже знаменитых шимарских пилюль. Кайса, поначалу поглядывавшая на новичка с подозрением, уже через несколько дней оттаяла и даже периодически заступалась за него перед трактирщиком, если ей почему-то казалось, что тот слишком нагружает Шурфа работой. Киборг на всякий случай старался с ней соглашаться: изображать усталость он не умел, да и определить, когда это нужно делать, пока не получалось, проще было положиться на человека. Первую полученную коронку Шурф в ту же ночь потратил на подробную карту Великого Средиземного моря, одну их тех, что в изобилии водились в местных книжных лавках. Зачем он это сделал, объяснить было сложно даже ему самому: вся нужная информация, даже гораздо более точная, хранилась в цифровой памяти, а карту можно было случайно порвать, она могла раскиснуть от воды, запачкаться едой или какой-то иной грязью, сгореть или просто потеряться — но ее, в отличие от данных в голове, хотелось рассматривать, держать в руках, следить за неровными очертаниями островов, пытаясь представить, какой он, вот этот кусочек суши в трехстах двадцати (трехстах восемнадцати, - деликатно поправляла система) милях от Гажина. Просто голая плоская скала посреди воды? Или песчаная отмель, на которую в теплые дни выползают погреться гигантские скаты? Или, может, там находится высокий холм, и с его вершины можно разглядеть соседний остров, или сразу полдюжины кораблей, или даже стаю рыжих китов? Море завораживало Шурфа. Каждый день чуть иное, чем вчера, оно все равно было удивительным — никогда не повторяющимся ритмом волн, слегка другим тоном шипения пены, едва уловимым глазом оттенком воды. Оно дышало и жило, то подкатываясь к самым ногам, то отступая, то надвигаясь на город, будто грозя ему — и через несколько часов бросая эту неинтересную игру и отдавая Гажину сушу метр за метром. До следующего вздоха. Однажды киборг услышал про традицию разбивать бутылку о борт уходящего в плавание корабля и поразился красоте и лаконичности этого символа, впервые ощутив искреннее уважение к людям. Хотя бы к некоторым. Вообще самым интересным в работе были разговоры. Чуткий слух позволял улавливать почти все, о чем болтали посетители, и следить за самыми захватывающими диалогами. А самым захватывающим было почти все — слишком много пока что непонятного обсуждали между собой люди, а расспрашивать кого-нибудь, не выдавая себя, не было никакой возможности. Цены на пумбу и веревки, новости о прибывших в порт кораблях и людях, сводки погоды за минувшую дюжину дней, ставки на все что только можно — от исхода кроличьих бегов до гадания, кого из трех женихов выберет местная капризная красавица. Разговоры о делах, разговоры о любовных связях, разговоры о покойных общих знакомых, о других городах, о смене начальника таможни, о новой партии кружева в лавке на улице Одураченных Звезд — люди говорили так много, что киборг даже не пытался осознавать все, что слышит. Он просто записывал все, а когда оставался в одиночестве, тщательно прослушивал заново, выбирая крупицы полезной информации. А еще ему неожиданно понравилось готовить. Самым сложным было вызнать у Кайсы точный рецепт — ее «стакан» и «примерно столько» каждый раз различались процентов на двадцать, а «щепотка» и вовсе могла увеличиться или уменьшиться вдвое. Но в кулинарии было что-то удивительное — если разобраться в том, как взаимодействуют продукты, из них можно было создать бесконечное количество блюд, и иногда, если в зале было немного посетителей, Шурф предлагал свою помощь, внимательно следя за действиями женщины. Когда такое произошло в первый раз, она молча вручила ему высокий металлический кувшин, пучок каких-то трав и указала на плиту. Киборг честно попытался понять, что от него требуется, и в итоге через пару минут всю кухню заволокло густым едким дымом: если бросить на раскаленную плиту сушеные травы, а сверху поставить металлическую посудину, то очень быстро выясняется, что сделать надо было что-то совсем другое. - Ну даешь! - Кайса активно размахивала полотенцем, выгоняя дым в распахнутое по обыкновению окно. - Что, неужели и камру никогда не варил? Шурф покачал головой и пошел было к раковине — кувшин было жалко, он был красивым, блестящим, и стоило отмыть его от копоти сейчас, пока она не пристала насмерть — но Кайса его остановила, нетерпеливым жестом подзывая к себе. - А научиться хочешь? - строго спросила она. - Хочу, - совершенно честно ответил киборг. Так и началось. Камру в тот раз он сварил верно уже со второго раза, и с тех пор каждый раз чуть подправлял рецепт, добиваясь идеального, как ему казалось, вкуса. Кухарка подтрунивала над ним, наблюдая, как сосредоточенно он выбирает самые ароматные листья из вязанки под потолком или отсыпает ровно восемь — и ни одной больше! - крупинок соли, но не мешала, только кивая одобрительно, когда Шурф наливал ей очередную порцию напитка на пробу. А однажды, когда в трактире было столько народу, что не осталось ни единого свободного стула, и даже пришлось принести со двора еще пару лавок, киборг вошел в кухню занести тарелки — и Кайса указала ему на кувшин. - Ничего не успеваю, хоть от камры меня избавь, - ворчливо прокомментировала она, умудряясь одновременно мешать что-то в одной сковороде и солить в другой. Вынеся заказ, он не стал сразу уходить обратно, остановился у стойки, наблюдая за тем, как дородная смешливая женщина поднесла к губам чашку с еще дымящимся напитком, сделала глоток - и ее глаза вдруг расширились. Она с удивлением посмотрела на кружку, словно бы только что заметив ее в собственных руках. Потом покачала головой и буквально силой впихнула камру своему спутнику. «Попробуй, это потрясающе вкусно!» - донеслось до Шурфа сквозь гомон иных разговоров. Киборг поставил галочку в списке необходимых человеку умений и отправился к другому столику, из-за которого уже некоторое время призывно махал постоянный посетитель. Что ж, хотя бы один пункт выполнен.

***

- А что бы ты сделал, Шурф? Кайса встала из-за стола и с наслаждением потянулась, так что сцепленные ладони почти коснулись низкой балки. Киборг аккуратно ссыпал ягоды в широкую сковороду с высокими бортиками. - Уточ...ни вопрос, пожалуйста, - стандартную фразу удалось поймать в последний момент, когда она была уже готова сорваться с языка. Последние полчаса он не вслушивался в слова женщины, болтавшей словно бы сама с собой, размышляя совсем о другом, и сейчас мозг не сразу обработал записанную процессором информацию. - Ну, если бы мог заниматься чем угодно — чем бы занялся? Куда бы пошел? Шурф поднялся, подтащил к столу очередную корзину со свежесобранной ююбой, которую предстояло очистить и обжарить, чтобы та дольше хранилась. Ягоды были мелкими, а корзин оставалось еще четыре штуки. Будь киборг один, он бы закончил работу часа через два. Но в компании с человеком приходилось подстраиваться под его ритм, а значит, им вполне грозило засидеться до самого рассвета. - В порт. Я хотел бы увидеть море. - Ты ведь и так каждый день его видишь, - удивленно хмыкнула Кайса, снова устраиваясь за столом. Шурф покачал головой. - Я пришел в Гажин, чтобы стать моряком. - А-а... - Кайса улыбнулась. - Романтика штормов, ветров и парусов? Кажется, половина мальчишек в моей жизни мечтали стать пиратами. - Я не хочу быть пиратом, - уточнил киборг. - Это противозаконно. - Смотря в каком государстве, - рассмеялась его собеседница, ловко отсекая ножом подвядший край ягоды и отправляя ее в сковороду. - На Укумбийских островах, например, только это и считается единственной законной профессией. Ты знал, что они даже торговать не могут? Только якобы сдаться в плен и отдать весь свой товар мнимым захватчикам? - Это очень изобретательно, - подумав, сказал Шурф. Некоторое время в кухне слышались только глухие удары ююбы о сковороду, потом Кайса вдруг встрепенулась. - Знаешь, я слышала, в городе появился какой-то новый капитан. Приехал, кажется, откуда-то издалека — то ли из Уттари, то ли вовсе из Нумбаны... Собирает себе команду. Вроде бы хочет плыть куда-то на Уандук. Хочешь, я поспрашиваю у знакомых, они наверняка знают, кто это и можно ли ему верить. Вообще-то Шурф тоже слышал об этом капитане и даже видел его — издалека, правда, и мельком, но показавшийся на несколько секунд на палубе человек запомнился ему странным, ни на один прежде виденный не похожим, взглядом — очень спокойным и в то же время цепким. Сперва даже показалось, что он тоже из них, биомашин, но на срочно отправленный запрос не пришло ответа, да и сканер не засек никакой электроники. А в следующее мгновение человек рассмеялся и раскрыл объятия навстречу какому-то поднимавшемуся по трапу гостю, и они, коротко обнявшись, ушли куда-то на нос бахуна, скрывшись из вида. Связываться с таким капитаном одновременно хотелось и не хотелось: Шурфа никак не покидало ощущение, что он может быть опасен, но с другой стороны, при мысли о путешествии под его началом Мир начинал казаться еще больше и удивительнее, и хотелось изведать все его уголки, словно это было в самом деле возможно. - Да... поспрашивай, пожалуйста, - наконец отозвался киборг. И тут же добавил: - Спасибо. - Да не за что, - отмахнулась Кайса. - Что я, не понимаю, что тебе здесь делать нечего? Скучно же с кружками туда-сюда целый день ходить. Шурф хотел было сказать, что совсем не скучно, а очень даже полезно — за неполные четыре дюжины дней здесь он узнал о людях и Мире столько, сколько не дали ему предыдущие несколько лет службы правильным киборгом, - но привычно промолчал, не решаясь противоречить Кайсе. Он уже несколько раз пытался, но та моментально задавливала его своей логикой, причем главным аргументом становилось «я же лучше знаю». Шурф вполне допускал, что она действительно знает лучше, и потому предпочитал не спорить, если только дело не касалось совсем очевидных вещей. Но ни на следующий день, ни через два дня она так и не смогла рассказать ему ничего про загадочного капитана. - Понимаешь, странный он какой-то, - Кайса виновато пожала плечами, и с одного из них тут же соскользнуло на пол небрежно закинутое туда полотенце. В трактире было шумно — сегодня вернулись сразу два корабля, весьма удачно сходившие в Шиншийский халифат, и команды праздновали хороший куш, щедро спуская его на пиво и случайных подружек. Шурфу уже дважды за вечер приходилось просить этих леди увести своих кавалеров если не из трактира, то хотя бы из обеденного зала — во избежание нарушения общественного порядка. Один раз пришлось даже звать Хорту — скручивать особо веселого посетителя и со всей возможной в данной ситуации вежливостью выпроваживать его на улицу. - Странный? - Ну да. Все говорят, что видели его, некоторые разговаривали, у меня приятель даже умудрился выпить с ним! А начинаешь расспрашивать — молчат, плечами пожимают. Нормальный, говорят, мужик — и все тут, никаких подробностей. Бахун его стоит забитый под завязку товаром, а даже не охраняется! Поговаривают, что он должен на днях отплыть, а команды никто в глаза не видел, хотя вроде как все знают, что она набрана. Говорю же, странный. - То есть ты рекомендуешь мне не обращаться к нему? - Я рекомендую тебе посмотреть на него очень внимательно, если все-таки решишь с ним связаться, - Кайса с чувством шваркнула на присыпанный мукой стол шмат теста и начала ловко его раскатывать. - Но знаешь, мне отчего-то кажется, что ты можешь ему подойти. Про тебя-то мы тоже ничего не знаем, а? - она лукаво подмигнула Шурфу и тут же опустила глаза, сосредотачиваясь на пироге. Киборг решил не испытывать больше терпение хозяина, подхватил давно дожидавшийся своей очереди поднос с горшками и кружками и вышел в зал. Сегодня почему-то работать совершенно не хотелось. Обычно он находил интерес в каждом мало-мальски внятном разговоре, но сейчас даже обсуждение того, кто кого и как обдурил на рынке в маленьком шиншийском городке Кутипи, совершенно не вызывало энтузиазма. Хотелось, чтобы этот день поскорее закончился, и можно было пойти к морю — куда-нибудь недалеко, скажем, на пирс для водных амобилеров — посидеть и просто послушать волны. - Эй, лапочка, а ты ничего не забыл? - явно нетрезвый голос раздался откуда-то из-под локтя Шурфа, как раз огибавшего очередной столик. Киборг притормозил и вопросительно посмотрел на окликнувшего его человека. Приблизительное количество алкоголя в крови: 1,8 промилле Питательная ценно... Шурф досадливо смахнул ненужную информацию с внутреннего экрана. - Сэр, вы хотели что-нибудь еще? - поинтересовался он обычным спокойным тоном. - Ну разумеется! - мужчина воздвигся рядом, удивительно тихо отодвинув стул, и стало понятно, что процессор крепко переоценил степень его опьянения. Сейчас казалось, что он выпил совсем немного — так, поднять настроение — но почему-то старательно изображает совсем другое. Пришлось даже придержать его за плечо, чтобы он в самом деле не упал, окончательно войдя в роль. Правда для мужчины это послужило каким-то странным сигналом: тот вдруг обнял Шурфа за талию обеими руками и поднялся на цыпочки. Киборг замер, продолжая в одной руке держать на отлете поднос, а второй придерживать странного человека, не давая ему прислониться вплотную. - Пойдешь со мной, лапочка? - мурлыкнул мужчина, явно пытаясь дотянуться до уха, но роста ему откровенно не хватало. - Простите, сэр, я на службе, - Шурф попытался отступить назад, но там как раз образовался затор из новопришедших, желавших непременно пообниматься с уже давно праздновавшими, и пространства за спиной просто не осталось. - Надо же, какой зануда, - восхитился незнакомец, зачем-то опуская руки ниже. - Такой красивый, длинный-длинный зануда. Ты везде такой длинный, м-м? С точки зрения Шурфа, держать руки на этой части тела было совершенно неэффективно — ни ухватиться как следует в случае не за что, ни болевых точек поблизости нет. Но он уже знал, что люди иногда так делают — вот прямо сейчас, например, за столиком у стены какой-то пышноусый тип с энтузиазмом мял зад то и дело хихикающей девице. И напрашивавшаяся в связи с этим аналогия совершенно киборгу не понравилась. - Сэр, я на службе, у меня много работы, - попытался снова отвязаться он, но добился только того, что незнакомец повернул голову и внезапно провел языком по запястью Шурфовой руки, сжимавшей его плечо. - Эй, почтеннейший! - рядом раздался голос Хорты, и Шурф мысленно выдохнул: как бы ни хотелось вырваться силой, он прекрасно помнил слова трактирщика о драках по его вине, и появление вышибалы пришлось весьма кстати. Сжимавшиеся пальцы исчезли, а пристававший мужчина развернулся к Хорте, поднимая руки в защитном жесте и уже начиная улыбаться. Не став слушать объяснения в стиле «а нечего было таких красавцев нанимать», Шурф наконец протолкался сквозь толпу и быстро вышел на кухню. Постоял немного, прислушиваясь и убеждаясь, что Хорта все-таки решил вывести чересчур любвеобильного посетителя из трактира, и пошел к мойке сгружать с подноса посуду. Подобных случаев за время его работы случалось не так уж много — на замкнутого молчаливого парня заглядывались только настроенные чересчур романтично барышни, но им обычно не хватало смелости для таких откровенных приставаний, а других то ли вовсе не было, то ли киборг просто их не считывал: обычно о его воздыхательницах ему сообщали хихикающая Кайса или ухмыляющийся вышибала, но поскольку никаких активных действий за этим не следовало, Шурф просто не придавал этой информации значения. Мало ли, какие у людей пристрастия. Они вообще странные. Всего пару раз его пытались зажать в углу более любвеобильные посетители — всякий раз это были мужчины — и уже через несколько минут киборг понял, что ему очень не нравится запах человеческой похоти: тяжелый и резкий, он моментально забивал ноздри, глуша остальные сигналы от рецепторов. Нетрезвые же возбужденные люди ему не нравились еще больше: предсказуемость действий моментально падала, а вот агрессивность возрастала пропорционально количеству выпитого. Вот как сегодня... Шурф машинально потер пострадавшее запястье, а потом и вовсе сунул его под воду. Вообще-то датчики показывали, что в слюне мужчины не было ничего опасного, но от нее почему-то хотелось отмыться, даже кожа неприятно зудела, будто по ней провели не языком, а наждачкой. В кухню заглянул Хорта, поискал киборга взглядом и сочувственно хмыкнул, увидев, как тот сосредоточенно намывает руки. - Да не бери в голову, парень. Этот идиот вечно как тут появится, так принимается развлекаться. Он и к Кайсе приставал, и даже меня — меня! - как-то пытался сцапать, но со мной такие номера не проходят, - вышибала довольно прищелкнул языком. - Сейчас побузит дюжину дней и снова в рейс уйдет, полгода будем спокойно жить. Зато чаевые он дает... - Хорта мечтательно закатил глаза. - Все в порядке, - машинально отозвался Шурф, тут же спохватываясь, что голос прозвучал чересчур механически. Но собеседник видимо списал странную интонацию на нервное потрясение, потому что сделал пальцами какой-то странный жест, подмигнул и исчез в зале, оставив дверь свободно болтаться из стороны в сторону. - А знаешь, взял бы ты выходной, - посоветовала Кайса, глядя на киборга с каким-то странным выражением, интерпретировать которое отказывался не только собственный мозг, но и система с загруженными в память шестью дюжинами типовых выражений лиц. - Зачем? - Чтобы отдохнуть, - кухарка пожала плечами. - А то носишься тут целыми днями, когда только спать успеваешь. - В основном на рассвете, - честно ответил киборг. - Вот видишь, - строго сказала Кайса. - А молодому организму нужно спать регулярно, много и желательно соблюдая график. Поверь мне, я лучше знаю. Отоспишься, поваляешься в свое удовольствие, погулять сходишь. Можешь в квартал свиданий наведаться, познакомишься с какой-нибудь девочкой. Или тебе мальчики нравятся? - Мне... нравятся все люди, - Шурф счел, что частицу «не» лучше пропустить. - Значит тебе лучше идти в четвертый дом по четной стороне, синий такой, на вывеске мост нарисован, - деловито начала инструктировать Кайса, ни минуты не сомневаясь, что подопечный наверняка последует ее советам. - Внутри-то знаешь, что делать? Киборг счел за лучшее поспешно кивнуть, опасаясь, что в противоположном случае ему начнут объяснять еще какие-нибудь ненужные вещи. Но вот идея с выходным ему определенно нравилась. - А как берут выходной? - Грешные магистры! - женщина всплеснула руками. - Ну а как это обычно делается? Подходишь к хозяину и просишь. Лучше после закрытия трактира, когда он выручку будет считать, сегодня народу много, он должен быть в хорошем настроении. Ну поворчит, конечно, но ты и так продержался дольше, чем все его девочки, а работаешь один, не посменно, так что разрешит как миленький. Понял? Шурф обдумал полученную информацию и пришел к выводу, что да, все вполне понятно. - Спасибо, - коротко поблагодарил он и попробовал улыбнуться. Кайса сочувственно покивала: - Вот! Я же вижу, что устал! Киборг коротко вздохнул и снова передвинул пункт «научиться улыбаться» в начало списка приоритетных дел.