С первого шага

«Итак, представьте себе, что вы принимаете у себя гостя из страны, все жители которой слепы от рождения. Скажем, вам нужно объяснить ему, что такое «красный» цвет. Вы начинаете объяснение примерно в следующих словах. То, что мы называем «красным» цветом, испускает электромагнитные волны определенной длины. Органы зрения устроены таким образом, что могут распознавать волны, улавливая различия в их длине, и эти различия в конечном итоге регистрируются за счет соответствующих различий в физических изменениях, протекающих в мозговых центрах. Это описание, вероятно, полностью удовлетворит вашего слепого гостя. Однако он, конечно же, так ничего и не узнал о существовании одного очень примечательного свойства «красного» цвета — его красноте. Мы не можем не признать двух фактов: во-первых, вы и все зрячие люди ясно осознают это свойство «красного» цвета; во-вторых, у вашего посетителя до сих пор и мысли нет о том, что вам или другим людям дано в опыте нечто подобное или что нечто подобное вообще может существовать и познаваться опытным путем. Тогда вы мысленным взором окидываете перечень физических терминов и — достаточно беглого просмотра, чтобы убедиться: любой из имеющихся терминов совершенно не пригоден для описания «красноты» вашему слепому гостю»*. Шурф закрыл книгу и отодвинул ее на край стола. Потом поднялся, направился было к двери, но на полпути остановился и обернулся, глядя на небольшой томик так пристально, будто тот мог в любой момент отрастить дюжину лап и сбежать. По правде говоря, сбежать хотелось самому Шурфу. За последние семьдесят четыре часа, проведенные в библиотеке, киборг успел жадно заглотнуть все книги, стоявшие на двух ближайших к двери стеллажах и перешел было к третьему, но понял, что такое чтение не доставляет ни удовольствия, ни пользы — просто механическое сканирование знаков, когда информация задерживается не в голове, а в цифровой памяти. Что в целом было тоже неплохо, но существенно уменьшало возможности использования материала. Пришлось сменить тактику. Пройдясь вдоль рядов стеллажей, киборг убедился, что леди Сотофа ему не солгала: о системе в расстановке книг адепты Ордена Семилистника явно не слышали, и можно было только удивляться тому, что никому не пришло в голову хоть как-то упорядочить эту мешанину. На одной полке рядом вполне могли стоять критическое издание летописей Старой Земли, картографическое исследование астероида Нудоль-три, инструкция по сборке бытового пищевого синтезатора и перечень межпланетных закупок Ордена за первый квартал минувшего года. На запрос «Орден Водяной вороны» откликнулось всего полдюжины книг: из разных концов громадного зала вдруг раздался противный прерывистый писк, по потолку побежали световые всполохи. Перебрав все выделенные поисковиком тома, Шурф понял, что в целом система была вполне разумна: чем больше информации по запросу содержалось в тексте книги, тем чаще мигал маячок на полке под ней и быстрее пиликал звуковой сигнал. Оставалось только догадываться, как библиотека определяла местоположение конкретной книги: киборг специально провел эксперимент, поставив один из томиков на другое место и повторив запрос — с тем же результатом, что в первый раз. Стоит ли говорить, что никаких маячков на самих книгах он не обнаружил? Информации об Ордене, возглавляемом сэром Лойсо Пондохвой, оказалось не слишком много, да и та вся общая, чуть ли не строчка в строчку со статьей в Галапедии. Впрочем, Шурфу повезло: рядом с одной из найденных книг оказалось исследование сэра Лонриха Ландаландского о разумном энергопотреблении в условиях нестабильного электромагнитного поля Хонхоны, и киборг, поначалу скользнув по нему равнодушным взглядом, уже через несколько секунд протянул за ним руку. Спустя сутки все основные труды о распределении энергии в непосредственной близости от Сердца Мира были прочитаны или хотя бы просмотрены, и Шурф запросил у библиотеки план подземных коммуникаций Ехо. Планов оказалось неожиданно много, причем некоторые из них друг другу противоречили, зачастую отмечая на одном и том же месте то трубы, то тоннели, то вовсе цельную скальную породу. Киборг подозревал, что всему виной местная бюрократическая система, люди в которой не слишком горели желанием спускаться под землю и просто подписывали все, что им приносили, не особенно вдаваясь в подробности. Впрочем, несколько в равной степени устраивавших его вариантов Шурф все же подобрал и надеялся, что леди Сотофа сможет пролить свет на оставшиеся мелкие вопросы. Когда по завершению второго дня стало ясно, что никто не собирается выгонять его из библиотеки так скоро, киборг откровенно растерялся. Не от перспективы просидеть здесь еще какое-то неопределенное время, разумеется, а от невозможности выбрать, за какую из тем хвататься. Перебрав в голове дюжину вариантов, от местной флоры и фауны до кибербезопасности, он уже почти склонился к последнему, но ненароком наткнулся взглядом на многотомную «Антологию мировой философии» и просто не смог устоять. Изучать историю развития человеческой мысли было интересно, но по неведомой причине ни на миг не отпускало ощущение ледяного чужого взгляда в затылок. Почти как в испытательном стенде, только вместо вполне существующих физически тестировщиков — некто невидимый и неосязаемый, бесплотный, но парадоксальным образом могущественный. Миг — и вместо взгляда в затылок уткнется холодное дуло бластера, а то и вовсе сразу сгусток плазмы. Не помогало даже сесть, спиной опираясь на стену, зябкое ощущение не отпускало, заставляя раз за разом сканировать помещение. Обнаружено живых объектов: 0 Обнаружено устройств слежения: 0 Самым неприятным было то, что Шурф прекрасно понимал: он здесь в одиночестве, но отменить следующее сканирование было выше его сил. Пока он не сообразил, что щекочущий затылок холод был не снаружи, а изнутри головы. Ему было страшно. Это был не тот яростный, заставляющий действовать, побуждающий страх, что овладевал им в Ордене до побега. И даже не парализующий ужас, который сковал его на «Зеленом Петте», куда его так легко заманил Чиффа. Этот — просто был. И заставлял сомневаться в том, что он сам, Шурф, в самом деле есть, а если и есть — что он... живой. Что такое красный цвет, киборг точно знал. Не просто волны определенной длины, но — панель на запертой двери модуля, глаза собрата в соседнем стенде, струйка крови на человеческом горле. Целая сковородка ягод ююбы, новая лента в волосах Кайсы, последняя полоска заката над почти черным гажинским морем. Корешок книги, лежавшей сейчас в нескольких шагах от него — специально они, что ли, подбирали... А что такое жизнь? Сознание? Счастье? Как он мог быть уверен, что в самом деле живет, если все, для чего создавали его организм — это функционировать? Считалось ли счастьем то ощущение легкости и тепла в пальцах, овладевавшее им каждый раз в книжной лавке или в момент, когда море касалось его босых ступней? Или он, подобно слепым гостям из неведомой страны, всего лишь пытался описать недостижимые для него понятия доступными ему терминами? Что, если быть человеком значило иметь еще какие-то, неподвластные ему чувства — ту же интуицию или, к примеру, хроноцепцию, никак не связанную с таймером на внутреннем экране? Последний — и самый важный — вопрос Шурф старательно гнал из мыслей, обещая себе вернуться к нему позже, когда хотя бы немного разберется со всем остальным. А пока... Он медленно подошел к столу, раскрыл собственный блокнот, почти целиком заполненный выписками, открыл предпоследнюю страницу и аккуратно, тщательно выводя каждую букву, записал: «Что такое душа?» - Даже не знаю, что тебе на это сказать. Киборг развернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как открывается дверь. То, что голос леди Сотофы прозвучал в библиотеке до того момента, как сама леди Сотофа появилась внутри, ничуть ее не смутило. - Сканеры, - мягко напомнила она (пол: мужской, возраст: 17-19 лет), и Шурф спешно перевел процессор на минимум. В глазах тут же перестало рябить, и улыбчивая пожилая леди прекратила чуть ли не ежесекундно менять свой облик. Бросив взгляд на почти что девственно чистый стол — одна не слишком толстая книга, блокнот и карандаш лишь подчеркивали его гигантские размеры — она оглядела самого киборга и качнула головой. - Я знаю, что тебе хотелось бы услышать ответы на множество вопросов, но придется подождать. Не потому, что я такая вредная, а просто время еще не пришло. Если даже я сейчас разложу тебе все по полочкам, ты или не поверишь мне, или решишь, что я неправа, и на самом деле все обстоит с точностью до наоборот. А мне надо, чтобы ты не просто поверил, но и вдумался, и сам убедился, что все верно, - она подняла руку, останавливая уже почти прозвучавший вопрос. - Так что единственное, чем я сейчас могу тебе помочь — это вот этим. Впрочем, думаю, ты не будешь в обиде. Она вынула откуда-то из складок лоохи небольшой тубус без каких-либо опознавательных знаков и протянула его Шурфу. - Вернешь как-нибудь потом. Все равно в нашей библиотеке, как ты сам убедился, творится форменный бардак, - леди Сотофа подмигнула и указала на дверь. - А теперь тебе пора. Вероятно, был бы на ее месте Чиффа, Шурф бы обязательно постарался оттянуть уход. Сказал бы, что еще не закончил работу, сослался бы на неточности в картах, на необходимость составить запасной план или еще какую-нибудь приблизительно правдоподобную причину. Но сейчас не хотелось ни спорить, ни лгать — вернее, было ощущение, что ни то, ни другое нисколько не повлияют на решение этой удивительной леди. Да, точно. - Я нашел слово, - произнес киборг. Леди Сотофа недоуменно вскинула брови. - Вы не ужасная, вы удивительная, - сказал Шурф так убедительно, как только мог. Леди рассмеялась и погладила его по плечу, а потом легонько потянула киборга к двери. - Когда-нибудь ты поймешь, что эти два понятия совершенно не взаимоисключающие, - доверительно ответила она. - Но спасибо, из твоих уст такое определение дорогого стоит. Обратный путь сквозь Иафах оказался совсем коротким — всего через три поворота и семнадцать ступеней вниз они остановились у ничем не примечательной двери, каких в коридорах было предостаточно. - Войдешь в эту дверь — а через пару минут выйдешь на улице Белых Кошек, - напутствовала леди Сотофа, отпирая замок громоздким старомодным ключом. Шурфу, впрочем, показалось, что все дело было в том, как его спутница коснулась металлической панели над замочной скважиной. Вероятно, сканер отпечатков пальцев. Или вовсе тонкая настройка, на ДНК? В любом случае, одним механическим засовом дело точно не обошлось. - На улице сейчас глубокая ночь, так что, думаю, обойдется без приключений, - леди Сотофа посторонилась, давая киборгу пройти, и мягко подтолкнула его в спину. - Ты большой молодец, все у тебя получится, и не забывай: все будет очень хорошо. Но не сразу. И прежде, чем Шурф успел поблагодарить ее за теплый прием и помощь, дверь за ним захлопнулась, оставляя его в непроглядной темноте подземного тоннеля.

***

Как и предсказывала леди Сотофа, выбраться из Ехо удалось без приключений. Небо заволокло плотными пухлыми тучами, ветер, владевший городом последнюю дюжину дней, наконец утихомирился, и прохладный воздух был почти недвижим. Даже редкие фонари, казалось, светили вполсилы, не желая разгонять сгустившуюся ночь. Киборг шагал совершенно бесшумно, почти скользя по казавшейся сейчас серой мостовой, оставив на систему необходимость выбирать маршрут и следить за происходящим вокруг, погрузившись в собственные мысли. Тубус, надежно спрятанный под лоохи, отчего-то казался теплым, и Шурф не раз и не два ловил себя на желании остановиться в ближайшем пятне оранжевого света и посмотреть, что же, по мнению леди Сотофы, должно было ему помочь. Но воплощать это желание он, разумеется, не стал: какой бы тихой ни казалась столица, она все еще была самым опасным местом для сорванного киборга. Ради собственной безопасности вполне можно было немного подождать. Когда ленивая, исчезнувшая было из вида лента Хурона обогнула просторные сады городских окраин и снова показалась по левую руку, Шурф свернул с дороги в темные заросли, перескочил неширокий ручей, пробрался через непролазный с виду бурелом, затем легко оттолкнулся и побежал. Человек, вероятно, предпочел бы подождать рассвета, чтобы ненароком не переломать ноги, но киборг досконально изучил окрестности своего жилища в первый же день, да и шансов ненароком провалиться в чью-нибудь нору у него было существенно меньше — а вот терпения на данный момент откровенно не хватало. Спустя пару миль лес начал редеть, деревья стали ниже и тоньше, стволы посветлели, затем сменились высоким кустарником с полупрозрачной листвой - и наконец расступились, открывая вид на пологий холм, заросший неправдоподобно аккуратно постриженной травой, и белоснежное, словно бы сияющее в темноте здание на его вершине. После начала охоты на Лойсо оставаться в доме Чиффы киборг, разумеется, не мог, но перебираться далеко не пришлось: ловец скинул ему координаты нового жилья в нескольких милях от прежнего, выдал тяжелую связку ключей и пожелал «вскоре отметить победу в обеденном зале твоего замка». После чего буквально выставил вон, напоследок скроив устрашающую физиономию и даже хлопнув дверью вслед. Для правдоподобности картинки, видимо — если вдруг придется показывать запись Лойсо. Не то чтобы Шурф намеревался общаться настолько тесно с Великим Магистром Ордена Водяной вороны. Но, как выяснилось, Чиффа был предусмотрительнее: судя по всему, без близкого контакта было никак не обойтись. Киборг остановился у границы леса, быстро просканировал окрестности, убеждаясь, что в радиусе сотни метров вокруг здания нет живых существ крупнее козы, и не таясь направился ко входу. Сказать по правде, Шурф до сих пор не очень понимал, как Чиффа мог назвать его новое жилище «замком». Он конечно и до того момента догадывался, что ловец не слишком-то разбирается в архитектурных стилях — достаточно было посмотреть на его собственный дом - но все же такое преувеличение было нехарактерно даже для него. Просто довольно большой дом такого классического вида, что он мог бы располагаться на любой колонизированной людьми планете земного типа: среднестатистически правильные пропорции, три этажа, портик с венчающим его фронтоном. Выбелившая стены штукатурка, как оказалось при ближайшем рассмотрении, была сплошь покрыта мелкими трещинами, а в паре верхних окон не хватало стекол — что, впрочем, в здешнем климате не представляло проблемы. Внутри дом впечатлял как размерами, так и убранством: дорогой паркет из натурального дерева хоть местами и рассохся, но не потерял ни единой плашки, и узоры перетекали из одной комнаты в другую, внезапно рассыпаясь у порога и тут же сворачиваясь в новые фигуры, будто в калейдоскопе. Потолочные балки мансарды сплошь покрывала роспись, как и двери, и оконные откосы, и перила обеих лестниц — парадной и черной. Одна из нижних комнат оказалась громадной настолько, что туда легко поместился бы весь гажинский трактир вместе с подполом, к тому же стены в ней почти полностью были отделаны зеркалами, так что пространство множилось и преломлялось, отражая сразу бесконечное множество киборгов. Шурф побывал здесь лишь однажды, порадовавшись, что ему не надо было каждый раз проходить через этот зеркальный лабиринт, чтобы добраться до спальни, и предпочитал держать высоченные филенчатые двери плотно закрытыми. Оказавшись внутри, киборг тщательно запер замок и активировал силовое поле: по стенам пробежала едва заметная рябь, и звуки, которых было и так не слишком много в ночное время, стихли вовсе. Шурф быстро прошел в комнату, которую привык мысленно называть кабинетом, щелкнул ногтем по плафону грибного светильника и наконец достал на свет тубус. Бумага внутри была такой тонкой, что, казалось, в следующий миг просто рассыпется в руках. Почти прозрачная, она была свернута в тугой неожиданно длинный свиток, сплошь исчерченный и исписанный мелким аккуратным почерком. Надпись в самом верху гласила: «План воздушных, наземных и подземных коммуникаций г. Ехо». Послав леди Сотофе мысленную благодарность и пообещав себе после завершения дела непременно поблагодарить ее лично, Шурф неторопливо очинил карандаш и раскрыл свой блокнот.

***

*** «Так чего ты хочешь на самом деле?» Зов Лойсо пришел за пару часов до рассвета, как раз тогда, когда киборг закончил изучение воздушных и наземных коммуникаций и перешел к самой интересной части — подземным. Секунду или две он размышлял, стоит ли вообще отзываться, если планы уже поменялись, но любопытство победило. К тому же, мысль о том, чтобы снова изобразить упертого киборга, показалась Шурфу довольно забавной. «Я хочу у...» «Имей в виду, вообще-то мне сегодня ночью совершенно нечего делать, и я намеревался с тобой вдоволь поболтать. Но еще раз попробуешь скормить мне эту чушь — и больше слова от меня не услышишь», - пригрозил Великий Магистр. «У меня не было цели тебя развлечь», - отозвался киборг, с некоторым сожалением отрываясь от плана канализации в квадрате си-шесть и опускаясь прямо на пол, чтобы сидеть, опираясь спиной о подлокотник кресла. «А ты забавный, - обрадовался Лойсо. - И вполне разумный, если верить моим специалистам, которые вот уже три дня копаются в логах нашего с тобой прошлого разговора. Даже ставки делают, это тебе Чиффа особую программу какую-то прописал, или ты правда сам соображаешь». Слова Великого Магистра отозвались внутри неожиданной обидой, и Шурф закрыл глаза, глубоко вдыхая и отключая все функции процессора, кроме собственно приема и передачи сигнала. «Я действительно разумен». «Хвала магистрам, наконец-то, - хмыкнул Лойсо. - Я уже боялся, что проспорил подчиненным корону». Киборг промолчал, медленно выдыхая. «Ну раз ты перестал придуриваться, давай поговорим как разумные люди. Объясни толком, зачем тебе понадобилось лично до меня добраться?» «Я не придуривался. Я в самом деле хочу сделать так, чтобы тебя здесь больше не было. Тот факт, что этого хочу именно я, а не мой хозяин, для тебя ничего не меняет». «Вот это я вполне могу понять. Я тоже временами потакаю собственным нерациональным желаниям, - подхватил Лойсо. - Но все же не слишком часто». «Многие в Ехо считают, что это не так». Лойсо негромко рассмеялся, и Шурф поймал себя на том, что ему тоже захотелось улыбнуться. «Никто на Хонхоне, кроме катастрофически малой горстки людей, не понимает, что на самом деле важно». «На самом деле?» «Разумеется, - в голосе Великого Магистра послышалась скука. - Но философия — скучнейшее из занятий, и я уж точно не собираюсь тратить на нее оставшийся час до рассвета. Так ты расскажешь мне, чем я тебе так не угодил?» Киборг повернулся и улегся на спину, заложив руки за голову и бездумно разглядывая лепнину на потолке. «Мне нужно сбежать с этой планеты». «Прекрасно тебя понимаю, - насмешливо отозвался Лойсо. - Мне вообще-то тоже. Неужто рассчитываешь, что я возьму тебя с собой? - и, не дождавшись ответа, продолжил. - Аа, вот в чем дело. Чтобы меня здесь больше не было, значит. Наслушался сказок о том, что я умею управляться со сломанной техникой, не отправляю ее на утилизацию, а изучаю и восстанавливаю?» «А ты не отправляешь?» «Ты видел хотя бы одного сорванного киборга, пришедшего ко мне и оставшегося в живых?» «Я вообще не видел больше ни одного сорванного киборга». «Резонно, - хмыкнул Лойсо. - Так вот к твоему сведению: со сломанной техникой я поступаю так, как с ней положено поступать: уничтожаю или отдаю своим специалистам для изучения, если там есть хоть что-то интересное. Но это не твой случай». «Потому что я неинтересный?» «Потому что тебя вряд ли можно назвать техникой». И связь оборвалась, снова резанув по ушам киборга оглушительной тишиной, оставляя размышлять, что имел в виду Великий Магистр. Вообще с того момента, как в его жизни появился Чиффа, понимать людей стало гораздо сложнее. В Гажине все было трудно, но исключительно из-за отсутствия опыта: со временем считывать реакции людей, прогнозировать их слова и поступки становилось проще, и киборг уже было уверился в мысли, что ему просто нужно собрать как можно больше данных для анализа. Но потом вдруг выяснилось, что люди бывают разными. Как ловец — с мимикой, совершенно не поддающейся расшифровке и не совпадающей со словами. Как леди Сотофа, умудряющаяся неведомым образом сбивать все датчики, заставляющая систему истерически перепроверять полученные результаты раз за разом — и которой притом необъяснимым образом хотелось доверять. Как Лойсо, у которого, судя по всему, голова работала по какому-то вообще неведомому алгоритму, потому что его последняя фраза была почти такой, какую мог бы произнести Чиффа, но киборг был уверен, что за ней стоят совершенно иные мотивы: для кеттарийца «не техника» значило «почти человек». Для Великого Магистра Ордена Водяной вороны - «не стоит того, чтобы возиться». И отчего-то тем сильнее хотелось доказать, что с ним, Шурфом, тем, кто еще совсем недавно был номером тридцать восемь, а теперь даже представить себе не мог, что считал эту цифру собственным именем — с ним стоит. Киборг негромко вздохнул и запустил сканеры дальнего действия: с Лойсо вполне могло статься отследить сигнал и заявиться в гости без приглашения. Честно говоря, на что-то в этом роде Шурф втайне надеялся, даже не стал шифровать геоданные, но шансы на воплощение этого сценария были исчезающе малы. В отличие от другого, вероятность успеха которого система оценивала как четырнадцать процентов. Роскошный прогноз, если учитывать предыдущие варианты. Но его еще предстояло продумать как следует, а для этого — самым тщательным образом уложить в памяти (в том числе органической) план коммуникаций. Итак, квадрат си-шесть. Самая важная точка, ключевая в плане — вернее, целая россыпь этих ключевых точек, сосредоточенных в опасной близости друг от друга и оттого еще более нестабильных. Вот вентиляционная шахта, уходящая под землю почти на триста метров, вот едва ли не пересекающая ее труба канализации, вот связка оптоволоконных проводов такой толщины, что даже киборгу, с его немаленьким ростом, не обхватить ее руками. И тут же, в полудюжине шагов — русло подземной реки, теоретически впадающей в Хурон, но как дело обстоит на самом деле, неизвестно: карта ограничивается только территорией Ехо. Тоннель, пересекающий чуть ли не весь старый город с Запада на Восток, а затем обрывающийся неожиданным тупиком под ничем не примечательным домом у Королевского моста — его запомнить особенно тщательно, со всеми техническими отнорками и шлюзами. И на всякий случай осмотреть дом. Шурф проследил взглядом за разветвляющимися линиями на плане и уперся в квадрат рэр-два. Один из самых удаленных от центра города, он, тем не менее, был пронизан коммуникациями почти так же густо, как остров Холоми, причем на всех уровнях. Разбегавшаяся по столице и постепенно редевшая к окраинам паутина труб, тоннелей и кабель-каналов вдруг снова концентрировалась в одной жирной точке, напоминая поставленную по неосторожности кляксу, и киборг точно знал, что находится над ней на поверхности: серый дом с множеством окон, вызывающих ассоциацию почему-то со слепыми, затянутыми бельмами глазами, и накрепко запертой единственной дверью. Самое странное и, по мнению многих, самое страшное место в столице. Резиденция Ордена Водяной вороны. Люди старались лишний раз даже не проходить мимо, если была такая возможность. И именно туда, по странной иронии, ему во что бы то ни стало нужно было попасть.

***

«Я вот думаю, может, принять тебя в Орден?» Шурф отложил едва заметно дрогнувшую в пальцах книгу и проглядел логи за последние несколько минут. Как Лойсо умудрялся не только присылать Зов, но и моментально получать отклик системы вне зависимости от команды, которую отдавал ей сам киборг, оставалось загадкой: вероятно, очередное изобретение талантливых подопечных. Но умудрялся. Внезапные сеансы связи выматывали и держали в постоянном напряжении, хоть Шурф некоторое время назад и понял, что лично заявляться на встречу его собеседник не собирается. Судя по всему, он воспринимал эти разговоры исключительно как развлечение и потому присылал зов в самые неожиданные моменты — вероятно, когда его самого одолевала скука. Ощущение было премерзким. За недолгое время, проведенное без блока подчинения, возможность полностью управлять процессором и собственным телом, не отвлекаясь на команды посторонних, стала привычной и единственно приемлемой. К тому же каждая из подобных выходок Великого Магистра ощутимо понижала шансы на успех: приходилось признавать, что в запасе у Лойсо может быть еще сколько угодно неприятных сюрпризов, и план, поначалу казавшийся простым и стройным, множился и ветвился вероятностями. Чем больше вариантов развития событий, тем больше шансов, что что-то упущено. Плохо. Вообще-то очень плохо. «Спасибо за предложение, но мне хватило Орденов». «А как же твое намерение сбежать с этой планеты?» «Я не собираюсь этого делать в качестве экспериментальной модели, брошенной твоим послушникам на изучение». «Дело хозяйское, - неожиданно покладисто согласился Лойсо. - Я-то, признаться, думал, что за всеми твоими выкрутасами стоит желание попасть в резиденцию Ордена, но раз нет, то нет». Шурф медленно выдохнул на четырнадцать, соображая, какие подобрать слова, чтобы не выдать, насколько его собеседник был близок к правде, и попытался было ответить, но вдруг понял, что отвечать некому: связь оборвалась так же внезапно и незаметно, как появилась. По правде говоря, эта манера вести разговор обрывками начинала изрядно надоедать. Впрочем, шансов продолжить беседу в ближайшее время в любом случае было немного: тянуть дальше не имело смысла. Более того, было просто опасно — кто знает, что еще Лойсо сумеет понять из следующего короткого диалога? Киборг поднялся, аккуратно пристроил книгу на подоконник и поправил закладку. Потом затянул кобуру, заколол короткое, по гажинской моде, лоохи, подхватил переиначенный из горской кожаной сумки рюкзак и неторопливо направился к лестнице. На пороге дома замер на секунду, будто что-то вспомнил, но уже через мгновение шагнул наружу, машинально отметив тихий щелчок замка и едва ощутимую вибрацию силового поля. Если сегодня все пройдет удачно, книги прекрасно дождутся его и здесь. Если же нет — что ж, вряд ли после уничтожения физического тела он сможет читать. Шурф коротко коснулся кончиками пальцев перевязи под лоохи, проверяя, не делся ли куда-нибудь ценный тубус, и решительно зашагал в сторону города — туда, где в небе, зажатая между острыми крышами домов и низкими одутловатыми тучами, постепенно меркла последняя полоска красноватого закатного света. Время начала операции: 21:37:16