С первого шага

Запустить полное сканирование Примерное окончание сканирования через 7:56 Стук. Стук-стук. Стук-стук. - Лежи и не дергайся, все уже кончилось, теперь твоя задача — просто не мешать. И диагностику отключи, незачем тратить силы еще и на это. Отменить сканирование? Да/нет Да Стук-стук. Сердце. Точно, оно. Отчего-то все еще билось, хотя по всем законам не просто не должно было — его физически не могло существовать. Больше нет. Даже если допустить, что процессор уцелел, не мог же он отрастить новые органы, все разом. Или это просто такой эксперимент, оживленный на несколько минут труп, что-то вроде черного ящика — считать информацию и отключить уже навсегда? Или последняя иллюзия угасающего сознания — Шурф читал, что такое, по мнению людей, вполне может быть в несколько мгновений перед окончательной смертью. В любом случае, оставаться в неведении было еще хуже, чем знать даже самую кошмарную правду — и он, решившись, наконец открыл глаза. Вернее, попытался открыть. Безрезультатно настолько, что моментально пришел к очевидному выводу: тела у него все-таки больше нет, а стук в несуществующих же ушах — вовсе не бьющаяся в сосудах кровь, а просто фантомный звук, привычка сознания, старательно цепляющегося за последние признаки жизни. - Дырку над тобой в небе, сказал же — не дергайся! Раздался раздраженный вздох, потом звук отодвигаемого кресла, глухие, заглушаемые чем-то мягким шаги, тихий присвист какого-то механизма. Обнаружено живых объектов: 1 Статус: нейтральный Чрезвычайно вовремя. Просто-таки ни за что бы без системы не догадался! Шурфу вдруг стало так смешно, что смех сам прорвался наружу булькающим сипом, и гортань тут же вскипела раскаленной кислотой, заставив изогнуться в тщетной попытке вытолкнуть, выгнать эту боль из себя. - Драть тебя четырежды веслом на дне колодца! У самого уха застучали кнопки, и через несколько секунд обжигавший горло жар отступил, позволяя вдохнуть восхитительно прохладный воздух. - Вот уж не думал, что однажды пожалею о том, что снес тебе этот грешный блок подчинения, но сейчас близок к этому как никогда. Ты можешь просто спокойно полежать и послушать меня? Только не вздумай отвечать вслух, Безмолвная речь тебе на что? «Чиффа». - Ну хвала Магистрам, я уж начал опасаться, что органическая память тебе отказала. Рад, что ошибся. Звуки доносились как-то странно, будто сквозь тонкую, но все же вполне существующую ткань. И все еще ни единого ощущения, помимо той вспышки боли. Шурф нарочно попробовал пошевелить пальцами ног — теоретически же они должны были у него остаться? - но снова не почувствовал ровным счетом ничего. Стук в ушах стал громче и чаще, а Чиффа, стоявший где-то неподалеку, снова вздохнул. - Имей в виду, все не так страшно, как тебе кажется. «В это довольно сложно поверить, если ничего не видеть и не ощущать». - Понимаю, непросто, - отозвался ловец без тени сочувствия в голосе. – Другому в твоей ситуации посоветовал бы развивать абстрактное мышление, но ты же талантливый, доразмышляешься до каких-нибудь ужасов, и мне же потом тебя в них разубеждать. А я, как ты знаешь, ленивый и до безобразия практичный. Так что давай договоримся: я помогаю тебе открыть глаза, если уж для тебя это так важно, а ты не строишь никаких кошмарных предположений, а просто слушаешь и задаешь вопросы, если они у тебя появятся. Но учти, вместе со зрением вернется и боль. Ну что, согласен? «Я не боюсь боли». - Ну разумеется ты ее не боишься, - хмыкнул Чиффа. - Ты вообще у нас ничего не боишься, как тут недавно выяснилось, даже собственной смерти. Ладно, с этим разберемся чуть позже. Приготовься, сейчас я отменю блокировку. Говорят, что киборги не чувствуют боли: все, что им доступно — стандартная реакция рецепторов на внешние раздражители, существующая только для того, чтобы дольше сохранить органическое тело в функционирующем состоянии. Хотел бы Шурф сейчас посмотреть на тех, кто придумал такую чушь. В этот раз боль не вспыхнула внезапно, как пару минут назад в искалеченной гортани, - она накрыла постепенно, будто приливная волна, заставив задержать дыхание и тут же пожалеть об этом: казалось, что вместо легких в груди наполнились воздухом два раскаленных сгустка, и стоило громадных усилий не попытаться выкашлять их в тот же момент. Пошевелить чем-либо киборг все еще не мог, зато сомнений в существовании собственного тела больше не осталось: не может так гореть и трескаться то, что существует только в воображении. - Ты можешь открыть глаза, - негромко подсказал ловец, и Шурф попробовал приподнять веки. Вопреки ожиданиям, они не рассыпались от малейшего движения, хотя казались высохшими до состояния ветхой бумаги. После долгой темноты свет слепил нестерпимо, и пришлось снова на некоторое время зажмуриться, чтобы спустя несколько секунд сделать еще одну попытку. Но кроме света киборг не смог разглядеть ровным счетом ничего. Перед глазами плавали цветные пятна разной интенсивности, прямо у лица висело одно, самое яркое, но ни очертаний окружающих предметов, ни лица ловца опознать в этом мире бликов Шурф так и не смог. - Роговица и хрусталик тоже пострадали, - мягко пояснил Чиффа. - На восстановление уйдет некоторое время, и все же они восстановятся в полном объеме, причем довольно быстро. Все остальное потребует некоторых наших с тобой совместных усилий, но и это решаемо. Ради этого, собственно говоря, тебя и поместили в регенерационный модуль. Вот значит как. Теперь стало ясно, что за пятно перед глазами: это просто окошко самого модуля. И почему все тело болело примерно одинаково, тоже прояснилось: в регмодуле пациента удерживали в состоянии невесомости, чтобы не травмировать пострадавшие ткани еще больше. Удивляло только одно. «Почему я в сознании?» - Нужно было убедиться, что органическая часть мозга не пострадала, а сделать это без твоей помощи было довольно затруднительно. Но судя по данным сканера за последние несколько минут, с головой у тебя все в порядке. Вернее, конечно же крайне плачевно, но только в том же смысле, в каком было до начала твоей эпической схватки с Великим Магистром. «Совершенно не смешно». - Абсолютно с тобой согласен. И даже, пожалуй, рад, что чувство комического ты после всех приключений так и не обрел. Иначе пришлось бы сейчас гадать, что это — естественное развитие твоего мозга или же его необратимое повреждение. Не дергайся, сам знаю, что это тоже не кажется тебе забавным. И подозреваю, что вообще ничего — что совершенно естественно в твоем состоянии. Но раз уж мы все прояснили — спи, твой процессор сам запустит ускоренную регенерацию, как только ты отключишься. Шурф хотел было возразить, что можно просто положиться на регмодуль и не тратить ресурсы организма на срочное восстановление, потому что с его точки зрения разговор не прояснил вообще ничего, но боль вдруг отступила – так резко, что тело, измученное последней четвертью часа и вдруг оставленное в покое, само закрыло глаза. И предательски отключилось прежде, чем киборг смог что-либо сказать.

***

- Тебе камры налить или сразу чего покрепче? Голос Чиффы раздавался не то чтобы совсем над ухом, но ощущение невесомой заглушавшей его пелены, так мешавшее при прошлом разговоре, исчезло. Оценив свои ощущения, Шурф пришел к выводу, что если его и оставили в регмодуле, то служил он сейчас исключительно в виде обычной койки: крышка откинута, а под спиной довольно мягкий матрас вместо стандартного металлического основания или, тем более, тошнотворного ощущения невесомости. Запускать сканирование помещения отчего-то не хотелось, как и двигаться, и даже думать. Хотелось лежать и рассматривать потолок, вообще-то не представлявший собой ничего интересного: просто темно-синий, будто ночное небо, свод, едва заметно светлеющий к стенам. Ни светильников, ни даже нарисованных звезд. - Только не говори, что теперь у тебя пропал слух, все равно не поверю. Перед — вернее, над - лицом киборга возникла кружка. Та самая дырявая, которую ловец притащил то ли с рынка, то ли с таможни. Сквозь дырки в темной керамике было прекрасно видно плескавшуюся внутри темную прозрачную жидкость. Видимо, не дождавшись ответа, Чиффа принял решение сам, и сейчас горячая камра распространяла вокруг себя умопомрачительный запах, призывая подняться и взять наконец чашку в руки. Шурф не стал сопротивляться. Койка оказалась не койкой вовсе, а полноценной кроватью, как было принято в этой части Соединенного Королевства: размерами с полкомнаты и с такой баррикадой из подушек, что сразу разглядеть за ней кеттарийца оказалось довольно непросто. Опознать в ней ту самую спальню, которую Шурф занимал до того, как перебрался в «собственный» особняк, — тоже: цвета все еще выглядели неестественно ярко, а понятие о перспективе мозг признавал только теоретически, отчего-то искажая размеры предметов в совершенно неожиданных вариациях. В сочетании с процессором, занудно сообщавшим реальные параметры всего окружающего и автоматически высчитывавшим расстояние до любой оказавшейся в зоне видимости точки, создавалось ощущение полной разбалансировки организма и чуть ли не морской болезни, хотя Шурф точно знал, что киборги ей не страдают. Кружка показалась почти нестерпимо горячей, хотя процессор выдал сухой вердикт «42,6 градуса». Не отдернуть руку удалось только потому, что облиться недавно сваренной камрой хотелось еще меньше, чем обжечь пальцы, но сделать глоток Шурф так и не решился. Осторожно потянулся, отставляя посудину подальше от себя — скорее чтобы меньше ощущать соблазнительный запах, чем из боязни нечаянно расплескать. - Почему я жив? - А тебя отчего-то не устраивает этот факт? - Чиффа поднял брови в притворном изумлении, а потом кивнул на отвергнутую кружку. - Чем тебе камра не угодила? - Горячо, - коротко отозвался киборг. Подумал немного и уточнил: - Пальцам. Кеттариец нахмурился, оглянулся было на оставленный на подоконнике планшет, но отчего-то за ним не пошел. - Вообще-то так быть не должно. Что еще тебя беспокоит? Шурф честно попытался обрисовать проблему со зрением, но Чиффа перебил его посреди рассказа, отмахнувшись: - Это как раз нормально, само придет в норму через пару дней. А вот с рецепторами что-то не так, видимо настройки слетели. Погоди минуту, сейчас поправим. И не сверли меня таким укоризненным взглядом, вернусь и попытаюсь ответить на все твои вопросы. И быстро вышел из комнаты. Киборг осторожно подвинулся, аккуратно проверяя ощущения собственного тела. На первый взгляд все было более-менее в порядке: система рапортовала о почти семидесятипроцентной работоспособности, причем еще двадцать процентов предлагала восполнить с помощью банального приема пищи. Мышцы, судя по тому, что подтянуться и опереться о стену спиной оказалось совсем просто, и правда работали в полную силу, да и разговор не доставил горлу неприятных ощущений, но все же Шурф мог поклясться, что органы чувств ведут себя довольно странно. Ловец вернулся спустя почти четверть часа, торжественно неся в руках небольшой керамический кувшин и прозрачный стакан, который тут же наполнил темной зеленоватой жидкостью и протянул киборгу. - Пей, будем обновлять балансировку рецепторов. И уставился на Шурфа с откровенным интересом, дожидаясь, пока тот сделает глоток. Киборг принюхался и, не учуяв ничего подозрительного, поднес стакан к губам. Напиток, хвала Магистрам, оказался не горячим, даже не теплым, наоборот, слегка холодил гортань, зато был сладким настолько, что язык чуть не свело самой настоящей судорогой. Шурф с некоторым трудом удержался, чтобы не поморщиться, и хотел было отдать стакан обратно, но Чиффа с явным сожалением покачал головой. - Прости, но придется выпить все это до конца. Если тебе станет легче, могу пообещать, что больше такого вкуса ты не почувствуешь. А каким, кстати, он тебе показался? - Сладким, - киборг с таким отвращением произнес это слово, что кеттариец расхохотался и все-таки взял в руки планшет. Передвинул пару вирт-бегунков и снова указал на стакан. Но Шурф как раз решил, что вкусовые ощущения в данный конкретный момент были ему не слишком важны, с ними можно разобраться и потом. Он некоторое время разглядывал зеленоватую жидкость (глаза упорно видели в ней белые и ярко-алые искры, но киборг понимал, что это скорее всего просто следствие травмы), наконец оторвался от созерцания и поднял взгляд на Чиффу. - Это был ХБК*. - Да что ты говоришь, - хмыкнул кеттариец. - Чрезвычайно проницательно. - Тогда почему я жив? - настойчиво повторил Шурф, не обратив ни малейшего внимания на насмешку. - Потому что я тебя спас, разумеется, – Чиффа вздохнул и достал из кармана трубку. - Можешь гордиться: ты и раньше был уникальным, а теперь и вовсе небывалое чудо, киборг-который-выжил. Насколько я знаю, единственный спасшийся после этой дряни. - Вы не могли меня спасти. Голограммы не имеют возможности влиять на материальные предметы. - Думаешь, ты все-таки умер, и все происходящее вокруг — всего лишь последняя игра угасающего сознания? - неожиданно серьезно поинтересовался ловец. Киборг некоторое время раздумывал, потом с некоторым даже сожалением качнул головой. - Это маловероятно. К тому же, если даже предположить, что ваша теория верна, следует в любом случае воспринимать все происходящее как реальность, потому что для сознания нет разницы. Чиффа поднял брови. - Я смотрю, ты в библиотеке Иафаха даром времени не терял. При упоминании библиотеки Шурф невольно коснулся рукой груди — того места, где во время операции (кстати, а сколько времени с нее прошло? Надо бы выяснить) был спрятан под лоохи план подземелий, выданный леди Сотофой. Сейчас, разумеется, не было ни перевязи с кофром, ни одежды вовсе. - Принести тебе скабу? - спросил ловец, закончивший наконец раскуривать трубку. Киборг отрицательно покачал головой. - И правильно, лишние раздражители тебе пока ни к чему. Ты давай пей. Это, к слову, не мое творение, а девочки Сотофы постарались. Шурф взглянул на стакан с гораздо более искренним интересом: все, что касалось это удивительной леди, оказывалось довольно занимательным. Новый глоток лекарства показался сладковатым, но продирающей позвоночник приторности в нем не было. Кеттариец снова передвинул бегунки на планшете и сделал приглашающий жест рукой — мол, спрашивай, я же вижу, что тебе любопытно. - Кто она? - Сотофа? - Чиффа вдруг улыбнулся почти мечтательно. - О, это долгая история. Если вкратце, то самая могущественная женщина этого Мира. И по совместительству моя старинная подружка. - Мои сканеры в ее присутствии перестают работать, - решил все же сообщить Шурф. - Выдают беспорядочный набор характеристик, еще и меняющийся каждые несколько секунд. Я пытался найти в инфранете случаи подобных нарушений в системе DEX-ов, но меня, насколько я могу судить, перед встречей с леди никто не бил по голове и не пропускал сквозь мозг электрический ток. - Это еще не хватало, - ворчливо отозвался кеттариец, и его глаза на миг полыхнули хищным злым огнем. - Твои сканеры здесь ни при чем, на нее все устройства примерно так реагируют. - Но почему? - Результат медицинской... не скажу, что ошибки, скорее вдохновенной импровизации. Когда мы еще жили в Кеттари, довольно часто влипали вместе во всякие истории, чаще всего незаконные и, разумеется, небезопасные. Не буду утомлять тебя подробностями, все, что тебе стоит знать — это что в одной из наших авантюр она получила серьезную травму головы, нужна была срочная операция на черепе, а с медициной там всегда было не очень. Врачей-то хороших хватало, в основном из своих же, тех, кто возвращался домой после учебы, а вот оборудования и материалов... — Чиффа махнул рукой. - Считалось, что в случае чего всегда можно добраться до Ехо, но к тому времени как я доволок Сотофу до медиков, стало ясно, что она не выдержит перелета даже в криокамере. Короче говоря, пришлось немедленно оперировать. Врачи все забегали, лазерные скальпели мелькают — и тут в самый разгар выяснилось, что новая партия титановых пластин бракованная. Их переплавляли из пены, той самой, что так любит DEX-компани — и во всех шести пластинах невооруженным взглядом видны остатки каких-то микросхем. А череп-то вскрыт уже, мозг всеми ветрами продувается, время уходит. В общем, пока все стояли с открытыми ртами и думали, что же теперь делать, один из медиков решил, что хуже чем сейчас уже точно не будет, и поставил одну из этих пластин. Очень потом переживал, даже спиться пытался, правда все же не удалось — сама Сотофа его и отговорила от этого бесполезного занятия, когда пошла на поправку и стало ясно, что все с ней будет хорошо. А про влияние на сканеры и прочую технику мы уже позже узнали, даже выясняли, что сделали с остальными пластинами — вдруг есть еще кто-нибудь с такой же штукой в голове? - но их все утилизировали, конечно. И правильно, наверное. Кеттариец умолк и указал на стакан с лекарством. Киборг машинально сделал глоток, отметил про себя «кисловато» и снова наполнил его до верху из кувшина. - Интересные дела, - наконец сказал он. И через пару секунд добавил: - У меня странное ощущение, не поддающееся логике. Эта история звучит настолько неправдоподобно, что мне почему-то хочется в нее поверить. Чиффа рассмеялся и потянулся хлопнуть его по плечу, но в последний миг передумал и все же остановил уже занесенную руку. - Рецепторы, - пояснил он в ответ на вопросительный взгляд. - Не хочу пока проверять, как они отреагируют на чужое прикосновение. Шурф пожал плечами: но-то как раз был бы не против проверить все системы организма, но с этим вполне можно было подождать. Чиффа тем временем тщательно вычистил трубку, зачем-то попытался посмотреть сквозь чубук на свет (киборг был уверен, что через него невозможно увидеть ничего, кроме стенки чаши) и принялся заново ее набивать. - В любом случае, эта история не хуже прочих, - в конце концов сказал он. – Если она тебе по душе, никто не мешает тебе верить именно в нее. - Хотите сказать, что на самом деле вы все это выдумали? Чиффа неопределенно дернул плечом и ухмыльнулся краешком рта — мол, думай что хочешь, – и киборг решил вернуться к этому вопросу позже. По правде говоря, леди Ханемер интересовала его сейчас скорее по остаточному принципу, просто пришлось к слову. Гораздо важнее было другое. - Что с сэром Лойсо? Кеттариец тщательно умял табак, раскурил трубку и только потом ответил. - Жив, - небрежно бросил он. Шурф внезапно понял, что сейчас придушит собеседника. Или просто свернет ему шею. Прямо в этой спальне, собственными руками, так, чтобы почувствовать хруст позвонков, ломающихся под пальцами. Он очень медленно и осторожно отставил ополовиненный стакан с лекарством, так же медленно повернулся обратно к Чиффе, сделал глубокий вдох... - …и в тюрьме, - невинно добавил ловец. Воздух со свистом покинул легкие киборга. Горло, не оценившее такого резкого выдоха, тут же запершило, и пришлось несколько раз сглотнуть, чтобы не раскашляться. - В какой? - наконец сипло выдохнул Шурф. - Той, что на Летуме-семь**, - кеттариец, казалось, не имел ни малейшего понятия об очень близко проскользнувшей смерти. Вид, во всяком случае, имел вполне беззаботный и довольный собой. – Одиночные камеры под воздушными куполами, ядовитая атмосфера и пустыня на сотни миль вокруг единственной базы. Допивай уже, сколько можно растягивать это удовольствие. Киборг машинально сделал глоток и тут же уставился на стакан почти укоризненно: содержимое на сей раз оказалось кислым настолько, что пришлось вручную отменять работу слюнных желез, иначе он рисковал в кратчайшие сроки затопить всю комнату. Чиффа, увидев его выражение лица, тихо хмыкнул и передвинул бегунки в крайнюю позицию. - Как вам это удалось? - Да очень просто, - вздохнул ловец. - Просто та голограмма, которую ты видел, проецировалась не откуда-то, а из соседнего помещения. Пришлось поколдовать, чтобы техника Лойсо не засекла присутствия, ну и просидеть там довольно долго, пока вы наконец собрались. - Долго? - Несколько дюжин дней, - Чиффа зевнул, потянулся всем телом и с чувством продолжил: - И знал бы ты, какое это счастье — нормальная постель! Ненавижу сидеть в засаде. - Думаю, я имею об этом некоторое представление, - кротко отозвался Шурф. - Хотите сказать, в тот момент, когда Лойсо запустил ХБК, вы находились в соседнем зале? - Ну да. Я вообще-то очень надеялся, что до этого не дойдет, но, надо признать, недооценил степень безумия Великого Магистра. Угробить на глазах у постороннего нескольких собственных людей — это конечно сильно. Собственно, это и позволило упрятать его именно на Летум, иначе пришлось бы еще долго доказывать его причастность к другим преступлениям. Киборг некоторое время молчал, но потом все же решился задать вертевшийся на языке вопрос. - Почему вы спасли меня, а не людей? Ожидал услышать что-нибудь вроде «их было слишком долго развязывать» или «у тебя как у биомашины было больше шансов выжить», но кеттариец просто пожал плечами. - Ты важнее. Сверяться с системой на предмет уровня искренности Шурф не стал: даже если ловец лгал, то делал это так виртуозно, что поймать его было непосильной задачей для техники. А сам киборг слишком хотел верить в такой ответ. Чтобы заполнить затянувшуюся паузу, он залпом допил содержимое стакана и тут же пожалел об этом решении: по горлу прокатилась горечь такой интенсивности, что даже процессор на долю секунды подвис, определяя, не ядовита ли эта жидкость. Впрочем, тут же признал, будто бы с неохотой, что состав вполне безопасен. - Отлично, - Чиффа одобрительно улыбнулся и поднялся, чтобы убрать на подоконник опустевшую посуду, а когда вернулся, тут же заново наполнил дырявую чашу горячей камрой и протянул киборгу. - Ну, как теперь? Шурф осторожно взял кружку: ладони определенно чувствовали тепло, но теперь оно было приятным и знакомым, а не обжигающим. Аккуратно сделав глоток, он убедился, что ощущения вполне обычные, и смело допил камру, тут же доливая еще: очень уж хотелось перебить никак не проходившую гнусную горечь. - Кстати, я и дома тебя лишил, прости, - вдруг весело сообщил Чиффа. Киборг вопросительно изогнул бровь. - Не успел полностью вовремя остановить программу самоликвидации комцентра, - покаялся кеттариец. - Один из распределителей ближе к поверхности все же рванул и запустил цепочку обвалов в карстовых пещерах. Хвала Магистрам, город почти не пострадал, всего-то одну улицу затронуло и ту по большей части с лавками, жилых домов там мало. Зато в том пригороде, где раньше стоял твой дом, теперь новая природная достопримечательность — довольно глубокий каньон. Кто-то из предприимчивых соседей-фермеров уже поставил на дороге указатель к нему, а почти на краю обрыва — лавку с сосисками, лепешками и вином. Ну и заодно сколотил ящик для пожертвований «на ремонт». Что именно собираются ремонтировать, заметь, не уточняется. Шурф явно пропустил всю вторую часть монолога мимо ушей. - Значит мои вещи остались под завалом? Ловец откровенно помрачнел и неохотно кивнул. - Боюсь, твои книги мы уже вряд ли когда-нибудь увидим. Даже если бы был шанс разобрать завалы, не думаю, что бумага или таблички могли уцелеть. - Их содержание хранится в моей цифровой памяти, - откликнулся киборг. Но понимание, что это в самом деле так, отчего-то не радовало. Внезапно оказалось, что ценность книг состояла не только из слов, записанных на страницах, но и из ощущения этих самых страниц под пальцами, из запаха переплета, хруста бумаги и рельефа тиснения на обложке, из рисунков на форзацах и цвета сшивающего листы шнура. И воссоздать все это в точности было, в отличие от текста, невозможно. - Я уверен, что по крайней мере некоторые из них можно найти в тех же изданиях, - мягко сказал Чиффа. Шурф благодарно кивнул: отчего-то это простое замечание оказалось лучше любых самых искренних извинений. - А данные Ордена удалось сохранить? - поинтересовался он, отложив мысль о походе по книжным лавкам на будущее, хоть и ближайшее. Ловец вздохнул и покачал головой. - Гений же, - протянул он таким тоскливым тоном, что сразу стало ясно: если эти самые данные где-то и сохранились, то совершенно точно не в главной резиденции и не в комцентре. - Думаете, он мог уничтожить всю свою работу разом? - Разумеется, нет, - кеттариец слегка поморщился. - Какие-нибудь дюжину раз кодированные центаврианские сервера. Но чтобы начать их взламывать, надо иметь хотя бы одну ведущую к ним ниточку. А у нас — всего лишь очень много совершенно не пригодного для восстановления оплавленного цветмета. Очень жаль, но шансы найти не поврежденную часть хоть какой-нибудь панели ничтожно малы. Шурф молча кивнул, перебирая в голове остальные вопросы и решая, который из них задать первым. - А ковер? - вдруг спросил он. Чиффа уставился на него с недоумением. - Что «ковер»? - наконец осторожно поинтересовался он. - Они забрали мой ковер, - настойчиво повторил киборг. - Унесли его вместе с останками послушника, которыми я пытался выманить Лойсо из резиденции. Ловец некоторое время молчал, разглядывая Шурфа с искренним интересом. - Тебе в самом деле интересна его судьба? - в конце концов спросил он. Киборг упрямо кивнул: что поделать, к некоторым предметам быта и удобствам он успел привязаться, а на ковре к тому же был чрезвычайно гармоничный рисунок. Чиффа качнул головой, будто не веря, но все же ответил: - Я не осматривал резиденцию целиком и сосредоточился на более... кхм... на показавшихся мне более важными вещах. Например, панелях управления, оружейных складах и системе безопасности. Но обещаю, что в следующий свой визит обязательно пригляжусь к интерьеру. - Спасибо, - невозмутимо сказал киборг. - Если это возможно, я бы хотел тоже поучаствовать в осмотре. - Не только возможно, но и совершенно необходимо, - ловец ослепительно улыбнулся, а потом хитро прищурился. Шурф мгновенно подобрался, ожидая подвоха. - Тебе теперь вообще можно спокойно ходить по всему городу, - доверительно сообщил кеттариец и умолк, ожидая реакции. - Насколько я знаю, раньше у меня тоже не было запрета. Чиффа досадливо мотнул головой. - Раньше у тебя его не было, потому что тебе блок подчинения снесли. А теперь — потому что объявили амнистию. Персональную, заметь. Вот уже почти десять дней как никто, даже бывшие владельцы, не имеют права покушаться на твою жизнь и здоровье. Киборг честно обдумал информацию и вычленил, как ему показалось, главное. - Я пробыл в регмодуле десять дней? - Вообще-то почти полторы дюжины, - вздохнул ловец. - Бюрократические проволочки. Тебя в самом деле интересует только это? Шурф помолчал, допил уже совершенно холодную камру, оглядел комнату, остановив взгляд на потолке, и только после этого спросил. - Что я за это должен? Чиффа застонал и закрыл лицо ладонями. - Только не начинай снова этот же самый разговор! - проникновенно попросил он, не отнимая рук. Голос звучал глуховато, но в нем слышалось такое откровенное веселье, что поверить, будто он страдает, не смог бы и самый нечуткий человек. - Но вы же сами... - осторожно начал киборг, но ловец тут же его перебил. - Все-таки ты совершенно восхитительное чудовище, сэр Шурф. Киборг равнодушно кивнул — чудовище так чудовище. Чиффа наконец опустил руки и посмотрел неожиданно серьезно. - Считай, что своей смертью ты уже все оплатил. Ты же очень убедительно умирал, со всем тщанием. Вот и будем считать, что тебе это в некотором смысле удалось. Шурф не ответил, и ловец нетерпеливо продолжил. - Ты вообще понимаешь, что все это значит? Вся эта история с Лойсо, разрушение его Ордена, твоя амнистия? Разрешение открыто жить в Ехо? - Что у вас прекрасные связи при дворе, полагаю. - Не без этого, - Чиффа самодовольно ухмыльнулся, но быстро согнал усмешку с лица. Сел ближе, внимательно и сосредоточенно заглянул в глаза. - Война кончилась, сэр Шурф. Все.