Привет, любимый // Hey Lover

      — Мам. Мам. Мам, мне нечем дышать. Мам.       Эрен не мог дождаться момента, когда ему больше не придётся уезжать, потому что тогда, возможно, мать перестанет душить его каждый раз, когда ему предстояло сесть в самолёт. Ему всегда было интересно, как дело обстояло с Микасой, когда она уезжала, так как присутствовать при этом ему не случалось. Эрен надеялся, что она страдала так же сильно, потому ей, по-видимому, было очень весело, когда его буквально душили в объятиях.       — Я просто так по тебе скучаю, когда ты уезжаешь, — сказала мать и вздохнула, с улыбкой взяв в руки его лицо. — Не позволяй собой помыкать, хорошо? Веди себя хорошо и найди себе замечательного парня или девушку на зависть Ханне.       Эрен сердито посмотрел на Микасу, когда она кашлянула, пытаясь скрыть смешок, но не стал никак отвечать, быстро обнял отца и подошёл к ней, чтобы тоже обнять.       — Давай без неприятностей в этом семестре, окей? — прошептала она ему на ухо, обнимая. — Не давай Леви никуда тебя впутать.       — Не будет он меня никуда впутывать.       Ну или, по крайне мере, Эрен на это надеялся. Леви монополизировал его время ещё больше, чем это когда-либо делала Ханна. Наверное, всё дело было в том, что он демонстрировал свою настоящую сущность. Они с Ханной были во многом схожи, по понятным причинам, но Леви был едва ли не в три раза смешнее, и Эрен не думал, что тот делал это нарочно. Так просто… получалось.       Эрен очень старался не переписываться с Леви какое-то время, так как не хотел, чтобы семья и друзья, считали, что он пренебрегает ими из-за кого-то в телефоне, но, стоило им начать, как остановиться было уже сложно.       Сейчас, когда Эрен уже не испытывал к нему такой сильной враждебности, было довольно легко вернуться к заведённому порядку. Всякий раз, когда что-то глупое или странное приходило Эрену в голову — а это случалось большую часть времени, если говорить честно, — он писал Леви. Тот, в свою очередь, похоже, стал следить за языком ещё меньше. Иногда это было забавно. Иногда — беспокоило.       Леви не раз вслух задавался вопросом, как он ещё жив после стольких-то лет совместной жизни с Ханджи, но, по мнению Эрена, куда более впечатляющим был тот факт, что Ханджи всё ещё живы после совместной жизни с Леви. Иногда он реально казался чокнутым. И представляющим угрозу жизни.       Не то чтобы Эрен был против, это прекрасно дополняло его собственную чокнутость, но всё же было странно.       — Всё! — сказал Эрен, когда мать в очередной раз заключила его в крепкие объятия, едва не вышибив из него дух.       Серьёзно, это какое-то оружие массового поражения.       — Мне пора. Люблю вас, счастливо вам тут провести время без меня, скоро спишемся!       Эрен отстранился и направился к зоне досмотра. Мать крикнула ему вслед, чтобы написал, когда самолёт приземлится, и, помахав в знак того, что услышал её, скрылся за раздвижными дверьми.       Он привычно разулся и снял толстовку, прошёл через рамку металлодетектора и затем собрал вещи с ленты. После чего с улыбкой направился в «Макдоналдс», невероятно довольный тем, что сможет в очередной раз помучить Жана, потому как тот вылетал из другого терминала, где его не было. Иногда он даже думал, не специально ли мама Жана выбирает билеты так, чтобы они вылетали в одно время, дабы подвергнуть своего сына мукам.       Забрав заказ, Эрен сел за стол и, достав телефон, сделал нормальное на этот раз фото, чтобы отправить его Жану.       [ЛошадинаяРожа]       Ты грёбаный предатель, ты же в курсе?       [ЙегерМейстер]       Утютю, кто-то завидует, что он маленький мальчик и не может купить себе еду для больших мальчиков?       [ЛошадинаяРожа]       Иди пососи член Леви, Эрен       [ЙегерМейстер]       Не могу, вдруг ему понравится       Становилось всё проще шутить на эту тему. Но только про Леви — про Жана было как-то неловко. Эрен объяснял это тем, что знал его сколько себя помнит, и ему не нравилось слышать подобные комментарии. Это весьма сильно пугало его, было неприятно думать в подобном ключе о своём практически брате.       Эрен вышел из переписки с Жаном, открыл диалог с Леви и, медленно жуя, стал читать репортаж Леви.       [Леви]       Теперь они ищут в шкафчиках       [Леви]       Опять поорали на меня       [Леви]       Вот пошли угрозы       [Леви]       А теперь мольбы. Быстро они.       [ЙегерМейстер]       Ну ты и засранец       [ЙегерМейстер]       Лол       [ЙегерМейстер]       Отдай уже Ханджи телефон       [ЙегерМейстер]       Там у них наверняка все твои фотки на которые они дрочат       [Леви]       Теперь у меня ещё больше причин НЕ отдавать его.       [ЙегерМейстер]       Какой же засранец       Эрен снова открыл переписку с Жаном и нахмурился, увидев первое сообщение. Вылет перенесли на более раннее время, или он просто торопит события? Обычно проходило больше времени между прибытием в аэропорт и посадкой, но, судя по всему, Жан уже направлялся в самолёт.       [ЛошадинаяРожа]       ПОСАДДДКАААААА       [ЛошадинаяРожа]       ЭРЕН       [ЛошадинаяРожа]       ЕСЛИ Я УМРУ       [ЛошадинаяРожа]       ТО ПРОСТИ МЕНЯ ЗА ТОТ РАЗ КОГДА Я ТРАХНУЛ ТЕБЯ КОГДА ТЫ НАБУХАЛСЯ!       [ЙегерМейстер]       Отъебись, Жан!       [ЛошадинаяРожа]       ЛЮБЛЮ ТЕБЯ НЕ ЗАБЫВАЙ МЕНЯ!       [ЙегерМейстер]       Надеюсь, твой самолёт не разобьётся, Лошадиная рожа.       [ЛошадинаяРожа]       ИДИ В ЖОПУУУУУУУУУУУУУУУУУУ       [ЛошадинаяРожа]       ЛЮБЛЮ ТЕБЯ НАПИШУ ПОЗЖЕ!       Аппетит сказал пока, Эрен шлёпнул бургер на поднос и со вздохом потёр лицо, а затем снова открыл диалог с Леви.       [ЙегерМейстер]       То есть Эрвин и правда твой лучший друг?       [ЙегерМейстер]       Ну типа как твой Жан?       [Леви]       Мы не говорим о коне       [ЙегерМейстер]       Ты прав       [ЙегерМейстер]       Не говорим       [ЙегерМейстер]       В жопу его       [ЙегерМейстер]       Просто интересно насчёт Эрвина       [ЙегерМейстер]       Он близкий тебе человек?       [Леви]       Ну да       [ЙегерМейстер]       А почему тогда ты не живёшь с ним?       [ЙегерМейстер]       В смысле после универа.       [Леви]       Я жил       [Леви]       Несколько лет       [Леви]       Мы с Ханджи съехались относительно недавно       [Леви]       Я нашёл их на Крейгслисте       [ЙегерМейстер]       И ты не испугался их склонности к убийствам?       [Леви]       Нет       [Леви]       Я уверен, что могу вынести кого угодно       [ЙегерМейстер]       Кроме моей сестры       [Леви]       Я же говорил, что не ожидал!       [ЙегерМейстер]       Ага-ага       [ЙегерМейстер]       Как скажешь       [ЙегерМейстер]       Так и почему вы разъехались?       [Леви]       Мне пришлось, когда Петра переехала       [ЙегерМейстер]       Эрвин тебя выгнал?       [Леви]       Нет       [Леви]       Я сам себя выгнал       [Леви]       Как смотрел на эти сраные заигрывания, так аж блевать хотелось       [Леви]       Секс я ещё мог вынести       [Леви]       Но эти сахарные сопли, что аж зубы гниют?       [Леви]       Нет       [Леви]       Ну и кстати, я никогда не признаюсь в этом, но я не против Ханджи.       [ЙегерМейстер]       Только что признался       [Леви]       Да, тебе       [Леви]       Не им       [Леви]       Залезли в мусорное ведро       [Леви]       Таких болванов ещё поискать       [ЙегерМейстер]       ОМГ       [ЙегерМейстер]       Останови их!       [Леви]       Всё нормально, не волнуйся       [Леви]       Понятия не имею, с чего они взяли, что я положу их телефон туда.       [ЙегерМейстер]       А где он на самом деле?       [Леви]       В кармане штанов у них в комнате       [Леви]       Там, где они будут искать в последнюю очередь.       [ЙегерМейстер]       Сатана       [Леви]       Они купили мне на день рождения массажёр простаты       [Леви]       Им ещё повезло, что это ВСЁ, что я сделал       [ЙегерМейстер]       Может, они пытались помочь       [ЙегерМейстер]       Подарили тебе штуку, чтобы засунуть которую       [ЙегерМейстер]       Надо вытащить эту огромную палку у тебя из задницы (прим. пер.: выражением "палка в заднице" описывают сурового, жёсткого человека, то есть эрен как бы говорит, что ханджи хотели, чтобы леви перестал быть таким засранцем)       [Леви]       Аккуратнее Йегер, или эта палка окажется в ТВОЕЙ заднице       [ЙегерМейстер]       А я тогда смогу ходить так же прямо, как ты?       [ЙегерМейстер]       Надеюсь, на моём росте это никак не скажется       [Леви]       Ты мелкий говнюк, ты в курсе?       [ЙегерМейстер]       Спасибо, у меня хороший учитель :3       [Леви]       Такие, как ты вряд ли отличат лицо от жопы       С лёгким смешком Эрен покачал головой, убрал телефон обратно в карман и, подхватив поднос с остатками, отнёс его к контейнеру для мусора. Он чувствовал себя виноватым, выкидывая еду, но после всех комментариев от Жана от аппетита мало что осталось. Надо бы найти что-то равносильно мерзкое, чтобы доставать Жана.       Собравшись, медленным шагом Эрен направился к своему выходу на посадку, по дороге доставая телефон, чтобы снова с улыбкой ответить Леви.       [ЙегерМейстер]       Так ты его уже опробовал?       [Леви]       Если ты спрашиваешь о том, о чём я думаю, что ты спрашиваешь       [Леви]       То я лечу к тебе в общагу и засовываю его тебе в жопу       [ЙегерМейстер]       То есть да       [Леви]       Увидимся через несколько часов Йегер       [Леви]       Надеюсь, твой анус готов к этому монстру.       Эрен нахмурился, а затем получил изображение. Он оглянулся, чтобы убедиться, что никто не видит, и открыл его, чтобы разглядеть. Мышцы ануса буквально сжались, когда он понял, что Леви держал его, наглядно демонстрируя внушительные размеры приспособления.       Эрен уже гуглил картинки, но тогда у него не сложилось правильного впечатления о том, насколько огромными они могут быть. А теперь сложилось.       [ЙегерМейстер]       КАКОГО ХРЕНА?!       [ЙегерМейстер]       КАК ЭТО ВООБЩЕ МОЖНО ВСТАВИТЬ КОМУ-ТО В ЖОПУ?!       [ЙегерМейстер]       Кошмар       [ЙегерМейстер]       Держи его подальше от меня       [ЙегерМейстер]       Нет       [ЙегерМейстер]       Нет       [ЙегерМейстер]       Мне будут сниться кошмары       [Леви]       Успокойся Йегер       [Леви]       Никто не собирается РЕАЛЬНО засовывать это тебе в очко       [ЙегерМейстер]       СЕРЬЁЗНО       [ЙегерМейстер]       КАК ЭТО ВООБЩЕ БЫВАЕТ ПРИЯТНО?!       [ЙегерМейстер]       КАК ЭТО *МОЖЕТ* БЫТЬ ПРИЯТНО?!       [ЙегерМейстер]       У меня трамва       [Леви]       Меня забавляет твой ужас       [Леви]       Выбеси меня ещё раз, и это станет твоим наказанием       [ЙегерМейстер]       Не, ну типа       [ЙегерМейстер]       Я серьёзно       [ЙегерМейстер]       Как он вообще входит?       [Леви]       Достаточно расслабляешься и достаточно трахаешься       [Леви]       И входит       [ЙегерМейстер]       А в тебя бы вошёл?       [Леви]       Прямо сейчас вряд ли       [Леви]       Я уже несколько лет хорошенько не трахался       [Леви]       По крайней мере снизу       [Леви]       Поначалу пробовал       [Леви]       Как-то не моё       Непонятно, как они так легко перешли к этой теме. О чём они сейчас вообще говорили? Почему они обсуждали огромный, порождающий ночные кошмары массажёр простаты? Эрен всё ещё не мог уверенно сказать, что верит в существование подобной штуки, несмотря на то, что Google говорил обратное.       Сев рядом с выходом, Эрен посмотрел на время и вздохнул, чувствуя себя так, словно ждать ещё целую вечность. Но по крайней мере у него был Леви, чтобы составить компанию, хоть он и продолжал говорить о всяких секс-игрушках и присылал фото. Эрена это одновременно пугало и ставило в неловкое положение, ведь окружающие могли всё увидеть, да и для чего вообще некоторые из этих штук нужны?! Ну правда!       Что ещё за анальная пробка?! И почему у Леви их целых четыре?!       Тот предпочитал говорить, что все эти непотребства — подарки от Ханджи, но сколько же дней рождения надо было провести вместе, чтобы обзавестись такой коллекцией?       [ЙегерМейстер]       Ты же не из любителей БДСМ?       [Леви]       Нет       [Леви]       Я дружу с Ханджи, забыл?       [Леви]       Они находят любое оправдание, чтобы купить мне какую-нибудь странную хрень       [Леви]       Включая рандомные годовщины типа первого совместного похода за продуктами       [Леви]       Или день первого снегопада       [ЙегерМейстер]       То есть ты хочешь сказать, что НИЧЕГО из того, что ты мне показал, ты себе не покупал?       [Леви]       Я не испытываю особого полового влечения       [Леви]       Желание трахнуть кого-то или чтобы меня трахнули мне не очень свойственно.       [Леви]       Ну или, знаешь, было.       [Леви]       До недавних пор       Эрен не знал, что на это ответить. Они ступили на опасную территорию, находиться на которой не хотелось. В шутках не было ничего страшного, но вот знать, дрочил ли Леви на его фотографии, не хотелось.       Его спас вызов на посадку, который Эрен использовал как оправдание, чтобы выключить телефон. Леви всё равно не узнает, какие именно места приглашаются на борт, поскольку знал только то, что Эрен ждал уже больше десяти минут, и ничего не сказал, потому что это не имело отношения к их разговору.       [ЙегерМейстер]       Посадка началась       [ЙегерМейстер]       Мне пора       [ЙегерМейстер]       Постараюсь не забыть написать, когда сядем       [Леви]       Я отправлю тебе массажёр, если забудешь       [Леви]       Поэтому не забудь.       Всё ещё не в силах выкинуть из головы размеры и мысли о том, что физически невозможно засунуть такое, Эрен поморщился и поправил себя, что обязательно напишет после посадки, после чего стал убирать телефон.       Как и в прошлый раз, когда Эрен сидел здесь, Леви снова написал до того, как он успел отключить его, и Эрен снова прочитал.       [Леви]       Эй Эрен       [ЙегерМейстер]       Да?       [Леви]       Надеюсь, твой самолёт не разобьётся.       Эрен фыркнул так громко, что аж заболело в горле, и набрал ответ.       [ЙегерМейстер]       Иди в жопу, Леви       [Леви]       Только если хорошо попросишь.       [Леви]       Напиши, когда приземлитесь.       [ЙегерМейстер]       Перестань командовать       [Леви]       Тебе это, похоже, нравится, поэтому не вижу причин переставать.       Эрен оттянул воротник худи, почувствовав, что воздух в здании аэропорта был чуть теплее обычного. Он списал это на предполётную нервозность, потому как сам не очень любил летать один, но обычно всё же справлялся куда лучше Жана. Эрен считал полёт удивительной вещью, но все вокруг волновались о том, что самолёт разобьётся, не только Жан.       Прочистив горло, он попрощался с Леви, отключил телефон и, закрыв глаза, приложил его ко лбу.       Наверное, стоило бы беспокоиться, как легко они вернулись к тому, что было, но Эрен не беспокоился. Скорее наоборот, он был рад. Ему нравилось, что всё вроде как пришло в норму, ему нравилось общаться с Леви.       Он по-прежнему не знал, хорошо это было или плохо.

***

      Если бы Леви знал, чем обернётся этот вечер, когда брал трубку, то, возможно, не ответил бы на звонок. Он правда не был уверен, потому что, с одной стороны, был рад, а с другой — раздражён.       Не говоря уже о том, что прошёл почти час, и телефон в руке у уха нагревался всё сильнее. Леви понятия не имел, что Эрен вообще умеет так много говорить. Обычно он не возражал. Сейчас же всё было в сути звонка, которая не приносила ему особого удовольствия.       — Прости меня, — снова сказал Эрен гнусавым голосом, потому что последние минут двадцать плакал. — Я просто ужасный человек.       — Всё нормально, — повторил Леви в миллионный раз монотонным голосом, глядя в одну точку на стене перед собой. — Эрен, тебе правда нужно найти Марко.       — Нет, — возразил он с очередным всхлипом. — Нет, я не могу. Я так подло поступил, и теперь ты меня ненавидишь.       — Я не ненавижу тебя, Эрен, пожалуйста, иди найди Марко.       — Нет, — опять.       Из комнаты показались Ханджи и вскинули бровь, прежде чем помахать Леви с непонимающим видом.       — Ты до сих пор с ним?       Леви со вздохом кивнул и съехал дальше по подлокотнику, вытягивая ноги.       — Сколько там алкоголь выводится из организма? — спросил Леви, не удосужившись прикрыть микрофон, так как был весьма уверен: что бы он ни сказал, всё потонет в ужасных всхлипах Эрена.       — Ну не надо так, — пристыдили его Ханджи и пошли на кухню. — Я сделаю тебе чаю.       — Спасибо, — пробормотал Леви в ответ.       Всё это было довольно забавно где-то с час назад, когда Эрен только позвонил ему пьяный в стельку и ещё более странный, чем обычно. Было совершенно ясно, что состояние радости сменилось повышенной эмоциональностью, потому что за последние полчаса, в течение которых он искал Марко, чтобы уйти, его веселье и беспечность внезапно исчезли, и он говорил Леви о том, как ужасно поступил и что вовек не заслуживает прощения за то, как сильно его ранил. Эрен продолжал извиняться за то, что разбил Леви сердце, и, в соплях сидя на полу в ванной, настаивал, что он ужасный человек, который за свою жестокость заслуживает смерти.       Слушать об этом было интересно, но спустя двадцать минут начало раздражать. Леви бы положил трубку, если бы не переживал за Эрена. Он не знал, чем это может быть чревато в его нынешнем состоянии, и волновался, не случится ли чего, если Эрен так и не найдёт Марко и не вернётся к себе в общежитие.       — Леви, — позвал Эрен всё ещё надломленным и хриплым из-за рыданий голосом.       — Что?       — Как ты можешь не ненавидеть меня за то, как ужасно я поступил?       — Ты злился, — повторил Леви, в очередной раз. — Твою реакцию можно понять. Ты злился дольше, чем мне бы хотелось, но это в прошлом. Сейчас же мы общаемся, забыл? Даже прямо сейчас.       — Но ты так расстроился. Ну то есть… как ты вообще можешь разговаривать со мной?       — Когда мы не разговариваем, мне ещё хуже, — досадливый вздох. — Эй, Эрен?       — Да? — раздался в трубке голос, сопровождаемый громким швырком.       Сейчас он наверняка выглядел просто замечательно с сопливым носом и слезами на лице. Леви был даже как-то рад, что не может видеть его.       — Ты чувствуешь себя виноватым, так? Тебе не нравится причинять мне боль? Можешь тогда для меня кое-что сделать?       — Хорошо, — согласился Эрен.       Казалось, он вот-вот снова разревётся. Потрясающе.       — Можешь ради меня встать с пола и найти Марко? Я не хочу, чтобы у тебя сдох телефон, пока ты пьяный в доску на какой-то рандомной тусовке. Я хочу знать, что ты в целости и сохранности добрался домой. Поэтому можешь, пожалуйста, найти его ради меня?       В трубке была тишина, и на секунду Леви начал переживать, что, может, Эрен отключился. Ему не понравилась паника, прострелившая его при мысли об этом.       — Эрен?       — Хорошо, — отозвался Эрен таким удручённым тоном, будто бы подумал, что Леви больше не хочет с ним разговаривать.       Возможно, так и есть, но не потому, что Эрен ему не нравился, а потому, что он устал слушать его сопли по одному и тому же поводу.       Стало понятно, что Эрен послушался, потому что после ещё нескольких шмыганий в трубке раздался громкий звук, вынудив Леви поморщиться и слегка отодвинуть телефон от уха. Эрен говорил, что заперся в ванной на втором этаже, поэтому сейчас, судя по всему, приближался к источнику музыки на первом.       В поле зрения Леви появились Ханджи с чашкой чая в руке, и, кивнув в знак благодарности, он взял её и опустил на обтянутое джинсовой тканью колено, слегка придерживая за ручку. После этого Ханджи, пожелав спокойной ночи и получив ответное пожелание, ушли.       Разговаривать с Эреном и в принципе слышать его было сложнее, по мере того как он двигался в толпе, поэтому Леви просто тянул чай, слушая музыку. Спустя десять минут, когда кружка опустела, он услышал то, что заставило его надеяться, что скоро Эрен отправится домой.       — Где ты был?! Я тебя уже несколько часов ищу! С кем ты там разговариваешь?!       Похоже, Марко наконец нашёлся.       — Нет! Не трогай!       — Помолчи и дай мне телефон! Пожалуйста, пусть это не Микаса, Жан, это ты?       — Привет, Марко.       Повисла короткая тишина — ну то есть в смысле речи, а не музыки, хотя стало немного тише, видимо, они вышли из помещения.       — Леви. Привет. Это… Извини за Эрена, он обещал, что не будет напиваться, но, понимаешь, столько всего произошло и всё такое.       — Я заметил.       Леви мог слышать, как Эрен хнычет на фоне, требуя свой телефон обратно. Он также слышал странные шлепки, как будто бы Эрен несильно хлопал Марко по лицу в попытках отобрать телефон.       — Он опять хочет с тобой поговорить. Извини, я отведу его домой, он должен быстро заснуть.       — Хорошо.       Леви встал, решив, что самое время готовиться ко сну. Он выключил свет в гостиной и отправился в ванную, где закрыл дверь и выключил микрофон, чтобы справить нужду.       — Леви, — это был снова Эрен. — Я нашёл Марко. Ты всё ещё ненавидишь меня?       Леви сумел снова включить микрофон локтем, пока мыл руки, и наклонился поближе к телефону.       — Я слышал, молодец, Йегер.       — Ты всё ещё меня ненавидишь!       — Я не ненавижу тебя, — ответил Леви, раздражённо вздохнув. — Можешь, пожалуйста, перестать так говорить?       «Иначе я начну тебя ненавидеть», — подумал он со злостью. Понятное дело, не имея это в виду на самом деле, просто он очень ненавидел тех, кого по пьяни бросало в крайнюю степень эмоциональности. С Эрвином случалось то же самое, и это сводило с ума. Была причина, по которой Леви ненавидел быть с ним в День Святого Патрика, и заключалась она как раз в этом.       Ханджи становились чрезмерно счастливыми, что неудивительно. С Петрой было странно, потому что она становилась агрессивной. В последний раз, когда ей случилось напиться, она устроила три драки и сломала нос их общему другу. А ещё два собственных пальца, но узнала об этом, только когда прошло похмелье.       Насчёт себя Леви не знал — никто ничего не говорил, все настаивали, что так забавнее. Он не особо часто напивался, чтобы беспокоиться об этом, поэтому никогда не зацикливался.       Эрен начал плакать снова, когда Леви чистил зубы, послышался звук захлопывающейся двери в машину, и на заднем плане Марко громко оповестил его, где они сейчас, чтобы Леви понимал, как скоро они доберутся до общежития.       Закончив дела в ванной, Леви ушёл в комнату, снова приложив телефон к уху, чтобы не мешать Ханджи. Положив аппарат на прикроватную тумбочку, он включил громкую связь и стал переодеваться: с наступлением зимы стало прохладнее, но не настолько, чтобы надевать тёплую зимнюю пижаму, поэтому он натянул шорты и свободную кофту.       Потушив свет, он забрался в кровать и снова взял телефон, однако громкую связь не выключил, положив его рядом с подушкой. Пришлось потянуться за зарядкой, Леви знал, что опасно заряжать телефон прямо рядом с головой, и не собирался оставлять его так. Как только они закончат разговор, он переложит его обратно на тумбочку. Просто батарейка почти села, и неизвестно, как Эрен отреагирует, учитывая его состояние, если Леви неожиданно исчезнет.       — Давай, вот так, поднимайся, — говорил Марко, пока Эрен продолжал ныть по поводу того, какой он ужасный человек. — Да, да, тебе жаль. Леви понимает. Давай, пойдём.       Дверь хлопнула ещё раз, и, судя по звуку, Марко удалось вытащить его из машины. Дальше в основном было слышно, как Марко ругается на Эрена, чтобы тот держался на ногах, и Эрен постоянно твердит, что Леви ненавидит его. И каждый раз Леви был вынужден заверять его, что это не так, иначе Эрен повышал голос, и Марко приходилось его затыкать. Леви посчитал, что поведёт себя любезно и спасёт Марко от праведного гнева соседей по этажу.       — Хорошо, пойдём в ванную. Теперь давай положим трубку.       — Нет!       Паника в голосе Эрена немного ошарашила, Леви нахмурился и положил телефон чуть ближе, чтобы лучше слышать, когда звуки голосов стали эхом отдаваться от стен ванной комнаты.       — Нет, я не могу положить трубку! Я всегда кладу трубку! Я не могу положить трубку! Не забирай телефон, нет!       Услышать, как Эрен паникует из-за этого, было подобно удару в лицо. После ссоры Леви так долго имел дело с рассерженным Эреном, что не смог толком узнать о том, какое влияние это оказало на его чувства и эмоции. Всё, что Леви было известно, — это то, что он причинил Эрену боль и разозлил его. Теперь он начинал понимать, что Эрен знал обо всех ужасных вещах, которые сделал в ответ, хотя и пытался закрыть на них глаза во время ссоры и последующего налаживания отношений.       — Всё нормально, Марко, — наконец сказал Леви, когда паника Эрена стала набирать обороты — по-видимому, Марко всё же забрал телефон. — Просто отключи микрофон, пока не вернётесь в комнату, чтобы я не слушал его нытьё.       — Хорошо, да, сейчас.       Тишина. Леви потёр лицо и медленно вздохнул. Слова, что Эрен сказал только что, раз за разом крутились у него в голове. То есть Эрен, по крайней мере подсознательно, осознавал тот факт, что причинил Леви боль. Скорее всего, он просто пытался не обращать на это внимания, потому что Леви был слишком занят переживаниями о том, что может потерять Эрена, и считал, что извинения могут прозвучать странно.       И Леви действительно показалось странным, что Эрен позвонил именно ему. Конечно, поначалу всё было бодро и весело, но, как только настроение переменилось, стоило догадаться, что это из-за чувства вины. Даже Марко сказал, что Эрен не собирался пить, то есть, очевидно, было у него в голове что-то ещё помимо вероятности влюбиться в парня. Леви не знал наверняка, правда ли это, сейчас он просто строил предположения.       То есть Эрен действительно чувствовал, что тоже виноват в произошедшем, но просто не знал, как об этом поговорить. Это как-то бесило Леви, но в то же время он был немного рад. Завтра, наверное, можно будет более детально поговорить об этом, если Эрен захочет, но это вряд ли. Скорее всего, он будет избегать Леви, учитывая, каким дураком выставляет себя весь вечер.       — …ы положил трубку! Как ты мог, Марко?! Он будет ненавидеть меня! Ты положил трубку!       — Эрен! Эрен! Я выключил микрофон, он тебя не слышал!       — Эрен, — позвал Леви, жалея Марко и радуясь, что не ему приходится иметь дело с пьяным вусмерть парнем.       Пьяные люди раздражали.       — Леви, я не клал трубку! Не клал!       — Да, не клал, — согласился Леви. — Я всё ещё здесь, микрофон был выключен. Помолчи и слушайся Марко, пожалуйста.       — Хорошо. Не сердись.       — Я не сержусь.       — Видишь? Всё хорошо. Он снова тут, теперь ты пойдёшь спать?       — Хорошо.       Послышал шорох — очевидно, Марко пытался довести Эрена до места назначения. Раздался щелчок, так близко к телефону, что это могла быть только зарядка.       — Так, он всё ещё тут, всё хорошо. Пожалуйста, не оставляй так телефон на ночь. Поговори с Леви и ложись спать, хорошо?       — Хорошо, — сказал Эрен, словно маленький ребёнок.       — Хорошо. Спокойной ночи, Эрен. Спокойной ночи, Леви.       — Спокойной, — пожелал Леви в ответ.       Спустя несколько секунд он услышал, как дверь закрылась — Марко ушёл. Он снова остался один на один с пьяным Эреном.       — Ты лёг?       — Да, Марко сказал, что я должен лечь спать, — прозвучало так, словно ему претила одна только мысль об этом. — Я не хочу спать.       — Почему?       — Потому что я не хочу проснуться — а тебя снова нет.       Леви свёл брови — ему не нравился эффект, которые эти слова на него произвели. Словно удар под дых.       — Это же ты ушёл от меня, забыл?       — Я думал, что ты вернёшься, — так тихо, что Леви бы и не услышал, если бы телефон не был так близко к уху.       — Я вернулся.       — Не уходи больше. Обещаю, что на этот раз не положу трубку, поэтому больше не уходи от меня.       — Не уйду.       Эта сторона Эрена была странной. Вот так он себя чувствовал, когда Леви наконец всё рассказал? Когда он излил ему душу, пусть и по-своему, и объяснил причину, почему всё получилось так, как получилось? К такому Эрену он не привык. Не то чтобы он ему не нравился, просто было странно. И немного беспокоило.       — Эрен, тебе нормально? — спросил Леви осторожно. — Ну в смысле что мы снова разговариваем… Ты же не против, да?       — Ты больше не хочешь со мной разговаривать? — паника снова дала о себе знать. — Почему? Что я сделал? Прости меня! Я не хотел обидеть тебя, прости меня, Леви!       — Эрен. Эрен!       Леви отключил громкую связь, когда Эрен снова начал повышать голос.       — Эрен, послушай меня. Послушай меня!       На этот раз ему удалось остановить поток слов.       — Эрен, всё хорошо. Много всего случилось за последние несколько месяцев, и я знаю, что для тебя это большие перемены. Я знаю, что я не то, чего ты хотел, но у тебя и у меня — у нас всё хорошо. Мы друзья, и это уже хорошо, пока ты не разберёшься со всем. Понимаешь?       — Хорошо, — тихо ответил Эрен. — Ты останешься?       — Да, я никуда не ухожу.       — Хорошо. Я ложусь спать.       — Хорошая идея. Не забудь убрать телефон.       — Стой, почему?       И снова паника. Господи боже, пьяный Эрен был невыносим.       — Ты же сказал, что останешься!       Леви понятия не имел, что тот имеет в виду, пока до него не дошло, что Эрен говорил о том, что происходит конкретно сейчас. Он хотел, чтобы Леви остался с ним, пока он не заснёт. Чёрт, этого Леви не понял.       — Я останусь на телефоне, но положи его на полку. Не оставляй его на кровати, хорошо?       — Хорошо.       Послышался шорох и громкий стук, затем опять шорох.       — Спокойной ночи, Леви.       — Спокойной ночи.       Леви отложил собственный телефон на тумбочку, предварительно снова включив громкую связь, и стал ждать, пока дыхание Эрена выровняется, что означало бы, что тот заснул, но в итоге уснул первым, и ночью ему снились сны, в которых странный пьяный Эрен творил абсолютно рандомные вещи.

***

      Он умирал. Он знал, что ещё не умер, иначе ему бы не было так погано. Он бы не чувствовал ничего, что было бы гораздо предпочтительнее. Голова гудела, в животе ухало, а во рту будто кошки нассали.       Медленно перекатившись, Эрен сумел открыть глаза, благодарный за то, что на улице было темно и мрачно, иначе солнечный свет выжег бы ему сетчатку. Это сколько вчера надо было выпить? Он уже даже не помнил. Как и то, как вернулся в общежитие, но, видимо, Марко нашёл его и притащил домой.       Прекрасно. Эрен знал, что становится чрезмерно эмоциональным, когда напивается, поэтому, наверное, плакался Марко в жилетку о том, какой он плохой друг. Чёрт, и ещё наверняка позвонил Жану. Пьяный, он имел склонность звонить близким людям и вымаливать прощение за какие-то свои чудовищные поступки.       Кажется, напившись в прошлый раз, он позвонил Жану и просил прощения за то, что съел последний вишнёвый фруктовый лёд.       Когда им было по восемь лет.       Иногда его мозг откапывал совершенно странные вещи, и он ненавидел это. Теперь Жан будет весь день смеяться над ним из-за этого, Эрен уже чувствовал это. Проверять сообщения не хотелось, там, наверное, уже целая куча.       С тяжёлым вздохом перекатившись обратно на спину, он закрыл лицо руками и застонал. Хуже некуда, почему он напился?       — Эрен?       Закрытые руками глаза резко распахнулись, и он медленно убрал ладони от лица, сел и оглядел комнату. Тут же никого, так?       — Эрен, ты проснулся?       «Господи, пожалуйста, скажи, что это неправда». Медленно повернувшись, чтобы посмотреть на полку, Эрен обнаружил там свой телефон, стоящий на зарядке — как и всегда утром. Дотянувшись одной рукой, он коснулся экрана и провёл пальцем по нижней часть, чтобы открыть экран «Домой».       Только вот он не открылся. Вместо него на экране высветился текущий вызов на громкой связи. Текущий вызов, который оповещал о том, что звонок длится уже четырнадцать часов и двадцать две минуты.       Посмотрев на время, Эрен быстро произвёл в уме некоторые вычисления и заключил, что совершенно точно позвонил ещё на вечеринке. Это значило, что он позвонил…       — О господи.       Эрен отвернулся от полки и снова спрятал лицо в ладонях.       — Господи, хочу сдохнуть.       — Алкоголь этому поспособствует.       Эрен знал, что Леви прекрасно понимает, что он хотел умереть вовсе не поэтому. Блин, он позвонил Леви. Он, чёрт возьми, позвонил Леви! Блин! Что он сказал, пока был пьян? Что, если он сказал что-то такое, в правдивости чего не был уверен? Например, он мог сказать, что хочет переспать с Леви, хотя сам не знал, так ли это! По крайней мере, пока. Его всё ещё терзали противоречия. Но блин! Блин!       — Успокойся, Йегер, всё не так плохо.       — Почему ты не положил трубку?! — накинулся Эрен, снова повернувшись к телефону, и схватился за полку обеими руками, обуреваемый желанием буквально вгрызться в кусок дерева.       Твою мать, хотелось сдохнуть прямо сейчас.       — И сколько мы разговаривали, пока я был пьяный?!       — Какое-то время.       В голосе Леви не было слышно веселья по этому поводу. Чёрт. Чёрт!       «Чертовски грёбаный сраный чёртов чёрт!» — думал Эрен, действительно вонзив зубы в деревянную полку, как будто, прокусив её, решил бы все свои проблемы.       — Сначала, когда ты только позвонил, всё было нормально, ты был весёлый и пьяный. А потом стал странным и начал плакать.       Эрен был готов вылететь прямо через грёбаную крышу. Быть такого не могло, он всегда звонил Жану! Блин! Блин!       — Марко нашёл тебя и привёл домой, но ты не клал трубку и просил меня остаться с тобой, пока не заснёшь. Я заснул раньше и, когда проснулся, увидел, что звонок всё ещё идёт, поэтому подумал, что будет странно положить трубку, и не стал это делать. Теперь ты протрезвел?       — Лучше бы нет, — признался Эрен, снова ударяясь головой об полку, и потёрся об неё, чувствуя, как древесина впивается в кожу. — А это… Что именно я говорил?       Молчание. Твою мать! Это плохо. Очень плохо. Очень-очень плохо. Чёрт. Чёрт!       — Нам нужно поговорить.       Паника, которая охватила Эрена, когда он услышал эти слова, заставила его задаться вопросом, что почувствовал Леви, когда он написал ему то же самое. До этого момента он не осознавал, насколько боится потерять Леви, возможно, потому, что всё это время Леви бегал за ним. Чёрт, что он наговорил?!       — Леви… Слушай, что бы я там ни сказал вчера, извини. Я не… Я не собирался тебе звонить.       — А мне кажется, собирался, — сказав это, Леви замолчал на несколько секунд, прежде чем продолжить. — Эрен, почему ты постоянно просил меня не ненавидеть тебя? Ты так думаешь? Что я тебя ненавижу?       — Я… что?       Нахмурившись, Эрен посмотрел на телефон.       — Нет, я… Слушай, когда я напиваюсь, у меня начинается… странная фаза, когда мой мозг вспоминает всякие ужасные вещи, которые я когда-то кому-то делал, и я начинаю звонить этим людям, которых обидел, и прошу не ненавидеть меня. Обычно это Жан, потому что, ну, давай честно, нам всегда есть из-за чего поспорить. Вчера я, наверное… просто…       Эрен поморщился.       — Слушай, насчёт того, что был в том месяце…       — Не переживай из-за этого. Это пройденный этап, всё в прошлом.       — Нет, не в прошлом.       Эрен снова упёрся лбом в полку, всё ещё крепко сжимая её.       — Леви, ты облажался, и это нельзя отрицать, но ты извинился и сделал всё, что мог, чтобы исправить ситуацию за нас обоих, а я просто сидел и злился. Когда я снова начал тебе писать, даже до того, как поехал домой, я всё равно немного злился, но, кажется, начал понимать, что не только со мной поступили несправедливо. Ты признался, что не знал, как полагается вести себя в подобных ситуациях, потому что раньше у тебя не было человека, который был бы тебе важен, и было нечестно с моей стороны ждать, что ты знаешь, что нужно делать. Я сказал тебе удалить мой номер, и, хотя ты этого не сделал, ты не заговаривал со мной потому, что именно это и подразумевали мои слова. Ты держался на расстоянии не потому, что ты сам хотел этого, а потому, что думал, что этого хочу я. Поэтому предъявлять тебе что-то типа «не надо было меня слушать», когда ты мне наконец-то позвонил… Прости меня. Мне жаль, что я сделал из тебя плохого, и мне жаль, что я поступил несправедливо. Я просто… хотел, чтобы ты услышал это от меня, когда я трезвый. Поэтому просто знай, что я чувствую себя виноватым, и хотя уже немного поздно извиняться, но мне правда жаль, что я заставил тебя пройти через эту боль. Просто знай, что мне было так же больно, даже если ты мне не веришь.       Ненадолго воцарилось молчание: вероятно, Леви не знал, что на это ответить. Он часто говорил, что ему не нравятся все эти непонятные сентиментальные глупости, поэтому его реакцию можно было понять.       — Я верю тебе. Я помню твой голос, когда мы впервые поговорили. Он звучал так же, как чувствовал себя я, поэтому я знаю, что сделал тебе больно. Но спасибо за то, что признаёшь, что не только тебе было больно.       — Хорошо.       Эрен с напряжённым лицом смотрел на телефон, размышляя, не лучше ли на этом закончить. У мозга на этот счёт были другие идеи, потому что, стоило ему открыть рот, слова вырвались наружу без его на то согласия.       — Так, мне всё равно нужно об этом поговорить. Ну то есть... Мне кажется, что меня так выбесило твоё вранье, что я не мог заставить себя заглянуть глубже, но когда я приехал домой, поговорил со своей семьёй и выслушал все их вопросы о Ханне, то я просто… — он нахмурился. — Не только ты врал. Жану, Армину и Микасе тоже было обидно, из-за того что я врал по поводу отношений с Ханной, и я… Я был на твоём месте, я поступил со своими друзьями точно так же. Им было неприятно, но они так легко простили меня. Я сделал ровно то же самое, что и ты, но им хватило сил простить меня и оставить это в прошлом. Но когда ты соврал мне, то я… Я поступил как мудак, и даже не раз и не два, а целых три раза.       — У нас была немного другая ситуация, — сказал Леви ровным голосом.       Эрен не понимал, как Леви мог быть настолько понимающим, чёрт возьми?       — Я знаю, что другая, но… просто… разозлись на меня хотя бы! Накричи, скажи, что я лицемерный придурок!       — Я ударил тебя, Эрен. Это помогло мне справиться с гневом. Для меня это пройденный этап, он в прошлом.       «Я не заслуживаю тебя», — застыло на кончике языка, но Эрен заставил себя сдержаться по двум причинам. Во-первых, он не хотел, чтобы у Леви сложилось неправильное впечатление, а во-вторых, он волновался, что потеряет Леви как друга, если тот поймёт, что согласен с этим утверждением.       Удивительно быстро они вернулись к привычному положению вещей — и удивительно сильно Эрен боялся, что снова лишится этого.       — Эрен. Это в прошлом. Я больше не сержусь.       — Но сердился же?       — Естественно.       — Прости меня.       — Ты уже говорил это, Эрен. Проехали.       — Хорошо, — смирился Эрен и поморщился. — А что именно я говорил?       — В основным ныл, чтобы я тебя не ненавидел. Это было мило первые минут пять. Оставшиеся сорок пять — уже не очень.       Эрен рассмеялся, а затем слегка застонал от смущения.       — Господи, надо было положить трубку.       — Я не хотел класть трубку, пока ты такой. Непонятно, что бы случилось.       — Извини, — произнёс Эрен со смешком. — Обещаю, что в следующий раз, когда буду пить, попрошу кого-нибудь спрятать телефон. Ну, зато хотя бы Жан обрадуется. Это первый раз за всё время, когда я ему не позвонил.       — Я рад, что ты позвонил мне, а не коню.       Вздохнув в ответ, Эрен помотал головой. Когда уже Леви избавится от своей иррациональной ненависти к его другу? Жан только и делал, что поддерживал их с того самого момента, как они снова начали разговаривать, так что Леви стоило бы быть снисходительней.       — Хорошо, что у тебя теперь ещё один телефон, иначе было бы совсем тяжело с работой.       — Без шуток. У меня нет времени нянчиться с мелкими паршивцами, так что не превращай это в привычку.       — Не буду. Бросаю пить, — рассмеялся Эрен и тут же снова застонал: голова по-прежнему гудела. — Пойду извинюсь перед Марко и найду что-нибудь поесть. Извини за вчерашний дурдом.       — Всё нормально. Как я уже сказал, не превращай это в привычку.       — Хорошо. Сейчас я положу трубку, но не как какой-то мудак, а как нормальный человек, которому нужно сходить отлить, и вряд ли ты хочешь это слышать.       — Ты всегда можешь отключить микрофон, как вчера.       Даже сквозь телефон Эрен чувствовал, что Леви ухмыляется. Чёрт, чувство стыда теперь будет преследовать его месяцами.       — Иди в жопу, Леви.       — Только если хорошо попросишь.       — Пока, Леви!       Эрен положил трубку, плюхнулся на кровать наоборот, ногами на подушку, и закрыл лицо руками, и из-за них послышался громкий протяжный стон. Было стыдно буквально до смерти. Как он мог позвонить Леви? Он же всегда звонил Жану, всегда. Так почему на этот раз выбрал кого-то другого?       Дурацкий вопрос, понятно почему. С кем он в последнее время обошёлся хуже, чем когда-либо вообще обходился с Жаном?       Послышался щелчок дверного замка, и Эрен знал, кто это, ещё до того, как гость заговорил. Само собой, Марко ушёл с ключом, чтобы запереть дверь и в то же время иметь возможность открыть её, если вдруг Эрен начнёт задыхаться посреди ночи.       — И как мы себя сегодня чувствуем? — спросил Марко абсолютно бодрым и радостным тоном.       — Я доверял тебе, — заявил Эрен, бубня из-за собственных рук. — Как ты мог позволить мне позвонить ему?       — В какой-то момент ты просто исчез. Я искал тебя около часа. А когда нашёл, ты уже разговаривал с ним и истерил каждый раз, когда я пытался положить трубку.       Ещё более громкий стон огласил комнату. Получается, Леви всё слышал, и от осознания этого снова захотелось умереть. Интересно, крыша достаточно высоко, чтобы умереть, а не просто покалечиться, если прыгнуть с неё? Хуже некуда. Эрен ощущал себя неудачником.       — Я слышал, как ты разговаривал, получается, вызов всё ещё шёл?       Эрен кивнул, всё ещё не отнимая рук от лица.       — Хочется сдохнуть.       — Не сомневаюсь, — усмехнулся Марко. — Вставай, пойдём покормим тебя.       С очередными стенаниями Эрен наконец открыл лицо и, перекатившись по кровати, с усилием поднялся на ноги, после чего схватил первую попавшуюся толстовку. Спал он в одних только спортивках, то есть Марко переодел его по возвращении, но, взяв с полки пару обуви, Эрен решил, что переживёт двухминутную прогулку до общего корпуса, где находится столовая.       — Пойдём, — пробормотал, натянув кроссовки.       Когда они оба вышли из комнаты, он закрыл дверь протянутым Марко ключом.       — Эрен?       — Мм?       Всё ещё чувствовалась тошнота — и смущение.       — Я рад, что вы снова разговариваете, — ответил Марко с доброй улыбкой. — Ты выглядишь гораздо счастливее, чем раньше.       — Спасибо, Марко.       Они уже спускались по лестнице, когда кое-что пришло Эрену в голову.       — Можно у тебя кое-что спросить?       — Конечно.       — А ты понял? Когда он заявился сюда, ты уже тогда понял, что я снова буду с ним разговаривать?       Такое чувство, что все вокруг знали о происходящем больше него самого, и теперь стало даже любопытно, было ли для Марко очевидно, что в конце концов он перестанет злиться и простит Леви.       — Нет, не знал, — ответил Марко с едва заметной улыбкой и придержал входную дверь. — Я понял это, когда он позвонил тебе и я слышал, как ты кричишь за стеной.       — Понятно, — пробормотал Эрен, пряча руки в карманах и ёжась от холода.       Что ж, по крайней мере, на крытых дорожках не было снега.       — Как-то сбивает с толку, когда тебе нравится парень.       — А, то есть теперь он тебе нравится, так? — поддразнил Марко, шагая рядом, и широко улыбнулся от уха до уха.       Такая улыбка была для него редкостью, и зрелище было довольно пугающее.       — Отстань. Я всё ещё… пытаюсь разобраться с этим.       — Обещаю, что никому не скажу.       Эрен метнул в него раздражённый взгляд, а затем потянул на себя дверь общего корпуса.

***

      [Леви]       Ты какой-то жутко молчаливый       [Леви]       Чем занят?       [ЙегерМейстер]       А мне нельзя молчать? O_o       [Леви]       Ты никогда не молчишь, когда делаешь домашнюю работу.       [Леви]       Я же целый месяц с этим жил, забыл?       [Леви]       Ты вечно       [Леви]       НЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЛ ЭТО ТАК СЛОЖНО       [Леви]       ЖААААААААААААААААЛОВАЛСЯ Я НЕНАВИЖУ ЭТИ ПАРЫ       [Леви]       ААААААААААААААААААААААА КТО ВООБЩЕ СЕЙЧАС ЧИТАЕТ КНИГИ?       [ЙегерМейстер]       ЛОЛ       [ЙегерМейстер]       Последнее правда       [ЙегерМейстер]       Книги — это пережиток прошлого       [ЙегерМейстер]       Кто вообще сейчас читает книги?       [Леви]       Много кто       [Леви]       Ханджи читает книги       [ЙегерМейстер]       Ну нормальность — это не совсем про Ханджи…       [Леви]       Справедливо.       [Леви]       Что у тебя за задание?       Эрен посмотрел на название первой попавшейся книги на столе и ответил Леви.       [ЙегерМейстер]       По рунологии       [Леви]       Мне всё ещё кажется, что ты этот предмет сам придумал       Эрен отложил телефон и вытер вспотевшие ладони о джинсы, затем посмотрел на экран компьютера, где не было никакой домашней работы по рунологии. Должна была быть, но спустя несколько недель постоянных переписок с Леви после Рождества ему нужно было знать.       Хотя, может, не прямо сейчас. Можно отправить ещё пару сообщений, он никуда не спешит.       [ЙегерМейстер]       Мы сегодня играем?       [Леви]       Посмотрим       [ЙегерМейстер]       На что?       [Леви]       Будешь так же отстойно играть?       [ЙегерМейстер]       Какой же ты мудак, Леви       [ЙегерМейстер]       Жан спрашивал, можно ли с нами       [ЙегерМейстер]       Хочет проверить, прокачался ли с последнего раза       [Леви]       Никаких коней       [ЙегерМейстер]       Да ладно тебе, почему?       [Леви]       Ты говорил, что он продолжает шутить шутки про любовь к тебе       [Леви]       И секс с тобой       [Леви]       Никаких коней       Эрен немного помрачнел. Он терпеть не мог, когда Жан говорил об этом, но ещё больше ненавидел, когда это делал Леви. Жан всё ещё иногда писал ему по утрам всякие непристойности, которые портили весь день наперёд, и одна только мысль о том, чтобы сделать что-то подобное со своим братом, была ему омерзительна.       Не кровным братом, но почти что. Всё равно отвратительно.       [ЙегерМейстер]       А если я возьму с него обещание, что он больше так не будет? Тогда можно?       [ЙегерМейстер]       Ты же понимаешь, что мне от них хуже, чем тебе, да?       [Леви]       Ладно.       [Леви]       Но пусть только попробует заикнуться — я кикну его сразу же.       [ЙегерМейстер]       Если это случится, я с радостью тебя поддержу :P       [ЙегерМейстер]       Спасибо, Леви       [Леви]       Разве ты не должен делать свою домашку?       [ЙегерМейстер]       Ты ТОЛЬКО ЧТО сам жаловался, что я молчу       [ЙегерМейстер]       Жан для тебя прямо переломный момент, да? :P       [ЙегерМейстер]       Серьёзно       [ЙегерМейстер]       Между нами нет ничего такого       [ЙегерМейстер]       И он влюблён в Микасу       [Леви]       И в Марко.       [ЙегерМейстер]       Именно       [ЙегерМейстер]       Разве ты не заметил, что у него есть определённый тип?       [ЙегерМейстер]       И вот ТЫ подходишь куда больше       [ЙегерМейстер]       Ему нравятся тёмные волосы и глаза       [Леви]       У меня голубые глаза       [ЙегерМейстер]       А у меня зелёные, следовательно, согласно твоей логике, я совершенно точно не в его вкусе       [Леви]       Как скажешь, любимый       [Леви]       Извини       [Леви]       Я не хотел       [Леви]       Привычка.       [ЙегерМейстер]       Ничего.       Леви отлично справлялся с тем, чтобы не называть его так, когда они общались голосом, но в переписке это обращение так или иначе проскальзывало. Силы привычки, как и говорил Леви, и Эрен мог понять. Когда это случилось впервые, Эрену показалось, будто его ударили прямо по лицу, но сразу после Леви так быстро стал писать сообщения с извинениями, что Эрен невольно рассмеялся. Его это даже не разозлило — просто стало шоком, когда он увидел это слово спустя столько времени.       И, честно говоря, было даже как-то приятно, когда так получалось. Эрен бы не признался в этом Леви, потому что не хотел, чтобы тот знал, что ему это нравится, потому что это могло бы косвенно указывать на то, что ему нравятся и другие вещи, но при виде этого слова он вспоминал, как хорошо было раньше.       Как хорошо всё стало снова. Не точно так же, но достаточно близко.       Словно и не было трёх месяцев молчания. Словно кто-то из них просто уезжал, а не они оба игнорировали друг друга. Они оба простили и забыли. Ну, не прям совсем забыли, но сейчас всё было нормально. Между ними всё было хорошо.       Леви никогда не поднимал тему своей симпатии, за что Эрен был ему благодарен, но он бы соврал, если бы сказал, что никогда об этом не думал.       Потому что он думал.       Много.       В основном он обсуждал это с Марко, но иногда звонил Жану. По крайней мере, тот признался, что ему нравился и парень, и девушка, поэтому было легче. У Марко, казалось, нет определённого мнения по поводу всей этой темы с гендером, и с Жаном было проще, потому что он понимал, что имеет в виду Эрен.       Эрен считал, что любит девушку, которая оказалась парнем, и это было странно. Но не то чтобы невозможно, просто… нужно было перестроиться. И он пытался.       Но Леви об этом он не скажет. Пока не будет уверен, что сможет целоваться с парнем, быть с парнем. Заниматься… другими вещами с парнем.       «Аа! — Эрен до ощутимой боли хлопнул себя по щекам. — Так! Соберись!»       [ЙегерМейстер]       Рунология это скучно       [ЙегерМейстер]       Надо сесть за английский       [ЙегерМейстер]       Но сначала схожу в душ       [Леви]       В два часа дня в воскресенье?       [Леви]       Ты просто прокрастинируешь.       [ЙегерМейстер]       Да       [ЙегерМейстер]       Именно       [ЙегерМейстер]       Я в душ       [ЙегерМейстер]       скоро вернусь       [Леви]       Домашняя работа сама себя не сделает, Йегер       Отложив телефон на стол, Эрен сжал компьютер в руках, медленно вздохнул и расслабил ладони. «Так, — сказал он себе, ненадолго прикрыв глаза. — Подумаешь. Сейчас вот это посмотрю, и узнаем, что будет. Подумаешь, ничего такого».       Эрен сделал глубокий вдох и наконец включил видео, которое стояло на паузе уже около часа. Сцепил ладони и, поднеся их ко рту, заставил себя смотреть.       Он очень надеялся, что в университете не отслеживают, чем люди занимаются в своим компьютерах, иначе все в ИТ-отделе узнают, что вот этот конкретный парень, который жил вот в этой конкретной комнате этого конкретного общежития, сейчас смотрит гей-порно.       И ему совершенно точно не нужно было, чтобы люди распространялись об этом.