Натянутая струна

Варя вошла в лифт и хмуро посмотрела на свое отражение в зеркале. С того самого момента, как Андрей пригласил ее выпить кофе, она никак не могла избавиться от чувства дежавю: очень уж это было похоже на то, как бывший босс пригласил ее на свидание в музей. Только вот если от предвкушения встречи с Арсением у нее внутри все трепетало и пело, при мысли о прогулке с Андреем в груди у Вари разгорался спокойный ровный огонь. Все было так похоже. Но при этом не было абсолютно ничего общего. Все еще хмурясь, Варя вышла из подъезда и огляделась по сторонам. Недалеко от подъезда стоял серебристый седан, и Андрей курил, непринужденно прислонившись к безукоризненно чистому капоту. Варе нравился этот парень с игривым прищуром, от него веяло спокойствием и уверенностью. У него было прекрасное чувство юмора: Соколова неоднократно замечала, что люди часто вытирают слезы смеха от его шуток — но при этом впечатление дурачка-шута Андрей не производил. Варя обратила внимание на выглядывающую из-под объемной косухи красную клетчатую рубашку и рваные джинсы. Ей-богу, если бы она была мужчиной, то одевалась бы именно так. Когда он улыбнулся ей, Варя не смогла сдержать ухмылки. — Привет! — первой поздоровалась она, приблизившись к молодому человеку. — Приветствую, — сказал Андрей, метко отправляя бычок в стоящую неподалеку урну. — Хороший бросок, — отметила Варя, разглядывая оправу его круглых очков. — Моя вторая фамилия Белов [1], — добродушно хмыкнул Андрей. Варя улыбнулась. — Какой именно? — спросила Варя. — Александр или Сергей? — Обижаешь, — Андрей притворно развел руками. — Александр, естественно. — Звучит солидно, — кивнула Варя. — Кофе? — Кофе, — согласился молодой человек, открывая для девушки дверь с пассажирской стороны. — Но перед этим мне нужно выбрать другу подарок — если ты не возражаешь, конечно. — Нет проблем, — пожала плечами Варя, думая о том, что это не самое худшее времяпрепровождение. Андрей обошел машину и сел на водительское сидение. — Потом можно где-то поесть... — задумчиво говорит он, поворачивая ключ зажигания. — Сходим в ресторан? Варя нахмурилась. — Ну, разве что ты знаешь ресторан, где подают все на свете виды кофе. Андрей ухмыляется и хочет что-то ответить, но неожиданно у него начинает звонить телефон. Он сбрасывает. — А куда поедем сейчас? — поинтересовалась Варвара, глядя, как Бебуришвили сурово сводит брови и переворачивает телефон экраном вниз. — Не знаю, — задумывается Бебуришвили. — В ближайший торговый центр? — Да, но мы же не будем покупать ему дорогущие духи, — на лице Вари появилась едва заметная усмешка, едва она вспомнила, что в ближайшем торговом центре находятся исключительно пафосные бутики. — Или будем? — Это называется селективная парфюмерия, — довольно сказал Андрей, цокнув языком. Он уверенно выехал на шестиполосную дорогу и начал ловко лавировать между машинами. — Нет, такое Сереже мы покупать не будем. — Извините, пожалуйста, — притворно нахохлившись сказала Соколова, и парень улыбнулся. — В наших кругах такими словами не бросаются. — Глядишь, малая, подрастешь и тоже будешь такими словечками вращать, — продолжая улыбаться, добродушно сказал Андрей. Пытаясь разобраться в Инстаграме, Соколова случайно вычитала, что он стал резидентом "Камеди", но при личной встрече предпочла воздержаться от расспросов. Сам Андрей как-то не заострял на этом внимания. — Признаю, у меня были подозрения насчет твоего чувства юмора. Правду, все-таки, говорят, оно у тебя на месте. — Да, — просто ответил он, останавливаясь на светофоре и мельком глядя на экран телефона. На его лице снова пролегла небольшая морщинка. — Так что будем дарить? — спросила Варя, когда он убрал телефон в карман куртки. — У тебя есть какие-то мысли, или будем импровизировать? — Если честно, понятия не имею... — Андрей поправил очки на переносице. — Поэтому и попросил тебя помочь. — А чем твой друг занимается? — Сережа работает в медийной сфере. Он пиарщик одной крупной компании, тусуется с... разными знаменитостями, — Бебуришвили скромно улыбнулся, а Варя хихикнула. — Звезда, короче. — Тогда у него тоже должно быть все хорошо с чувством юмора, — предположила Варя. Улыбка Андрея стала еще шире. Они снова остановились на светофоре. — Когда бог создавал Сережу, на нем чувство юмора в пробирке закончилось, — сказал парень. Варя засмеялась. — Я к тому, что может быть подарить ему что-то смешное? Либо вообще алкоголь. Универсальный подарок. — Проблема в том, что он не пьет, — сказал Андрей, не отрывая взгляда от дороги. — Он любит что-то делать своими руками. — Может, конструктор? — "Лего"? — в глазах Андрея промелькнул огонек и Варя была готова поспорить, что он воскликнет "эврика". — Тогда нам надо на Лубянку. — И ты на полном серьезе хочешь потащить меня в Детский мир? — подняла брови Соколова. — Слушай, а почему бы и нет? — с широкой улыбкой спросил Андрей и проговорил в навигатор новый адрес. Варя усмехнулась. Мальчишки. — А что ты дарил ему в прошлом году? — спросила Варя, наблюдая за тем, как Андрей снова глядит на экран смартфона. — Мы всей компанией подарили ему путевку в Дубай, — Бебуришвили скромно улыбнулся, когда девушка присвистнула на его реплику. — Торт метровый заказали, а у него диабет оказался. — Вы знали? — ахнула Варя. — Конечно, — хмыкнул Андрей. — Прикольнуться решили. — Жестко вы. — Шучу, конечно, — усмехнулся Андрей. Машина заехала на подземный паркинг. Андрей велел Варе ждать в машине, а сам обошел ее. Он открыл ее дверь, и протянул ей ладонь. Варя, поколебавшись, взяла его под руку. Его бицепс не был типичной качковой банкой, но девушка ощущала его маскулиную твердость под своими пальцами. Центральный детский магазин встретил их запахом резины и... сахарной ваты? Варя шла молча, а Андрей напевал мотив какой-то знакомой песни. — Слушай, может быть, ему подарить какой-то набор для ухода за бородой... или что-то еще в этом духе? — неуверенно спросила Варя, оглядывая пестрые витрины. — Сколько ему лет, говоришь? — По факту далеко за тридцать, а психологический возраст — пять лет, — хмыкнул Андрей, подходя к информационной стойке. — Поверь, Варвара, ему больше понравится конструктор, чем очередной набор для бороды. Скажет, что о его бороде мы думаем больше, чем о нем. — Ну ладно, — пожала плечами девушка, продолжая держать Андрея под руку. — Либо твой генератор гениальных идей еще что-то выдаст? — спросил парень, не отрывая взгляда от табло. — Он в спячке, — буркнула Варя. — Песни даже пишутся со скрипом. — О, а мы не только перепеваем песни, но и пишем свои? — Бебуришвили с интересом посмотрел на девушку. — Андрей, сними очки — у тебя в них в глазах двоится, — хихикнула девушка. — Но вообще да, я пишу песни. — Тернистый путь к славе? — найдя магазин, Андрей повел ее в нужную сторону. — К славе я еще не приблизилась ни на йоту. Пишу в стол. — Уверен, текста набралось на приличный альбом, — задумчиво кивнул Андрей. — Даже на три. Я пишу лет с пятнадцати, — пожала плечами Варя. — Но многое требует правок. — Интересно выходит... А ты не думала о большой сцене? — Слушай, я могла бы об этом думать только в том случае, если бы у меня были деньги или хотя бы спонсор. У меня в кармане ветер гуляет, какая сцена? — Ну, не все же на эстраде выступают как чистый коммерческий проект. Очень много одаренных артистов, — серьезно ответил на ее вопрос Андрей. — Можно попробовать пробиться. Ты же выступаешь в клубе Попова — туда очень много медийных личностей ходит. — Ну, как видишь, кроме Попова никто мне не предложил работу, — хмуро сказала Варя. О том, что у Попова она больше не работает, девушка предпочла промолчать. — А ты импровизируй, — улыбнулся Андрей. — Как Меркьюри. — О, ну ты сравнил, — восторженно сказала девушка. — Куда мне до Меркьюри. — Всему свое время, — философски подытожил Бебуришвили, заходя в магазин. — У нас на Рублевке иногда на вечеринках выступают юные дарования вроде тебя — я бы мог замолвить за тебя словечко. — Серьезно? — Соколова удивленно посмотрела на парня. — Ну, почему бы и нет, — пожал плечами Андрей и взял в руку огромную коробку с замком. — Мне кажется, что это можно собирать вечность. — Выглядит устрашающе, — девушка не лукавила, говоря это: она совсем не обладала техническим складом ума, чтобы разбираться в схемах сборки и других подобных игрушках. — Серьезно, я могу замолвить за тебя словечко, — Андрей вновь серьезно посмотрел на Варю, которая глупо хлопнула глазами. — В смысле? — Я про Рублевку, — вежливо улыбнулся парень. — А, — Соколова тоже улыбнулась и еле сдержалась, чтобы не хлопнуть себя по лбу. — Я не успеваю за твоими мыслями. — Я сбавлю скорость, — подмигнул Андрей и поставив коробку с замком обратно на полку, серьезно добавил: — Выступление на Рублевке это хороший шанс... — Опозориться, — брякнула Варя и парень засмеялся. — И это тоже, но вообще это хороший шанс пробиться в люди. — Слабо представляю себя на сцене в клубе на Рублевке, — хмыкнула девушка, в красках представляя себе тамошнюю публику. — Небось какие-то тузы восседают в первых рядах, ряженые в вельветовые пиджаки. — Они сидят в вип-зале, — в тон ей ответил Бебуришвили. — На самом деле на наши съемки собираются не самые сливочные сливки... но интересные люди тоже встречаются. Соколова лишь кивнула и поспешно перевела тему. В магазине они пробыли около часа, потому что Андрей, словно ребенок, прыгал от одной яркой коробки к другой. В один момент Варе показалось, что он выбирает подарок себе, с таким восторгом он рассматривал картинки разнообразных замков и космических кораблей. В конце концов, Бебуришвили купил огромную коробку конструктора, и весьма довольный собой, предложил Варе где-то перекусить. — Когда торжество-то? — спросила девушка, которая они сели за столик в небольшом ресторанчике неподалеку от Детского мира. — В субботу, — ответил Андрей, который незамедлительно принялся изучать меню. — Сережа хочет отмечать в "Линче". — М, — только и выдавила из себя Варя, и не желая продолжать тему клуба, тоже нырнула носом в меню. — Ты выступаешь в пятницу или субботу? — вопреки внутренним мольбам девушки, Бебуришвили не спешил переводить тему. — Пока еще не знаю... — неоднозначно ответила Соколова, не поднимая глаз на парня. — Скорее всего будет Настя за двоих отдуваться. — Думал увидеть тебя на выходных в клубе, — Андрей отложил меню и внимательно уставился на девушку. — Знаешь, меня можно увидеть не только в клубе, — добродушно хмыкнула Варя. — Я ведь не призрак оперы и обитаю за ее пределами тоже. Андрей фальшиво пропел пару строчек из главной темы из одноименного фильма и Варя засмеялась. К ним подошла официантка. Бебуришвили быстро сделал заказ, и снова повернулся к Варе. — Я так поняла, планируется грандиозная вечеринка? — спросила она. — Типа того, — кивнул Андрей. — Сережа сам не пьет, но вечеринки закатывает вкусные. — Все вкусно и вечеринка вкусная, — хмыкнула Варя. — Именно, — щелкнув пальцами, ответил Андрей. — Его друг, который Арсений Попов, предложил ему устроить тусовку именно там. В некоторых кругах начинают говорить о том, что "Линч" чуть ли не самое пафосное и необычное место в Москве. — Да, что есть, то есть... — буркнула Варя и поспешила перевести тему. Она увидела, что Андрей снова достал свой телефон и опережая события, сказала: — Ответь уже, а то твой телефон скоро порвется от звонков. Извинившись одним взглядом, он ответил на звонок, а Варя принялась исподтишка его рассматривать. Она задержала взгляд на его прямом носе, затем опустила глаза на его губы. Варя про себя отметила, что ей нравится чуть щербатая улыбка Андрея и даже его картавость ей импонировала. Но это было не то. Судорожно выдохнув, Варя отвела взгляд. Очередное сравнение с Поповым окончательно испортило ей настроение. Она не слышала о чем говорит Андрей с невидимым собеседником, погрузившись в свои мысли и желая как можно скорее оказаться дома. Неужели Арсений теперь на всю жизнь засел в ее голове? Она до конца своих дней будет помнить вкус его губ и чувствовать запах парфюма? Нет, это никуда не годится. Соколова еле сдержалась, чтобы не мотнуть головой и избавиться от возникшего перед ее глазами образа. Она была зла на себя и проклинала за слабость. Перед кем, а главное за что, она так провинилась, что теперь так мучается? Терзаемая бесконечными вопросами, Варя не услышала, как ее зовет Андрей. Парень легко коснулся ладонью ее пальцев, и девушка перевела на него взгляд. — Земля вызывает Варвару, — улыбнулся он. — Прости, ты меня звал? — сморгнув образ Попова, который рассеялся как облачко сигаретного дыма, спросила Варя. — Да, — кивнул Андрей. — Мне звонили мои друзья. Они зовут нас на домашнюю вечеринку. — Нас? — глупо спросила Варя, снова переведя взгляд на губы Андрея. — Ну, они позвали сначала меня, а потом когда узнали, что я не один, то быстро сообразили, что нужно пригласить еще и мою спутницу. — Домашняя вечеринка? — после этого вопроса Соколова мысленно поругала себя за то, что начинает походить на глупого попугая. — Не переживай, ничего криминального и аморального, — быстро успокоил ее Андрей. — Вечеринка старых свингеров у нас проходит в конце месяца. — Не такой уж ты и старый, — хикнула Варя. — Я недавно в секте, — в тон ответил ей Андрей и затем спросил: — Что скажешь? — Пожалуй, в другой раз, — вежливо улыбнулась она. — Я еще не готова приобщиться к вам. Мне надо набраться опыта. — Звучит интригующе, — приподняв бровь ответил Бебуривили. Через мгновение он серьезно спросил: — Обещаешь? — Вербовка в вашу секту всегда так происходит? — засмеялась Варя. Увидев, что Андрей оставался серьезным, поспешно ответила: — Да, обещаю. — Хорошо, — уже весело отозвался парень. Мысленно поблагодарив Андрея, Варя улыбнулась подошедшей официантке и принялась за еду.

***

— Да блять! — в сердцах выругался Арсений, бросая телефон на соседнее сидение. Всю дорогу до дома Варвары он прокручивал примерный сценарий разговора с девушкой. Пытался продумать аргументы, слова, даже свои жесты и мимику... Но он все равно совершенно не представлял, что будет ей говорить — и чем может закончиться их разговор. Таких темпераментных юных особ Попов еще не встречал в своей жизни. Разумеется, она его заблокировала, а чего еще он мог ожидать? Снова выругавшись, он заглушил мотор и рванул в сторону подъезда. Гудки домофона отзывались неприятными спазмами где-то в области желудка. Никто не ответил ни после первого звонка, ни после пятого. — Да где же она... — пробормотал он. Маленький воробушек уже не в первый раз провоцирует его на какие-то необдуманные, не свойственные ему поступки. Не хватало еще начать кричать под окнами. Ему остается или устроить на своенравного воробушка засаду, либо уехать отсюда ни с чем — что, пожалуй, было бы даже хуже самого неблагоприятного исхода разговора с Соколовой. Когда они с Шастуном выходили из помещения для охраны, парень так сердито на него поглядывал. Будто дыру хотел в нем прожечь. Но новый адрес Соколовой все-таки дал. Добавив, чтобы босс не рассчитывал на теплый прием. Включая печку, Попов с горькой усмешкой подумал, что, наверное, вот так себя ведут школьники, которые поджидают у подъезда понравившуюся девчонку из параллельного класса. Была только одна проблема: даже будучи мелким пацаном, Арсений никогда и никого не поджидал под подъездом. Позади блеснула фарами какая-то серебристая ауди. Поморщившись от яркого света, Попов снова выругался и потер переносицу. Восстановив зрение, он чертыхнулся от неожиданности: к одному из подъездов направлялась Варвара. Ее привезла та машина? Сморгнув окутавшие его неприятные мысли, Арсений закрыл машину и побежал. — Варвара! — громко позвал он девушку, увидев, что она открыла дверь. Соколова повернулась на его голос и удивление на ее лице обрело какую-то мультяшную графичность, но в следующую секунду она нахмурила бровки и заметно напряглась. — Что тебе нужно? — грубо спросила она, придерживая дверь подъезда. — Я хотел... — Арсений не смог сразу закончить предложение — так быстро он бежал к ней. — Поговорить. — Мой вопрос остается прежним, — Соколова буравила Попова суровым взглядом. Ее поза была напряженной, словно она была готова в любую секунду сорваться прочь. — Варвара, я хочу с тобой поговорить. Как взрослые люди, — серьезно сказал мужчина. Увидев как вопросительно изогнулась бровка Варвары, добавил: — Пожалуйста. — Мог бы просто позвонить, — с невинным видом сказала она, а потом снова оскалилась: — Ах, да... С этим могут возникнуть проблемки. — Кстати, почему ты меня заблокировала? — спросил Арсений, стараясь сдерживать нарастающее раздражение. — По кочану и по капусте! Попов, какого черта тебе от меня надо? — Варвара начинала злиться. — Мне кажется, мы с тобой уже все обсудили. — Я решил, что нам нужно поговорить еще раз, — сказал Арсений, выравнивая дыхание. — Охуеть, — фыркнула Варвара. Девушка скривила губки в презрительной усмешке. — Ты снова сам все решил. — Может быть, ты прекратишь паясничать и выслушаешь меня? — Арсений почувствовал, что начинает раздражаться, но быстро взял себя в руки. — Я имею полное право паясничать, — рыкнула Соколова. — Ты же сам решил меня уволить, не разбираясь... — Варвара... — Арсений предпринял попытку ее успокоить, но сделал только хуже. — Не смей меня перебивать! — прикрикнула она, и мужчина замолчал. — Ты сам все решил, не стал меня даже слушать! И знаешь почему? Да потому что насрать тебе было на то, что я чувствую и каково мне тогда было! Ты даже сейчас меня не слушаешь... — Девушка на секунду задумалась, а потом ехидненько так добавила: — Или ты приехал выплатить выходное пособие? — Кстати, твоя зарплата действительно ждет тебя в бухгалтерии — вместе с компенсацией за причиненные неудобства. — Попов, ты серьезно? — спросила Соколова, отпуская дверь и злобно глядя ему прямо в глаза. — Ты сейчас серьезно? Компенсация за неудобства? Эта визгля подмешала мне в энергетик уксус, а ты выгнал меня, даже не попытавшись разобраться в ситуации, и теперь собираешься от меня откупиться? — Не собирался я от тебя откупаться! — Арсений едва сдерживался, чтобы не перейти на крик. — Я хотел предложить тебе вернуться в "Линч" и работать там вокалисткой на полную ставку... — И что, эту мразь ты тоже выгнал не разбираясь? — Помнится, я обещал, что не буду мусолить, если узнаю, что одна из вас попытается подсидеть другую, — сказал Арсений, подняв бровь. — Да лучше бы ты... намусолил! — Варвара все-таки не смогла сдержаться и сорвалась на крик. — Выгнал на улицу как собаку, даже ничего не дал объяснить... — А знаешь, почему? — спокойно спросил Арсений. — Сколько раз я тебе говорил, что не следует увлекаться холодными напитками? — Ты серьезно уверен, что Настя не придумала бы что-то другое? — фыркнула Варвара. Девушка прищурилась, ее серые глаза сверкнули. Но Попов все равно продолжал ходить по тонкому льду. — Я серьезно уверен, что нужно было слушать, что я тебе говорил! — Ах, простите, пожалуйста, за неповиновение, — Варвара присела в шутливом реверансе. — Воспитывай теперь кого-нибудь другого. Может быть, новый сотрудник будет тебе подчиняться. — Варя, что за детский сад? — Детский сад устроил ты, сначала когда потащил меня в этот музей, а потом — когда выгнал меня с работы прямо посреди концерта! — голос девушки сорвался, и она схватилась за горло, делая судорожный вдох. — Прекрати, пожалуйста, — серьезно сказал Попов. — Я действительно виноват перед тобой за то, что не выслушал и принял поспешное решение. — Что мне делать с этой информацией? Пасть перед тобой на колени и белы ножки твои целовать? — Соколова нервно засмеялась. — Засунь себе свои извинения в задницу! — Ты можешь успокоиться? — ровным тоном спросил Арсений, чувствуя, что ходит по тонкому льду. — Нет, блять, я не могу успокоиться! Какого, собственно, черта я должна быть спокойна? — Варвара, я прекрасно тебя понимаю, но я бы попросил не злоупотреблять обсценной лексикой. Я могу представить твои чувства и... — Нет, ты не можешь представить каково мне было тогда, Арсений, — она нервно засмеялась, глядя ему в глаза. Попов услышал в ее голосе легкую хрипотцу. — Я чувствовала себя вещью, которую просто взяли и выкинули, когда в ней пропала необходимость! А ты, — она ткнула в него указательным пальцем, — и в ус не дул. — Завтра же поедешь к фониатру, — сказал Попов, обеспокоенно сдвинув брови — Варя, тебе нельзя кричать. — Да иди ты в жопу, вместе со своим фониатром! — Соколова снова сорвалась на крик и схватилась за горло. Когда она говорила на повышенных тонах, это явно причиняло ей сильный дискомфорт. — Ты взрослый человек или нет? — закричал Попов, увидев такую реакцию на свое беспокойство. — А не ты ли говорил о том, что я похожа не на дочь чиновника, а на бунтарку-малолетку? — злобно выплюнула Соколова его же слова ему в лицо. — Ах да, у меня же молоко на губах еще не обсохло, чтобы дерзить старшим! — Ты думала застать меня этим врасплох? — сказал Попов. — Или хочешь, чтобы я взял свои слова обратно? — Он поднял ладонь, когда увидел, что Варвара собирается что-то сказать. — Не перебивай меня. Тогда я сказал так, потому что ты действительно вела себя как ребенок. Но пообщавшись с тобой в рабочей обстановке, я изменял свое мнение. — Лихо же вы в воздухе переобуваетесь, Арсений Сергеевич, — чуть ли не прорычала Варвара, отворачиваясь от него. Арсений поклялся, что не позволит ей снова вывести его из себя. — Ты прекрасная певица, Варвара, — спокойно сказал он, глядя ей вслед. — Такие, как ты, — редкость. Настоящие самородки. И мне бы хотелось, чтобы мы забыли об этом ужасном недоразумении, и ты вернулась в "Линч"... в качестве полноправной вокалистки, — проникновенно закончил он. — Назови мне новую причину для разговора, либо я ухожу! — Варвара, мы можем с тобой ругаться до бесконечности, а можем решить все спокойно. Как взрослые люди. — Неужели ты еще не понял, что я не могу что-то решать спокойно с тобой? — процедила она. — После всего, что произошло, ты ждешь, что я буду что-то решать с тобой спокойно? — Мне бы очень этого хотелось, — честно ответил Попов, устало проводя рукой по лицу. — Ой, давай ты рыжухе своей вздохи графские будешь демонстрировать, ладно? Не надо мне здесь ломать комедию! — прикрикнула Варвара. Арсений посмотрел на ее лицо. Он пытался прочесть хоть что-то обнадеживающее на ее лице, но прекрасные черты ее были насквозь пропитаны злостью. "Красивая, — неожиданно промелькнуло у него в голове. — Какая же она красивая". И, позабыв обо всем, он сделал шаг вперёд и попытался прижать ее к себе. Серые глаза тут же сверкнули нехорошим огнем. — Ты, что, совсем охуел? — крикнула Варя, отталкивая его. Арсений не ожидал, что в этих тоненьких ручках может оказаться столько силы. — Думал, раз не соглашаюсь так, то на мне сработают твои... чары? — она презрительно фыркнула. — Да что с тобой происходит? — в сердцах воскликнул мужчина. — Почему ты отталкиваешь меня? — Меня в жизни так не унижали, Попов! А ты думаешь, что раз мы с тобой сходили на свидание, ты можешь построить мне глазки, и я все забуду? — прошипела она. — Варвара... — растерянно сказал мужчина. — Да пошел ты... — девушка резко развернулась и пошла к подъезду. Уже открыв дверь, она повернулась и крикнула: – И не смей меня преследовать! Понял?! Варвара стремглав залетела в подъезд, не позволив ему сказать больше ни слова. Арсений отвернулся. Все вышло... даже хуже, чем он предполагал. Вдохнув прохладный осенний воздух, он понял, что возвращаться домой ему совершенно не хочется. Разблокировав экран телефона, он вполне ожидаемо увидел кучу пропущенных звонков и разгневанных сообщений от Илоны. От нее даже беззвучный режим не спасет... Равнодушно заблокировав гаджет, мужчина положил его обратно в карман пальто и направился к машине. Он совершенно не знал, что его ждет с Варварой, но понимал, что не сможет просто выкинуть ее из головы. И уже точно знал, что с Илоной ему следует покончить.