Глава 5
23 мая 2021 г., 01:15
Первым проснулся от такого сладкого и умиротворённого сна Антон. В шее сразу стрельнула ноющая боль, и парень понял, что уснул сидя на диване под звуки фильма. Но каково же было его удивление, когда он понял, что его голова мирно лежит у Паши на плече, а сам Воля облокотился на Шаста. Осознав ситуацию, он хотел было убрать голову, но что—то не давало ему этого сделать. В этом положении так сладко чувствовался запах одеколона Паши, что Шаст невольно прикрыл глаза, наслаждаясь этим ароматом. Он даже не до конца осознал, что сделал. Как будто находился ещё в полудрёме. В этот момент от крепкого сна проснулся и Воля, постепенно осознавая, где он и что было вчера. Поняв все, он резко подорвался, убирая щеку от мягкой макушки Шаста. Антон же сделал вид, что проснулся от его резких движений, и начал часто-часто моргать .
— Доброе утро, — первым сказал Шаст. — Походу вчера мы реально замотались, если нас так вырубило.
— Жесть как шея болит, — простонал Паша. Но оглядываясь, он посмотрел на результат их совместных стараний и мимоходом улыбнулся, настроение поднялось как по щелчку пальцев.
— Это точно. Надо было сразу спать валить, а не надеяться, что мы осилим фильм.
— Да ладно, зато весело было. Не бурчи с утра пораньше. Кофе?
— Не отказался бы. — Шаст расплылся в довольной улыбке, сознанием уже ощущая вкус кофе на языке.
После завтрака Антона таки отвезли домой, и тот решил тоже немного украсить и свой дом. Заодно и убрать срач, который он развёл, когда было много работы и не оставалось времени даже на отдых. Когда тот вешал гирлянду на стену, вырисовывая из неё ёлку, ему позвонили. Звонил Шеминов:
— Алло, чего хотел, Стас? — прижимая телефон к плечу, проговорил Антон.
— Короче, мы всё решили на счёт мини-тура, — раздался на том конце провода голос. — Выезжаем послезавтра в первый город, возьми самое необходимое мы там до позднего вечера, ночью будем дома. Остальные даты послезавтра и скажу. Вот, вроде всё. А, ещё, передай это Паше, пожалуйста. Я не успеваю вообще нихера.
— Окей, будет сделано, босс.
Стас фыркнул и сбросил.
Паша услышал о туре и только бурчал, что такие вещи говорятся за неделю, а не за день. Но почему-то в последнее время Воле хотелось больше общаться с Шастом. Может, он просто привык к нему за время совместного проживания, или просто кроме Тоши у него особо и не было таких близких друзей, а, может, вообще по другим причинам. Но он ужасно обрадовался такой возможности провести с ним несколько дней.
***
Зимний тур прошёл на ура, несмотря на то, что шоу только набирало обороты на телевидении. Количество фанатов увеличивалось в геометрической прогрессии. После тура вся команда решила устроить корпоратив по этому поводу и заодно встретить вместе Новый год, кто-то предпочёл встретить праздник дома с семьёй, но всё равно людей набралось немало и развернулась знатная попойка. Новый Год Антон и Паша провели вместе у последнего дома, устроив марафон рождественских фильмов с наспех сделанными салатами, которые они готовили, чуть не разгромив всю кухню. А всё потому, что у Шаста руки из одного места растут, и он вообще не умеет готовить. Он чуть не отрезал себе палец потому, что хотел быстрей нарезать несчастный огурец, который теперь был измельчён очень неаккуратно. Один кусок был больше другого в два раза, а третий был настолько тонким что аж просвечивал. В общем и целом, с горем пополам нарезанные салаты стояли на столе, а шампанское было разлито по бокалам, и вечер прошёл как в сказке: с множеством золотых бликов от лампочек, с новогодними песнями, которые периодически сопровождали картинку в фильмах и, самое главное, с нужным человеком. Никто из них не знал, почему это так ощущалось, но всё как будто было правильным. В полночь, открывая подарки, парни сияли не хуже гирлянды на ёлке. Шасту Воля подарил браслет с рельефными черепами. После того, как Антон его увидел, улыбка не сходила с его лица часа два, а глаза сияли как у трехгодовалого ребенка, которому только что подарили заветную машинку на радиоуправлении. А Паше достался костюм, явно сшитый на заказ, состоящий из толстовки, на которой был портрет известного русского писателя и его цитата, которая очень нравится Воле, и штаны в том же стиле. Паша в принципе любил русский язык и литературу, поэтому был в восторге от подарка и никак не ожидал такого. После праздников всем был дан долгий отдых до следующих съемок, которые должны были проходить где-то в начале мая. Кто-то поехал в отпуск в тёплые края, кто-то решил отдохнуть от всего дома, а у кого-то работа и не прекращалась. Помимо Импровизации у Паши было достаточно много и других проектов, в которых он играл значительную роль, но по нему никогда нельзя было сказать, что он уставал от этого. Всем казалось, что он кайфует от всего, что происходит вокруг. Он расслаблялся только дома, чаще всего сидя в тишине с чашечкой кофе или в редких случаях с тумблером коньяка, придумывая что-то гениальное, как ему казалось. В один из таких вечеров ему пришла гениальная мысль сделать свой бренд одежды связанный с русской литературой. На это его вдохновил подарок Шаста на Новый Год. Посоветовавшись насчёт этого, они решили воплотить эту задумку, и Антон мало чем помогал, но это всё же была его идея. Они работали над этим долгое время и планировали пустить в продажу первую партию в начале июня. Кстати говоря, о Шасте. На время отпуска тот на время съездил проведать маму в Воронеж. Поездка выдалась удачной, мама очень гордилась Антоном и в один из вечеров проведенным вместе с ним за чашечкой кофе, совсем растрогалась и начала извиняться за то, что не верила в него и не поддержала в своё время. Шаст очень удивился: такого он точно не ожидал, — и сразу же начал её успокаивать. Он ни капельки на неё не сердился и уговаривал перестать плакать, обнимая за плечи. Ведь у него всё получилось, правда, из-за простой случайности и из-за того, что в тот дождливый вечер один хороший человек не прошёл мимо расстроенного и потерянного парня. Но долго он там не пробыл, вскоре приехав обратно в свою родную маленькую квартирку. И угадайте, куда он поехал первым делом после возвращения? Конечно же, к Паше, и в тот миг на душе стало так тепло и уютно не только Шасту, но и Воле, и их разговоры ни о чём продлились до глубокой ночи. И утром один из них проснулся с затёкшей спиной на кресле, а второй на краю дивана, чудом избежав падения. Но оба были в прекрасном настроении и с какой-то удовлетворённостью в душе. ("Ш") Приблизилось время съёмки второго сезона. Вот-вот наступит третье мая, первый рабочий день актёров импровизации после столь долгого отдыха. На самом деле, все очень соскучились по всей этой суматохе и были в предвкушении новых эмоций и весёлых моментов, которые они переживут вместе. Антону этого очень не хватало, только помощь Паше иногда спасала его от скуки. Поняв, что такое находиться в постоянной работе и съёмках, Антон настолько привык к такой жизни, что не находил себе места без этого. Он был полон энергии, но, находясь без работы, не знал, куда её деть. Воле это было знакомо, поэтому он его прекрасно понимал и часто просил о помощи. Он бы и сам справился со всем, но как он мог бросить этого потеряшку одного? И, когда Антон был в таком приподнятом настроении, улыбка сама расцветала на лице Паши. Второе мая, семь часов вечера. Антон, всё ещё не зная, куда деть всю свою энергию, носится по квартире в надежде найти занятие, чтобы убить время и быстрее лечь спать, ведь завтрашних съёмок он точно не дождётся. Он уже пытался смотреть что-то в интернете, сидеть в Инстаграме и даже перебрал все свои браслеты и кольца, выбирая какие из них ему надеть на завтрашние съёмки. Заметив, что у него на телефоне осталось несколько процентов зарядки, он облазил всю квартиру, но так и не нашёл зарядник. Потом сел и, повспоминав, где он её последний раз видел, Тоша вспомнил, что сегодня утром, когда ходил помогать Паше, брал с собой зарядку и, скорее всего, он оставил её там. Наспех собравшись и взяв телефон, заряд которого стремительно уменьшался, он выбежал из квартиры, даже не глянув в окно. И, выйдя из подъезда, он увидел небо, застланное тёмно-синими тучами, которые вот-вот грозились обрушиться на улицы проливным дождём. Он быстрым шагом направился в нужную сторону, подумав, что успеет дойти до квартиры Воли. Да и за зонтиком было лень идти. Через несколько минут начался дождь, маленькими каплями попадая то на нос, то на щеку. Шаст хотел вызвать такси, пока погода совсем не разгулялась во всю силу, но, как только он разблокировал телефон, тот предательски показал, что на нём закончилась зарядка, и выключился, оставив своего хозяина стоять под нарастающим дождём. "Заебись", — подумал Антон. На середине пути моросящие капли переросли в плотную завесу ливня, а со всех сторон начали мелькать молнии и пугать громкими раскатами грома. Оставшийся путь он бежал, иногда прерываясь на одышку. Антон промок до нитки и, хотя на улице уже был месяц май, дождь был довольно-таки холодным. От бега парню так не казалось, но, пока он поднимался к Пашиной квартире, остыл, и его пробрала мелкая дрожь. Звонок, стук в дверь, какой-то шум из квартиры, и вот, перед Шастом стоит заспанный Воля. Когда он увидел промокшего насквозь парня, сон улетел моментально, а глаза расширились от удивления. — Ну, привет, Тох. Я вижу, это у тебя уже традиция: появляться перед моей квартирой насквозь промокшим, — прыснул Паша. — Такси не судьба было вызвать? Ну, или мне на крайний случай позвонить… — мокрый Антон это вообще было зрелище не для слабонервных. Слипшиеся волосы немного вились от воды, капли стекали от шеи на ключицы, и вниз под футболку, блуждая по телу, и от чего-то Паша даже позавидовал им. Влажные губы блестели и так манили попробовать на вкус, почему-то хотелось непременно узнать какова дождевая вода на вкус или не вода... Паша невольно сглотнул и бессовестно завис взглядом на его губах. Шаст не заметил этого, потому что сам засмотрелся на только что проснувшегося Пашу. Да он часто ночевал у него, но обычно Воля вставал намного раньше Тоши и, выпив чашечку кофе и иногда даже успев съездить куда-то по делам, бодро встречал парня. А сегодня, только что проснувшись, Воля еле держал глаза открытыми и мило тёр их кулаком, волосы были растрёпаны в разные стороны, а не уложены, как обычно, а на щеке даже остался след от подушки, от которого Антон незаметно хихикнул. Но это не то, что заставило его задержать взгляд. Воля стоял перед ним в одних штанах с оголённым торсом. Не сказать ,чтоб Паша был сильно накачан но он держал себя в форме, и кубики на животе явно выделялись, а Шасту так и хотелось провести по этому торсу руками, плавно переходя на крепкую спину и... Тут он мотнул головой, пытаясь взять себя в руки. О чём он вообще думает? — Пытался, — сказал парниша, пытаясь смотреть на что угодно, только не на это манящее тело, и показал не включающийся телефон. — Я, блять, зарядку забыл сегодня утром у тебя. — Ну, где душ, ты знаешь. Прошу, — пригласил его рукой Воля. — Телефон давай, поставлю на зарядку. Шаст без промедления пошёл в душ. Под тёплыми струями воды он согрелся и, выйдя из кабинки, увидел, что на привычном месте уже лежала одежда. Наспех одевшись, Антон вышел и переместился в гостиную, где его уже ждал Паша. — Ну, раз уж ты так поздно, и на улице ливень, можешь остаться на ночь, — любезно сообщил он. — Завтра нам в девять утра, успеем к тебе заскочить и поедем в студию. — Отлично. Спасибо, Паш. — Кофе будешь? — Угу, — промычал Шаст и упал в мягкое кресло. Пока Паша готовил горький, но потрясающе вкусный напиток, Тоша задумался, что же происходит с ним в последнее время. Что за странные мысли роятся у него в голове при виде Воли? Сначала он думал, что это всего лишь очень крепкая дружба, что он просто очень доверяет ему и благодарен за всё, что тот для него сделал. Но чем больше они общались, тем чаще он замечал, что мысли переходят далеко не в дружеское русло. Он старался не показывать этого, но это очень сложно, когда не можешь отвести взгляд от его улыбки, его кофейных глаз, ключиц к которым так и хочется припасть губами... Даже сейчас просто от мысли об этом он разомлел и в этот же момент осознал свои чувства. Но самое страшное, что он не знал, что с ними делать. Он был полностью уверен, что чувства не взаимны и никогда таковыми не будут, и от этой мысли на душе сразу заскребли кошки. От резкого осознания пиздеца ситуации его пробил озноб, будто Шаста окатили ледяной водой. В этот момент в комнату зашёл Паша с чашками, над которыми поднимался пар, и Антон сделал безмятежный вид. Поболтав так недолго под стук капель дождя в окно, они разошлись по спальням.***
— Шаст, собирайся, ержан, на работу пора! — бодро начал будить своего гостя Паша. Громкие крики разбудили парня, и голова его взорвалась от внезапной боли, по всему телу прошелся озноб, а, открыв глаза, Тоша понял, что мир вокруг плывет. Подойдя ближе к Антону, Воля понял, что тому не очень хорошо. — Шаст... — Что? — хриплым голосом ответил парень. — Что-что, простудился ты, балда. А нефиг по дождю было шляться, — возмущенно и озабоченно проговорил он. — А сегодня ведь первый день съёмок! Ну и что с тобой делать? Сейчас градусник принесу, а там и посмотрим, — быстро сбегав за градусником и дав его Тоше, Воля ждал и надеялся, что температуры не будет. Очень надеялся, но черные палочки складывались в неутешительное число. — Тридцать семь и семь… Это прозвучало для Шастуна, словно приговор. — Я пойду на съёмки, — заявил он и резко встал с кровати, но в глазах всё закружилось, а сил вообще не было. — Ага, ещё скажи, что в море пойдёшь купаться в май месяц, — фыркнул Паша. — Я серьёзно, я вполне смогу сняться и поехать домой, тогда и отлежусь. — Да как тебя вообще выпускать из квартиры с такой температурой? — Паша знал, что Шаст очень долго ждал этого первого мотора второго сезона, но болезнь — это не шутка, и нельзя его так отпускать. — Ну и что мне делать? В это время Шаст спокойно прошествовал на кухню к своему завтраку, что-то закинув в рот, чтоб не бурчал желудок, он выпил одним махом чашку кофе, и ему даже показалось, что сил стало немного больше. Воля очнувшись и посмотрев на вполне двигающегося Антона, решил пустить-таки его в студию. И надеялся, что поступает правильно. Очень надеялся...
