По ту сторону: Метаморфоза

      2 года спустя.       — А я тебе говорил, что не надо было заходить в Токио! Так нет же, ты — упертый баран, Аста! — возмущался Яма, отчитывая парня, как нашкодившего котенка.       Аста прекрасно понимал, что идти в Токио — наиглупейшая из всех его идей, но любопытство и вечные причитания демона, в ответ на которые парень хотел все делать наоборот, сделали свое дело. И сейчас, убегая от толпы ишидов, голодных до мяса, Аста то и делал, что отвечал демону:       — Отстань, Яма, лучше скажи, где здесь можно спрятаться!       — Да где ты спрячешься в мертвом городе, идиот? — не останавливался демон. Вокруг парня уже собиралось облако демонической энергии — Яма всегда так делал перед тем, как отвесить Асте знатных пиздюлей, а парень после этого только шипел и потирал ушибленное место.       — В одной из книг, которые ты мне приносил, был план Токио вместе с пролегающими под ним коммуникациями. Простым языком — канализация, но туда я под страхом смерти не залезу. Здесь и без того находиться холодно, а там еще и противно будет.       — Ишь, какой противный! Дают возможность, хватайся на нее обеими руками, пока они у тебя вообще есть.       — Так вот, помимо канализации под городом есть бункеры, связанные единой сетью туннелей. Они что-то вроде подземного метро, только там не ходят поезда. Транспортом являются дрезины, ходящие в одну и в другую стороны. нам они ни к чему, если надо просто переждать волну ишид.       Аста чувствовал, что демон задумался. Почему парень помнит настолько редкую в применении информацию? Если бы он сам знал, то и задаваться этим вопросом смысла бы не было. После того, как Аста стал усердно тренировать контроль силой, к вечеру голова была настолько пуста, что он слышал звон в ушах. Эту пустоту надо было чем-то заполнить, поэтому парень по нескольку раз перечитывал ту гору книг, что приносил Яма, пока не поселился внутри Асты.       — И как нам туда попасть? Прорыть здесь ход?       — Если бы я не знал, как туда попасть, стал бы предлагать такой вариант?       — Ты слишком сильно повзрослел, Аста.       — Не об этом сейчас.       Парень утер каплю крови, стекающую по щеке. Во время одного из столкновений с ишидом, когти которого то и дело цепляли уставшее тело, Аста не уследил за быстрым движением твари и пропустил один удар: теперь на его щеке, почти под самым глазом, красовался ровный неглубокий порез, то и дело кровоточащий.       — Так куда мы сейчас?       — Ну, надо пройти метров сто, там будет люк на проезжей части — прыгнем туда. Оттуда свернем направо, а дальше будем думать по ситуации.       — Хм, — только и ответил Яма, замолкая и скрываясь поглубже в сознании Асты. Демон всегда так делал, показывая, что разговор окончен, а парень и не был против, а скорее наоборот — очень рад, что Яма его больше не трогал.       Спуститься в канализацию, пройти несколько метров по мерзко воняющему темному тоннелю, свернуть в правое ответвление, упасть на плац метра на два ниже канализационного ответвления.       — Только ты так можешь, паренек.       — Заткнись, иначе мы отсюда не выйдем никогда. И вообще, активируй своей супер-мега зрение, я итак ни черта не вижу.       — Тц, сколько мороки с людьми.       Яма утрировал. Он любил, когда Аста просит его о помощи, а парень об этом знал, поэтому и обращался к демону только вот в таких ситуациях, когда собственные чувства не могут справиться с обстановкой. Только глаза Асты загорелись алым, на плацу, где стоял парень, мигнул и погас свет. Ни Яма, ни Аста не поняли, что произошло, а затем это снова повторилось, но с завидной периодичность: белые вспышки света появлялись то тут, то там, а затем стали формироваться в непонятной формы проход. Сунуть в это слепящее нечто руку Аста не рискнул, а вот демон, почувствовавший, что сейчас самое время выбираться из этой дыры, забрал контроль над телом парня и шагнул в белое марево.       Аста очнулся, когда лежал в лесу под деревом, и то из-за того, что по его черепушке изнутри будто молотом били.       — Что за нахер? — потер больную голову, встал, пошатываясь. Меч, который Аста всегда держал в правой руке, теперь был в книге, летающей тут же. В глазах плясали белые точки, мешая нормально осмотреть округу. Будто издалека доносился низкий голос Ямы: «Если ты сейчас же не придешь в себя, я начну убивать любого, кого встречу на своем пути». Такие угрозы на парня уже не действовали, он давно перестал быть ребенком, отчего просто плюнул на пышущего радостью, которую обычно не проявлял, демона.       — Эй, парень, ты дома!       Дома. Домом Аста считал Башню Гримуаров, где ночью часами сидел за книгами, а не этот мир, в который он вернулся. Вокруг все тот же лес. Эти тропы Аста узнает из тысячи — сам ведь их прокладывал.       — Мы недалеко от Хаджа. Отсюда я переместился в твой мир, — утвердительно, кивнув своим же словам, Аста пошел в свою родную деревню.       Здесь мало что изменилось за те несколько лет, что парень пропадал в другом мире. Все те же домики, поля, все та же церковь и бегающие вокруг дети. Когда Аста шел по деревне, все жители оборачивались ему в след: откуда здесь взяться взлохмаченному юноше с горящими изумрудными глазами? И почему никто из них не увидел в нем того взбалмошного паренька с пепельными волосами? Правда, теперь он стал выше, подтянулся, волосы выгорели и теперь кое-где отливали сталью; совершенно осознанный взгляд, ни намека на смешинки в глазах, плотно сжаты чуть припухлые губы. Потертая старая рубашка, найденная в Токио в какой-то разрушенной квартире и такие же штаны, кое-где протертые до дыр: некогда было их зашивать, пытаясь отбиться от агрессивных ишидов.       — И почему с тобой никто не здоровается? Ты что, изгоем был? — усмехнулся нахальный Яма. Аста только цыкнул в ответ, провожая взглядам золотое поле.       Церквушка не изменилась не только внешне, но и внутренне. Немного непривычно было идти мимо деревянных скамей: Аста привык, что в церкви были свалены в одну кучу доски, бывшие этими скамьями, из которых он сколотил себе приличный каркас для кровати.       — Молодой человек, я могу вам чем-то помочь? — послышался голос позади.       «Черт, думал, что заберу свои вещи и никого не встречу. Не фартит мне что-то сегодня» — думал парень, разворачиваясь к человеку, стоящему у входа в церквушку. Два взгляда встретились: в одном читалось полнейшее разочарование, а в другом — тоска и радость одновременно.