Отцовский инстинкт Тобиаса Снейпа

Я опустил голову на подушку, но темнота внушала мрачные мысли, особенно, когда появился мой господин. Нарочно, или нет, но я не звал его именем даже в мыслях. Когда я увидел множество других вампиров, и меня связывала лишь одна тоненькая ниточка с Элоисом Принцем, я понял, что имя ничто не значит, если ты вампир. Волшебник, ты имеешь имя семью и род, но маггл — всего лишь игрушка в руках вампира-волшебника. Я действительно осознал, насколько хрупко мое существование. Если я и имею какие-либо способности, то благодаря укусу вампира-волшебника. Ничему научиться я не смогу, кроме того, что умеет и знает мой господин. Откуда я это знал, не имею ни малейшего представления. Принц молчал, а я даже не дышал. Мне не хотелось привлекать его внимание. Я ждал рассвета, когда он уйдет, а я смогу хоть немного поспать. — Прекрати, — сказал он. Я молчал, потому что его тень разделилась и стала мелькать по стенам моей комнаты. — Прекрати, пожалуйста. Тысяча двести тридцать три, тысяча двести тридцать четыре, тысяча двести тридцать пять… — Перестань. Пожалуйста! — Тоби. Тоби, пожалуйста! Тобиас Снейп, немедленно. Я приказываю. Я уснул на рассвете. Кто-то гладил меня по голове. Кажется, Эйлин. Глубокой ночью я проснулся от голода. Стояло множество закусок, мясные салаты, бутылка с вином и бокалы. Со злости я швырнул бокал в стену. Вы шутите, господа Принцы? Утром я не увидел никакой еды, кроме вина, виски и пива. Обычного маггловского пива. Издеваетесь, лорды. Ладно. Этот запах я узнаю из тысячи. Кровь поросенка на глоток. Вот и хорошо. Мне достаточно. Я просто лежал в постели, не двигаясь и не дыша. Я постарался как можно сильнее замедлить стук сердца. — Тобиас, прекрати. Я приказываю! Но я сосредоточился на осознании своего тела и в какой-то момент понял, что меня изо всех сил трясут, бьют по щекам и целуют. Но я не реагирую. Мне просто хочется, чтоб время ускорило свой путь, и я проснулся сразу через пять лет, когда… Слышу шорох одежды и незнакомый запах цветочных духов. Гладкая женская рука прикасается к моему лицу. Я бью по руке. — Ты не Эйлин. Снова глоток крови на завтрак. Но рядом стоит стакан с водой. В ней на четверть добавлен апельсиновый сок. Я улыбаюсь. Кажется, скоро Новый год. Мне чудится запах мандаринов и хвои. Через неделю я выпиваю целый стакан сока, а через три дня я получаю его днём и на ужин. Я опять тоскую. И рядом с соком и овощным отваром стоит знакомый бокал-наперсток с ярко-алой жидкостью. Шаг за шагом к моему рациону добавляют молоко, яйца и рыбу. День прибывает. За окном буря, и мне впервые приносят бутерброд с печеночным паштетом. Жаль, много нельзя. Его шаги я могу различить из тысячи. Я хорошо слышу. Я знаю, где и что делает каждый член семьи и домовик. Мне никогда не бывает скучно, я могу привязаться к магическому следу, не только к звукам, и знаю какие заклинания кто применяет. — Тобиас Снейп, я устал. Я ухожу. — Уходи. — первые мои слова за полгода. — Меня вдруг обнимают и шепчут на ухо: — Я скучаю. — Джон, — говорю я. — Что? — Джон, — повторяю я и умолкаю до ночи. В открытое окно врывается свежий ветер, доносится запах травы и слышен звук сверчков. Я вскакиваю с постели и вижу полную луну. Я смотрю на нее, а она на меня. — Мяса мне, — кричу я. — Мяса, сырого, с кровью. Быстро! Вышколенный домовик держит блюдо с прожаренным куриным окорочком. Я недовольно рыкнул и хотел было быстро одеться. Но моей одежды нет, кроме мантии моего господина. К черту! Я ухожу. Но за миг до моего ухода из тени выскочил Элоис, напевающий маггловскую песенку. Он замер, как кобра перед броском. — Ты куда собрался? — удивился он. Ни грамма высокомерия, чистое любопытство. — Мне надо. — Я тебя не отпускал. — И что? Убьёшь меня? — хмыкнул я. В глазах господина я ловлю озабоченность и страх. Но почему? Чего он боится? Я не смог разгадать, но мне совершенно неинтересно. Я спешил. — Я с тобой! Куда ты? И вот уже мы бежим по теням, как будто я занимался этим сто лет, а мой преследователь меня ловит, боясь упустить. Я ткнулся вверх на пятый этаж, и меня шарахнуло током. Но я специально, чтобы отвлечь внимание. Я пошел в темноту, чтоб найти конец защиты. Она как раз заканчивается на линии оборотней. Я вошёл в Визжащую хижину. Мой господин — за мной. — Здравствуй, малыш. Как ты поживаешь? Голодный? Я аккуратно положил окорочок на пол, и волчонок, быстро успокоившись, стал нюхать. — Ешь, Ремус. Сейчас поешь, и мы пойдем домой. — Это оборотень! — вдруг воскликнул мой господин. — И что? — мой голос холоден, как лед. — Ничего. Зачем он тебе? Я не ответил. — Джон. ДЖОН!!! Не молчи, прошу тебя. — Узнаешь, — я впервые ему улыбнулся. Мой господин невольно улыбнулся мне в ответ. Ему и вправду интересно. Я ловко трансфигурировал из одежды Люпина длинную верёвку, завязал на шее волчонка и потащил его прямо в тень. Тот даже не смог вырваться. — Ну вот, Ремус. Здесь твой дом. — Это ученик Хогвартса. Ты похитил УЧЕНИКА ХОГВАРТСА. Оборотень в школе??? Кто он? — Жертва любви Альбуса Дамблдора, — оскалился я. — Зачем он тебе? — Не скажу. — Ладно, — уступил мой господин. — Ладно! — добавил он, когда увидел мой недоуменный взгляд. Это начало. Этой же ночью я проник в маггловской полицейское отделение. Мне нужен склад. Бронежилет, который я беру, вызывает у господина ещё больший интерес. Осознав, что это за вещь, он начал что-то понимать. Но мое поведение вызывает диссонанс, потому что я вернулся в Хогвартс. Встал на кромке леса и стал звать. — Я тебя этому не учил! Откуда ты знаешь, что такое Зов? Появилась белокурая девочка лет одиннадцати-двенадцати, первокурсница-слизеринка. — Ты вызвал девочку? Маленькую девочку? Для своих гнусных целей? Я тебе не позволю! — Я всего-то хочу кое-кого напугать. Как только рука девочки оказалась в моих руках, я рванулся и оказался в лесу. Темнота немного напугала ее, но она смело смотрит мне в глаза. — Он здесь? Люциус здесь? — Не бойся, Нарцисса. Просто я хочу кое-кого напугать. Это игра под названием кошки-мышки. Я не причиню тебе вреда. — Клянёшься магией? — Я не могу клясться магией, я — маггл. — Но как вы можете… Хорошо, — покладисто ответила девочка, не замечая настолько лёгких чар принуждения, что амулет на шее лишь чуточку нагрелся, не повреждая ни меня, ни моего господина. Я свистнул и над головами появилась сова из Запретного леса. Вручил ей письмо, и она улетела. — И что в письме? — устало спросил Элоис. Судя по сочувственно у взгляду, он подумал, что я сошёл с ума, и по прошествии домой меня ждёт комната с мягкими стенами. — «Лорду Абраксасу Малфою лично. Прекратите финансировать безумные проекты лорда Волдеморта, иначе я разобью сердце вашего сына на кусочки. Письмо сохранить для потомков, Аврората, и Гарри Поттера». — А это кто? — удивился Принц. — Кто такой Гарри Поттер? И вообще… Причем здесь Волдеморт… Он умолк. Он начал понимать, и когда аппарировал лорд Малфой, он накинул на себя капюшон и отступил в тень. Я же наоборот выступил вперед. Малфой наставил на меня пистолет с серебряными пулями. — Кто вы такой? Что вам нужно? Я не позволю вредить моему сыну! Если я узнаю, что упадёт хоть один волосок с моего сына, я вас убью. Убью! — Я не собираюсь убивать твоего сына. Нарцисса, выйди. Минуту, долгую минуту Малфой молчал. — Вы — чудовище. Настоящее чудовище! — в его тоне звучал гнев, ярость и боль. — Осторожнее, лорд Малфой. Оружие может выстрелить, — предупредил я. — Хорошо, я сделаю, что смогу. Но дело будет не быстрым. — Все, что в ваших силах. Поклянитесь магией. — Клянусь! Малфой хотел вернуть девочку в замок, но я не дал. Он пошёл сам сквозь чащу Запретного леса, по дороге ругаясь, как сапожник. Я склонился над девочкой. — Всё будет хорошо. Тебе нужно сделать только одну маленькую вещь. Я проколол палец, за миг зажмурив глаза. Было больно и страшно. Девочка без страха смотрела на выступающую капельку крови. — Что надо делать? — с любопытством спросила она. — Лизни палец. Я ни к чему не принуждаю! Ты же чувствуешь через амулет. — Правда, — согласилась Нарцисса и лизнула кровь. Как только она это сделала, я подтолкнул ее по тропинке. — Иди и ничего не бойся. На сегодня приключения закончились. Мы вернулись домой. — И что это было? — спросил мой господин, растягиваясь на моей постели. — Скоро узнаешь, но не сейчас. Я устал, и уже наступил рассвет. Но Элоис не собирался покидать мою комнату. Он требовал ответов. Я молча отвернулся к стене и закрыл глаза. Спустя мгновение его руки легли на мои плечи, но мне было не до него. Я пришёл на завтрак в хорошем настроении и обнаружил гостей. Мужчина лет шестидесяти и женщина примерно такого же возраста. Эйлин смеялась и шутила, называла их отцом и матерью. От деда Принца я услышал «Эдди и Бетти». — Имена королей и королев, — улыбнулся я. — Красиво. Сердце кольнуло. Так звали моих родителей и меня самого, но это было настолько давно, что я уже ничего не помнил. «Кто это?» — спросил губами Эдди Принц, а ответ мне был безразличен. Эйлин наблюдала за мной исподтишка. — Ты сегодня красивая, — похвалил я её. Но она вдруг расстроилась. Более того, сменилось всеобщее настроение. — Что не так? — Не обращай внимания, Тоби, — с деланным равнодушием ответил Элоис Принц. — Просто Эйлин сегодня утром подстриглась. Правда, замечательная причёска? Но все же я видел что-то не так. Мне не нужно было ходить по дому, чтобы узнать, кто и что делает. Но разгадать загадку я смог только на следующем завтраке. Во-первых, место моё было теперь не напротив Эйлин, чтобы я мог с ней разговаривать, а на самом конце стола и я видел только Элоиса. Остальные неслышно переговаривались, а я ничего не слышал. — Тобиас, — произнёс сухо глава рода, — Эйлин хочет тебе кое-что сказать. — Мы с семьёй решили, что я должна с тобой развестись. Поскольку мои родители заметили, что ты даже не помнишь моего дня рождения, что означает… Внезапно мое горло пересохло. — Я… — и кашлянул. Что я должен был ответить? Не знал? Забыл? Проигнорировал? Когда мне протянули маггловские документы о разводе, а магических не существовало вовсе, я понял, что меня в этом доме никто и ничто не держит. Я подписал и скользнул в тень. Бежать. Исчезнуть. Забыть. Но как же Северус? Стоит ли его жизнь истерики отца-неудачника?