Слишком близко

До моей квартиры мы дошли без происшествий. Матвей держал меня за руку, иногда приговаривая, какой я ужасный человек. Я же только смеялась и соглашалась с ним. Зайдя в квартиру я разделась/разулась и побежала ставить чайник. За то время, как мы общались с Матвеем, я успела запомнить одну вещь, его любимый горячий напиток – кофе. Горький, крепкий, без сахара, растворимый. Я кофе не очень жаловала, только если с молоком, но Матвей был без ума от кофе. Спустя пару минут на кухню зашел Макаров, он задержался ибо вешал наши куртки. Не знаю как вам, но мне это кажется вполне даже милым. - О, запомнила, наконец, dreamer, - протянул шатен, видя, как я сыплю кофе. Да, я долго запоминала. На самом деле, это первый раз, когда я не спросила его. - Две ложки, без сахара, в маленькую кружку, - я улыбнулась парню и развернулась, дабы взять чайник. - Схватываешь почти налету, - «похвалил» меня Матвей и уселся на стул. - Эй, это мой стул, ты же всегда сидишь по ту сторону стола, - возмутилась я, чуть не пролив воду на шатена. - А что я? Я – стул! – я рассмеялась, налила воду в кружку и вернула чайник на место. - Стулья не разговаривают, Матвеенок, - он сделал вид, что закрыл рот на замок и выкинул ключик.- Плохой из тебя стул, - насмешливо бросила я и пошла по направлению к другой части стола. Матвеенок же схватил меня за запястье и усадил к себе на колени. – Матвей, - протянула я, возмущаясь. - Я – стул, а не Матвей, - протянул парень и чмокнул меня в губы. - Всё-таки ты очень милый стул, - я широко улыбнулась и обвила руки вокруг его шеи. - Спасибо, dreamer, - я посмотрела в его глаза. Зеленые-зеленые. Свет падал так, что они казались прямо изумрудными. Как всегда такие заботливые и ласковые, но я отчетливо видела, что он что-то скрывал. В глазах Матвея читалась озадаченность, пусть найди её и было сложно. - Что-то случилось? – осторожно спросила я. - В смысле, dreamer? Я могу сказать «спасибо», только если что-то случилось? – он рассмеялся. Немного нервно и не совсем искренне. - Матвей, что случилось? – грубовато настаивала на своем я. - Всё нормально, я не понимаю о чем ты, - отмахивался шатен. - Матвей, я же тебя насквозь вижу! – я сказала это немного с упреком. – Рассказывай, давай, - я видела, как долго он собирался с мыслями. Он смотрел то на меня, то в пол. Метался туда-сюда, и я не могла понять почему. С его губ не слетело ни слова. – Матвеенок, - я нежно провела рукой по его щеке. Матвей дернулся и снова уставился в пол. – Посмотри на меня, - тихо сказала я и подняла его голову так, чтобы он смотрел мне глаза в глаза. – Что случилось? – на сей раз, я спрашивала очень мягко, крепко обняв его за плечи, параллельно пытаясь не потерять зрительный контакт. - Я…, - парень пытался подобрать слова, и я не торопила его. – Мне поступило предложение…, - он говорил медленно, отделяя каждое слово. – В общем, - Матвей резко выдохнул и глубоко вздохнул. – Я могу поступить в Венскую академию искусств. - Так это же замечательно! Вена, образование, возможности, - и тут я осеклась. Я поняла почему он не хотел мне говорить об этом. Вена. Австрия. Не Минск. Не Беларусь. Думаю, расстояние будет больше тысячи километров. В сердце кольнуло, а к глазам стали подступать слезы. Да, счастье не могло длиться вечно. Не у меня. У меня жизнь всегда зеброй, за белым всегда черное. - Это ещё не точно, мало ли я пролечу, - тихо сказал Матвеенок и стал тихонько убирать мои слезы. - Я желаю тебе только лучшего, - голос предательски дрожал. – Это возможности, это Вена. Между какой-то непонятной девочкой и, как ты сказал? Венская академия искусств? - я сама себе ответила, даже не ожидая, что он что-то скажет. – Я бы тоже выбрала Вену. Говорят, там девушки красивые, - я истерически засмеялась и уткнулась лицом в плечо Матвея. Я просто не могла совладать с эмоциями. Внутри как будто взорвался вулкан. Было очень больно, очень. Я никогда раньше такого не чувствовала, это было слишком ужасно. А ведь, если он останется, я до конца жизни буду себя винить, что из-за меня он остался, из-за меня не воплотил свои мечты в жизнь. Из-за меня. - Dreamer, не плачь, это всё ещё не точно, - Матвей гладил меня по голове. Да, он всё ещё называл меня dreamer. Лилей он называет меня только в экстренных ситуациях, крайне редко. Думаю, если бы Матвей начал говорить что-то вроде «Лиля, Лилечка», я бы стала плакать только больше. А так я даже почти рассмеялась. Правда, так же истерически. - Уезжай. Пожалуйста, поступи и уедь отсюда. Мне будет только хуже, если ты останешься из-за меня, - я говорила правду. Я была бы счастлива, что вот он – здесь, но разрывала бы себя изнутри, зная, что во всем виновата я. - Dreamer, я не знаю, что делать. Правда, не знаю. Я ещё крепче прижалась к нему. Пыталась отхватить это время с ним, пока ещё могу. - Не думай обо мне, думай о себе, - пробубнила я. - Ты правда думаешь, что я могу взять и уехать? Оставить тебя с твоими слезами и разочарованиями? Я не тот, кто нарушает обещания, я не хочу делать тебе больно, - Матвей перестал гладить меня по голове и его руки ещё крепче меня сжали. - В конце концов, тебе нужно дышать без меня. Ты останешься моим лучшим другом, - я оторвалась от него и попыталась запомнить каждую черточку его лица. – Этот путь верный, а наш с тобой – нет. Тебе нужно двигаться дальше. - А если я не могу? Если я подобрался слишком близко, чтобы любить тебя? – Матвей снова резко выдохнул и зарылся носом в мои волосы. - Ты хочешь сказать, что… - я боялась произнести это слово вслух. Не сейчас. Почему он говорит это именно сейчас? - Я люблю тебя, dreamer. Люблю и не знаю, что с этим делать, - шатен посмотрел в мои глаза, будто ища ответа. - Любишь – отпусти. Я люблю тебя, поэтому отпускаю, - прошептала я. Я всегда знала, что в зависимости от настроения мои глаза меняют цвет. Обычно, они бледно-голубые. Когда я злюсь – синие-синие, а когда плачу – серые. Сейчас они были серыми, и я бы отдала всё, чтобы они были синими. Я не хотела, чтобы Матвеенок думал, что мне больно. Ему нужно меня отпустить. Просто нужно. Мои серые глаза искали что-то в его изумрудных, а его изумрудные в моих серых. Я чувствовала, что меня рвет на клочья. Так же, я чувствовала, что ещё немного и Матвей тоже перестанет держаться. Но я не могла этого допустить. - Прости меня, но тебе нужно идти, - я разорвала зрительный контакт и попыталась встать с парня. Он не позволил. - Я не хочу. Я хочу провести с тобой каждую секунду своего времени, пока это возможно, - прошептал шатен и впился в мои губы. Это был просто ужасный поцелуй. Это был самый ужасный поцелуй в моей жизни. Он был соленый и со вкусом крови. Теперь я поняла, как Матвей контролировал эмоции, он искусывал губы в кровь. Мои слезы смешались с его кровью. Это было ужасно. Но я не хотела это прекращать. В висках безумно пульсировало, я думала, что моё сердце просто остановится, настолько оно билось. Я не понимала что происходит. Ладно, нет, я понимала. Я прекрасно всё понимала и не собиралась сопротивляться. Как и в большинстве случаев с Матвеем. Он подхватил меня за ягодицы и сам встал со стула. Я же в свою очередь, обхватила его талию ногами, а шею руками. Мы не прекращали целоваться. Дверь не была закрыта, поэтому препятствий не было. Внутри взорвался фейерверк. Я не собиралась останавливаться. Одной рукой я держалась за его шею, чтобы не упасть, а другой, расстегивала пуговицы на рубашке. Пальчики у меня проворные, поэтому уже через две минуты рубашка валялась где-то сзади. – Это как-то неправильно, - сказал Матвей, прислонив меня к стене. - Мне всё равно, - я снова приникла губами к его губам. Поняв, что я настроена решительно Матвей перестал думать о приличиях. Ему было сложнее, ибо приходилось и держать меня и раздевать, так что я решила немного помочь. Я быстро сняла галстук и начала расстегивать рубашку, все ещё не отрывая губ. - Оставь и мне что-нибудь, - прошептал мне в губы парень. Я тихо рассмеялась и продолжила расстегивать рубашку. Я оставила ему аж три пуговки, очень даже много. Всё ещё прижимая меня к стене, он расстегнул последние три пуговицы и снял с меня рубашку. Она улетела в неизвестном направлении. - Я люблю тебя, - прошептала я, глядя ему в глаза. - И я люблю тебя, dreamer, - и именно сейчас мой телефон зазвонил. Матвей сразу же отстранился и вопросительно посмотрел на меня. - Лучше бы ответить, вдруг это папа, - я, ну с огромной неохотой, слезла с Матвеенка, напоследок чмокнув его в губы.- - Слушаю, - немного раздраженно ответила я. Это был Тёма. - Лил, тебе купить что-нибудь в магазине? Мы скоро будем. - На твой вкус, братишка, - ответила я, как можно мягче и отключилась. – Боюсь, нам придется остановиться, папа с Артемом будут минут через десять, - я раздраженно выдохнула и подняла с пола рубашку Матвея. - Это знак, - немного разочарованно ответил шатен и поднял с пола мою рубашку. - Мда, - я посмотрела на парня, а потом на себя. У него просто замечательно тело. Я не такая, но тоже, знаете ли, не жирная. И лифчик у меня красивый. Боже мой, я свихнулась. Что ж, бывает. – Но если бы, знаешь, это всё произошло…. Я была бы только рада, - Матвей улыбнулся. - Всё-таки хорошо, что это не зашло очень далеко, dreamer, - сказал Матвеенок и протянул мне рубашку. - Ну да, вряд ли у тебя где-то завалялся…. Ну, ты понял, - я взяла свою рубашку и отдала ему его. - Ну, да, - парень кивнул и начал одеваться, я последовала его примеру. - Неловко как-то, да, Матвеенок? – спросила я, чувствуя, что в воздухе висит эта вся неловкость. - Ага, - мы рассмеялись. – Ладно, я пойду, - Матвей улыбнулся и пошел в прихожую, я засеменила следом. Я смотрела, как он надевал куртку и обувал кеды. - До завтра? – спросила я. - До завтра, - ответил шатен и чмокнул меня в губы.