лето в твоих глазах

- Ты пойдешь. - Нет, ты. - А может, лучше я? Хватит спорить уже… - Нет, Ликс, ты останешься здесь! – хором отвечают Чанбин и Хёнджин. Честно говоря, Со и сам не понял, каким образом они дошли до такого. Он и Феликс благополучно договорились устроить вендетту госпоже Чхве, но младший обмолвился об этом Хёнджину, и тот напросился с ними. Разумеется, Ли отказать ему не смог, вот теперь они и стоят перед домом Чана и Чонина и «решают», если можно так сказать, кто будет отвлекать внимание хозяйки. Их план прост: поняв, что с этой женщиной что-то нечисто, Чанбин обследовал весь дом по периметру и обнаружил над крылечками обоих дверей крошечные скрытые камеры. Вероятно, госпожа Чхве с самого начала была в сговоре с господином Яном и регулярно докладывала ему, как поживает его сын и что делает. Ужасно. Не исключено, что она и сейчас, по выработанной за два с лишним года привычке, наблюдает за домом, потому, основываясь на этом предположении, они с Феликсом приняли решение попытаться выманить ее, а после проследить за ней до ее дома, таким образом, выяснить место ее жительства и осуществить справедливую месть… Вот троица и столкнулась с вопросом, кто же проникнет в дом и привлечет внимание женщины – ни Чанбину, ни Хёнджину не нравилась перспектива оставить Феликса наедине с другим, а тот не мог понять, какая кошка между ними пробежала. Котенок... если быть точнее. - Офицер Со, вы старше, и к тому же имеете хорошую подготовку, в случае чего, вам будет проще скрыться, - заходит с козырей Хёнджин, хитро прищурившись. - Вот именно, я старше, а в тебе, Хёнджин-а, гораздо больше энергии, к тому же, тебе, «в случае чего», не составит труда убежать с твоими длинными ногами, - парирует Чанбин. - Да, но в половину офицера Бана я просто не могу войти, так как мы толком даже не знакомы, а если я проникну в половину Чонина, он меня просто убьет! - О, поверь мне, Чан в гневе пострашнее твоего Чонина будет, так что у меня та же ситуация, - поднимает указательный палец Чанбин. - Ой, все, я пойду, иначе мы будем торчать здесь вечно, - Феликс раздраженно цокает языком и направляется к двери, но парни хватают его за плечи с обеих сторон и останавливают. Чанбин вздыхает. - Хорошо, Хёнджин. Тогда давай решим все по-мужски, раз и навсегда. - Отлично, - решительно сверкают глаза Хвана, отражая свет уличных фонарей. Спустя две минуты Хёнджин, проиграв в камень-ножницы-бумагу, с недовольным лицом стоял у Чановой двери (они дружно согласились, что Бан, по сравнению с Чонином, пожалуй, менее злопамятный и поймет их) и безуспешно пытался вскрыть замок. Чанбин, не выдержав долгой заминки, шумно вздыхает, закатывает глаза и подходит к нему. - Всему учить надо, - бормочет он под нос и отбирает у парня проволочную отмычку. Полминуты – замок гостеприимно щелкает и дело сделано. - Этому что, в полиции учат? – стараясь подавить восхищение в голосе, интересуется Хван. Чанбин довольно фыркает – кое-какие навыки из прошлого пригождаются и по сей день. Хёнджин еще немного маячит перед камерой над дверью, отдает честь парням и заходит внутрь. В это время остальные двое притаились в кустах на противоположной стороне дороги и приготовились ждать. - Хён, - шепотом нарушает тишину Феликс. - Мм? - А если ты умеешь вскрывать замки, почему не сделал то же самое со своей дверью, когда оставил у меня ключи? Чанбин с ничего не выражающим лицом смотрит несколько секунд перед собой, потом на младшего, а потом звонко (и наверняка больно) шлепает себя рукой по лицу. Феликс сочувственно поглаживает его по плечу: - Ничего, хён, со всеми бывает… Время тянется медленно. На самом деле, они даже не уверены, что хозяйка дома как-то отреагирует на взлом с проникновением, если она вообще все еще следит за камерами. В конце концов, она может просто вызвать полицию, тогда Хёнджину придется несладко… Но пока прошло немного времени. Нужно ждать еще. - Хён, - Ликс нарушает тишину через несколько минут, - а можно вопрос? - Конечно. - Как бы ты поступил, если бы твой друг вдруг признался тебе в чувствах? А, это я просто так, интересно, - Ли размахивает перед собой руками с неловкой улыбкой, - смотрел на ютубе ролики всякие, вот и… «А? Неужели Хёнджин…» Чанбин, прочищая горло, делает вид, что серьезно задумался над вопросом. Хотя, почему делает вид? Что он, черт возьми, должен ответить?!. Ликс смотрит пытливо. Мнение хёна важно для него… Прямо сейчас у Со есть шанс обернуть ситуацию против Хёнджина. Стоп! Против? Какое он вообще имеет право настраивать Ликса против своего друга, что бы там между ними ни было? Так нельзя. Чанбин не может так поступить. Только не с ним, с парнем, который искренне попросил совета и верит каждому его слову. - Ну, - Чанбин выдыхает и грустно улыбается, - если бы это был я, то в первую очередь подумал бы о друге. Да, я был бы шокирован, мне было бы тяжело, но ему определенно было бы в разы тяжелей. Но несмотря на это, если ты не испытываешь того же, заставлять себя ответить взаимностью из жалости или страха разрушить дружбу – глупо и жестоко. От этого не будет хорошо ни мне, ни другу, и лучше сразу расставить все точки над «и», чтоб друг не питал ложных надежд – от них больнее. Ну, а если ты чувствуешь к нему то же самое…то… - тут ком, застрявший в горле, помешал Чанбину продолжить. Черт, и когда он успел стать таким добрым? Это младший так на него влияет?.. Может, все-таки стоило наговорить гадостей в адрес этого самого «друга»… Однако широкая улыбка внимающего каждому слову Феликса убеждает, что все Чанбин сделал правильно. - Спасибо, хён. - Пустяки, - отмахивается тот, отворачиваясь. – О, постой… Кажется, в той стороне кто-то идет! По пустынному тротуару, направляясь к дому, стремительно семенила маленькая, но грузная дама со стремительно семенящей рядом таксой на поводке. - Это она, Ликс! Точно, - радостно шепчет Со, но Феликс почему-то не разделяет его восторга и выглядит удивленным. - Так это… госпожа Чхве? - Ну да? - Она же наша соседка. Чанбин-хён, это та самая соседка, которая позвонила моим родителям и рассказала о тебе… Хёнджин получает от Феликса сообщение с текстом «она здесь, уходи» и без труда выпрыгивает через окно в задний двор – первый этаж, удобно, - замирает за углом дома и ждет, когда послышится звук открывания двери. Проделывает он это всё настолько профессионально, что даже самому не по себе становится. «Ну да, успел уже скилл слежки прокачать», - горько усмехается он. Удивительно, что ему и правда полегчало, после того, как он признался Ликсу, только вот никто не сказал ему, что делать после. Поразмыслив, Хван решил ждать и вести себя так же, как и всегда. Может, стоило поступить иначе? Очевидно, что теперь младшему неловко наедине с ним, но с ответом он не торопится, а Хёнджин не настаивает. Если так и будет продолжаться, все просто вернется на круги своя. Будто ничего и не было. Устраивает ли его это?.. Да еще этот Со Чанбин… Феликс постоянно теперь с ним общается. Что этот тип задумал? Если «месть» хозяйке дома лишь повод провести с Ликсом время, Хёнджин этого точно не допустит. Наконец он слышит хлопок двери и грозный лай, а в доме включается свет. Спустя тридцать секунд все трое тихо и стремительно бегут вниз по улице, а Ли рассказывает, что госпожа Чхве, оказывается, его соседка, так что ее адрес им известен и они еще успеют устроить сюрприз до ее прихода. - А что мы, собственно, будем делать? – интересуется Хёнджин уже на подходе к улице Феликса. Тот ухмыляется, снимает рюкзак и показывает другу содержимое – упаковка яиц, клей, подгнившие помидоры в плотно завязанном пакете. – Серьезно? И чья это идея? - Чанбин-хёна, - улыбается Ли. Ну кто бы сомневался. - Это будет очень неприятно и долго отмываться, но на административную ответственность не тянет, - пожимает плечами Со. – Этого будет достаточно, чтоб отплатить тетке, которая любит совать нос не в свои дела, за ее заслуги. - Не ожидал такого от полицейского, - ехидно хмыкает Хёнджин. - Да что вы, я вам, ребята, и в подметки не гожусь, - Чанбин не остается в долгу. - Что правда, то правда, - кивает Хван, - а ведь еще совсем недавно именно вы ловили нас за подобным и наказывали. Я и представить не мог, что вскоре буду заниматься вандализмом и порчей имущества в такой компании… Что же изменилось? Чанбин едко усмехается, Хёнджин с вызовом смотрит в глаза. Этот мелкий… - Ой, секунду, я отвечу, - вдруг наступившую тишину нарушает вибрация Ликсова телефона, и все останавливаются. – Да? Парни продолжают сверлить друг друга взглядом, до тех пор, пока Феликс не произносит в трубку: - Нет… Прости, Гахён, завтра не получится, я занят в клубе… Послезавтра я должен встретиться с другом. А ты? Ага. Тогда, что насчет пятницы? О, отлично! – Феликс радостно улыбается, глядя вдаль. – Что, правда? Спасибо большое. Ага, значит, в пятницу. Пока! После того, как Ликс заканчивает разговор и убирает телефон в карман, между парнями, шагающими дальше, еще некоторое время висит напряженное молчание. Точнее, Ли идет впереди всех, напевая что-то себе под нос с легкой улыбкой, а вот у других двоих на уме одна и та же мысль: что это, черт возьми, сейчас такое было? Спустя еще несколько метров, когда Чанбин и Хёнджин невольно переглянулись, последний не выдерживает и как бы невзначай интересуется: - Кхм… Ликс, тебе мама так поздно звонила? - А? Нет, конечно, - прыскает Феликс. – Это моя... хм, подруга. - Понятно… Хёнджин и Чанбин снова пересекаются взглядами. В голове у них только одно – блять, какие же они оба идиоты…