Самаэль

— Это все твоя вина, Самаэль! Твоё восстание разрушило большую часть Сада, и Мне теперь придётся потратить Свое личное время, чтобы восстановить все это, - голос Бога был пронизан гневом, а пламенный меч Его сына лежал перед Ним на полу. Сломанный, - Ты виноват в том, что люди отныне будут жить на Земле без Моего прямого руководства, направляющего их на истинный путь. Самаэль не был побеждён, по крайней мере не снаружи. Его поза была гордой, даже слегка высокомерной, а его пронзительные глаза непрерывно смотрели на Отца. — А поскольку людям нужно место, где они будут получать наказание за свои грехи, которые они теперь, определенно, совершат, ты станешь его правителем, - продолжил Бог. Нет! Самаэль ненавидел эту часть своей работы и точно знал, что прямо сейчас Отец отчётливо мог видеть ужас в его глазах, хоть он и отчаянно пытался его скрывать. — Но папа... Отец... — Тишина! - снова прогремел Господь, - Аменадиил? Разиэль? Удержите его. — Что?! - опять его сдерживали, и он ненавидел это всем своим сердцем, но у него не было абсолютно никаких шансов против двух своих старший братьев. Прямо сейчас все небесное воинство смотрело на него с отвращением, страхом и печалью. — Ты, сын Мой, будешь навсегда изгнан из Серебряного города и станешь смотрителем у проклятых, отравленных тобою душ, чтобы каждый день ты мог видеть, что натворил. В следующее мгновение Самаэль был скован большими тяжёлыми цепями, сделанными специально для него, после чего его вытащили на окраину города, а за ним последовала вся семья. Все просто стояли и смотрели, включая его мать. — Аменадиил? Сломай ему крылья. И ангел сломал. Это он запомнит навеки. Такое нельзя забыть. Это был не только звук ломающихся костей, но и крик боли, который испустил Люцифер с теперь уже бесполезными и обвисшими крыльями. — Михаил? - приказал Господь, - Сделай это. Михаил был, похоже, единственным ангелом, лицо которого искажала злорадная ухмылка. Он никогда не ладил с Самаэлем и сейчас получал искреннее удовольствие от происходящего. Обнажив свой меч, ангел приставил его кончик к подбородку брата, заставляя его смотреть ему в глаза. Самаэль зарычал, пытаясь отвести взгляд, отчего лезвие оставило ему на шее первый в его жизни шрам. Михаил вновь ухмыльнулся и с поразительной лёгкостью проткнул мечом тело брата и, наступив на него ногой, толкнул через край. Самаэль кричал от боли, горя и предательства. Его крылья бесполезно трепетали, пока он падал, постепенно пересекая все три плана существования. Прежде чем попасть в Ад, он с огромной силой ударился о Землю, оставляя за собой в последствии настигнувшую почти всю планету волну огня и пыли, которая обеспечит людям место жительства, свободное от рептилий Отца. В конечном итоге, вокруг него не осталось ничего, помимо его собственный стонов и криков боли. *** — Подожди, получается, Люцифер - причина исчезновения динозавров? Аменадиил кивнул. — Можно и так сказать. Отец в любом случае хотел вскоре избавиться от них, так что, наверное, Он увидел возможность. Если честно, я ничего не знаю о том, что Люцифер первое время делал в Аду. Думаю, Мэйз должна что-то знать, он все таки создал ей тело. Единственное, что я могу сказать наверняка, так это то, что когда он прибыл туда, там было отсилы пара десятков душ. Человечество в те времена не было настолько испорчено, как сейчас, а потому там было очень одиноко. Все адские звери быстро сбежали, так как Самаэль все ещё нёс в себе божественный свет, которого они до жути боялись. В Аду царил полный мрак, и хоть Люцифер не хочет этого показывать, я знаю как ему было больно. В добавок ко всему, ты могла заметить, что он не особо любит холод, потому что из-за него его ожоги и раны болят ещё сильнее. Хлоя понимающе кивнула. Её напарник максимально избегал холода и носил свои костюмы даже в самые жаркие дни. Она посмотрела в свой стакан: кубики льда уже давно растаяли, разбавляя напиток. Всё это было очень сложно осознать и принять. Во время этого небольшого разговора с Аменадиилом Хлоя узнала гораздо больше, чем когда-либо надеялась узнать. Теперь она уж точно никогда не заставит Люцифера говорить о своём прошлом. Очевидно, ему все ещё трудно было справляться с этим. Линда однажды сказала ей, что он был худшим примером посттравматического расстройства, которого ей доводилось встречать. И все же... Несмотря на все, что с ним случилось, Люцифер продолжал оставаться нежной душой. Он был игривым, как вечный подросток, вне зависимости от его реального возраста, он был очарователен, имел большое и доброе сердце и в целом был хорошим другом и человеком. Да, помимо всего прочего Люцифер был карателем, падшим ангелом и главным представителем проблемы «Отцов и детей», но он, по крайней мере, старался стать лучше. Он не был идеальным парнем, но каждый раз, когда Хлоя просыпалась рядом с ним, на его лице появлялась самая счастливая улыбка, которую Деккер когда-либо видела. Будто она была для него единственным существом во вселенной. Иногда Люцифер разговаривал во сне, спрашивая её, почему она все ещё с ним и до сих пор не сбежала. Если понадобится, Хлоя до конца жизни будет повторять ему, что он любим и заслуживает этой любви. Но что будет, когда она умрёт? Детектив пока не хотела об этом думать, но нельзя было отрицать, что это неизбежно произойдет. Люцифер паниковал каждый раз, когда Хлоя говорила ему об этом, но для себя она уже решила, что должна была сделать после смерти. Она, определённо, собиралась дать Богу увесистую пощёчину за то, что Он был самым большим мудаком на свете, и за то, что сломал собственного сына. Да, возможно, после этого Хлоя и попадёт в Ад, но она была знакома с его правителем, так что это совсем не пугало, а наоборот радовало. Конечно, было бы больно больше никогда не увидеть Трикси в загробной жизни, но мысль о Люцифере, в одиночестве страдающем в Аду всю оставшуюся вечность.... Нет, она не должна была сейчас об этом думать. — Спасибо, Аменадиил, ты действительно помог мне. Я думаю, теперь мне нужно поговорить с Мэйз. И не чувствуй себя виноватым, ты отличный брат. Люцифер любит тебя, хоть и выражает это по-своему странным образом. Аменадиил кивнул и, казалось, слегка расслабился. Хлоя обняла его, и он, вместо того чтобы, как Люцифер, неловко застыть, обнял её в ответ. — Я должен поблагодарить тебя за... За все, что ты для него делаешь. Она коротко кивнула и, расплатившись за свой все ещё наполовину полный стакан, направилась к выходу из маленького коктейль-бара Пришло время навестить демона.