Сквозь океан

      Троица тут же покинула бар и направилась обратно в порт. Там, у пятого причала, их уже ожидал пассажирский лайнер, не чета тому на котором Мири и Гуннар доплыли до острова Алой Розы. Огромное четырёхпалубное судно выделялось на фоне рыбацких лодок, что облепили его словно пчёлы цветок с разных сторон. Пирс заполнился людьми самого разнообразного толка, от туристов, до рабочих. Сбившись в огромную кучу, толпа толкалась, создавая давку, на узком горлышке посадки на судно. Увидев этот хаос, Мири тут же остановила мужчин и отвела их к краю причала, не желая участвовать в этом ужасе. Вместо того чтобы просто проходить по очереди по билетам, люди зачем-то устраивали соревнования, кто быстрее попадёт на судно которое отвезёт из всех с одинаковой скоростью, сумасшествие, присуще людям. Дождавшись момента, когда основная часть агрессивных и нетерпеливых пассажиров, наконец, поднимется на борт, троица последовала к пропускному пункту и уже без труда оказалась на лайнере, предъявив билеты контролерам. Самое интересно что после того как последний пассажир попал на судно, по громкоговорителю объявили, что отплытие задерживается на час, по техническим причинам. Теперь та давка на причале вообще не имела никакого логического смысла и выглядела абсолютно дикой.       Без труда отыскав нужные каюты, Мири, Вильгельм и Гуннар разошлись по ним. Закрыв за собой дверь, девушка оказалась в совсем маленькой комнате с койкой, стулом и столом что были вмонтированы в стены и совсем маленьким иллюминатором, который находился прямо под потолком, пропуская только солнечный свет внутрь, без возможности посмотреть, что творится за бортом. Растянувшись в кровати, Мири наконец расслабилась. Тусклый свет, что пробивался через круглое окно, почти не освещал каюту и в помещении воцарился полумрак, такой уютный и спокойный. В такой обстановке, когда лайнер массивным корпусом, тихо потрескивал, а волны прибоя методично бились о его борта, можно было хорошо отдохнуть. Судно как будто убаюкивало девушку, совсем немного покачиваясь и не удивительно что вскоре Мири заснула, отбросив все размышления и мысли, погрузившись в крепкий и здоровый сон.       Её разбудил уверенный стук в дверь. Мири показалось что она только, только закрыла глаза и уснула хотя на самом деле проспала весь вечер, ночь и за окном уже давно рассвело и наступило утро.       – Мири, Мири, – бурчал в замочную скважину знакомый голос варвара, который дублировал каждый возглас барабанной дробью в дверь.       Быстро открыв глаза, девушка осмотрелась. Всё та же каюта, лишь изменилось освещение, поменяв насыщенный оранжевый на нежный жёлтый цвет. Она собралась и быстро покинула комнату, закрыв за собой дверь. На палубе её уже поджидали друзья, новые и старые. Вильгельм, облокотившись, стоял у фальшборта и смотрел на приближающийся в утренней дымке тумана, остров. Гуннара же не интересовали местные красоты. Он как всегда беспокоился и переживал за свою спасительницу, услужливо протянув ей руку, чтобы так поднялась к ним всего через две ступеньки. В ответ на этот жест, Мири мотнула головой и самостоятельно поднявшись, остановилась рядом с Вильгельмом.       – Мы на месте, – с какой-то усладой в голосе проговорил мужчина.       Перед ними раскинулся зеленый остров, с множеством перепадов высот, в виде холмов и небольших гор, которые плотно укрыл ковёр из разнообразной, сочной растительности. Вдали, как будто нависая над островом, возвышался огромный ствол и крона, закрывающая собой небеса. Великое древо охраняло остров, как и прежде давая всей местной флоре, питательные элементы от чего та росла буквально на глазах. Когда-то давным-давно, Мири уже посещала эти земли. Тогда здесь обитало племя Апаланийцев. Простые люди, что возделывали почву и выращивали скот, а также поклонялись великому древу как божеству, принося к его основанию разнообразные дары от еды до незатейливых украшений. Но с приходом цивилизации эти плодородные земли тут, же захватили торговые и дереводобывающие компании. Они рвали остров, на части откусывая всё более и более крупные куски. Вспыхивали локальные сражения и битвы, которые ни во что крупное, конечно же, не выливались никому, не хотелось войны на этом богатом древесиной острове. Людям что пришли сюда с топорами и оружием, не было никакого дела до местных жителей, хозяевами острова их, конечно же, не считали, а лишь видели в них некую помеху, что мешает им развернуть тут производство древесины на полную мощность. Сначала местные племена изгнали с собственных земель на восточные, песочные пляжи, где естественно ничего не могло расти, так как почва оказалась совсем не плодородной. Начался голод и аборигенам пришлось просить помощи у захватчиков. Те помогли. Переселили племена в специально подготовленный лагерь пообещав еды, воды и какой-никакой покой. На самом деле их поселили в наспех построенные казармы на сто человек, куда набивали людей выше положенного, а после чего заставляли работать за еду и кров на вырубке их собственного священного леса. Многие погибли, остальные ассимилировались и смешались с захватчиками. Теперь, спустя столько лет отличить коренного жителя острова от приезжего не представлялось никакой возможности. Их культура и быт, погибли вместе с племенным образом жизни. В последнюю войну между правительством и альянсом за остров, что контролировали последние, разгорелась самая настоящая кровопролитная морская битва, одна из крупнейших в той войне. Но правительство не преуспело, в захвате важной для них земли, которая поставляла древесину на всю эту часть Великого океана. Обе армады понесли тогда крупные потери, после чего уже не решались начинать новую битву, до конца войны, опасаясь полного уничтожения.       Влившись в общий поток многочисленных пассажиров, троица покинула лайнер и направилась с причала прямиком в город, миновав широкую дорогу.       – Так нам туда, – остановившись и немного подумав, проговорил Вильгельм.       – Туда это куда? Ты точно знаешь куда нам? – с недоверием спросила Мири в такой толпе народа она чувствовала себя неуютно и ей хотелось поскорее куда-то спрятаться.       Повернув голову, краем глаза девушка заметила в толпе что-то чёрное. Чёрный мундир, золотистый герб священной инквизиции, молодой парень, совсем ещё юнец. Он стоял среди толпы и повернувшись уставился на неё одним глазом, второй скрылся под широкой повязкой.       «– И тут они. – подумала про себя Мири. – Инквизиторы. От чего он так смотрит на меня, неужели что-то заподозрил или это просто природное любопытство взыграло в этом пареньке? Совсем ещё ребенок. Проклятая инквизиция скоро будет набирать в свои ряды младенцев, лишь бы шириться и захватывать ещё больше земель в будущей войне, которая непременно произойдёт».       От взгляда этого молодого инквизитора девушку сковал какой-то непонятный животный страх. Чего она так испугалась? Этого мальчика? Или того что рано или поздно инквизиторы вычислят, найдут и убьют её. Почему она, прожив немалых пятьсот лет, до сих пор боится смерти? Почему она не устала и не отчаялась влиться в общество, которое её отвергло? Порой Мири думала что проще было бы жить как самый настоящий демон, творить что хочется, убивать кого вздумается, ничего не боятся и уничтожать этот мир каждым своим действием, но её мама внутри неё подсказывала другой путь – путь человека.       – Пойдём от сюда поскорее, – немного трясущимся голосом предложила Мири.       – Что лучилось? Что такое? – запаниковал Гуннар, который смог уловить переживания девушки, даже не видя лица под маской.       – Ничего, просто хочется уже отдохнуть где-то, – девушка улыбнулась, пытаясь скрыть страх, и притворится что всё хорошо.       – Сейчас всё будет, – Вильгельм быстро пробежал вперёд, осмотрел сначала одно здание потом другое, прямо за ним, и наконец нашёл нужное.       Дом что он искал, оказался небольшим, на первом этаже находился обычный бар, а на втором гостиница, не такая дорогая и красивая как те, что располагались прямо над элитными ресторанами, напротив причала. Нет, эта гостиница неказистая и совсем не примечательная, не привлекала туристов и простых приезжих. В основном тут селились матросы и прочие рабочие, которые не могли позволить себе ночевать в кроватях с двойными матрацами и ужинать принесёнными прямо в номер деликатесами.       Зазвенел небольшой металлический колокольчик, прикреплённый к двери в виде быка. Вильгельм без раздумий подошёл к спящему за деревянным столом мужчине и с силой ударил по проеденной жуками столешнице. От неожиданного шума человек в красной рубашке и жёлтых песочного цвета штанах, с соломенной шляпой на голове, резко проснулся, покрутил глазами, почесал нос и наконец, поприветствовал посетителей:       – Добро пожаловать в гостиницу Тусклый свет...       – А ну-ка не заливай мне тут, – недовольно отреагировал на вежливое приветствие Вильгельм. – Скажи-ка мне лучше, человек по имени Энель спрашивал меня?       – А вы собственно кто? – протирая глаза, спросонья спросил непонимающий мужчина.       – Я Вильгельм, а нужен мне Энель, – ответил стрелок без револьверов, как будто не понимая, почему это хозяин этого замшелого заведения не знает его в лицо.       – Энель, Энель, – бубнил хозяин гостиницы, листая книгу с жёлтыми страницами, что лежала перед ним. – Тут такой не появлялся, извините.       Вильгельм нахмурил брови и развернулся к варвару и девушке что терпеливо ждали за его спиной.       – Видимо мы рано пришли, придётся подождать, – пожал он плечами.       – Уверен? – Мири начинала чувствовать как теряет попусту время и её всё это начинало жутко раздражать, что прослеживалось в голосе и манере речи.       – Уверен, Мири откуда это недоверие? – улыбнулся Вильгельм. – Я хоть раз тебя подводил?       – Какой из случаев тебе припомнить? – покачала головой девушка.       – Ладно, как бы ни было, нам нужно просто подождать, когда появится Энель. Это не займёт много времени, поверь мне.       Ожидание заняло долгих два дня. Они поселились в этой самой гостинице, куда должен придти на встречу проводник. Вильгельм почти не сидел на месте, постоянно пропадая в местных барах и трактирах, выспрашивая разнообразную информацию, попутно напиваясь дешёвым низкокачественным пойлом. Особо не вставая с кровати, Гуннар больше спал, чем бодрствовал. К концу второго дня, раны, полученные в битве, затянулись, и часть бинтов больше не требовалась. Некоторые неглубокие порезы, успели за столь короткий срок зажить, превратившись в аккуратные, еле заметные шрамы.       Мири слоняясь без дела по прилегающей улице, закупала еду в местной лавке, не желая есть у всех на виду и по большей части находилась в комнате уставившись в окно, обдумывая следующий шаг. Когда возвращался Вильгельм она коршуном слетала с лестницы пытаясь разузнать про этого Энеля хоть что-то, но стрелок как всегда в весёлой манере успокаивал её и уверял, что тот непременно скоро прибудет. После очередного, в пустую прожитого дня, девушка принялась обдумывать, как ей поступить дальше. Ждать этого мифического Энеля или попробовать всё-таки добраться до острова Головорезов самой. Но легальных путей не существовало. Мири, даже прикидывала вариант с захватом какого-нибудь небольшого рыболовного судна, но за все пятьсот лет жизни мореплавание ей так и не покорилось, и она была не уверена что сможет самостоятельно доплыть до нужного острова.       Пока она, лёжа на кровати, размышляя дальнейших действиях, в её дверь постучали. Не дождавшись ответа в комнату влетел чуть выпивший Вильгельм и размахивая руками начал быстро что-то объяснять, потом запнулся и начал снова.       – Я тут кое-что узнал. Наш Энель живёт здесь на острове, в секторе номер пять, это недалеко от столицы.       – И что ты предлагаешь? – недовольно процедила Мири, общество весёлого и бесшабашного мужчины её начинало утомлять.       – Что я предлагаю? – Вильгельм опять запнулся. – А что я предлагаю? А! Предлагаю пойти туда и найти этого мерзавца и потребовать выполнение его части сделки. Вот что я предлагаю.       Привстав Мири села на край кровати.       – Пошли, это лучше чем бездействовать и просиживать в этой дыре.       Быстро посвятив в новый план Гуннара, все трое покинули гостиницу. Предварительно дав хозяину наказ. Что если Энель, всё-таки объявиться, на тот случай если они разминутся, пусть ждёт их здесь и никуда не уходит. На что мужчина в соломенной шляпе, конечно же, согласился. Эти с виду неприятные и странные гости, для него оказались очень даже приятными. Они исправно и много платили и главное занимали целых три номера. Обычно матросы, как рыбы в бочке, забивали один номер и спали на полу, чтобы сэкономить деньги.       После обеда все трое вышли из главных ворот и направились в сторону столицы по достаточно широкой, но чересчур извилистой дороге. Видимо строители, прорубали дорогу прямо через лес, который некогда произрастал в этой местности. От чего им приходилось постоянно обходить разнообразные буреломы, через которые так просто не пробиться. Отчего дорога постоянно петляла и делала странные, казалось нелогичные повороты. Со временем все деревья в этом лесу вырубили подчистую, а змеевидная дорога осталась такой как была. По пути попадались телеги, запряженные местными быками с широкими спинами, что тащили на себе свежесрубленную древесину в порт. Над горизонтом возвышалось великое древо, закрывая своей массивной кроной восходящее в зенит солнце.       Наконец они миновали половину пути и оказались на распутье. На перекрёстке стоял покосившийся деревянный знак, указывающий в две стороны, на одном из них красовалась надписать – столица Кедр, а на другом, совсем не примечательном, обычным ножом вырезали – пятый сектор, и видимо совсем недавно, судя по свежим царапинам, дописали – закрыт.       – Нам сюда, – улыбнулся Вильгельм и пошёл по песчаной дороге в закрытый сектор.       – Тебя не смущает что тут написано, закрыт? – догнал его Гуннар и пытался вызвать на спор о целесообразности вторгаться на закрытую территорию в землях Альянса. – Мы же не знаем, что там случилось. Может эпидемия, какая? Или что похуже.       – Что похуже это, к примеру, что? – засмеялся мужчина, поправляя очки на голове. – Чего боится такая громадина, а ну рассказывай?       – Ничего я не боюсь, – пожал плечами варвар. – Просто не хочется попасть в какую-то неприятную историю.       – Гуннар, поверь неприятные истории это как раз по части Вильгельма, – догнала мужчин Мири. – У него на такие дела нюх.       За разговором троица сама не заметила, как оказалась у ворот деревни.       – А ну стоять! – раздался голос и дорогу им тут же преградил неприятного вида привратник, тряся винтовкой перед их носом. – Вы кто такие? Сектор закрыт!       – Стою, – улыбнулся Вильгельм в ответ. – Господин смотрите, вы что-то уронили.       – Я? Что я уронил? – удивился старик и осмотрелся.       Действительно, рядом с ногами лежал небольшой свёрток, но охранник не мог вспомнить, что он у него был раньше.       – Это не моё, – замотал головой привратник, но на всякий случай аккуратно поднял свёрток и заглянул внутрь так, чтобы держать всё это время незнакомцев в поле зрения.       Внутри он обнаружил немало деку, примерно три месячные зарплаты, от увиденного его глаза и рот непроизвольно раскрылись, а руки сами стали перебирать пальцами, свежие, хрустящие, банкноты.       – Ну, мы пойдём? – разведя руки в стороны, спросил его Вильгельм.       – Конечно, конечно проходите, гости дорогие, – старик даже немного поклонился, провожая незнакомцев.       – А ещё говорят, что деньги не правят этим миром, – ухмыльнулся Вильгельм, когда ворота оказались позади.       Побродив по полупустой деревне, гости пытались расспросить местных жителей о Энеле, но те, почему-то либо шарахались и убегали, либо бубнили что-то невнятное про какой-то там лес. К вечеру они забрели на местные лесопилки, которые почему-то простаивали в бездействии, обычно в таких промышленных районах кипела работа до самой ночи.       – Да что тут случилось? – почесал голову Вильгельм. – Деревня словно вымерла.       – Нехорошее у меня предчувствие, – проговорил Гуннар.       – Не нагнетай, здоровяк, – похлопал его по плечу, на котором ещё не зажила рана от кнута Вильгельм, чем заставил варвара поёжиться и отступить на шаг назад. – Сейчас всё выясним, о, вот и жертва!       Мужчина заметил одиноко сидящего старика на брёвнах что, не обращая на них никакого внимания, допивал дешевое вино, прямо из бутылки.       – Уважаемый, – позвал его Вильгельм. – Не подскажете собственно, что тут случилось?       – А? – старик оторвал губы от бутылки, протёр лицо рукавом рубашки и, нахмурив брови, пристально посмотрел на странных незнакомцев. – Сектор закрыт, что тут непонятного.       – Это я вижу, а не подскажете где мне найти Энеля? – наседал Вильгельм.       – Энель? Вам нужен Энель хохотун? – приложившись к бутылке, спросил старик.       – Я уж право не знаю, какой он там хохотун, – засмеялся мужчина, – но, да! Мне нужен Энель или у вас их тут много?       – Был ещё один, старый, да помер прошлой зимой. Хотя и этот, скорее всего тоже, – покачал головой старик. – Пусть хранит их души великое древо.       Он отпил два раза за упокой.       – Подождите с похоронами, – замахал руками Вильгельм. – Мне нужен не тот Энель который старый и который помер, мне нужен Энель который дровосек.       – Так опоздали вы. Говорю, пропал он, или не говорил. Ну, в общем, пропал ваш Энель в холодном лесу.       – Замёрз что ли? – почесал затылок Вильгельм.       – Какой там. Просто пропал и дело с концом, даже инквизитор посетил нас, да наплёл сказок о демонах и убежал, поджав хвост. Что ещё взять с такого малька? – Старик опять пригубил кислое вино, немного поморщившись.       – Демонов? – тихо спросила Мири, но из-за маски её почти ни кто не услышал, кроме Гуннара.