Приключения Честера Уитфорда, эсквайра

      — Нам нельзя здесь задерживаться, — сказала Аристомаха, когда Честер завёл их в узкий пустынный переулок. Городок Бенивьярд — они выловили его название из разговоров на базарной площади — оказался небольшим, но людным, одним из укреплённых фортов на восточном побережье Равнин, оставленных наездниками или солдатами Туманных Земель в далёкую эпоху колонизации, а затем заброшенных или переданных местному населению. Небольшая крепость с низкими бастионами, заросшими плющом бойницами и полузасыпанным валом. Сразу видно, эти места давно не знали войны. Впрочем… Честер посмотрел на проходящих мимо солдат в синей форме. Давно ли? Сколько лет здесь идут боевые действия? В этом мире освободительное движение на Материке началось раньше? Когда он покидал свой родной мир, война на Равнинах только-только разгоралась… какие ещё изменения внесло его рождение в план мироздания?       — Уитфорд, одной магии известно, что происходит в этой вселенной, — словно прочитав его мысли, продолжила Аристомаха, тревожно оглянувшись. — У нас есть дело, помнишь? Нам нужно в прошлое.       — Я помню, дорогая, помню, но…       — О нет, никаких «но»! — Она нахмурилась и внимательно посмотрела ему в лицо. — Уитфорд, да что с тобой! Ты же сам говорил, что нам нельзя терять ни минуты! А если здесь догадаются, что я не та, за кого они мне приняли, нам быстро отделаться не удастся.       Честер взял её за руку.       — Милая, я помню всё, что говорил. Но прошу… я умоляю, постарайся понять. Я не покину этот мир, пока не увижу Джиллиан.       Аристомаха прищурилась, стараясь прочесть в его глазах, шутит он или нет. Но Честер ещё никогда в жизни не был так серьёзен. Он осознавал риск, на который идёт, но ничего не мог с собой поделать, не мог — или не хотел. Внутри билось лишь одно безумное, всепоглощающее, болезненное желание: встретиться с ней, встретиться с ней ещё хоть раз, убедиться, что она жива, снова услышать её смех, назвать по имени… Честер до сих пор не смирился со смертью Джиллиан, и сейчас, когда представилась возможность увидеться с ней, понял это как никогда ясно. Чувство вины едва не свело его с ума, боль утраты днями и ночами травила ядом душу, и ему казалось, что если он не докажет себе, что хоть в одном из сотен миров его сестра жива и здорова, он не выдержит. Он сломается. Его мать рискнула судьбой целой вселенной ради любви — Честер был готов на то же самое. Разум твердил, что это глупо, но сердце… сердце не желало ничего слушать. Он никудышный Феникс, Честер знал об этом, но оказаться никудышным братом отчего-то было страшнее.       — Просто скажи мне, что ты шутишь.       — Нисколько.       — Уитфорд, разве ты не понимаешь…       — Я не понимаю? — в отчаянии воскликнул Честер. — Этой мой единственный шанс увидеть мою сестру! Я должен им воспользоваться! Дорогая, это не долго, всего несколько часов, но я обязан, я… пожалуйста. Если бы ты могла воскресить своих родителей, хотя бы на день, разве ты не рискнула бы целым миром ради этого?       Аристомаха ответила не сразу. Она с минуту изучала его лицо, думала, решала, и наконец черты её лица смягчились, и в каре-зелёных глазах засветилось усталое сочувствие. Она потёрла лоб.       — Поверить не могу, что вышла за тебя.       Честер понял, что победил. Облегчение накрыло его тёплой волной, и улыбка помимо воли расцвела на губах.       — Привыкай, дорогая. У тебя есть вся оставшаяся жизнь, чтобы в это поверить.       — Я всё ещё могу с тобой развестись, не забывай.       — Ты не сделаешь этого.       Аристомаха подняла руки в знак поражения.       — Ладно, не сделаю. Итак, каков твой план?       Честер поправил цилиндр и выглянул из-за угла, наблюдая за оживлённой улицей.       — Мы разделимся. Так получится быстрее осмотреть город и найти Джиллиан. Встретимся тут через два часа, поделимся новостями…       — Да уж, успех нам обеспечен, — саркастично отозвалась Аристомаха. Честер подмигнул ей.       — Не заблудишься?       — Размечтался. — Она закатила глаза, по-кошачьи фыркнув, и ткнула его локтем в бок. — Постарайся не попасть в неприятности… или хоть попадай в пределах разумного.       Честер шутливо отдал честь.       — Так точно, госпожа полковник.       — Очень смешно, — проворчала Аристомаха. — О магия, каким ветром моего двойника из этой вселенной занесло в армию?

***

      Бенивьярд оказался на редкость шумным городишкой. Аристомаха успела забыть, сколько жизни пульсирует в небольших фортах на юго-востоке, где солнце горячит кровь, а близость моря вливает авантюризм в жилы. Люди на Материке не такие отчаянные и гневливые, как в жарких Рубиновых Землях, но пыла и силы воли им не занимать. Аристомахе нравились жители Равнин. С ним было легко и приятно — даже ей, не слишком искусной в тонкостях человеческих отношений. Майкл, один из её близких приятелей, происходил из древнего герцогского рода, владевшего прибыльными владениями около Восточного Предела, но он ни капли не походил на типичного равнинца с его бледной кожей и сдержанными манерами.       Аристомаха сейчас как никогда скучала по изысканной вежливости Майкла.       Хоть она и скрыла лицо под капюшоном накидки, благоразумно избавив себя от опасности быть узнанной, продираться сквозь галдящую толпу оказалось тем ещё испытанием. Улицы Бенивьярда были наводнены бродячими торговцами, возвращающимися домой на обеденный перерыв мужчинами, хохочущими кокетливыми девицами, и, конечно, солдатами. О магия, сколько здесь было солдат! Аристомаха даже попыталась считать, но очень скоро сбилась. Совсем молоденькие и уже начинающие седеть, обоих полов и самых разных цветов кожи, они несли караул у зданий, праздно шатались по улицам, пересчитывали корзины с фруктами и стога сена и заигрывали с горожанками. В глазах рябило от смеси синего с золотым. Честер кое-что успел рассказать ей о войне за свободу на Бесконечных Равнинах, и меньше всего на свете Аристомахе хотелось в это ввязываться. Это Уитфорды готовы бросаться на баррикады во имя абстрактных идеалов, а она… другая. И Аристомаха никак не могла взять в толк, как её двойник умудрился не только примелькаться в армии, но ещё и заработать чин полковника.       Впрочем, сейчас у неё хватало других, более насущных вопросов.       Она скользила в тени домов, держась ближе к стенам и стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Надо всего лишь положиться на интуицию и эльфийское чутьё и позволить им привести её к Джиллиан. Аристомаха никогда не встречала сестру Честера, да и он сам мало и неохотно о неё говорил, особенно после её смерти, так что было совершенно непонятно, как она выглядит и чего от неё ждать. Ну, наверняка она выкинет что-нибудь эдакое, исконно уитфордовское, без этого их порода не может. Узнать её должно быть не очень трудно. Уитфорды выделяются в толпе. И всё же интересно, кем могла бы стать сестра Честера в мире без Честера — герой войны, надо же… Аристомаха хмыкнула себе под нос. Забавно, что её Уитфорд сбежал из армии, чуть только война начала противоречить его убеждениям. А его сестра то ли менее избирательна и более амбициозна, то ли решила, что её борьба ей по душе. Аристомаха больше склонялась ко второму варианту. Все Уитфорды такие — радеют о справедливости и плевать хотели на продвижение по службе. Она судила по Честеру, да, но он сам говорил, как похожи они с Джилл были в детстве. Кто знает, может быть, в этой вселенной ей удалось сохранить в себе эту… уитфордовскость.       Аристомаха устала бесцельно бродить по городу и зашла передохнуть в таверну. С непривычки её утомляла жара, и немудрено: перепрыгнуть из зимы Туманных Земель в зиму на Равнинах — всё равно что обменять январь на поздний май: слишком резкий скачок температур, слишком крутая смена климата. Голова немного кружилась, и колени начинали подкашиваться. Аристомаха думала посидеть минут десять в прохладе и затем, отладив свой эльфийский внутренний компас, с новыми силами двинуться на поиски Джиллиан. Она выбрала отдалённый пустой столик в самом углу и села, плотнее надвинув на лицо капюшон; заказывать Аристомаха ничего не собиралась и просто надеялась, что её не станут трогать хотя бы четверть часа. Обычно колдовская накидка работала в подобных случаях безотказно: связываться с волшебницей мало кому хотелось.       Но, конечно же, именно сегодня ей не повезло.       Аристомаха спиной почувствовала, как тяжело и резко распахнулась входная дверь, с грохотом ударившись о стену таверны. Внутрь ввалилась группа людей — их сапоги затопали по деревянному полу, молодые смеющиеся голоса рассыпались пригоршней золотых монет. Кажется, эти ребята уже слегка навеселе и пришли за добавкой. Аристомаха не ощутила тревоги, лишь ненавязчивый зуд раздражения; кампания расположилась позади неё, ближе ко входу, и помещение мигом стало в три раза шумнее. Ну вот, никакого спокойствия в этом городе. Аристомаха досадливо поморщилась и уже приготовилась встать и уйти — тем более, что и хозяин таверны начал странно коситься на ничего не заказывающую гостью, — как вдруг что-то привлекло её внимание, и она снова плюхнулась на стул. Уши помимо воли двинулись, как у дикого зверя, ловя знакомые интонации в незнакомом голосе. Задиристость на грани бахвальства и искреннего детского восторга. Аристомаха замерла. Она знала этот тон, ну разумеется, знала: её собственный Уитфорд чересчур часто говорил точно так же.       О, ради магии…       — Эй, да это же полковник Бесстрашная! — За спиной присвистнули. — Госпожа полковник, мэм, не хотите присоединиться к нам и пропустить пинту-другую во славу революции?       У Аристомахи похолодели внутренности, и она шумно сглотнула. Так. Всё в порядке. Они ещё не поняли, что она — не она. Если удастся аккуратно выбраться и найти Честера… пусть сам разбирается со своей сестрой, проклятье, как она вообще позволила впутать себя во всё это!       Женский голос, между тем, всё не унимался, и теперь Аристомаха точно убедилась, что это Джиллиан: только Уитфорды могли быть такими очаровательно-назойливыми.       — Полковник? Эй? Вы меня слышите? — Бормотание стало громче. — Вы что, оглохли?       Аристомаха прикрыла глаза и медленно сосчитала до десяти. Может, если игнорировать её, она просто отстанет? Сзади раздался скрипучее жалобное мяуканье отодвигаемого стула, по деревянным доскам пола кто-то решительно и быстро прошагал и на плечо Аристомахе легла лёгкая, но сильная рука. Эльфийское волшебство заструилось под кожей.       А может, и не отстанет.       — Мэм? Да что это с вами, кошка язык проглотила? — спросила Джиллиан с бархатной насмешкой и наклонилась над ней, так что Аристомаха почувствовала, как чужие пряди волос щекотнули ей шею. Она всё ещё не решалась поднимать взгляд. Если они увидят её выражение лица… она не такая умелая актриса, как Честер, она не сможет долго их обманывать.       — Я… — произнесла Аристомаха и запнулась. Надо что-то сказать, молчать — не выход, так она лишь навлечёт на себя ещё больше подозрений! О магия, ну зачем, зачем она разрешила Честеру себя уговорить?       — Вы сегодня воплощённое красноречие. Как и всегда, в общем.       За спиной раздался взрыв хохота, и Аристомаха едва удержалась, чтобы не закатить глаза. Уитфорды!       — Ну же, мэм, выпейте с нами, — продолжала настаивать Джиллиан. — Или это ниже вашего достоинства, госпожа дипломированная волшебница? Покажите нам свой диплом, гордость Мальгафара!       Эта девочка нарывалась и знала, что нарывается. Вот что отличало её от Честера, внезапно осознала Аристомаха. В шутках Джиллиан крылось желание поддеть, раззадорить, вывести из равновесия. Её брат такого никогда не допускал. Аристомаха и её самолюбие были рядом с ним в большей сохранности, чем в ларце короля, а сейчас её подмывало втянуть голову в плечи или огрызнуться в ответ. Похоже, в этой вселенной сестру Честера и её собственного двойника связывали весьма и весьма интересные отношения.       — Я не в настроении сегодня, подполковник, — сказала она, сбросив с плеча чужую ладонь и наконец решившись посмотреть Джиллиан в лицо. У неё было не больше полминуты на разглядывание, и Аристомаха воспользовалась ими сполна. Светло-карие внимательные глаза напротив смотрели с плутовской издёвкой; тонкая, покрытая веснушками кожа казалась словно припудренной в обрамлении густых рыжих волос. Губы, ещё по-детски пухлые, открыто и будто язвительно улыбались. Сестра Честера оказалась невысокой, на вид хрупкой, но хорошо сложенной, и Аристомаха невольно подумала, что она вполне симпатичная. Не писаная красавица, но в ней, как и в её брате, чувствовался неодолимый шарм.       Очарование длилось недолго: Джиллиан нахмурила светлые брови и отошла на два шага. Догадалась. К ней моментально приблизились двое солдат из её компании, опустив ладони на эфесы мечей, выглядывающих из пристёгнутых к поясу ножен. Аристомаха медленно поднялась и тоже отодвинулась к стене, оставляя себе место для манёвра.       — Послушайте, я…       — Она самозванка, — быстро и чётко сказала Джиллиан и, выхватив из ножен ближайшего солдата меч, бросилась в атаку. Аристомаху спасли только многолетняя выучка и въевшийся в жилы рефлекс. Она бросилась в сторону, нырнула вниз; лезвие просвистело в воздухе над её головой, и Аристомаха, сбив с ног одного из приятелей Джиллиан, отобрала у него клинок. По крайней мере, теперь они были в равных условиях. Эльфийское колдовство верным псом ласкалось у ног, но Аристомаха пока не хотела давать ему волю: это могло вызвать лишь больше ненужных вопросов и подозрений.       — Окружайте её, ребята! — прикрикнула Джиллиан, и Аристомаха досадливо скрипнула зубами. Сколько их тут? Раз, два… Пятеро на одну — не слишком-то честный расклад! Аристомаха не боялась. Ей просто успела смертельно наскучить вся эта ситуация. Смешно представить, она нашла сестру Честера только для того, чтобы ввязаться с ней в драку! Вечно с этими Уитфордами всё идёт наперекосяк…       Между тем Джиллиан была настроена серьёзнее некуда: Аристомаха, без особого труда уворачиваясь от атак солдат, едва-едва справлялась с её точными молниеносными выпадами. Джиллиан сражалась яростно и безрассудно. Она не думала о том, рискует ли сама, открывается ли противнику — просто бездумно наносила удары один за другим, надеясь, что из десяти шесть наверняка попадут в цель. Сумасшедшая девчонка. Никакой выдержки. Техника у неё тоже хромала: Джиллиан чересчур торопилась, была невнимательна и неаккуратна, но её энергия и проворство с лихвой восполняли недостаток мастерства.       Таверна практически опустела, даже хозяин залез куда-то под стол. Похоже, здесь такие поединки были обычным делом. Аристомаха оттолкнула одного из солдат, приложила другого головой об стену и бегло осмотрелась: кого-то недоставало, один из ребят Джиллиан удрал. Наверняка побежал за помощью, а значит, того и гляди сюда стянется целый полк таких молодчиков. Нужно заканчивать. Джиллиан снова набросилась на неё, и Аристомаха прогнулась в спине; клинок отсёк прядь её волос, проскользив аккурат около лица. Кожа почти ощутила холодное касание стали. Аристомаха сделала сальто, подкинула в руке меч и, недолго думая, бросила в противницу первый попавшийся стул — Джиллиан на лету разрубила его на двое. Да уж, её врагам на поле боя не позавидуешь. Аристомаха вскочила на стол, Джиллиан забралась вслед за ней, и их мечи скрестились с протяжным тонким скрежетом; Аристомаха закружилась, пытаясь выбрать нужную позицию и не соскользнуть вниз, и Джиллиан тоже принялась нарезать круги. Сталь взвенивала и пела. Аристомаха отпихнула ногой солдата, едва не упав, и отпрыгнула в сторону — клинок Джиллиан врезался в стену в двух дюймах от её лица. Да эта девчонка убьёт её и глазом не моргнёт! Нет, хватит на сегодня игр. Аристомаха сделала обманный финт и, как только Джиллиан отвлеклась, ударила её рукояткой клинка по запястью, выбив меч, а потом столкнула вниз. Джиллиан с грохотом упала на деревянный пол. Аристомаха не дала ей времени прийти в себя: соскочила следом и приставила остриё к лицу, тяжело дыша и глядя сверху вниз. Эта битва успела её слегка утомить. Сестра Честера могла бы одолеть её, но девочке всё ещё надо учиться: она явно не поднаторела в фехтовании достаточно, чтобы драться с профессионалом. Аристомаха подловила её, как новичка.       — Мне просто нужно поговорить, — произнесла она. — Я никому не желаю зла. Да, я выдала себя не за того, кем являюсь, но…       Закончить фразу Аристомаха не успела: в таверну ворвался отряд солдат, её скрутили, отобрали меч, пистолет и палочку. Джиллиан тем временем поднялась с пола. В светло-карих глазах читался интерес. Аристомаха ждала: магия эльфов гудела в висках, но она пока не хотела спускать её с цепи. Аристомаха верила в силу переговоров.       — Я знаю, как это выглядит со стороны, — продолжала она. — Но прошу: дайте мне шанс. Полчаса наедине… пожалуйста, Джиллиан.       Имя слетело с губ словно бы против воли, но неожиданно легко и складно, словно она всю жизнь ждала, чтобы его произнести. Сестра Честера молчала, и её внимательный пытливый взгляд прожигал Аристомаху насквозь. Проклятье, неужели эта растрёпанная пылкая девочка — да, ей чуть больше тридцати, но она, как и её брат, ощущалась намного моложе своих лет, так что женщиной её назвать язык не поворачивался — этот подполковник в синем длиннополом мундире и с пистолетом на поясе — мать Лили? О магия, она сейчас сражалась с матерью собственной племянницы! И Аристомаха ещё считала, что этот день не может стать безумнее. Последствия брака с Честером, не иначе.       — Неужели вы не понимаете, это явный обман, подполковник Уитфорд! — сказал кто-то из солдат. — Это шпионка, посланная Конфедерацией! Они напялили на неё лицо полковника Бесстрашной, чтобы одурачить нас!       — И прислали в то момент, когда сама полковник в городе? — с нотками раздражения переспросила Джиллиан. — Они тупицы, но не до такой же степени. Нет, тут что-то посложнее. В любом случае…       Она нахмурила светлые брови.       — Хорошо. Отведём её в наш штаб, к майору Гэлбрейту. Там посмотрим, шпионка она или нет. И найдите заодно госпожу Бесстрашную, будем разбираться вместе.       Позволяя себя увести, Аристомаха думала, что знакомство с золовкой вышло настолько несуразным, насколько только могло.

***

      Честер и не подозревал, что ему не хватало армейской жизни. Нет, он бы ни за что не вернулся в те непростые времена, когда приходилось ночевать в старых тканевых палатках — а если не повезёт, а не везло им часто, то и под открытым небом, — есть протухшую еду, вечно ждать нападения, убивать и смотреть на убитых, но война дарила странное чувство общности. Все они, от безусых мальчишек до седеющих ветеранов, были брошены судьбой в один и тот же котёл, вдали от семьи и родного дома, все хотели одного и того же: протянуть до завтра. Выжить и вернуться. Они собирались иногда у костра, делились воспоминаниями, почти улыбались и пели. А поутру шли в бой, из которого возвращалось с каждым разом всё меньше и меньше. Опасность сближала людей, дружба росла и крепчала быстрее, чем в дни мира, и если Третий Южный полк не заменил Честеру семью, то явно был к этому близок. Именно поэтому он не смог молча уйти и оставить этих людей, прошедших с ним через сырые поля Туманных Земель в пекло и обратно: он хотел объяснить, почему уходит, открыть им глаза, чтобы они поняли, как эта война бессмысленна, чтобы вернулись домой… Но Честер не сумел их убедить.       И он сбежал и бросил их.       Также, как бросил Джиллиан одну с их отцом.       Он всегда сбегает, не правда ли?       Бенивьярд кишмя кишел солдатами, и их синяя с золотым форма резала Честеру глаза. Красиво, ничего не скажешь, только вот мундиры длинноваты. Его подмывало втянуть какого-нибудь военного в разговор и во всех подробностях расспросить, что вообще происходит на Бесконечных Равнинах и как давно, и, конечно, как поживает подполковник Уитфорд, чем она известна, как стала адъютантом генерала и прочее, и прочее, и прочее. Останавливало его два довода. Во-первых, такое поведение явно покажется подозрительным и его схватят раньше, чем он увидит свою сестру. А во-вторых — Честер хотел узнать обо всём от самой Джиллиан. Он жаждал часами сидеть подле неё, слушая её рассказы, возможно, немного бахвальские и чуток приукрашенные, но кто упустит возможность прихвастнуть, говоря о своих военных подвигах? Точно не Уитфорды. После всех этих лет разлуки и встреч в тайне, после горечи невосполнимой потери, приправленной чувством вины, он больше всего на свете мечтал заключить сестру в объятия и просто быть рядом, просто смотреть на неё — о, ему было бы этого достаточно, он немногого просит! Конечно, он никогда не сможет вернуть своей Джиллиан жизнь… но если мироздание внезапно решило смилостивиться и дать ему шанс на встречу с её версией из другой вселенной, кто он такой, чтобы отказываться от подарков судьбы?       Пусть ему повезёт ещё хотя бы один раз.       Честер целиком положился на магическую интуицию и позволил ей вести его, куда надо. Он доверял своему чутью. Тёплый равнинный полдень стоял в самом разгаре, и солнце начинало напекать голову даже через цилиндр; шум и суета города давили на уши, да и голод давал о себе знать — Честер внезапно вспомнил, что за последние сутки сменил несколько часовых и климатических поясов и пару миров вдобавок, так что он даже не знал, какое сейчас время по его безнадёжно сбившимся биологическим часам. Пожалуй, время обеда. В последний раз он прилично ел в другой вселенной, а это явно знак, что настала пора потрапезничать в каком-нибудь не очень дорогом, но и не откровенно убогом заведении. В военном форте таких должно быть навалом: солдат обычно не балуют жалованьем, а есть-то всем хочется. К тому же, возможно, он встретит там Джиллиан или услышит упоминание о ней. Последние мысли окрылили Честера и он, высмотрев небольшой, но достойно выглядящий трактир, направился туда.       Внутри оказалось немного прохладнее, чем снаружи; Честер промокнул лоб носовым платком, снял цилиндр и принялся обмахиваться им. Интересно, повлиял ли как-то факт его не-рождения на мировую финансовую систему? Ну раз уж в этом измерении война на Равнинах началась гораздо раньше, то почему бы и нет. Примут ли здесь деньги из другой вселенной? А есть… а есть ли вообще у него деньги? Честер постарался припомнить, когда он в последний раз проверял содержимое своего кошелька. Кажется, в Белых Землях… он же тогда обменял всю валюту у ростовщика! Вот проклятье! Кажется, о хорошем — да о любом — обеде можно забыть, с белоземельскими монетами ему тут ничего не купить. Разочарованный Честер уже собрался уйти, как вдруг знакомый силуэт в синей колдовской накидке привлёк его внимание. Аристомаха! Значит, и она тоже решила зайти сюда? Подруга сидела спиной к нему, так что Честер не видел её лица, но эти вьющиеся тёмные волосы и ровную осанку он не мог бы перепутать ни с кем на свете; он улыбнулся и, надев цилиндр, прошёл в центр зала, к столу, за которым сидела Аристомаха, и мягко опустил ей руку на плечо.       — Здравствуй, до…       Он не успел договорить: Аристомаха подорвалась с места, схватила его железной хваткой за запястье, завела ему руку за спину и приложила головой об стол. Честер опомниться не успел, как у его виска щёлкнул курок, и круглое маленькое дуло опалило кожу холодом.       — Молчать и не двигаться, — процедили над ним, но голос был не вполне знакомый, грубее и отрывистее, чем он помнил.       О да. Честер мог перепутать Аристомаху только с Аристомахой.       — Прошу прощения, полковник, я обознался, — зачастил он, даже не думая вырываться, потому что понимал — будет лишь хуже. Погибнуть от руки собственной жены — что может быть печальнее и смешнее одновременно! Его отпустили, позволили отойти, и Честер отступил на шаг, потирая запястье. Аристомаха — или Аристомаха-2, как он окрестил её про себя — едва не вывихнула ему руку. Хороша жёнушка! Впрочем, долго расслабляться ему не позволили — Честер почувствовал прикосновение дула ко лбу едва не раньше, чем увидел наводимый на лицо пистолет. О нет, тут шутками не отделаешься.       — Кто ты такой?       Слова звучали, будто удары гонга, и слегка надтреснутый, точно простуженный, отрывистый ледяной голос с командирскими угрожающими нотками пригвоздил Честера к стене. Он смотрел в глаза Аристомахи-2 — и не узнавал их. Да, всё та же каре-зелёная радужка, но в зрачках плескалось столько обжигающего холода и цепенящего безразличия, что мурашки шли по коже. Это были глаза человека, который убьёт без раздумий и не станет страдать от мук совести по ночам. Аристомаха, которую знал Честер, никогда не смотрела на него так. Черты знакомого любимого лица были искажены печатью хладнокровной враждебности. Честера передёрнуло. На это было больно смотреть. Разумеется, перепутать двух Аристомах он мог только сзади, спереди они слишком различались глазами и выражением лица; да и волосы, понял Честер, приглядевшись, у полковника были беспорядочнее и лохматее, и седых прядей словно бы прибавилось. Время не пощадило эту версию Аристомахи — а может быть, винить стоило войну.       Или… Джиллиан? Они ведь знакомы, верно, солдаты на входе в городе говорили, что подполковник Уитфорд разыскивала её…       Ну, по крайней мере, рост остался тот же: Честеру приходилось смотреть на неё сверху вниз.       — Я спросила, кто ты такой? — повторила Аристомаха-2, недобро сощурившись. Дуло вжалось в лоб Честера. — А когда я задаю вопрос, на него лучше отвечать.       Он сглотнул. Она может убить его, мелькнула шальная мысль. Она с большой долей вероятности убьёт его, если он что-то не придумает прямо сейчас.       — Я… столяр, мэм, — пробормотал он, внутренне проклиная себя. Надо же, прикрыться профессией отчима! Великолепное решение! Ну, по крайней мере, в столярном деле он хоть что-то понимал и мог неплохо сыграть роль, особенно перед неосведомлённым зрителем.       Аристомаха-2 сдвинула брови.       — Ложь, — отчеканила она. — Я знаю каждого столяра в этом городе.       Пауза. По виску Честера сползла капля пота, и он невольно потянулся к палочке.       — Пальто, цилиндр… серьга волшебника… отличительные признаки мага из Туманных Земель.       Вся таверна замерла, наблюдая за ними.       — Шпионаж в пользу Конфедерации карается смертной казнью, — сказала Аристомаха-2, склонив голову набок. Честер внезапно и очень невовремя заметил, что в её собственном ухе серьги нет. Значит, она не служит в аллорденском Ведомстве. — Не будем утруждать трибунал, приговор и так ясен.       Но прежде, чем она успела нажать на спусковой крючок, а Честер — достать палочку, дверь настежь распахнулась и в таверну ворвался молодой солдат.       — Госпожа полковник, мэм! — Он отдал честь. — Подполковник Уитфорд зовёт вас. Это срочно. Насчёт…       Солдат замялся, подошёл к Аристомахе-2 и что-то прошептал ей. Та скривилась, не отводя дула от лба Честера.       — Ещё один? Да их тут целый выводок, как я погляжу. — Она смерила Честера убийственным взглядом. — Возьмём этого с собой. Майору Гэлбрейту будет с кем побеседовать сегодня вечером.       И Честер понял, что его дела плохи.

***

      Едва только они оказались в главном штабе, расположенном, судя по убранству внутренних помещений, в доме не то мэра, не то губернатора, как Аристомаху препроводили в комнату для допросов и оставили там под присмотром конвоя. Она послушно села за высокий стол и приготовилась ждать. Эльфийская магия горела зеленью в венах, но Аристомаха приказала ей утихомириться: чутьё волшебницы подсказывало ей, что всё идёт так, как задумано, и не ей вмешиваться в планы судьбы. Это больше по части Уитфордов.       Джиллиан оставила её — судя по подслушанным Аристомахой разговорам, она собиралась найти некоего майора Гэлбрейта, который, видимо, занимался всем, что связано со шпионажем и разведкой, — но обещала вернуться к началу допроса. Аристомахе хотелось верить, что теперь сестра Честера относится к ней не так враждебно, как в начале их неловкого знакомства. Они едва не изрубили друг друга на куски… может, хотя бы Честеру повезло больше.       — Послушайте, мне надо поговорить с подполковником! Это очень важно! Я… я её знаю!       Аристомаха закатила глаза, услышав голоса из коридора. Ну естественно. И на что она вообще надеялась?       Дверь распахнулась, и в комнату ввалился Честер в сопровождении двух солдат. Он тут же оскорблённо поправил шарф и, осмотревшись, заметил сидящую напротив Аристомаху, чьё лицо выражало полный спектр эмоций между саркастичным торжеством «я же тебе говорила!» и насмешливой усталостью.       — Ты тоже, да?       — Милая…       — Присаживайся. У нас будут гости.       Солдаты отошли к стенам, и Честер устроился на втором стуле. Однако спросить он ничего не успел: дверь раскрылась ещё раз, пропуская Джиллиан, ожесточённо спорившую с невысокой темноволосой женщиной в синей накидке, в которой Аристомаха с иррациональным ужасом узнала себя. Да, это была она — может, выглядела немного старше или говорила глуше, но, о магия… По спине пробежали мурашки. В последний раз, когда они пересекались с её двойником, он пытался убить Честера, а после — взять контроль над её разумом. И хотя внутренне Аристомаха понимала, что стоящее перед ней зеркальное отражение её самой — не Артемис, под ложечкой всё равно неприятно засосало. Честер тоже заёрзал, но по другой причине: его глаза были прикованы к сестре. В его беспокойном сосредоточенном взгляде светилось столько неподдельной нежной любви и умоляющего неверия, что по коже Аристомахи пробежала дрожь. Она не видела, чтобы Честер на кого-нибудь смотрел так. Может быть, на Лили, да и то не всегда. Он явно хотел что-то сказать, но сдерживал себя и просто неотрывно глядел на Джиллиан, которая не обращала на двух заключённых ни малейшего внимания, полностью поглощённая спором с полковником Бесстрашной.       — Это не могут быть шпионы, мэм, они чересчур бездарны! Конфедерация в жизни бы не послала таких неумёх на столь важное дело. И враг никоим образом не мог вычислить место нашей зимовки, люди Гэлбрейта донесли бы нам, если бы в штабе конфедеративной армии стало что-то известно.       — Вы впустую тратите моё время, подполковник! — огрызнулась Аристомаха-2. — Кто они тогда, по-вашему? Одна украла моё лицо и имя, другой — волшебник из Туманных Земель, да ещё вдобавок утверждает, что знаком с вами…       Джиллиан раздражённо отмахнулась.       — Я ещё толком не знаю, кто они, но мы с майором обязательно…       И тут её взгляд упал на Честера. Аристомаха заметила, как расширяются светло-карие глаза, загораясь новым неожиданным чувством неуверенного удивления; Джиллиан приоткрыла рот, сощурилась и словно помимо воли качнулась на полшага в сторону сидящего на стуле брата. В комнате как будто стало чуточку теплее. Аристомаха-2, судя по всему, ничего не поняла, но на всякий случай жестом отпустила караул, и тот скрылся за дверью. Назревал серьёзный личный разговор. Честер подался вперёд, не говоря ни слова, но на его лице читались все эмоции до единой. Аристомахе казалось, словно он вечность ждал этой минуты.       — Кто это? — тихо спросила Джиллиан, с трудом заставив себя моргнуть. Полковник фыркнула и ядовито процедила:       — Вражеский лазутчик. Я арестовала его сегодня в таверне.       — Вы пытались меня убить, — вежливо поправил Честер. Его сестра склонила голову набок и медленно подошла к нему, опершись рукой на спинку стула и заглянув брату в глаза долгим изучающим взглядом. Честер не шевелился. Аристомахе почудилось, что она почти слышит движение их мыслей.       — У тебя такое лицо… знакомое. Как будто мы уже встречались. — Джиллиан поджала губы и взяла его за руку. — Мы встречались?       — Да, — кивнул Честер с дрожащей улыбкой. — Когда-то, очень давно.       Джиллиан смотрела на их переплетённые пальцы и молчала. В её глазах отражался водянистый утренний свет. Она словно пыталась вспомнить что-то и не могла, но продолжала отчаянно пытаться, снова и снова, опять и опять разбивая лоб о кирпичную стену. Аристомахе стало не по себе, как будто она подглядела нечто неприличное.       И в этот момент Честер запел, тихо, переходя почти на шёпот, на неизвестном языке, и Аристомаха узнала мотив — это была колыбельная, которую он напевал ей когда-то. Джиллиан остолбенела.       — Это мамина колыбельная… её знают только в нашей семье… откуда ты…       — Магии ради! — перебила её Аристомаха-2. — Что вы делаете, подполковник!       Джиллиан вскинула голову, но не отпустила руки Честера.       — Они не шпионы, — твёрдо сказала она. — Я в этом точно уверена.       — О, неужели? Тогда кто они и откуда взялись?       Аристомаха прочистила горло.       — Не думаю, что вы хотели бы знать ответ на этот вопрос. Но раз он был задан… — Она переглянулась с Честером. — Мы пришли из другого измерения.       Даже ей, бывалой волшебнице со стажем, повидавшей достаточно странностей на своём веку, не удалось произнести эти слова без запинки: уж слишком невозможными и абсурдными они казались. Проклятье эльфов — ладно, вампиры-колдуны — хорошо, тёмный двойник — так и быть, Феникс из легенд в качестве мужа — ещё куда ни шло, но путешествия в иные миры… Всему есть предел. И Аристомахе казалось, что она своего достигла. Но раз начала, отступать поздно, так что хочешь не хочешь, придётся рассказать всё как есть. Она обрисовала ситуацию с присущей ей лаконичностью, кратко и в общих чертах, но и их хватило, чтобы у Джиллиан и полковника вытянулись побелевшие лица. А ведь она даже не упомянула о собственном титуле королевы Близнецов и фениксовой сущности рода Уитфордов! Самое интересное, правда, было припасено напоследок. Аристомаха вовремя умолкла, давая слушателям минуту, чтобы переварить неожиданное знание, а затем Честер крепче стиснул руку сестры и негромко произнёс:       — Я твой брат, Джилл. Никогда не рождённый в этом мире, но… ты ведь тоже чувствуешь это, верно?       Джиллиан не ответила, но и руки не отняла. На её лице читалось неподдельное смятение. Аристомахе даже показалось, что они почти сумели её убедить, как вдруг повисшую пугливо-интимную тишину разорвал ироничные медленные хлопки: полковник Бесстрашная в углу нарочито небрежно зевнула, опершись на край стола.       — Браво. Милая сказочка. Подполковник Уитфорд, зовите майора Гэлбрейта, нам давно пора приступать к допросу.       Джиллиан тряхнула рыжими кудрями и прошагала через всю комнату, встав напротив Аристомахи-2.       — Нет.       — Прошу прощения?       — Нет, я не позову Перси. Они не шпионы, и… — Она обернулась, бросив ищущий растерянный взгляд на Честера. — И мне отчего-то очень хочется им поверить.       Её собеседница оскалилась и зашипела.       — Хочется поверить! Вы сами себя слышите? Только идиот просто так отпустит этих лазутчиков на свободу!       — Сбавьте тон, полковник, — нахмурилась Джиллиан, и в её звонком голосе гулом маршевых барабанов раздались чёткие командирские нотки. — Не забывайте, вы говорите с адъютантом Его Превосходительства. Я ответственна за расквартированную в Бенивьярде армию и мне генералом доверено решать все необходимые вопросы, в том числе и разбираться с обвинениями в шпионаже.       — То, что вы делаете, близко к измене.       Джиллиан приподняла светлые брови, и её рот слегка искривился в насмешливой улыбке.       — Не вам меня судить. Я, по крайней мере, проливала кровь за наше славное дело, пока вы отсиживались в Равнинном Совете.       Аристомаха-2 вытянулась по струночке, вздёрнув подбородок.       — Не вынуждайте меня приказывать. Я выше чином.       — Вам напомнить, как вы получили этот чин?       Их разделяло ничтожно крошечное расстояние в несколько дюймов, они стояли так близко, что полы мундира Джиллиан касались накидки Аристомахи-2; они обе молчали, испепеляя друг друга взглядами, и в воздухе витало столько напряжения, что чудилось, будто они вот-вот либо сцепятся, либо поцелуются. Не произошло ни того, ни другого: Честер вежливым кашлем обратил на себя внимание и, когда к нему обернулись, с очаровательной улыбкой сказал:       — Вы очень мило спорите, девочки, но вам не кажется, что мы немного отвлеклись от темы?       Аристомаха поняла, что таким путём они ничего не добьются, и поднялась со стула, прошагав по направлению к своему двойнику. Тот невольно отшатнулся к стене. В своих-чужих каре-зелёных глазах плескалась настороженная враждебность. Аристомаха знала её. Знала даже чересчур хорошо. Это был взгляд девочки без прошлого и будущего, безымянной, одинокой, брошенной и испуганной, той девочки, которой они обе когда-то были и из которой Аристомаха сумела вырасти. А вот её двойник, видимо, нет.       — Не веришь ему — хорошо. Поверь мне. — Она взяла полковника за дрожащую руку. — Я знаю тебя, Аннет.       И Аристомаха-2 внезапно обмякла, да так, что едва устояла на ногах, и шумно сглотнула, сцепив клацающие челюсти. Её трясло, как в лихорадке. Изумлённая Джиллиан молча наблюдала за этой метаморфозой со стороны.       — Откуда… от-ткуда тебе известно это имя?       В надтреснутом умоляющем голосе звучал отчаянный вопрос и бессильная попытка вспомнить что-то безмерно важное и постоянно ускользающее.       — Мне известно не только оно. — Аристомаха почувствовала, как радужки заливает изумрудный цвет, и увидела отражение зелени в глазах напротив. — Я знаю, кто ты. Какая земля тебя зовёт. Чьи голоса звучат в твоей голове по ночам. Чья магия струится в венах…       Её двойник смотрел на неё завороженно, словно кролик на удава.       — Ты веришь мне?       — Ты не можешь этого знать… — пробормотала Аристомаха-2, обхватив виски руками. — Никак не можешь…       — Но я знаю.       В глазах напротив застыло болезненное загнанное выражение, и сердце в груди сжалось.       — Да кто вы такие?..       — Мы сказали вам чистую правду, — добавил Честер, по-прежнему сидя на стуле. — Верить или нет — ваш выбор.       Раздался короткий стук, и в комнату вошёл солдат; он отдал честь и осведомился:       — Госпожа подполковник, мэм… майор Гэлбрейт прибыл. Прикажете просить?       Джиллиан переглянулась с Аристомахой-2. Та едва заметно кивнула, признавая своё поражение.       — Нет. Ложная тревога.       Солдат снова отдал честь и ушёл; в маленькой комнате осталось четверо человек, связанных одной большой тайной. Аристомаха выдохнула. Кажется, пронесло. Её двойник молчал и дико блестел каре-зелёными глазами исподлобья; Честер, до сих пор сидевший за столом, наконец поднялся, слегка пошатываясь, и подошёл к Джиллиан. Та стояла, всё ещё не зная толком, куда себя девать и что делать дальше. Их взгляды встретились, руки — тоже, и Честер, слабо улыбнувшись, — Аристомаха заметила, как подозрительно влажно блеснули его глаза — заключил сестру в нежные долгие объятия. Джиллиан замерла на мгновение. Она неосознанно отступила на шаг, потом застыла, как пойманный зверёк, глядя в никуда и напряжённо дыша, и наконец неловко обняла брата в ответ, опустив ладони ему на спину. В светло-карих глазах виднелись смущённое беспокойство и едва теплящаяся, неуверенная радость. Они стояли так с минуту, ничего не говоря, и когда Честер нашёл в себе силы её отпустить, Джиллиан улыбнулась ему — первой, робкой и нерешительной, но искренней улыбкой. С её губ сорвался нервный смешок.       — Так и… ты правда мой…       — Да, Джилл. А ты — моя маленькая сестрёнка.       Аристомаха вздохнула.       — Не хочется портить момент семейного воссоединения, но нам пора уходить.       — Что? — одновременно воскликнули оба Уитфорда.       — Но я ещё ни о чём не успела расспросить!       — Но я ещё ничего не успел рассказать!       Аристомаха закатила глаза.       — Ты говорил «несколько часов», Уитфорд. О том, чтобы остаться погостить на недельку-другую, речи не шло. Нам надо перемещаться… — Она достала из складок накидки Сердце Луны. — И как можно скорее.       Но медальон почему-то не откликнулся на волны её магии. Аристомаха нахмурилась, потрясла её, попробовала тронуть щупальцем эльфийского колдовства и с той, и с другой стороны — ничего. Совсем никакой реакции. Она прикусила щеку с внутренней стороны и задумалась; самая очевидная и логичная мысль сверлила черепную коробку, но Аристомаха настойчиво отгоняла её, как назойливую муху. Нет. Быть этого не может. Только не сейчас, не с ними, это было бы слишком жестокой шуткой…       — Сердце сломано, — наконец сдалась она. Глаза Честера распахнулись.       — Что?       — Я неясно выразилась? — ощерилась Аристомаха. Этот долгий день успел окончательно лишить её последних крупиц терпения. — Оно не работает. Видимо, при переходе что-то пошло не просто не так, а очень не так, и Сердце переклинило. И никто не знает, как его чинить.       Она плюхнулась на стул и подпёрла голову руками, зарывшись пальцами в тёмные волосы.       — Мы тут застряли.

***

      Им удалось немного поспать и поесть: Джиллиан выделила им комнаты в доме, где квартировались высшие чины, — да, это был всё же особняк губернатора, который вместе с семьёй переехал в восточное крыло — приказала принести гостям еды из солдатской столовой и оставить отдыхать столько, сколько они хотят. Вечером все четверо хранителей опасной и тревожной тайны собрались, чтобы решить, как действовать дальше. Так как медальон отказывался работать и на горизонте не маячило ни одной возможности его исправить, предполагалось, что в ближайшем будущем пришельцы из иного мира побудут здесь, в Бенивьярде, а значит, им требовалась фальшивая предыстория. Её быстрее всех придумала находчивая Джиллиан. Аристомаха — потерянный близнец полковника Бесстрашной, чьи покойные родители были настолько неизобретательны, что дали им одно и то же имя, а Честер — её собственный брат, которого она много лет считала погибшим. Такой маскировки должно было хватить на первое время. А потом… они придумают что-нибудь ещё.       Аристомаха вышла на балкон; внутри всё ещё радостно шумели Честер и Джиллиан, полковник неловко извинилась и сбежала, и вечер плавно близился к концу. На небе высыпали гроздьями винограда крупные равнинные звёзды. Аристомаха стояла, опершись на холодные каменные прутья ограды и глядя наверх; две луны качались на облаках, посыпая землю красно-голубой пудрой, с далёкого моря дул солёный бриз, вобравший в себя переплетающиеся запахи луговых цветов и остывающей земли, и где-то там, за холмами, за многие мили отсюда, стоял её дом. Близнецы. Аристомаха сердцем чувствовала их близость. Она ни о чём не хотела думать, но мысли против воли роились в голове, словно вылетевшие из растревоженного улья пчёлы. Аристомаха совершенно не представляла, что им теперь делать. И впервые не желала представлять.       Она за всю жизнь не видела Честера таким счастливым, как в этот вечер.       — Холодает, милая. Пойдём в дом.       Аристомаха обернулась, и морщины на её лице разгладились.       — Да, сейчас. Я почти забыла, что это зима. Почти не отличить от лета.       — Поживёшь здесь подольше, и равнинный климат окончательно тебя разбалует. — Честер прислонился к балконной ограде рядом с ней. — Я знаю, о чём ты думаешь. Мне тоже беспокойно. Но что мы можем поделать?       — Ничего. — Аристомаха вгляделась в огни Бенивьярда. — Пока. Остаётся ждать. Раз этот мир правильный, он не должен разрушиться, так что у нас есть время сообразить, как починить Сердце. Или…       Она умолкла, поджав губы.       — Или что, дорогая?       — Тебе не приходило в голову, что мы могли оказаться в этой вселенной не просто так? — Аристомаха серьёзно посмотрела ему в лицо. — Что нас привёл сюда не случай, а судьба?       — И с какой же целью?       Она заправила вьющиеся пряди за уши.       — Джиллиан.       — Что?.. — ошеломлённо переспросил Честер.       — Просто выслушай меня. Пророчество изначально было о ней, так? Она должна была спасти мир. Что, если мы предоставим ей шанс его спасти? Нам не нужно будет отправляться в прошлое, не нужно будет переписывать предсказание, если у нас есть правильный Феникс. В этот единственный раз законы мироздания на нашей стороне.       Честер не ответил и отвернулся, уставившись на сереющий рваными мазками город, скрадываемый наползавшей густой темнотой. Его руки подрагивали.       — Я не прошу решать сейчас, Уитфорд… но пожалуйста: просто подумай. Это может быть самый реальный из наших шансов.       И Аристомаха зашла внутрь.