The end of a beautiful era

Огромный банкетный зал, расположенный в здании старого замка, был битком набит красивыми людьми. Золото, бриллианты, меха, мужчины с большими роллексами на руках, фонтаны из шампанского и десятки галантных официантов, шустро снующих среди обезжиренных сливок общества. Прошёл ровно месяц с того момента, как Гантер Краузе стал одним из самых обсуждаемых людей высшего берлинского общества. Прибрав к рукам пару крупных компаний и заручившись поддержкой влиятельнейших людей европейского бизнес-мира, он из держателя небольшой, но значимой отцовской компании, превратился в мегалодона рынка и настоящего богача. И сейчас, на благотворительном вечере и юбилее его главного партнера, все с нетерпением ждали его появления. — Когда ты сказал, что хочешь заняться внешним видом, я и подумать не мог, что ты решил покорить всех здешних красоток своим костюмом от Армани. Карт Шнайдер в голос расхохотался, а, стоящая подле него Анна, все ещё исполняющая роль его жены, закатила глаза и чуть толкнула мужчину в бок. — Согласен, Анна, меня он тоже уже порядком достал. — Гантер усмехнулся и взял с подноса хрустальный бокал шампанского. — Кстати, а почему это вы здесь вместе? Неужели семья больше не на грани самоуничтожения? — Тебе, как вечному холостяку, Гантер, не понять, что в квартире я могу бросить в него стулом, но на людях не способна и пискнуть. Все здешние, мило улыбающиеся дяденьки и тетеньки готовы растоптать тебя буквально при первой же удобной возможности. Мудрая женщина, которая когда-то сделала свой выбор, пусть даже и не совсем правильный, — Анна ехидно покосилась на Карла, — должна дать им понять, что она всегда поддержит своего избранника. — Дорогая, какие серьезный слова! Жаль, что я слишком пьян, чтобы выслушать и половину. — Карл улыбнулся и поцеловал жену в щеку. Неизвестно откуда рядом возникла Софи, облачённая в белое шелковое платье, и сразу же взяла Гантера под руку. — А я все ищу вас и ищу, Краузе. Почему не здороваетесь? Она мило улыбнулась своими идеально ровными белыми зубами, вопросительно и игриво глядя на мужчину. — Пытался разобраться с порядком сбора благотворительных пожертвований, Софи. — Я с удовольствием вам все объясню, пройдемте. — Карл, Анна, прошу меня извинить. Мужчина откланялся и двинулся в сторону цента зала, где множество пар кружились в ритме вальса. Подхватив девушку за талию, он увлёк ее в танец, держась строго и несколько отстранённо. Софи замечала это, и казалось, будто бы подобное поведение лишь привлекало ее. — В последнее время все только и говорят о ваших успехах, Гантер. — Многое преувеличено, вы это прекрасно знаете! — Скромность украшает, но не красит. — А вычурная скромность привлекает внимание. Краузе улыбнулся и продолжил вальсировать, наслаждаясь живыми звуками мелодии. Рука его постепенно стала опускаться ниже, исследуя женскую поясницу, украшенную лентой. — Простите мой бестактный вопрос, но как у вас с дамой сердца? — Это с кем? Софи посмеялась и, притянув мужчину за плечи, тихо пролепетала ему почти что в ухо: — Никогда не поверю, что у вас нет дамы сердца, которой заняты все ваши мысли. Сжав пальцами тонкую женскую талию, Гантер сократил дистанцию до минимума, так, что касался кончиком носа ее щеки, а на своей чувствовал томное горячее дыхание. — Для того, чтобы иметь даму сердца, для начала необходимо бы обзавестись сердцем, Софи. Девушка переместила руку с мужского плеча на шею, легонько проведя по ней острыми ноготками. Каждое ее движение выдавало желание, граничащее с вожделением. — И то верно. Спустя два часа после того, как благотворительная часть была завершена, все приступили к самой ожидаемой — юбилею Мистера Рихтера Старшего. На сцену, подсвеченную сафитами, позади которой открывался изумительный вид на скалы и башни, поднялся слегка сутулый старик в элегантном белом костюме. Ему поднесли микрофон и подали трость, которую он надежно передал одному из своих помощников. Зал сразу же затих, а все присутствующие выстроились перед сценой, держа в руках наполненные бокалы. — Я очень рад видеть сегодня здесь всех вас. — начал Мистер Рихтер, улыбаясь всем своим морщинистым лицом. — Восемьдесят пять лет — большое число, но оно не больше количества вас, собравшихся, чтобы поздравить меня. Я это очень ценю. Что я хотел сказать? Подрастающее поколение бизнесменов бесконечно радует меня в последнее время. Вообще, бизнес — самая сложная игра из тех, в которые вообще играют люди. Потому как помимо недюжинного ума, таланта, смекалки и гибкости мышления, вы должны быть невероятно обаятельны и терпеливы, а терпение — самое важное качество успешного человека. После долгой, двадцати минутной речи Мистера Рихтера отовсюду послышался звон бокалов и поздравительные возгласы. Протискиваясь среди людей, Гантер подбирался все ближе к уединенному шатру, в котором был расположен праздничный стол Рихтера и его самых ближайших друзей. Увидев Краузе, старик сразу же зазывающе помахал рукой и выдвинул свободный стул подле себя, который Гантер поспешил занять. — Я вас искренне поздравляю, Мистер Рихтер! — произнёс он и улыбнулся. Расположенный вдалеке от всех, шатёр был наполовину пуст. Здесь было тихо и в некоторой степени неприлично интимно. — Спасибо, друг мой. Я весь вечер ждал момента, чтобы выпить с тобой. Ты появился как нельзя вовремя. Официант разлил по бокалам шампанское и подал горячее. Краем глаза Гантер заметил, как двое зрелых мужчин, сидевших за столом, вдруг встали и вышли, оставив его наедине с именинником. — Вы хотели что-то обсудить? — Да, — протянул Рихтер и прокашлялся. — Только ты должен понять меня, Гантер. И понять меня правильно. — Я постараюсь. — Последние несколько месяцев мы с тобой много работали вместе. Ты прекрасно знаешь, что с твоим отцом у меня были лишь разногласия, но после той сделки в прошлом году, я увидел, что ты совсем на него не похож. Я увидел в тебе человека, который смог бы оправдать мои ожидания, и вуаля! Совсем не ошибся. Я внимательно наблюдал за тобой все это время, присматривался, а после недавних событий и вовсе убедился в необходимости реализации моей последней задумки. Рихтер наколол кусочек свинины и положил его в рот. — О чем вы говорите? — осторожно спросил Гантер. — Я болен, друг мой. Болен неизлечимо. Один известный хирург сказал мне на днях, что это конец. Пара недель, от силы месяц и меня не станет. Краузе слушал, затаив дыхание, не веря в реальность данного разговора. Не веря своим ушам и глазам. — Я не просто так передал тебе те 48 процентов своей доли. В ближайшее время я хочу передать тебе свою половину. Таким образом ты станешь неприкасаем, а твоя компания укрупнится и станет мощнее моей. — Вы… — Не думай, что я делаю тебе эти подарки просто так, Гантер. У меня есть условия. Мысль об обладании такой силой влияния врезалась в сознание мужчины. Краузе не мог осознать, чем он вообще может отблагодарить Рихтера за подобную услугу, стоящую не просто миллионы, а миллиарды евро. — Как ты знаешь, мой сын давно умер. Всю жизнь он готовился стать достойным приемником, но судьба распорядилась иначе. Ему всегда не доставало жёсткости, уверенности, упрямости. — Старих вздохнул и выпил. — В тебе я увидел себя молодого. Как мне кажется, ты совмещаешь все необходимые качества для развития моего бизнеса, и я с радостью передал бы его тебе, вот только мы с тобой далеко не родственники. — Разумеется, но… — Итак, мое условие: ты берёшь в жены мою внучку, взамен я передаю ей свои права инвестора, а тебе — компанию. В шатре воцарилась тишина. Гантер, недоумевающий от всего, что прямо сейчас происходило с ним, не мог выдавить из себя и слова. Идея Мистера Рихтера казалась ему осуществимой и в некоторый степени даже правильной; он сразу понял, что наступил момент Х. Либо он сейчас же согласится на условия старика, либо тот не оставит от него и мокрого места. Подобные предложения делаются лишь один раз, а отказ означает предательство. Краузе улыбнулся. — Мистер Рихтер, ваше предложение весьма и весьма щедрое. Я бы никогда и подумать не мог о такой любезности и ни в коем случае не могу вам отказать. Старик, очевидно видевший Гантера насквозь, снисходительно улыбнулся в ответ и покачал головой так, словно знал заранее, что другого ответа и не услышит. Позади Краузе послышался шорох, а спустя секунду молодая девушка, вошедшая в шатёр поцеловала Рихтера в щеку и села напротив. — А вот и она! — воскликнул именинник, — Джозефина, я хотел бы тебе представить Гантера Краузе, моего замечательного друга и партнера. Девушка протянула руку и улыбнулась. Вдалеке слышались салюты, счастливые возгласы и первые аккорды какой-то классической мелодии в исполнении приглашённого оркестра. Гантер ожидал от этого вечера чего угодно, абсолютно-абсолютно всего, но никак не того, что в большом белом шатре, прямо напротив него будет сидеть именно она и наблюдать, как он вновь растворяется в голубизне ее глаз; именно она, что стояла месяц назад на коленях в грязном мужском туалете, растрепанная, отчаявшаяся, и послушно глядевшая на него снизу вверх в ожидании дозы. Гантер галантно взял ее руку и поцеловал. — Очень рад познакомиться с вами, Джозефина. — Это взаимно, Гантер.