Глава 7. ...после "взрыва"
28 августа 2020 г., 08:38
— Как?! — воскликнул Аларик, даже не заметив, что Джереми теперь тоже здесь. Стоял с отвалившейся челюстью и стремительно сливался со стеной.
Елена потерла шею и уныло сказала:
— Да как все.
— Он же вампир! — сказал Рик, до побелевших костяшек сжав спинку стула, перед которым стоял. Он чувствовал себя, как мешком пристукнутый. Пару раз. Такое чувство, что это его дочь пришла и сказала, что беременна. От Клауса. Чудовища, которое их чуть всех не поубивал и даже временно угнал его тело.
Да и как?!
— Он — гибрид, — устало пробормотала Елена. — А оборотни могут размножаться… И Клаус после того, как солнце в ту ночь село, очевидно, тоже вернул себе эту способность.
Но гнев мужчин это мало уняло.
— Да плевать! — крикнул Джереми, наконец отмерев. — Клаус — чудовище! Как ты могла вообще с ним переспать?!
— И когда? — добавил Аларик.
— Вот именно! — поддакнул Джереми, сжимая кулаки по бокам. — Боже, Елена! Он же тебя убил! Как ты?..
Наконец Елена не выдержала и хлопнув по столу, крикнула:
— Он бы обратил и убил Дженну, вместо Кэролайн, во время жертвоприношения, ясно?
Мужчины замолкли.
— Елена… — медленно произнес побледневший Аларик. — Он тебя?..
У его внутри прямо все сжалось от мысли, что помимо всего прочего эту бедную девушку еще и изнасиловали. А они и не заметили.
Он не заметил.
Вдруг ему отчаянно захотелось выпить стакан бурбона. А лучше бутылку.
— Он предложил сделку, а я согласилась, — сквозь зубы ответила Елена. — На этом — все.
Она не хотела больше ничего говорить. Как и не хотела, чтобы ее дочь считали ребенком, рожденным от изнасилования.
— И ты хочешь «это» оставить? — резко сказал Джереми, махнув в сторону ее живота, который Елена тут же прикрыла руками и жестко ответила:
— «Это», Джер, твоя племянница и моя дочь. Так что не смей больше так говорить, или я в жизни с тобой больше говорить не буду!
Последние слова Елена уже прокричала и быстро встав, выбежала из-за стола. Уже поднимаясь к себе и утирая щеки, по которым текли слезы, она саркастично и достаточно громко добавила:
— Спасибо за поддержку!
После чего залетела в свою комнату и легла на кровать, чувствуя, как ее тело стало сотрясаться от рыданий, а душа от боли и обиды.
Кажется, все-таки придется справляться самой, как я изначально и собиралась…
***
Где-то через часа полтора в дверь Елены тихо поскреблись. — Елена? Это я, Рик, нам надо поговорить, — довольно спокойно сказал голос с той стороны. — Если ты тоже считаешь моего ребенка «этим», то нам не о чем говорить, — хмуро сказала девушка, обнимая подушку и шмыгая носом. Рыдания ее уже угомонились, но обида от слов брата все еще горела у нее в груди. А ведь когда он только узнал, был даже рад, а сейчас что?.. — Это и твоя дочь тоже, — уверенно сказал Рик за дверью. — И чтобы ты не решила, я тебя винить не буду, а поддержу. Я, конечно, тебе всего лишь учитель, но… Елена усмехнулась. — Но тем не менее ты-то здесь, — сказала она. Укоризненное «…а не Дженна» так и повисло в воздухе. Они немного помолчали, а потом Елена робко сказала: — Ты и впрямь не считаешь, что моя дочь — чудовище? Только потому, что ее отец Клаус? И не хочешь, чтобы я от нее избавилась? Почему-то ей это было важно узнать. Да, господи боже, ей же всего восемнадцать! Конечно, ей все еще хочется, чтобы кто-то из взрослых был рядом, поддержал ее, помог и утешил!.. А Рик сейчас, наверное, самый близкий к родственникам кто остался! Джереми ее ненавидит теперь, да и он еще ребенок, сколько не старался казаться старше, а про тетку и говорить нечего. Та даже не позвонила, чтобы узнать, здесь ли Джереми, который все это время жил с ней. Так что… — Нет, не считаю, — твердо сказал Рик, — и нет, я не хочу, чтобы ты избавилась от ребенка. Если ты можешь принять ее и обстоятельства ее рождения… Если ты хочешь дать ей жизнь… То я тебя не буду судить. И помогу, чем смогу. Елена вновь шмыгнула носом и встав с кровати, открыла дверь. — Ты не обязан, просто спасибо, что хоть ты не требуешь от меня убить свою дочь, — проворчала она, посмотрев на прислонившегося к косяку Аларика. — Я боюсь, что ты будешь единственным, кто не против. Аларик хотел бы ее утешить, но он был реалистом и понимал, что девушка оказалась в положении, когда многие, кого она знает, обернутся против нее. И даже станут ей врагами. Рик и так уже начал переживать, пока переваривал новости, что Деймон может совершить глупость и навредить Елене. И Бонни. Та и вампиров не особо жалует. А уж тем более Клауса. Так что… Он боялся, что он и впрямь единственный, кто мог остаться на стороне девушки, если Джереми не придет в себя. А это плохо. У Клауса много врагов только в этом городке, а сколько их еще? Да и он сам? Что-то Рик сомневался, что тот обрадуется, поняв, что он не только разблокировал свою волчью сущность, но и приобрел бонус в виде плодородия. Да, и роль отца вряд ли вписывается в его образ плохого большого гибрида. Тот слишком кровожаден и брутален для этого. Так что Елена теперь, как мишень. Будто того факта, что она — двойник, было мало. Но Аларик ощутил внезапную решимость помочь ей. Он ее понимал, как никто. Ведь он теперь и сам сирота. Его собственный отец, последний его родственник, умер в начале лета, поэтому он и уехал так, что его никто не хватился. А Елена еще молода, а ее дочь и того не родилась, так что, да, он хотел помочь этим несчастным девчонкам, которые не просили родиться такими, какими они есть. Ни двойником, ни… дочерью гибрида. — Пошли-ка прогуляемся, — вдруг сказал он, оттолкнувшись от косяка. — Тебе надо побольше дышать свежим воздухом, да и мне надо пройтись. Подготовиться, так сказать, к завтрашнему дню в школе, полной ленивых и бунтующих подростков. — И беременных, — со слабым смешком добавила Елена, похлопав себя по животу. Аларик засмеялся. — Точно, — сказал он и настойчиво добавил: — Давай, давай. Я про прогулку не шутил. Елена надула губы. — А мороженкой угостишь? — хитро спросила она. Мужчина закатил глаза. — Черт с тобой. Будет тебе мороженка, — с фальшивой усталостью сказал Рик. — Какую хочешь? — Клубничное, с клубничным сиропом и кусочками свежей клубники, — тут же с горящими глазами сказала Елена. Рик поднял бровь и пораженно спросил: — Не многовато клубники будет вам, юная мисс? — Нет, — уверенно сказал Елена и невинно похлопала ресницами. Учитель истории покачал головой, но с улыбкой сказал, что исполнит ее просьбу и угостит ее этой «клубничной» бомбой.
