Падение Небес (вторая часть)

Мы смотрим друг на друга, а из глаз текут слёзы. Нарушить молчание значит проиграть. И я готова это сделать самым прозаическим способом. Но к нам в комнату кто-то постучал. Видимо, в этой школе мы никогда не сможем поговорить наедине. Я не сдвинулась с места, непризнанная распахнула дверь на пороге, которой стоял ее новый друг. Мы поспешно смахнули соленые капли с лица. — Привет, я принёс тебе конфеты, — Алехандро дружелюбно протянул ей белую коробочку, — ты тоже здесь? — он смущенно смотрит на меня, — если душить не будешь, то мы можем подружиться. Непризнанная растерянно смотрит то на меня, то на подарок ангела. Неизъяснимое бешенство закипело в моей груди. — Невероятно, Уокер! Он уже сюда заваливается, — я чувствую, что убью сейчас либо ее, либо его, — не забудь ему тоже про любовь затиреть, — я направилась к выходу. — Мими, ты куда? — обеспокоено спросила она. — К Ади. Он, видимо, единственный меня ждал. Я оттолкнула этого слащавого и ушла прочь. *Повествование от лица Вики* Дверь в нашу спальню яростно захлопнулась. — Видимо, я не вовремя… — Алехандро погрустнел. — Уже неважно, — нет смысла на него обижаться, он не сделал ничего плохого, — кто тебя пустил в школу? — Кроули разрешил посещать тебя. Это тебе, нужно же как-то загладить вину, — он протянул мне конфеты, — я хотел пригласить тебя порисовать завтра, если ты не против. В комнату снова вошли, но уже без стука. На пороге стояли Ости, Дино, Ади и Люци. — Кажется, мы прервали голубков, — сквозь смех сказала Ости. На ее тупые шутки я лишь закатила глаза. Если Ади здесь, то где дьяволица? — А где Мими? — обращаюсь я к дьяволёнку. — Я же говорил, что она дома, — он удивлённо поднял брови, — тебе нужно больше спать… — Мы только что с ней разговаривали, — друзья смотрят на меня как на умалишенную. Видимо, дьяволицу они не видели, — ладно. Что-то случилось? — Случилось, — сказал разъярённо Люцифер, — Мальбонте сбежал из тюрьмы. Страшный холод обхватил меня от ног до макушки. Он выбрался. Но как? — Как… — голова закружилась, — как это произошло? Люцифер раздраженно махнул рукой и вышел из комнаты, Ости пошла за ним. — Чего это с ним? — спросила я. — Его отец облажался, — расстроено сказал Ади, — погибло несколько сотен демонов, — дьяволёнок тяжело вздохнул, — это, наверное, он распорядился тем, чтобы вас подкараулили, — сказал он Алехандро. — Мальбонте бы не выбрался сам, — покачал головой Дино. — Аэдорская ведьма? — дрожащим голосом, спросила я. — Именно. Нужно все рассказать Кроули. Он вернётся в школу завтра. Ади до неприличия долго смотрел на Алехандро. Ему не нравилось присутствие ангела здесь. — Что я вам сделал? — Алехандро взглянул на Ади. — Ничего, — ответил Дино, сжимая плечо друга, — именно поэтому мы должны снисходительно относиться друг к другу, — обращаясь уже именно к Ади, сказал Дино. Дьяволёнок лишь сильнее нахмурился, сбросил руку ангела с себя и вышел из комнаты. Дино смотрел то на меня, то на Алехандро. — Не буду мешать, — в его голосе я почувствовала разочарование. — Дино… — но он ушёл, не дослушав. Я устало села на кровать Мими. — Ты меня не поймёшь, Алехандро, — не было сил объяснять ему, что непризнанная может влюбиться в демонессу, — но между нами с тобой, кроме дружбы, ничего быть не может. Он тяжело вздохнул, поправил огненно- рыжие волосы и произнёс: — Мне приятно, что ты со мной честна. Комната снова опустела. Я не хочу в очередной раз потерять Мими. Я должна найти ее. Я стала рассуждать логически: «Мими не может вернуться домой. Отец сразу заподозрит, что у неё что-то случилось. И если я ещё жива, то он не в курсе. Если я хотя бы немного ее успела узнать, то она может быть в театре». Я вызвала водоворот и отправилась туда. Я чувствовала энергию Мими как никогда близко. Она сидела на балконе, ожидая начала спектакля. Немедля я подсела рядом с ней. Дьяволица непонимающе и безмолвно устремила на меня глаза свои, и не знаю почему, но этот взор показался мне милым. — В чем дело? — спросила я, сделав самое невинное лицо, — ещё не началось? — Нет, а ты… — Мими внимательно осмотрела меня, — зачем здесь? — Ты меня обманула, — наши глаза встретились, — Мальбонте выбрался из заточения. Вдруг он захочет поквитаться с тобой, — я не пугала бестию, а действительно переживала за неё. — Да? — она усмехнулась, — и чем ты мне тогда поможешь? К тому же, я не обманывала тебя, — она отвернула голову к сцене, на которой появилась труппа, — я пошла к Ади, но его не было в комнате, — дьяволица вдруг помедлила и вспыхнула, точно спичка, — чего это я перед тобой оправдываюсь?! — ее глаза загорелись, — что хочу, то и делаю. — Конечно, конечно, — ее нервозность меня забавляет, ведь именно она даёт мне понять, что Мими не все равно на меня, — как называется? — спросила я про пьесу. — «Гроза», — Мими сложила руки на груди, — тебе, должно быть, понравится, как раз сейчас Катерина изменит своему мужу. Ее поведение меня раздражает. Но в этом и есть ее своеобразная прелесть. От усталости я теряю контроль над голосом. — Знаешь, Мими, — я силой разворачиваю ее за плечо, — а тебе следовало выбрать «Старуха Изергиль». — Почему же? — рыча от гнева, спросила бестия. — Вы похожи с Ларра, два эгоиста. Может быть, тебя ждёт такое же одиночество, если не перестанешь отталкивать от себя всех. — Ты изменила мне со слащавым, а теперь стараешься обвинить во всех несчастьях меня?! — она снова зверела. Мими права. Я пытаюсь перебросить хотя бы часть вины на неё. — Мне жаль, что так вышло… — я положила руку на ее ладонь и переплела наши пальцы, — но это не измена. Он сам меня поцеловал. — Со мной все в порядке, ты можешь лететь в школу, — дьяволица разомкнула наши руки. Я понимаю, что ей тяжело. Но и я ни на йоту отступать от выбранного пути не намерена. — Нет, я хочу посмотреть пьесу, — если она думает, что я сдамся так просто, то она ошибается. Я заметила на ее лице улыбку. Такую тёплую и родную, что невольно на секунду улыбнулась и сама. Она отвернула от меня голову, но я не смогла устремить взор на сцену. Я пристально рассматривала каждую деталь, будто что-то могло измениться в ее чертах лица за пару дней. Вся она для меня обворожительна. Эта ее улыбка — моя маленькая победа. Весь спектакль мы провели в полном молчании. Но нам и не нужны были слова, чтобы понять друг друга. Все было ясно и без них. Наверное, это называется любовь.