Лента и колокольчик

«Трое из Четырех Великих Орденов свергли тиранию Цзинь Гуаншаня!» «Его сын, Цзинь Цзысюань, провел справедливый суд! Говорят, сам Старейшина Илин пришел на него!» «Только подумать, совсем недавно Орден Ланьлин Цзинь противостоял Цишань Вэнь, а сейчас сам поддался искушению». «Они хотели нарушить равновесие и встать во главе мира заклинателей. Не думал, что Цзинь Гуаншань оказался настолько глуп, что наступил на те же грабли, что и Вэнь Жохань!» «А Старейшина Илин, Вэй Усянь, единственный, кто не побоялся выступить против него». «А вы слышали?! Слышали?! Достопочтенный Ханьгуан-цзюнь погиб!» «Вот, что бывает с теми, кто доверился не тому человеку». «Тише, вдруг тебя услышат кто-нибудь из клана Цзян или Лань!» «Вы говорите о Вэй Усяне и Лань Ванцзи? Значит правда, что эти двое были друзьями? И как же он погиб?» «Во время осады Луаньцзан он упал со скалы, прихватив с собой Тигриную Печать». «Нет, он не спрыгнул бы сам. Вэй Усянь столкнул его! Ханьгуан-цзюнь хотел уничтожить печать, чтобы положить конец бесчинствам. Вэй Усянь попытался отобрать ее, но вместо этого столкнул его со скалы». «Да! А теперь этого убийцу покрывают Юньмэн Цзян! Почему Гусу Лань не потребовал возмездия?» «Пф! Эти монахи? Они даже муху не обидят! Кротки, словно овцы! О каком возмездии может идти речь?» «Замолчи, старый осел! Еще накличишь на нас беду ртом своим поганым!» «Как бы то ни было, Вэй Усянь сейчас недосягаемая вершина. Его поддерживают кланы Цзян и Цзинь. Не думаю, что теперь кто-либо осмелится бросить ему обвинения также легко, как это сделал Цзинь Гуаншань».       Лань Ванцзи уже настолько привык к постоянно завывающим и носящимся вокруг него темным духам, что наступившая оглушительная тишина ударила по его ушам словно молот. От неожиданности он открыл глаза, но вместо привычной черноты, в которой ежесекундно метались всевозможные темные сущности, он увидел комнату, освещенную лишь слабым светом луны, льющимся из раскрытого окна. Ванцзи сидел на полу, облаченный в привычные белые одежды, чей вес он ощущал всем телом. Напротив него на полу развалился юноша лет двадцати и с восторгом разглядывал его, словно он был, как минимум, Нефритовым Императором, спустившимся с Девятых Небес.       – Почему я жив? – это был животрепещущий вопрос, так как он четко помнил, как умер на глазах своего возлюбленного, а после долгое время находился в Диюе. Юноша наконец отмер и широко улыбнулся:       – Приветствую Ханьгуан-цзюня! – он сложил руки перед собой и низко поклонился, – Мое имя Мо Сюаньюй, и это я призвал вас из мира мертвых, заключив контракт. Вы должны будете защищать меня, пока я не отомщу, а после можете уйти туда, куда ваша душа пожелает.       – Почему именно я? – Лань Ванцзи легко принял факт своего воскрешения, но он действительно не понимал, по какой причине этот мальчик призвал для мести именно его, учитывая репутацию Ордена Гусу Лань, как монашеского Ордена. Лань Ванцзи было запрещено убивать, безучастно наблюдать за тем, как убивают у него на глазах, и тем более защищать убийцу, – Я не буду помогать тебе творить зло и вредить людям.       – Нет, нет, нет, вы не так поняли! – Мо Сюаньюй замахал руками, – Я не собираюсь никого убивать, я просто хочу восстановить справедливость. Ну и чтобы вы помогли мне немного в обучении. Понимаете, мои родственники не позволяют мне учиться. Брат постоянно бьет и ворует мои книги, тетя приказывает слугам бить меня палками, если я высунусь из комнаты, а люди в деревне закидывают меня овощами, когда я пытаюсь добраться до библиотеки. Поймите, без связей, знаний и умений я не смогу очистить свое доброе имя и воздать по заслугам тем, кто оклеветал меня. Поэтому я и надеялся, что вы, прозванный Духом-Защитником, сможете мне помочь, – юноша смущенно улыбнулся, но в глазах была настороженность, будто он боялся, что Лань Ванцзи ему не поверит и откажет.       Он бы так и сделал, если бы его взгляд не зацепился за синяк, виднеющийся сквозь порванную одежду на боку. Он вдруг вспомнил, как Вэй Усянь пару раз упоминал о своем детстве. Как он жил на улице, бегал от собак, а потом встретил главу Цзян. Вдруг, этот дрожащий юноша показался ему таким знакомым и близким, что сердце болезненно кольнуло. Лань Ванцзи понял, что не сможет просто отказаться помочь этому ребенку. Он опустил взгляд на пиалы с чаем, которые они должны были, согласно ритуалу, испить на пару с Мо Сюаньюем, и кивнул.       – Хорошо, я согласен.       Юноша тут же просиял. Он схватил чашу и протянул ее Лань Ванцзи. Тот принял ее, мельком отметив, что руки мальчика были покрыты ссадинами и синяками.       – Я, Лань Ванцзи, прозванный Ханьгуан-цзюнем, обещаю защищать Мо Сюаньюя до тех пор, пока он не восстановит справедливость и не накажет преступника, – они подняли чаши и одновременно осушили их.       Лань Ванцзи задохнулся от восторга, чувствуя, как холодные щупальца тьмы, за время пребывания в Диюе ставшие ему второй кожей, медленно сползают по рукам, плечам, ногам, спине, нехотя втягиваясь обратно во мрак Ада. Лань Ванцзи расправил плечи и сделал глубокий вдох, потом еще и еще, жадно глотая воздух, как будто боясь что тьма сейчас вернется, окружая его удушающими объятиями.       – Ханьгуан-цзюнь, с вами все в порядке? – искреннее беспокойство в голосе юноши не дало Лань Ванцзи проигнорировать вопрос. Он коротко кивнул и, выпрямившись, по привычке обратился к Золотому Ядру.       Если бы кто-нибудь попытался исследовать его духовные силы, то наверняка впал бы в состояние глубокого шока. Его Золотое Ядро нормально функционировало, но ци струилась не по меридианам. Она текла через искусственный канал прямо к поверхности тела Лань Ванцзи, пробивалась через тонкую тканевую преграду мешочка цянькунь и обвивалась вокруг Стигийской Тигриной Печати, образуя прочный кокон, не дающий энергии обиды просочиться в мир.       Из-за этого предмета он когда-то погиб. Из-за этого предмета когда-то чуть не погиб Вэй Усянь.       – Благодарю вас, Ханьгуан-цзюнь, – тихий голос вывел мужчину из состояния транса. Лань Ванцзи вспомнил, где он находится и, решив отвлечься от тяжелых мыслей, обратился к Мо Сюаньюю.       – А теперь расскажи мне о том, что с тобой случилось. Я обещаю, что постараюсь помочь, – прохладный голос мужчины подействовал на юношу, словно освежающий ветерок, даря успокоение измученным долгим ожиданием и страхом отказа нервы.       Мо Сюаньюй вздохнул и начал свой рассказ. В начале он постоянно заикался и смущался, но вскоре расслабился и даже начал возмущенно размахивать руками, обиженно всхлипывать, а под конец и вовсе расплакался. Растерянный Лань Ванцзи попытался успокоить юношу, похлопывая его по спине и смущенно перечисляя, какие правила Ордена Гусу Лань он нарушает. В конце концов, Лань Ванцзи достал из кармана цянькунь, вытащил оттуда чай и предложил заварить. Мо Сюаньюй кивнул, все еще всхлипывая, и слабо улыбнулся, отправившись искать чайник.       – Я понимаю, что ты хочешь сформировать Золотое Ядро. Возможно, техники клана Цзинь не были достаточно эффективны, потому что не подходили тебе. Мне известны лишь техники Ордена Гусу Лань, но если и это не сработает, я попытаюсь найти что-нибудь в других Орденах.       – Разве бывает такое, что определенные техники могут подходить одним людям и не подходить другим? – Мо Сюаньюй шмыгнул носом и с интересом уставился на Лань Ванцзи.       – Такое возможно, – Лань Ванцзи кивнул и пустился в объяснения, – Разные Ордена имеют разную основу совершенствования и крайне неохотно делятся секретами. Но так как я решил тебе помочь, то научу тебя тому, чему научил бы ученика Ордена Гусу Лань, поэтому слушай внимательно. Техники совершенствования Ордена Гусу Лань основаны на...       Несколько часов спустя двое в комнате спокойно разговаривали о культивации, наслаждаясь османтусовым чаем, когда дверь внезапно отворилась, хлопнув створками о стены, и в комнату вбежали люди. Лань Ванцзи отреагировал мгновенно. Встав с пола, он задвинул Мо Сюаньюя себе за спину и приготовился к бою.