Лента и колокольчик

      Вэй Усяня раздирали двойственные чувства. Скоро должна была состояться свадьба Яньли и Цзинь Цзысюаня. С одной стороны он отчаянно желал вновь увидеть свою шицзе. Воспоминание о том, как прекрасна она была в свадебном платье, все еще стояло перед глазами, согревая душу. Он очень хотел побывать на празднестве. Даже если ее выбор пал на этого павлина, Вэй Усянь был так счастлив за нее. К тому же, она точно расстроится, если хоть один из ее младших братьев не будет рядом в самый важный день в ее жизни.       Но, с другой стороны, были Вэни. Вэнь Цин, Вэнь Нин, бабушка, А-Юань и другие. Страх за них или любовь к сестре — что сейчас более первостепенно? Вэй Ин не успел ответить сам себе на этот вопрос, в пещеру вошел Вэнь Нин.       — Молодой господин Вэй, — он нерешительно помялся у входа, — У подножия горы стоит Ханьгуан-цзюнь, он очень просил впустить его, — Вэй Усянь медленно моргнул, все еще погруженный в размышления, и протянул:       — Ханьгуан-цзюнь? — через секунду глаза Вэй Усяня широко распахнулись, и он подскочил на месте, — Лань Чжань здесь? Вэнь Нин, что же ты сразу не сказал? — с улыбкой до ушей, он выбежал из пещеры, оставив позади удивленно хлопающего глазами Призрачного Генерала.       В тот момент, когда он услышал знакомое имя, все страхи и сомнения Вэй Усяня ушли на второй план. Он бежал с горы, перепрыгивая камни и рискуя сломать себе шею. Вэнь Цин кричала ему в след что-то злобное, пока бабушка закрывала А-Юаню уши, но Вэй Усянь этого не слышал. Все, что его интересовало в тот момент, это Лань Ванцзи, ждущий его у подножия горы. Как ни странно, но он оказался единственной отдушиной в его заполненной бесконечной борьбой с энергией обиды жизни.       Когда из-за скрюченных деревьев показалось белая фигура, Вэй Усянь помахал ей рукой. Лань Ванцзи неловко помахал в ответ. Пробежав еще немного, Вэй Усянь остановился в нескольких метрах от него, запыхавшийся, но с довольной улыбкой на лице.       — Лань Чжань, я так рад, что ты пришел!       — Мгм, — Лань Ванцзи коротко кивнул, смущенный его реакцией, но почти сразу посмурнел. Вэй Усяню показалось, что тот обеспокоен чем-то, хотя на его лице все так же оставалось выражение отстраненного равнодушия. — Вэй Ин, мне нужно с тобой поговорить, — но дальше этой фразы слова не шли.       Что ему сказать? О своих подозрениях на счёт того, что Цзинь Гуаншань может напасть на Луаньцзан в любой момент? На основе чего он сделал такие выводы? Просто потому, что Цзинь Гуаншань не смог один раз сдержать злость во взгляде? Или из-за предчувствия беды, которое возникло после его речи? Но Вэй Ин и без него может об этом догадаться. Может, стоит начать с того, о чем они говорили на собрании? Вэй Ин ведь не знает о том, что Гусу Лань заступился за Вэней.       — Лань Чжань! Ты меня слушаешь? — Лань Ванцзи вынырнул из своих размышлений и понял, что они с Вэй Усянем идут по склону горы, а тот, в этот момент, с беспокойством вглядывался в его лицо.       — М-м? Прости, Вэй Ин, я тебя не слушал, — Лань Ванцзи почувствовал, как у него теплеют кончики ушей, но Вэй Ин только беззаботно улыбнулся и ответил:       — Все в порядке! Я просто хотел сказать, что собираюсь посетить свадьбу шицзе, — Лань Ванцзи замер, побледнев. Слова вырвались, прежде чем он смог их обдумать:       — Вэй Ин, не иди туда! — Вэй Усянь прервался на полуслове и удивленно посмотрел на Лань Ванцзи:       — Почему? Лань Чжань, это же шицзе! Как я могу не пойти на свадьбу собственной сестры? — в голосе Вэй Усяня можно было различить искреннее огорчение и даже намек на злость.       Лань Ванцзи понимал его чувства. Чета Цзян приняла его, как своего сына, а Цзян Чэн и Яньли любят его и называют своим братом. Но в этот момент его злило то, что Вэй Усянь в полной мере не мог осознать, в какой опасности он находится. Он не знал, как объяснить тревожное чувство, которое поселилось в сердце и не давало ему покоя. Поэтому, он решил рассказать все с самого начала.       Рассказ продлился долго, а они остались стоять на тропинке, так и не дойдя до пещеры. Вэй Усянь внимательно слушал рассказ Лань Чжаня, пару раз порывался сказать что-то возмущенное, но Лань Ванцзи не дал себя перебить. Под конец, лицо Вэй Усяня приняло шокированное выражение, и он воскликнул:       — Ты сделал что?! — крик Вэй Усяня слился с криком Вэнь Цин, что стояла чуть поодаль, но на нее никто не обратил внимание.       — Лань Чжань! — Вэй Усянь схватил его за плечи и встряхнул, — Ты что, с ума сошел?! Это же Цзинь Гуаншань! Второй самый страшный человек после Вэнь Жоханя! Как тебе вообще в голову могло прийти противостоять ему?!       — Но разве ты не сделал то же самое, когда бежал с Вэнями? — уловив перерыв в тираде Вэй Усяня, смог проговорить опешивший Лань Ванцзи.       — То я, а это ты! — возмущению Вэй Усяня не было предела. Лань Ванцзи пошел против всего мира заклинателей, против самого Цзинь Гуаншаня, чтобы спасти его и почти незнакомых ему людей, даже не позаботившись о собственной безопастности! Вэй Усянь не заметил, как энергия обиды начала просачиваться сквозь плотный барьер, что выстроил для него Лань Ванцзи, а сам он теряет контроль над своими действиями. Но это заметил Лань Ванцзи.       — Вэй Ин, пожалуйста, успокойся, — тихо прошептал он, его сердце заполнилось страхом, когда он увидел алую вспышку в глазах Вэй Усяня. Почему он вновь теряет контроль над энергией обиды? Он ведь говорил, что мелодия Лань Ванцзи ему помогает. В этот момент над горой раздался громкий женский голос.       — Ханьгуан-цзюнь! — к мужчинам подбежала Вэнь Цин и, схватив Вэй Усяня под руку, почти приказным тоном сказала Лань Ванцзи: — Помогите мне отвести его в пещеру.       Они отвели несопротивляющегося Вэй Усяня до кровати. Мужчина был бледен, его алые глаза смотрели вникуда, а руки судорожно сжимались в кулаки. Казалось, он всеми силами пытался побороть внутренних демонов. Лань Ванцзи не медля присел за стол и принялся наигрывать мелодию. Постепенно, энергия обиды начала рассеиваться, и Вэнь Нин благоразумно покинул пещеру.       Вэй Усянь начал понемногу приходить в себя. Постепенно его сознание прояснилось, и вдруг он понял, что лежит на своей кровати, хотя секунду назад стоял и разговаривал с Лань Ванцзи… Где Лань Ванцзи?! Вэй Усянь подорвался с кровати, лихорадочным взглядом обшаривая комнату. Отыскав глазами белую фигуру, он почувствовал, как облегчение наполняет его душу. Образы мертвого Лань Ванцзи, навеянные призраками, растаяли, как снег по весне.       Потом пришло осознание, и Вэй Усянь застонал, схватившись за голову. Как он мог снова позволить энергии обиды взять верх? Возможно ли, что Печать стала агрессивнее? Или же, это Лань Ванцзи действует на него как-то по-особому? Конечно, по-особому! Лань Ванцзи его друг, который был с ним даже в самый трудный период его жизни. Вэй Усянь не простит себе, если потеряет его.       — Вэй Ин, — Вэй Усянь поднял голову, и взгляды его и Лань Ванцзи столкнулись, — Ты в порядке? — конечно же Лань Ванцзи первым делом должен был задать этот вопрос. И что ему на это ответить? «Да, Лань Чжань, все в порядке, просто энергия печати стала настолько сильной, что выходит из-под контроля даже после всех твоих стараний. И возможно, что из-за твоего присутствия в моей жизни энергия обиды становится сильнее»? Но как сказать ему такое?       — Все в порядке, Лань Чжань, не переживай, — Вэй Усянь вымучено улыбнулся. Получилось неубедительно, но он действительно старался. Потом мужчина вспомнил их недавний разговор и нахмурился, — Лань Чжань, брось эту затею. Цзинь Гуаншань точно не тот человек, с которым можно соревноваться в хитрости. В этот раз у тебя все получилось только благодаря удаче и тому, что Цзинь Гуаншань не ожидал такого поворота событий, — Лань Ванцзи все больше хмурился и, стоило Вэй Усяню замолчать, как он заговорил:       — Неужели ты думаешь, что я брошу тебя в беде только потому, что ты меня об этом попросил? Вэй Ин, ты мой друг, и я хочу помочь тебе, — два взгляда скрестились, и было неизвестно кто кого переупрямит, но тут Вэнь Цин поднялась со стула и, отпустив запястье Вэй Усяня, строго на него посмотрела.       — Вэй Усянь, тебе лучше сейчас не спорить с Ханьгуан-цзюнем и вообще не волноваться. Лучше просто ляг и поспи. А теперь я вас оставлю. Мне еще нужно предупредить остальных о переезде. Ханьгуан-цзюнь, — кивнув Лань Ванцзи, девушка покинула пещеру.       — Сколько раз у тебя были такие приступы? — едва Вэнь Цин покинула пещеру, Лань Ванцзи задал вопрос. Его взгляд не обещал ничего хорошего, поэтому Вэй Усянь решил не врать.       — С тех пор, как ты начал играть мне ту мелодию, это второй. Первый ты помнишь. Этот Цзинь Цзысюнь не умеет держать язык за зубами! Посмел оскорбить мою шицзе! Тогда темная энергия печати почти пересилила меня. Я уже начал думать, что потеряю контроль и разорву его на куски. Но потом я услышал твой голос… И темнота будто отступила, — Вэй Усянь вдруг лукаво улыбнулся, — Ханьгуан-цзюнь действительно удивительный. Одним своим присутствием он способен прогонять темную энергию.       — Ерунда, — Лань Ванцзи смущенно фыркнул и опустил взгляд, старась прикрыть волосами покрасневшие уши, а после нахмурился, — Но Стигийская Тигриная Печать действительно выходит из-под контроля. Вэй Ин, так не может продолжаться.       — И что ты предлагаешь? Я не позволю ее уничтожить! Как тогда я смогу защитить моих близких и друзей? — он ткнул пальцем в сторону выхода, но Лань Ванцзи спокойно напомнил:       — Гусу Лань взял их под свою защиту, тебе больше не о чем беспокоиться. А если ты опасаешься мести Цзинь Гуаншаня, то… — Лань Ванцзи хотел сказать «идем со мной в Гусу», но вспомнил, как Вэй Усянь обычно реагирует на его слова и предупреждение Вэнь Цин о том, что ему нельзя волноваться… И придумал другой выход: — Если хочешь, мы можем отправиться в путешествие. Станем бродячими заклинателями. Люди Ланьлин Цзинь нас не смогут найти, а даже если найдут, я защищу тебя, — Лань Ванцзи с замиранием сердца следил за реакцией Вэй Усяня на свои слова. Серые глаза попеременно то светлели, то темнели. Под конец он поджал губы и хмуро сказал:       — Лань Чжань, я ценю твою поддержку, но я действительно не хочу подставлять тебя под удар. К тому же, что скажет твоя семья, когда узнает, что ты, Ханьгуан-цзюнь, помогаешь мне, Старейшине Илин? — Лань Ванцзи невозмутимо ответил:       — Они давно об этом знают. И отпустят меня, не сомневайся, — Вэй Усяня, похоже, не убедили его слова. Он всерьез вознамерился продолжить спор до победного конца. Лань Ванцзи вздохнул и, решив, что это подождет, решил перевести тему: — Вэй Ин, ты не должен идти на свадьбу, Цзинь Гуаншань замыслил что-то недоброе.       — Ты не понимаешь, Лань Чжань! — в отчаянии выкрикнул Вэй Усянь, спрыгивая с кровати, — Это свадьба моей шицзе, я не могу пропустить ее!       Глядя на то, как он бегает по комнате, собирая вещи в дорогу, Лань Ванцзи понял, что нужно срочно что-то предпринять. Вэй Усянь не должен попасть на свадьбу, он это чувствовал. Но как его переупрямить? Лань Ванцзи даже напомнил ему о беззащитных в его отсутствие людях Вэнь, на что получил ответ:       — Лань Чжань, Вэнь Нин и еще сотни мертвецов горы Луаньцзан вполне способны справиться с их защитой, будь уверен, — и продолжил сборы. Наконец, Лань Ванцзи сдался и попросил:       — Позволь мне хотя бы тебя проводить, — тогда Вэй Усянь с радостью согласился на его предложение, и Лань Ванцзи с облегчением выдохнул. Он опасался, что Вэй Ин и в этом ему откажет. А теперь, находясь рядом, он сможет защитить Вэй Усяня в случае опасности.       Пока длился их разговор, на улице постепенно стемнело. Вэй Усянь заметил это лишь тогда, когда бросил взгляд на вход в пещеру. Прервав разговор, он подскочил на месте затараторил:       — Эй, Лань Чжань, Лань Чжань! Уже почти ночь, ты не планируешь идти в гостиницу? — Лань Ванцзи тоже посмотрел на небо, точнее небольшой его кусок, виднеющийся в проеме. Внезапное чувство нежелания охватило его душу, и он сказал:       — Я не хотел бы сейчас идти туда. Ты не будешь против, если я останусь на ночь? — Лань Ванцзи вопросительно посмотрел на опешившего Вэй Усяня, в прочем, тот быстро пришел в себя и широко улыбнулся.       — Конечно, Лань Чжань! Ты можешь оставаться здесь сколько угодно! — мужчина на секунду замолчал, будто вспомнил о чем-то, — Ах да! Лань Чжань, когда, ты говорил, на Луаньцзан прибудут люди вашего ордена?       — Брат сказал, что они планируют забрать людей Вэнь после свадьбы твоей сестры и Цзинь Цзысюаня, — Вэй Усянь кивнул и, бросив на пол одеяло и подушку, а после с невозмутимым видом лег поверх них. Лань Ванцзи проследил за его движениями и спросил: — Что ты делаешь?       — А разве не видно? Собираюсь спать, — Вэй Усянь заложил руки за голову и закрыл глаза, — Ты, кстати, тоже ложись. Завтра нам нам рано вставать, — он указал рукой на кровать, и Лань Ванцзи, наконец, понял.       — Ты собираешься спать на полу? — Лань Ванцзи встал из-за стола и неуверенно направился к Вэй Усяню.       — Ну да, ты ведь гость, поэтому я уступил тебе кровать. Ложись, говорю, — он похлопал рукой по боку кровати, покрытому тонкой простыней.       — Нет, я лучше посплю на полу, а ты ложись на кровать, — Вэй Усянь сел и хмуро уставился на Лань Ванцзи:       — Лань Чжань, ты хочешь меня обидеть? — заклинатель растерялся от такой постановки вопроса, поэтому не сразу нашелся с ответом.       — Нет, но…       — Тогда ложись и не спорь! — отрезал Вэй Усянь и вновь откинулся на подушку.       — Но я не хочу, чтобы ты спал на полу, — все-таки закончил Лань Ванцзи, все еще не притронувшись к кровати. И тут Вэй Усяню пришла в голову замечательная, как ему показалась, идея. Он снова сел и, хитро улыбаясь, посмотрел на Лань Ванцзи.       — Ну, тогда у меня есть еще одно предложение, — он сделал эффектную паузу, и Лань Ванцзи нетерпеливо нахмурился, — Мы могли бы вместе лечь на кровать, что скажешь? — Вэй Усянь рассчитывал, что Лань Ванцзи, как минимум, одарит его неприязненным взглядом и ляжет таки спать, но такого ответа он точно не ожидал:       — Хорошо, — Лань Ванцзи вытащил одеяло и подушку из своей сумки и бросил их на кровать. Улыбка застыла на губах Вэй Усяня, и он тупо спросил:       — Что? — Лань Ванцзи невозмутимо посмотрел на него, продолжая расстилать постель.       — Ляжем спать вместе. Я не позволю тебе спать на холодном полу, — Вэй Усянь подскочил на постели и уже собирался что-то сказать, но Лань Ванцзи его опередил, — Или ты сказал это только для того, чтобы я поддался твоим уговорам и лег сюда сам?       Вэй Усянь не смог ничего на это ответить. Конечно, он рассчитывал, что Лань Ванцзи, смущенный его предложением, откажется и ляжет уже в кровать. Основываясь на том, что Лань Ванцзи не любит чужих прикосновений и вообще какого бы то ни было нарушения личного пространства, Вэй Усянь и придумал этот план. Но Лань Ванцзи в который раз смог его удивить. Кто бы знал, что он согласится? Но отступать было уже поздно.       В конце концов, Вэй Усянь и Лань Ванцзи оказались в одной постели, и если Лань Ванцзи лежал на спине и едва ли подавал признаки жизни, то Вэй Усянь не мог уснуть. Он то поворачивался спиной к Лань Ванцзи, то ложился на спину, и так по кругу. Наконец, он не выдержал. Повернувшись лицом к Лань Ванцзи и подперев рукой голову, Вэй Усянь стал пристально вглядываться в темноту, стараясь разглядеть в слабом серебряном свете луны очертания чужого лица.       Постепенно, глаза привыкли к темноте, и Вэй Усянь смог увидеть плавный изгиб бровей, длинные изогнутые ресницы, его взгляд спустился к неплотно сомкнутым губам. Длинная прядь волос выбилась из прически, спускаясь по щеке. Вэй Усянь протянул руку и заправил ее за ухо. Пальцы случайно мазнули по нежной коже щеки. Внезапно он судорожно вздохнул и резко убрал руку, будто испугавшись чего-то. Затем лег на спину и отвернулся в другую сторону.       Полчаса спустя окаменевшее тело расслабилось, а прерывистое дыхание выровнялось. В темноте открыл глаза Лань Ванцзи. Его рука мягко прикоснулась к лицу в том месте, где его касался Вэй Усянь, и проследила это движение. Он осторожно повернул голову и еще долго смотрел на серебрящиеся в свете луны черные волосы. Его глаза постепенно закрылись, и он так же погрузился в сон. В эту ночь их впервые не мучили кошмары.