Из Швейцарии с любовью

      Перед первым в своей жизни уроком в качестве учительницы Зоя немало волновалась. Молодая женщина не представляла, как проводятся уроки, с чего нужно начинать и что делать. Конечно, Зоя прекрасно понимала, что можно было бы порасспрашивать Асю на эту тему или спросить свекровь, но Ася, как назло, была в эти дни занята, а выставлять себя полной идиоткой перед свекровью не хотелось.       Невольно на ум пришли уроки педагогики, которые прошли мимо нее, но, как вспоминала Зоя, Геллер там ничего не говорила о том, как нужно проводить занятия.       «Или, может быть, говорила, а я не обратила внимания… — подумала Зоя. — Или, может быть, я тогда исключена из гимназии была…»       Так же невольно на ум пришло воспоминание, когда Владимир заставлял ее выучить материал и проверял, придираясь к каждому неверно сказанному слову.       «Может быть, если бы я все тогда учила, как Володя заставлял, я бы и больше знала…» — растерянно подумала Зоя.       Позже на ум пришли занятия с домашним учителем, который и объяснял, и спрашивал так, что Зоя выучивала все то, что ей задавалось.       «У меня должно все получиться, — подумала молодая женщина. — Не зря же я гимназию окончила!»       В день своего первого урока Зоя встала, как обычно, немного позанималась домашними делами, а потом, после обеда, передав Сашеньку свекрови, пошла на занятия.       Чуть волнуясь, молодая женщина постучала в дверь.       — Учительница, — представилась Зоя, по-видимому, прислуге.       — Проходите, — раздалось в ответ.       Зоя разделась, прошла к ученице и сказала:       — Мари, я ваша новая учительница. Мадам Геллер.       «Мадам Геллер», — пронеслось в голове Зои.       Услышав эту фразу со стороны, молодая женщина вспомнила другую мадам Геллер, гимназию, недовольства своим поведением, постоянные наказания, недовольство отца… Заставив себя вернуться к реальности, Зоя подумала:       «Это все в прошлом, а сейчас нужно работать».       Зоя села напротив своей ученицы и сказала:       — Bonjour, mademoiselle. Sur quel sujet vous êtes-vous concentré avec votre ancien professeur? [1]       Ученица ничего не ответила.       — Bonjour, mademoiselle [2], — решила начать с самого начала Зоя.       — Bonjour [3], — не слишком уверенно ответила ученица.       — На какой теме вы остановились с прошлым учителем? — спросила Зоя.       — Не помню, — раздалось в ответ.       — Как же такое возможно? — изумилась Зоя. — Что вы последнее прошли?       — Мы ничего не проходили, — ответила Мари. — Мне давались какие-то задания, я не могла на них ответить.       — Quel est votre nom? [4] — спросила Зоя.       — Я вас не понимаю, — ответила Мари. — Говорите по-русски. Мне не для того приглашают учителей, чтобы я ничего не понимала.       — Мы с вами сегодня выучим основные фразы, — сказала Зоя. — Вы сможете ответить, как вас зовут, сколько вам лет, в каком городе вы живете.       — Мне это не нужно, — ответила Мари. — Зачем? Я не желаю заниматься подобным.       — Встаньте и протяните руки, — сказала Зоя, в момент вспомнив гимназию.       Мари встала. Зоя, взяв линейку, лежащую неподалеку, с размаху ударила ученицу по рукам.       — Да вы что себе позволяете?! — воскликнула Мари и в слезах выбежала из комнаты.       Недоуменная Зоя осталась стоять на своем месте. Молодая женщина не понимала, что ей дальше делать. По мнению Зои, ее реакция была вполне логичной и совпадала с возможной реакцией ее учителей из гимназии.       «Наверное, нужно пойти к матери и сказать, что дочь не хочет учиться», — подумала Зоя.       Однако идти никуда не пришлось, уже вскоре в комнату, где проходило занятие, пришла возмущенная мать Мари и сказала:       — Мадемуазель, если бы я одобряла подобные методы, то уже давным-давно отдала бы свою дочь в гимназию. Подобное недопустимо для домашнего учителя. Вот вам деньги за сегодняшнее занятие и больше я вас видеть не желаю.       Зоя молча взяла деньги и вышла на улицу. Молодой женщине очень сильно хотелось с кем-нибудь поговорить о том, что только что произошло и понять, что было не так. Если бы Зоя знала, что примерно в это же время мать выговаривала своей дочери о том, что следующая учительница уж точно будет последней, а если и она откажется заниматься, то тогда Мари будет отдана в простую школу, где подобные наказания в порядке вещей, а дочь плакала и обещала вести себя со следующей учительницей иначе, молодой женщине стало бы гораздо легче. Однако это Зое было знать не положено, поэтому она не слишком радостно брела по улице и думала о том, что вряд ли ей стоит искать еще учеников — вдруг попадутся такие же?       Вздохнув, Зоя пошла к Асе, которая уже, как надеялась молодая женщина, вернулась домой.       — Ася, вот почему меня выгнали? — вздохнула Зоя. — Когда она первый раз мне нагрубила, я закрыла глаза, решив, что я не Геллер. А вот во второй раз сразу вспомнила гимназию.       — Потому что нужно было на словах все говорить, а не классную даму из себя строить, — ответила Ася. — А с этой Мари вообще дел лучше не иметь. Она глупее самой закоренелой двоечницы, зато язык длинный. Так-то я согласна, ей прописать ижицу не мешало бы, но это не наше с тобой, Зойка, дело. Пусть мать ее воспитывает. А ты не переживай, найдешь себе хороших учеников. Надо же, моя машерочка решила Геллер-старшую из себя построить.       — Может, и найду, — не слишком уверенно произнесла Зоя. — Мне скоро совсем не до того будет. Думала, позанимаюсь немного, а потом уже скоро и Володя на свободу выйдет. И не строила я из себя никого, а просто пыталась понять, как надо учить других.       — Жаль, что у тебя первый опыт таким получился, неправильный, — сказала Ася. — Только время зря потратила.       — Мне за урок денег дали, — ответила Зоя. — Хоть какая-то сатисфакция [5] за потраченные нервы и время.       — Тебе ли, Зойка, говорить о нервах, — улыбнулась Ася. — Ты в годы учебы столько раз Геллер доводила, что могла бы и не удивляться сейчас. А вот я вполне могу удивляться, что тебе за урок заплатили, вполне могли просто взашей выгнать.       — Да ну их, эти уроки, совсем не то, что мне бы хотелось, — ответила Зоя. — Я думала, ученики и вправду будут учиться хотеть. Может быть, это и к лучшему, что меня в гимназию не взяли, а то только бы устроилась и уже уходить сразу.       — Да, если бы ты сперва устроилась, а в обед бы побежала увольняться, то только бы Геллер опозорила, — сказала Ася. — Ты не переживай, что-нибудь придумаешь, наладится у вас быт.       — Мяса хочу, Ася, — вздохнула Зоя. — Сил нет, как хочу… Уже дней пять его не ела.       — Пошли на кухню, я тебя покормлю, — ответила Ася. — Тушеное в чугунке устроит?       — Нехорошо как-то, — сказала Зоя.       — Нехорошо вот так с учительницей разговаривать, как с тобой Мари говорила, а покормить мою дорогую подругу — вполне нормально, — ответила Ася. — Пошли!       Домой Зоя вернулась довольная. Впервые за столько дней молодая женщина наелась досыта и слегка переживала из-за того, что она только что вдоволь поела, а свекровь будет довольствоваться пустым супом.       «Надо будет завтра пойти к маме да попросить денег в долг! — неожиданная мысль посетила голову молодой женщины. — Мама вряд ли откажет и разрешит отдавать деньги подольше».       — Как прошел урок? — спросила Эльвира Марковна невестку.       — Не сошлись характерами с ученицей, — ответила Зоя, пересказывая все, что произошло в доме. — Даже учебник раскрыть не успела, урок, толком, не начался. Я ее линейкой ударила, она убежала, а потом пришла мать и выгнала меня.       — Как я и говорила, если проблем никаких нет, учителей среди года не ищут, — ответила Эльвира Марковна. — Да и заниматься вообще не так надо, Зоя. Это не гимназия. Не положено домашнему учителю так поступать.       — Да поняла я уже, — вздохнула Зоя. — Но с такой барышней заниматься — себе дороже… [1] Добрый день, мадемуазель. На какой теме вы остановились с прошлым учителем? [2] Добрый день, мадемуазель. [3] Добрый день. [4] Как вас зовут? [5] Удовлетворение