Кабинет отца
29 декабря 2020 г., 09:47
Зоя посмотрела на подругу и сказала:
— Не знаю, Ася, трудно сказать. Конечно, Володе больше нравятся частные уроки. За них платят больше, там учеников меньше. Двое — это редкость, обычно один-единственный. Но на учеников или начальство он не жалуется. Все вполне устраивает.
Молодая женщина, задумавшись, произнесла:
— Я беру статьи для перевода у Ивана. Он до сих пор под негласным надзором жандармерии и прекрасно это видит по статьям для перевода. А как иначе подумать, если к тебе иногда приходят люди и дают большую стоимость для перевода одной статьи? Живем мы… Не побоюсь этого слова, богато. Денег больше, нежели нужно на жизнь, надеюсь, и летом хватит на достойный отпуск. А еще мне кажется, что мы тоже под надзором жандармерии. Если не я, то Володя точно. Поэтому и ведет такую мирно-пристойную жизнь.
Ася кивнула. Молодая женщина решила дождаться возвращения Владимира и поговорить с ним о том, что ей не так давно говорила Геллер.
«Владимир скоро придет на обед, — подумала Ася. — Поест, а потом можно будет и поговорить».
Все было так, как и запланировала Ася: скоро домой пришел Владимир, пообедал, а потом Ася сказала молодому человеку:
— Владимир. Твоя матушка хотела, чтобы я попыталась донести до тебя одну вещь.
— О том, что нужно и дальше так себя вести? — спросил молодой человек.
— Нет, — ответила Ася. — О Герхарде Артуровиче. И том, что его убили не просто так.
Выслушав сбивчивый рассказ Аси о том, что она случайно прочитала дневник, а теперь ей велено обо всем рассказать Владимиру и убедить его в ошибочности своих взглядов, молодой человек сказал:
— Перед самым отъездом, когда я только-только планировал уезжать, матушка мне рассказала эту историю. Скажу честно: я подумал, что все это только что матушка сочинила сама, чтобы меня удержать. Поэтому не обратил на ее слова никакого внимания. А теперь, когда ты говоришь, что лично видела эту тетрадь и сама все прочитала, я немного не понимаю ее. Это же какой козырь в ее руках, чтобы удерживать меня от неправильного, по ее мнению, поведения! Мол, не ходи, Володя, куда не надо, а то убьют тебя ненароком. Я даже спросил матушку, почему же она не рассказала мне все раньше, а она ответила, что сама все прочитала буквально пару месяцев назад. Конечно, это даже правдоподобно — матушка в отцовом кабинете особо не лазила, ее далеко не все книги интересовали, но я так и не поверил, что она, только-только прочитав такое, не сообщила столь важную новость мне. Может быть, она боялась, что я сделаю прямо противоположные выводы? Отец же не писал о том, что необходимо сохранять монархию, может быть, она подумала, что я решу, что раз папа этим занимался, значит, это, по сути, дело нужное? Надо будет как-нибудь спросить ее об этом, хотя, кажется, я ответ уже знаю. «Чтобы ты не лез, куда не надо».
— Так ты все знаешь, — изумилась Ася.
— Да, — ответил Владимир. — Только выводы, по мнению матушки, сделал неправильные. Стал незаметным человеком, чтобы от меня отстали, а не потому, что все осознал.
Погостив еще какое-то время, Ася решила вернуться домой. Обилие информации буквально выбило молодую женщину из колеи, но больше всего Асю шокировала гибель Герхарда Артуровича.
«Все это слишком опасно, — подумала молодая женщина. — Степан, убийство Герхарда Артуровича, взрыв на нашей свадьбе, недовольство жандармерии, Севастьян, карьеру которого я могу испортить раз и навсегда! Зачем было только начинать? С Севастьяном разругались и все, толку ровно ноль. Да, читать можно, узнавать новое можно, становиться разносторонне образованным человеком нужно, но изображать из себя вторую Зою просто глупо».
Подумав, Ася решила попробовать помириться с Севастьяном по методу Зои. В голове была жутчайшая каша из собственных мыслей самого разнообразного содержания, советов матери, бабушки, Зои…
— Севастьян, — сказала Ася, оставшись с мужем наедине. — Пожалуйста, прости меня. Не обижайся. Обещаю, свои ошибки не повторю.
— Что произошло? — спросил Севастьян, приготовившись услышать что-то еще более шокирующее, нежели очередная попытка достать книги.
«Агитировала и попалась? — подумал молодой человек. — Пыталась собрать бомбу? Что еще могло произойти?»
— Я о тех бумагах, — ответила Ася. — Помнишь? Которые могут погубить твою карьеру.
— Есть еще копии? — заметно насторожился Севастьян.
— Нет, — сказала Ася. — Копий нет, ты их сжег. Просто я хочу перед тобой извиниться.
— Ты это делала уже не раз и не два, — вздохнул Севастьян. — Зачем же еще раз извиняться?
— Чтобы ты точно простил, — ответила Ася.
— Ася, я тебя уже простил, пожалуйста, не надо переживать из-за этого, — сказал молодой человек.
В голове Севастьяна пронеслась безрадостная мысль: кем он видится Асе, раз она постоянно извиняется за одну и ту же ситуацию и считает это естественным? Невольно всплыли воспоминания, когда он, только начав служить в жандармерии, пообещал себе, что не изменится в худшую сторону.
«Уже изменился? — подумал молодой человек. — Наверное, да. Нельзя было ни при каких обстоятельствах поднимать руку на жену».
Севастьян пообещал себе, что предпримет все усилия, чтобы не меняться дальше в худшую сторону и приобнял Асю.
Тем временем, Владимир, убедившись, что мать и супруга нейтрализованы: Эльвира Марковна что-то читает в своей комнате, а Зоя читает сказку Саше, проскользнул в кабинет отца. Молодой человек зажег свечи и решил исследовать все книжные полки на предмет наличия каких-то важных документов или ценных книг. Понимая, что за сегодняшний вечер он вряд ли успеет обследовать все, Владимир решил хотя бы начать поиски.
— Наверное, можно поискать в столе, — сам себе сказал молодой человек. — Обычно в столе хранят самое ценное, хотя… Можно и в шкафах спрятать, здесь их много.
Впервые в жизни Владимир открыл стол отца и слегка изумился от обилия самых разных бумаг.
«Здесь работы на месяцы», — подумал молодой человек.
